Не умеешь писать - НЕ БЕРИСЬ!

АвторСообщение
abama



Сообщение: 3
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 1
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.01.09 13:30. Заголовок: Автор: abama

Спасибо: 17 
Профиль
Ответов - 12 [только новые]


abama



Сообщение: 4
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 1
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.01.09 13:31. Заголовок: Ленка сделала пас Гу..


Автор: abama
Название: Желание №1: Ревность.
Рейтинг: PG-13
Жанр: романтика
Статус: закончен
Пейринг: КВМ
Дисклеймер: все исключительные права принадлежат Kristenka, можете считать, что я ее «негр» на один фик Скрытый текст


***** ***** *****

Ленка сделала пас Гуцулу и тут же отвлеклась на звук закрываемой двери спортзала. Ушел. Опять. И что он ходит постоянно? Это тренировка или где? А на тренировке тренер должен присутствовать обязательно, а этот… В последнее время все чаще и чаще стал оставлять их с Гуцулом одних. Может, бегает от нее? Да нет, они вроде договорились обо всем. Лена сама не могла понять, радовало ее это обстоятельство или огорчало. С одной стороны – в отношениях со Степновым все уже запуталось настолько, что нервы напрягались до предела в его присутствии, и лишний контакт мог все запутать окончательно, но с другой - она безумно скучала и уже не могла скрывать от самой себя этот факт, хотя раньше и пыталась, однако с каждым днем это становилось все очевиднее и очевиднее. Одно она знала наверняка – ее вся эта ситуация безумно раздражает. Внезапно ее ухо уловило выкрик ее имени, и она сфокусировала зрение на единственно присутствующем в спортзале кроме нее человеке – Игоре Гуцулове, который вот уже некоторое время безуспешно пытался добиться от нее внимания.
- Да что с тобой, Лен? О чем задумалась? – спросил он, когда понял, что находится уже в зоне ее действия.
-Да так… - туманно ответила Лена.
- Наверное о парне? – попытался прозондировать почву Игорь.
- О каком еще парне? – не поняла Лена.
- Ну не о моем же, - хмыкнул ее напарник. – Мне, слава Богу, пока еще девушки нравятся. О твоем парне.
- Гуцул, это что, мяч, которым я тебя вчера по голове ударила, сказывается? – Лена подозрительно посмотрела на него. – Ты что несешь? Как будто ты не знаешь, что нет у меня никакого парня.
- Ну мало ли, я же недавно в вашей школе, может ты его из армии ждешь…
- Ну и фантазия у тебя, Гуцул, - усмехнулась Лена.
- Просто… - Игорь отбросил мяч к стене. – Лен, я… - по тому как он пытался подбирать слова, Лена вдруг почувствовала, что именно он хочет ей сказать, как будто это все уже было. Ей захотелось громко закричать или просто закрыть уши руками, чтобы не слышать того, что уже однажды услышала и что перевернуло всю ее жизнь с ног на голову. Но как назло сейчас она стояла и не могла пошевелиться - … давно хотел сказать – ты мне нравишься, - все, контрольный выстрел, можно идти, вешаться, Игорь тут еще и руки тянет к ее плечам. Внезапно оба вздрагивают от резкого хлопка:
- Так, я не понял, что тут происходит? Я вас как взрослых людей оставил тренироваться, а вы тут чем занимаетесь?
Ленка была благодарна этому внезапному появлению Степнова, которое спасло ее от необходимости что-либо отвечать Гуцулу, но она и разозлилась на него за этот его холодный тон, которым он их отчитывал, как будто ему действительно до всего этого было дело только потому, что он их учитель, и сейчас они находятся под его ответственностью. Ничего личного.
- Может быть надо меньше ходить, Виктор Михалыч, это все-таки тренировка, вот и тренируйте нас! – Лена сама не понимала с чего так заводилась, она в последнее время вообще не могла себя понять, больше того - она уже даже не пыталась этого делать, потому что налицо было какое-то несоответствие, в котором Лене совсем не хотелось копаться, ведь в противном случае пришлось бы принимать важное, как она чувствовала, решение, принять которое она была еще не готова. «Может стоит завести своего психиатра, пусть копается во мне…» - мелькнуло в голове. «А толку то? Решение то все равно потом самой принимать…»
- Кулемина, прекратить истерику! – Степнов тоже начал заводиться. Он уже голову сломал, пытаясь понять эту девчонку. Сначала она призналась Яне, что испытывает к нему какие-то чувства, на следующий день, когда он открыл ей свои, она заявила, что ей надо подумать, а потом очень старательно его избегала. Она соглашается на его предложение все забыть, а потом наглым образом с ним флиртует в присутствии чуть ли не всего класса. Потом она сближается с Гуцулом. Степнов, глядя на все это, уже давно плюнул на свои чувства и просто тихо смывался с тренировок, чтобы не видеть, как они тут вдвоем общаются, улыбаются друг другу, это просто было выше его сил. И тут, зайдя в спортзал, он увидел, что они уже забили на тренировку и занимались налаживанием личных контактов. Очень личных. Степнов, сжав зубы, сделал им замечание, а Лена в ответ на это повела себя более чем странно: набросилась на него с обвинениями в том, что он их оставляет одних. – То что я по глупости своей принял вас за взрослых и ответственных людей и вышел на пару минут, не дает вам оснований прерывать тренировку на какие-то личные дела! Все личное, вон, пожалуйста – за пределами школы!
- Отлично! – сорвалась на крик Ленка. Да что с ней происходит? – Пойдем, Игорь! – и с этими словами она потянула Гуцула по направлению к выходу.
- Куда? – парень тоже до конца не понимал странного Ленкиного поведения. Он тоже был недоволен, но совершенно другим фактом – тем, что Степнов так невовремя появился.
- За пределы школы! Заниматься нашими личными делами! – и Лена бросила очередной колючий взгляд на тренера, самым большим желанием которого в этот момент было схватить эту девчонку, запереть ее у себя в подсобке и выяснить, наконец, что с ней происходит. Но Лена к тому времени уже покинула спортзал и утащила за собой Гуцула, который и сам не понял, как уже оказался стоящим на школьном крыльце.
- Лен, что это было? Ты чего это набросилась на Степнова? Хотя он, конечно, мог и попозже прийти…
- Да просто уже достал своими нравоучениями, пусть за собой лучше следит! – Лена уже немного начала успокаиваться, но все же остатки агрессии еще вырывались наружу. Проигнорировав усмешку Игоря, она спустилась по ступенькам и легко зашагала в сторону кафе. Гуцулу не оставалось ничего другого кроме как следовать за ней.
Лена вышагивала, полностью погруженная в свои мысли, Игорь шел рядом и о чем-то пытался с ней говорить. Видимо Лена все-таки что-то ему отвечала, потому что разговор не прекращался, но девушка мысленно была от него далеко. Она все-таки приняла нелегкое решение разобраться в своих чувствах к Степнову. Когда же она начала относиться к нему не как к учителю или другу? Когда в ней проснулся этот взгляд на него как на мужчину? Чертовски желанного мужчину. Ее мужчину. Наверное, когда она ввязалась в эту историю с боями, а он помог ей выпутаться ценой своего здоровья. Эти их взгляды, прикосновения. Странно, но после того, как Степнов перестал жить с ней, она больше всего скучала по его рукам, точнее их прикосновениям. Она настолько привыкла постоянно ощущать их буквально повсюду – они то нежно обнимали, пока он вел ее, ослабевшую, к дивану, то придерживали слегка за колени, когда она укладывалась, то поправляли одеяло, слегка прикасаясь к телу, то ободряюще пожимали руку, показывая, что он здесь, рядом. Про перевязки она вообще не хотела вспоминать, потому как именно тогда она поняла, что ей безумно приятно ощущение его пальцев на ее обнаженной коже. Это откровение самой себе настолько поразило ее, что она предпочла затолкнуть воспоминания об этих ощущениях поглубже, но сейчас они невольно выплыли наружу. Вообще, Лена никогда не считала себя тактильным человеком, она не понимала, зачем нужны все эти прикосновения, что зря руками махать? Однако после выявления реакции себя самой на прикосновения Степнова, она с еще большим ужасом поняла, что она и сама очень бы хотела ощутить на своих пальцах его кожу. Однажды это желание настолько измучило ее изнутри, что она не выдержала и подчинилась ему, скользя пальчиками по лицу мужчины. То как подрагивали и покалывали подушечки, она помнила до сих пор, а еще безумно хотелось повторить и снова увидеть ответную реакцию в его глазах. Да, наверное, вся эта история началась с тех пор, как он начал жить у них. Хотя… Положа руку на сердце, Лена бы не смогла заявить с полной достоверностью, что не воспринимала в Степнове мужчину до этого момента. Вот, например, когда он пошел провожать Светочку. Лена тогда уж точно не думала о нем, как просто об учителе или даже друге, она ревновала, и сейчас это уже отрицать бессмысленно, конкретного мужчину. Значит, отсчет следует вести с этого момента? И снова она не могла позволить себе этого, вспоминая, как в 10 классе после скандала об их со Стеновым романе, она злилась на Светочку вовсе не из-за того, что это именно она начала распускать все эти сплетни, а из-за того, что Степнов ее практически сразу простил, и тут же, прям на глазах у Лены, мило улыбаясь Уткиной, договорился с ней чуть ли не о свидании на следующий день. Лена тогда их обоих готова была убить прям на месте. Блин, это же надо было его так приревновать. Приревновать… Стоп! Лена от неожиданности даже остановилась, но увидев вопросительный взгляд Игоря, продолжила движение, а вместе с ним и ход своих мыслей. А если дело только в этом? Тогда бы все довольно логично объяснялось: Степнов всегда выделял ее как лучшую в школе спортсменку, из-за этого по-особенному к ней относился, практически не орал, повсюду таскал ее с собой на соревнования, тренировал ее сильнее остальных и ставил всем в пример. И Лена за все это время привыкла, что он постоянно рядом, что она – единственная представительница женского пола, с которой он так тесно общался, вобщем сработал какой-то первобытный инстинкт собственницы, и она начала считать его своим. И конечно же когда в этот их маленький мирок, который Лена сама создала, врывались другие самки, Лена на инстинктивном уровне начинала ревновать, в результате чего ей стало казаться, что она как-то по особенному относится к Степнову. А на самом деле это была просто дружеская ревность, думала Лена, вспоминая все случаи со Светочкой. А потом эти бои, когда Степнов спас ее и потом ухаживал за ней, да еще и дрался – тогда Лена была ему так благодарна и так впечатлена его поступком, что позволила себе придумать нечто большее, чем было на самом деле. Но везде были свои положительные стороны: она вон тогда под влиянием момента даже песню написала. А потом появилась эта журналистка, вот когда она по-настоящему забеспокоилась! Какая опасность была от Светочки? Да Степнов ее на дух не переносил, и это видел каждый, а вот журналистка – это совсем другое. Лена ее никогда не видела, но судя по всему, она была не чета Светочке – явно не глупая, симпатичная, но самое главное - она понравилась Степнову, иначе бы он тогда не бежал к ней на свидание с таким энтузиазмом. Когда Малахова подтвердила ее подозрения, Лена ощутила, как земля разверзлась под ее ногами, ну а как иначе: снова сработал синдром собственника, да еще при такой реальной угрозе. И опять Лена его неверно истолковала, да еще и Яну Ивановну ввела в заблуждение, которая в свою очередь, как догадывалась Лена, ввела в заблуждение и Степнова, да так ввела, что он на следующий день прибежал с конфетами к подъезду. Видимо он тоже запутался, толком не смог понять, что чувствует, когда Яна рассказала ему про Ленино признание, поэтому и нес возле подъезда всякую чушь. А Лена, почувствовав, что опасность в виде журналистки исчезла, сразу же расслабилась и вчерашние ее чувства выглядели уже не в таком свете. Поэтому она и начала от него бегать, надеясь, что вскоре он поймет свою ошибку и успокоится. И прошло совсем немного времени, как это произошло – Степнов предложил все забыть, на что Лена с радостью согласилась. Ну а тогда почему она на него злится? Да потому что слишком часто он оставляет ее наедине с Гуцулом – не заставил себя долго ждать ответ, а Гуцул так и норовит перейти к личному, а Лене меньше всего сейчас были нужны еще одни непонятные отношения с вроде как другом.


Спасибо: 75 
Профиль
abama



Сообщение: 6
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 1
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.01.09 13:34. Заголовок: - Ну да, точно! – Ле..


- Ну да, точно! – Лена заметила, что сказала последнюю фразу вслух, только увидев недоуменный взгляд Игоря.
- Что? – переспросил он.
- Да, точно! – еще раз радостно повторила она. После такого разумного объяснения всех своих эмоций у Лены словно камень с души свалился – потрясающе, и без психиатра до всего додумалась сама!

На следующий день, подходя к спортзалу на тренировку, Лена ощущала себя счастливой, как никогда за последнее время. Разум больше не терзали никакие тяжелые мысли, а сердце – переживания. С легкой беззаботной улыбкой Лена вошла в помещение, сладко втянула в себя запах пота, который оставили после себя спортсмены и псевдоспортсмены за семь уроков, и… задохнулась им, когда увидела, что Степнов мило общается с прехорошенькой брюнеткой, которая, и это было видно даже из другого конца зала, не стесняясь с ним флиртовала, призывно улыбаясь. Улыбка сползла с Лениного лица, и девушка почувствовала, что внутри нее зарождается чисто женское желание – вцепиться этой лахудре в волосы, а затем уже совсем не женское – набить ей морду. Лена сделала глубокий вдох и попыталась успокоиться. Как там она вчера рассуждала? Это инстинкт собственничества, дружеская ревность. Спокойно, Лена, спокойно, вы со Степновым всегда будете друзьями, никто и ничто это не изменит, а эта… ей просто он нужнее как мужчина, для романтических отношений, секса или чего там еще? И на твою территорию она не посягает, пусть у них случится легкий любовный роман. При мысли об этом желание вцепиться ей в волосы или набить морду захватило Лену еще сильнее. Ее теория трещала по швам. От созерцания картины Степнова с брюнеткой ее отвлек Гуцул, который внезапно возник перед ней с довольной улыбкой до ушей.
- Ты чего такой довольный? - и тут же, не дав ему времени для ответа на первый вопрос. – Что это за девка? – кивок в сторону парочки.
- Эй-эй-эй! – возмутился Игорь. – Полегче на оборотах, это, между прочим, моя сестра!
- Сестра?! – поразилась Лена. – А что она тут делает? – «Дура, сама что ли не видишь – Степнова соблазняет»
- Ну мы же вчера договорились, - и Игорь хитро ей подмигнул.
- Когда? – на самом деле Лена хотела спросить «О чем?», но мыслительный процесс еще не очень поспевал за языком.
- По дороге в кафе.
«По дороге в кафе? А мы о чем-то говорили? Не помню… Блин, Гуцул действительно, что-то говорил, а ты его не слушала. Черт, выходить вот эта вот… тут с моей подачи? И самое главное я напрочь не помню, зачем нам это понадобилось! Да я вообще ничего не говорила, хотя нет, сказала… И как назло, наверное, именно это Игорь и воспринял как мое согласие. Черт, как узнать то? Не признаваться же, что я ни слова не слышала из того, что он сказал.
- Ну и как, - осторожно начала Лена, - твоя сестра восприняла эту идею?
- Сначала, конечно, ей это не понравилось, но тут сыграло свою роль то, что Степнов – учитель именно физкультуры, да и вообще – спортсмен, в конце концов, ей чисто для практики это полезно. К тому же я ни о чем таком запредельном ее не просил, просто предложил один раз со мной сходить, посмотреть, может, понравится.
- И? – «Блин, зачем это нам понадобилось сводить сестру Игоря со Степновым?!»
- Ну что «И?»? Не видишь что ли?
Лена повернулась и еще раз взглянула на них – да, Игорь прав, вопросы здесь не уместны. Почувствовав, что не сможет больше ни секунды наблюдать картину их идиллического союза, Лена резко закрыла глаза и повернулась обратно к Игорю:
- Не знаю как ты, а я передумала! Давай откажемся от этой идеи пока не поздно! – чтобы они там не придумали, она просто не могла позволить, чтобы возле Степнова крутилась какая-то женщина, просто потому, что тогда снова ревность проснется, хотя какое там проснется? Она уже бушует и крушит все внутренние органы. А раз ревность, значит Лена снова начнет совершать неадекватные поступки в отношении Степнова, которые ей стоили душевного равновесия. Она не могла этого допустить ни в коем случае просто потому, что не знала, чем это может закончиться и не могла предугадать последствий.
- Поздно, - Игорь обрубил все ее надежды на благополучный скорый финал. – Маша уже вошла во вкус, и по всему видно, что наш физрук ей очень и очень по теме пришелся, а своего она не упустит, это уж поверь мне.
«Блин, ее еще и Машей зовут! Это же любимое его женское имя! Он сам говорил, что если у него будет дочка, то он ее Машей назовет! Блин, придется усиленно заниматься аутотренингом все эти дни».
- Да и Лен, - с этими словами Гуцул слегка потянул девушку на себя, - зачем отказываться? План то действует: вон, мы уже минут десять как трындим, а Степнову хоть бы что, да хоть весь инвентарь вынеси – он не заметит. Так что теперь мы спокойно можем заниматься не только тренировками, и никто нам не помешает, - с этими словами он притянул Лену еще ближе.
- Чего?! – Лена вскрикнула так громко, что на ее крик обернулись даже Виктор с Машей. Лена вырвалась из рук Гуцула, только сейчас поняв, зачем это все ему было нужно, а она по своей дури согласилась. Все было гораздо хуже, чем она думала – вместо одной громадной проблемы, у нее их теперь две. «Да, Кулемина, умеешь ты себе проблемы создавать!»
- Так, я не понял! – раздался грозный крик на весь спортзал, хотя может и на всю школу. «Очнулся, блин, отлип от своей красотки, сейчас начнет жизни учить!» - Чего мы там стоим? Тренировка уже минут десять как началась, а вы языками чешете! У нас соревнования по стритболу, если вы еще не забыли.
- А у нас тренер не в форме! – зло огрызнулась Лена в ответ «О Господи, ну вот, началось, ее уже понесло…»
- Кулемина! – взревел Степнов.
- Что, Виктор Михалыч? – попыталась спросить уже более спокойным тоном.
- На площадку, - примирительно сказал он ей. Это также было сказано полукриком, но Лена поняла, что он уже не сердиться, она легко улавливала малейшие оттенки его интонации. «Это потому что он тренер, и я должна знать, что именно он хочет сказать той или иной фразой» - попыталась убедить себя Лена и пошла на площадку.

Сегодня у нее игра катастрофически не клеилась, и Лена прекрасно знала причину этого, отчего становилось еще хуже.
- Лен, подойди, пожалуйста, - позвал ее Степнов, поняв, что девушка сегодня вообще не в форме. Отлепившись, наконец, от Маши, возле которой он простоял как привязанный все тренировку, он отвел Лену сторону, и осторожно спросил:
- Лен, ты плохо себя чувствуешь?
- Нет, с чего вы взяли? – взгляд в потолок.
- Ты же сама все видишь – ты играешь сегодня мимо кольца, если это вобще можно назвать игрой! – Лена возмущенно подняла на него глаза, но тут же их опустила, понимая, что он прав. – Что случилось, Ленок? – нежно спросил он.
- Да ничего не случилось, - она продолжала держать глухую оборону. – Просто нет настроения.
-Да? А по-моему ты вбегала в спортзал в отличном настроении!
Лена была шокирована:
- Виктор Михалыч, а вы что, были в состоянии заметить что-то, что творилось вокруг, не в зоне действия Маши? – вопрос слетел с ее губ раньше, чем она успела подумать о том, что это было не самой лучшей идеей. Однако Степнов в ответ только странно посмотрел на нее.
- Все, тренировка закончилась, - объявил тренер, отвернувшись от Лены и дунув в свисток. – Все равно от вас, как от команды, толку сегодня никакого. Вы, кстати, сейчас в кафе пойдете? – спросил он у учеников.
- Да, - кивнул за них двоих Игорь.
- Подождите меня, я быстренько за Игорем Ильичем слетаю, и все вместе пойдем. Маша, вы с нами? – обратился к ней Степнов.
- А что такое будет? – уточнила девушка.
- Ой, да ничего интересного! – поспешила заверить ее Лена. Когда Степнов предложил Маше пойти с ними, Лена почувствовала подкатывающую дурноту. Мало того, что она баскет сегодня завалила по полной программе, так еще и играть мимо струн будет. Прекрасно, просто замечательно! Кулемина, а ну соберись, тряпка!
- Это Ленка скромничает – опроверг ее слова Степнов. – У тебя будет шанс увидеть репетицию и выступление очень модной сейчас группы «Ранетки» - пафосно объявил он.
- А какое это к вам имеет отношение? – уточнила Маша.
- Ну как, Ленка у нас там играет на бас-гитаре, а мы с Игорем Ильичем, ты еще с ним попозже познакомишься, - руководители группы.
- Ничего себе, Виктор! – воскликнула девушка. – Вы такой разносторонний… - и она смущенно дотронулась до его руки.
Лена поняла, что еще немного и ее просто стошнит, поэтому, сказав, что будет ждать всех на улице, выбежала на крыльцо и попыталась вздохнуть полной грудью свежий воздух, но получилось плохо – что-то мешало, что-то что давило на самое сердце.

http://kvmfan.forum24.ru/?1-13-0-00000091-000-0-0-1232966000

Спасибо: 88 
Профиль
abama



Сообщение: 14
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 6
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.01.09 14:33. Заголовок: Лена устало опустила..


Лена устало опустила гитару – она была измотана до предела за сегодняшний вечер бесконечными попытками не замечать очевидного – что ее реакция на пару Степнова с Машей уже давно выходила за обычную дружескую ревность, но девушка упорно цеплялась за эту идею, в противном случае ей пришлось бы отказаться от своей теории, а ей в ней было так уютно, так комфортно, а главное спокойно, понятно и объяснимо. Лена устало облокотилась о стену, боясь, что потеряет сознание от охватившей ее слабости. Началось, конечно, все еще в спортзале, когда она увидела эту неземную красоту возле Степнова и потратила часть сил на переживания по этому поводу, на игру, которая не клеилась и на переваривание новости, что Маша идет с ними на выступление. По дороге выяснилось, что эта Маша учится на пятом курсе физкультурного института, после этого Степнов вообще чуть ли в истерике не забился, почувствовав родную душу. Рассказов, к слову говоря, тоже пришел в полный восторг от сестры Игоря. А сам Игорь, в этот момент, довольный произведенным эффектом, пытался поговорить с Леной о личном. Лена испытывала огромное желание не слушать всего того, что он говорил, но, вспомнив, чем это закончилось в прошлый раз, внимала и ускользала как уж от цепких попыток Гуцула перейти в полюбовное русло, на что была потрачена еще одна значительная часть сил.
Придя в кафе, Ленка отгородилась от всех – от девчонок, которые многозначительно смотрели на Виктора Михалыча с Машей и пытались вытянуть из Лены подробности, от Игоря, который не оставлял попыток позаигрывать с ней, но больше всего Лена хотела отгородиться от пары брюнета и брюнетки, которые уже напоминали опухоль в ее воспаленном мозгу, требующую немедленной ампутации. Ей надо было сосредоточиться на игре, чтобы хорошо играть, а для этого категорически нельзя было о них думать. Поэтому Лена периодически прикрывала глаза, пытаясь вспомнить о вещах, которые вызывали у нее приятные ассоциации, но получалось плохо, потому что практически все эти ассоциации так или иначе заканчивались Степновым.
Но все-таки ей удалось доиграть с минимумом ляпов, но так как остальные тоже были не совсем в форме, то на общем фоне ее состояния было не так уж заметно. Выступление отняло у нее последние силы, поэтому Лена собиралась потихоньку уйти домой, пока ее не втянули в какой-нибудь бессмысленный разговор девчонки, или пока Игорь не заметил, что она свободно стоит уже целых пять секунд, или пока Степнов с Машей не сделали чего-нибудь такого, отчего у нее окончательно бы съехала крыша, и она снова сказала или, еще хуже – сделала что-нибудь не то.
Лена все-таки не удержалась и оглянулась в поисках сладкой парочки. От увиденного мозг мгновенно затуманился – они танцевали. После выступления Ранеток из колонок полилась мелодичная композиция, и несколько пар вышли на танцпол, в их числе и Виктор с Машей. Господи, Лена только сейчас поняла, как ей безумно хотелось оказаться на Машином месте и потанцевать хоть один разок со своим тренером, чтобы он вот также нежно, но уверенно прижимал ее к себе, от его прикосновений бы тепло разливалось медленно по всему ее телу, а от близости закружилась бы голова и перехватило дыхание, она бы слегка перемещала свои пальчики в его руке, вроде как в попытке устроить их поудобнее, а на самом деле ей бы просто хотелось почувствовать трение о его слегка загрубевшую ладонь, она бы легонько проскользнула рукой с его плеча на грудь, да там бы и осталась, несмело теребя пальчиками его футболку. Лена задохнулась от наглости Маши, когда она именно так и сделала, только ее рука не задержалась в бездействии на мужской груди, а продолжила опутывать Степнова, взметнувшись к его шее и встретившись там с другой рукой. Виктору ничего другого не оставалось, как и вторую руку переместить ей на талию. Лена рвала и метала: нет, ну это надо же! Два часа знает мужика, а уже совершенно бесстыдным образом вешается ему на шею! Лена в гневе отвернулась от них и наткнулась взглядом на Гуцула.
- Пошли! – крикнула она ему.
- Куда? – не понял он.
- Танцевать! – и Лена буквально затащила его на танцпол, хотя он был абсолютно не против, просто не ожидал такой активности от Лены. Под медленную музыку Лена потихоньку приходила в себя, сознавая, что в очередной раз ревность толкнула ее на лишенный смысла поступок. Гуцул снова говорил что-то, но даже если бы у Лены оставались силы, чтобы слушать его, она не могла бы этого сделать из-за шума в ушах. Поэтому она просто прижалась к нему чуть плотнее и слегка переместилась, чтобы Гуцул не видел ее лица, а она выглядывала из-за его плеча. Но облегчения это не принесло, потому как Лена увидела пару, которая и вызывала столь яростные эмоции в ее душе. Степнов был к ней спиной, и она явно могла рассмотреть слегка хищное выражение лица его спутницы, в некоторый момент Лене даже показалось, что она ей подмигнула. Лена зажмурила глаза в надежде, что наваждение пройдет, открыла их и задохнулась, или утонула, или все вместе – на этот раз Степнов был лицом к ней и не отрываясь смотрел на нее, а Лена на него. Она всегда считала его глаза красивыми, а взгляд проницательным и всегда его смущалась, и как следствие – отводила взгляд, но сейчас просто не в силах была этого сделать, настолько он ее заворожил. Это было как откровение без слов – Лена увидела в его глазах, что он как будто все понял про нее, и даже то, что она сама еще не поняла. Так они и стояли, глядя друг другу в глаза, перетаптываясь в такт музыке на одном месте, не давая своим партнерам даже немного развернуть себя. Им действительно казалось, что они танцуют друг с другом. Но все это внезапно прекратилось, как только Лена заметила, что Машина рука проворно скользнула в волосы Виктора и слегка потянула на себя. Лена от напряжения сильнее сжала плечо Игоря, а тот, неправильно истолковав ее жест, прижал ее еще ближе к себе, а рука его скользнула с ее талии гораздо ниже. Этого Лена уже вынести не могла и, довольно грубо его оттолкнув, побежала к своим вещам. Игорь бросился за ней. Степнов, увидев, что между Ленкой и Гуцулом началась какая-то заварушка, оставил Машу и направился за учениками, Маше ничего не оставалось, кроме как пойти следом за ним.
- Лен, ты куда? – спросил ее Игорь.
- Домой, - отрывисто бросила Лена. – Я очень устала и у меня болит голова.
- Давай я тебя провожу, - предложил Игорь.
Лена внимательно посмотрела на него, потом перевела взгляд на Степнова, который стоял позади Игоря, а рядом с ним уже была Маша. Нет, Лене определенно не нравилось, как Гуцул распределил пары.
- Спасибо, конечно, Игорь, но ты лучше Машу проводи, а то поздно уже, вам же вместе, а так ей придется одной идти. – И тут же, пока никто не успел предложить ничего другого – А меня Виктор Михалыч проводит, - сказала глядя ему в глаза. – Дед как раз просил вас зайти, обсудить сценарий.
-Сценарий? – удивилась Маша.
Повисло неловкое молчание. Степнов был не в состоянии пояснить ничего по этому вопросу, поскольку Лена смотрела ему прямо в глаза, явно пытаясь что-то дать понять, Лена – потому что вообще не хотела вступать в диалог с Машей, Гуцул – потому что считал себя не в праве пояснять что-либо на эту тему, но так как пауза явно затягивалась, то именно ему пришлось пускаться объяснения:
- Виктор Михалыч и Ленин дедушка вместе написали фантастический роман, а теперь по их книге хотят снимать фильм, и они пишут сценарий.
- Ах, Виктор, - снова томно вздохнула брюнетка, - вы такой разносторонний.
-Где-то я уже это слышала, - тихо пробормотала Лена себе под нос и, бросив на ходу Степнову, что будет ждать его на улице, поспешила ретироваться. События повторялись с промежутком в три часа. Есть повод задуматься, но она не будет. Она уже все решила.

Ленка ждала Степнова на крыльце, и как только заметила, что он выходит, слетела со ступенек и направилась к дому, зная, что он пойдет за ней следом и скоро нагонит ее. Действительно, так и произошло, и Лена это могла сказать даже с закрытыми глазами, ушами, да перекройте ей доступ хоть ко всем 5 органам чувств, она все равно узнает о его приближении – по тому трепету, который охватывает ее тело, когда он рядом. Наверное, это и есть шестое чувство… Это как-то не особо вязалось с ее теорией ревности, поэтому она не стала развивать эту тему, ей хватило уже и того, что она снова выкинула фокус – чтобы только Степнов не ходил провожать Машу, она послала Гуцула, и потащила Степнова к себе домой, выдумав про просьбу деда. Лена обратила внимание, что в последнее время в мыслях называет мужчину Степновым, а не Виктором Михалычем, как раньше. Не могла она его почему-то так больше называть. Так называют учителя. А он кто? Он и есть ее учитель. Но только не в ее мыслях. А кто он в ее мыслях? Она и сама не поняла – субъект, в отношениях, с которым она никак не может разобраться. Уже не Виктор Михалыч, но еще не Виктор. Иногда, совсем-совсем редко, она допускала непривычное «Виктор» в мыслях, но это было мощным звоночком к разрушению ее теории, поэтому такое она позволяла себе действительно редко. Внезапно споткнувшись на ровном месте, Лена взглянула себе под ноги и обнаружила, что у нее развязались шнурки. Чертыхнувшись, она присела на корточки и начала их распутывать, чтобы завязать заново. Боковым зрением она заметила, что Степнов остановился и наблюдает за ней. Под его взглядом мысли путались, а руки дрожали (это от холода, да, от холода – говорила она себе), поэтому распутать злосчастные шнурки никак не получалось. От обиды хотелось чисто по-детски разреветься, и когда Лена уже была близка к этому, то почувствовала, что кто-то взял ее руки в свои. Лена подняла глаза и увидела, что Виктор присел рядом с ней на корточки, нежно отвел ее руки и сам завязал ей шнурки, но подниматься не спешил. А Лена боялась не то что пошевелиться, она даже дыхание перевести не могла, все внутри нее замерло в сладком ожидании чего-то желанного. И сейчас ей было пофигу на все ее теории, она была согласна на все – даже просто так сидеть рядом с ним на корточках и смотреть, как свет фонарей, сливаясь с лунным, играет на его волосах. Но тут он вновь берет ее за руки, слегка сжимая и поглаживая, и смотрит в глаза – третий раз за сегодняшний вечер – это слишком большая доза для такого короткого отрезка времени. И Лена толком даже не знает, отчего ее тело сотрясают непрекращающиеся разряды – то ли от его прикосновений, то ли от взгляда, то ли просто от того, что он так близко, но скорее всего – от всего вместе.
- Ленок, что с тобой происходит? – голос с легким надломом. «Ну что же ты спрашиваешь? Разве не видишь сам? Ну ведь видишь же!»
Последняя мысль отрезвляет Лену и приносит следом другую «Не должен знать! Кому угодно, только не ему! И вообще, это все неправда!».
Рывком вырывая руки, поднимается:
- Ничего, - взгляд в сторону.
- Я же вижу, - снова попытка взять ее за руки и заглянуть в глаза. Вырывается. – Это как-то связано с Гуцулом? Что у вас произошло в кафе?
А в ответ все тоже:
- Ничего… Виктор Михалыч, пойдемте скорее, а то поздно уже.
Лена снова вырывается вперед и дорогу до дома они заканчивают прежним молчанием.

http://kvmfan.forum24.ru/?1-13-0-00000091-000-0-0-1232966000



Спасибо: 89 
Профиль
abama



Сообщение: 24
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 7
ссылка на сообщение  Отправлено: 05.02.09 05:41. Заголовок: -Дед, это мы! Иди, с..


-Дед, это мы! Иди, ставь чайник, - закричала Лена с порога, потому что уже не могла выносить эту звенящую тишину, которая давила на нее и не давала сосредоточиться точно также, как и назойливая трескотня Новиковой. Даже больше, чем трескотня Новиковой, которая становясь монотонной, превращалась в фон, на котором вполне отлично думалось о своем, если не зацикливаться на словах. А тишина буквально давила, не давала сконцентрироваться, потому что напрягала и сбивала мысли с толку, не позволяя логически завершиться ни одной из них. Лена даже квартиру открыла своим ключом, забыв о том, что можно просто позвонить.
В прихожей показался Петр Никанорович, который удивленно посмотрел на Степнова:
- Виктор? Рад тебя видеть, - и он пожал руку вошедшему мужчине. - Правда, не думал, что ты сегодня придешь…
- Ну как же? – Степнов оглянулся на Лену, - Лена мне передала вашу просьбу поработать над сценарием.
Лена закусила губу - она уже и забыла, что соврала про это. Но ей было наплевать, что они подумают - скажет, что перепутала, а дальше пусть сами разбираются. Опустив взгляд в пол, она все-таки заметила, что дедушка внимательно ее изучает.
- Ах, да! Прости старика – совсем забыл, - Лена удивленно посмотрела на деда – неужели хоть кто-то сегодня на ее стороне? Она готова была броситься на него и расцеловать и даже не потому, что он вытащил ее из такой щекотливой ситуации, а потому что просто поддержал, встал на ее сторону, и не добивал, как остальные. Она бы так и сделала, если бы у нее оставались хоть какие-то силы.
- Ладно, вы идите, пейте чай, - отправила она мужчин на кухню, - а я пойду к себе, переоденусь. А потом к вам присоединюсь.
«Боже! Какой бред – «переоденусь»! Во что, в пижаму? Совсем уже не соображаю, что несу…» - с этими мыслями девушка зашла к себе в комнату, ей просто было нужно время, чтобы перевести дух, собрать остатки сил и достойно завершить вечер. Внезапно она усмехнулась мысли про то, как двусмысленно звучит фраза про достойное завершение вечера после того, как она завалила баскет и игру в кафе. «Спокойно, - сказала она себе, - это просто чай. Там заваливать нечего. Посидишь тут еще пару минут, успокоишься окончательно и пойдешь, выпьешь чай».

- Виктор, что такое с Ленкой происходит? – встревожено обратился Кулемин к соавтору, включая чайник.
- Вы тоже это заметили, Петр Никанорыч? – не менее встревожено спросил Степнов, проведя руками по волосам.
- Да… - протянул Кулемин, думая, что Степнову все-таки не стоит говорить про то, что Лена его обманула. – Она сегодня целый день сама не своя, даже не знаю, что думать, хотя мысли кое-какие есть, - грустно добавил он.
- Подожди, давай по порядку, - попросил Петр Никанорович. – Ты говоришь, что Лена сегодня целый день сама не своя, а между тем, в школу она уходила в хорошем настроении. Значит, что-то произошло в школе. Рассказывай, что известно тебе.
- Да в том то и дело, что в спортзал она тоже заходила спокойная и веселая… А потом понеслось… - и Степнов кратко рассказал события сегодняшнего дня. – Когда она соврала, что вы просили зайти, - Кулемин слегка повел бровью на этой фразе, - я подумал, что она хочет поговорить, рассказать мне что-то, что ее тревожит, поделиться, так сказать. Но она вообще ни на какой контакт идти не хочет.
- И какой вывод? – писатель задумчиво поскреб подбородок. – Ты говорил, что у тебя есть какие-то мысли по этому поводу.
- Ну вообще, - Степнову было неприятно говорить о своих догадках, но и скрывать их от Лениного деда он тоже не мог. – Мне кажется, что она с Игорем поссорилась.
- Игорем? – недоуменно переспросил Петр Никанорович. – А он то тут при чем? И почему она на это так реагирует?
- Ну как… - замялся Виктор. – Они же пара… вроде как…
- Пара? – снова перепросил Кулемин. – С чего ты это взял?
- Ну как… Ходят все время вместе… да и вообще… Я же вижу как он на нее смотрит… На партнера по команде не так смотрят.
- Ну, то что ходят вместе – и что с того? Вы вон тоже вместе ходили, и ты тоже на нее смотрел совсем не по-спортивному…
- А вы то что сами думаете, Петр Никанорович?
- Я думаю, что правду говорят, про то что люди от любви голову теряют. Не знаю, как люди, а ты, Виктор, совсем не видишь, что у тебя под носом творится.
- Вы о чем это, Петр Никанорович? – Степнов вообще ничего не понимал.
- Да о том! Ревнует тебя Ленка к Маше этой, ох, как ревнует.
- Что?! – Степнов аж со стула вскочил. - Да вы с ума сошли! Меня к Маше? Да, она симпатичная и интересная девушка, спортивная опять же, но люблю то я Ленку, мне больше никто и не нужен!
- Успокойся, давай, садись, а то валерьянку вливать придется! – попытался усмирить его Кулемин. – Никто и не говорит, что у тебя что-то с этой Машей на самом деле завязалось, но Ленка то этого не знает, вот и ревнует, как ненормальная. Она же только с виду такая спокойная, а сама все внутри переживает. Мы вот что, давай сделаем – ты…
Но он не успел договорить, потому как в кухню зашла Лена. При ее появлении разговор сразу же прекратился. Она удивленно посмотрела на мужчин:
- О чем сплетничаете? – она уже немного успокоилась у себя в комнате, поэтому могла адекватно оценить обстановку.
- Кулемина, что за вопросы? – возмутился Степнов. – Мы не сплетничаем, а обсуждаем концепцию сценария, а это тайна, между прочим.
- Ну-ну… - скептически сказала она и равнодушно пожала плечами, - тайна, так тайна. А чай почему не налили?
- Да заболтались, - поддержал Степнова дед. – Не видишь что ли?
- Ну-ну, - снова повторила Лена и налила всем троим чай.
- Лен, как день прошел? – спросил ее дед, когда они втроем уселись за стол и приступили к чаепитию.
- Да нормально, - Лена не хотела вспоминать сегодняшний день, потому как только успокоилась, и ей сейчас не нужно было подвергать себя излишним эмоциональным нагрузкам, поэтому она взяла кусок хлеба, чтобы намазать его маслом. Размеренные и спокойные, слегка поглаживающие движения ножом о хлебный мякиш всегда ее успокаивали, можно даже сказать вводили в какой-то своеобразный транс.
- Мне Виктор тут рассказал о сестре Игоря – Маше, которая приходила к вам сегодня на тренировку, - нож так и остался висеть в воздухе, но через некоторое время продолжил свой путь и, подхватив содержимое, с силой опустился на кусок хлеба, придавливая и размазывая, при этом Лена еще стукнула локтем по столу, чтобы никто не услышал скрип зубов – невероятно, видимо это Маша произвела на Степнова жутко неизгладимое впечатление, что он чуть ли не с порога кинулся рассказывать о ней деду. – Как я понял, она учится на последнем курсе физкультурного. Я тут подумал – она спортсменка, девушка – надо пригласить ее к нам, может чем поможет со сценарием, своим, так сказать, молодежным женским взглядом. Ты не против? – Петр Никанорович внимательно посмотрел на внучку, поэтому не заметил ошеломленный взгляд соавтора.
Лена внутри вся сжалась в комок, пытаясь не подать виду, что последние слова деда подействовали на нее, как кирпич на незащищенную голову – мало того, что эта Маша преследовала ее целый день, мало того, что Степнов наболтал про нее деду, так еще и дед – предатель – последний ее оплот – рухнул, также пав жертвой Машиных чар, пусть только на словах Степнова. Это ж как ее тут надо было расписать и нахваливать, чтобы дед так проникся, что позвал ее к себе сценарий обсуждать! Тайный, между прочим! Ее вон, и ту не допустили. А Маше – пожалуйста – зеленый свет везде – и в спортзал, и в кафе, и к ним домой, и в постель к Степнову, и в его сердце… Черт! Про последние два пункта не надо было думать! А то опять начнешь фокусы показывать. Еще раз стукнув локтем по столу, но погромче, Лена спокойно сказала, продолжая водить ножом по хлебу:
- А с чего бы мне быть против? Да хоть весь институт, мне то что, если это надо для сценария? Меня, скорее всего, даже дома не будет.
- Ну тогда через Игоря передашь приглашение?
- Передам.
Лена попыталась перекинуть мысли на что-нибудь настолько далекое от всей этой ситуации, насколько это вообще было возможно. Однако ей что-то мешало. Бросив попытки, она поняла, что две пары глаз внимательно смотрят на нее. Это было уже слишком:
- Что? – не выдержала она, откусывая хлеб и, совсем не чувствуя его вкуса, тут же запила чаем.
- Лен, - осторожно начал Степнов, - ты с каких это пор горчицу полюбила? Раньше тебя не заставить было, а сейчас просто в прикуску с чаем?
Лена медленно опустила глаза на стол. От увиденного у нее помутнело в глазах – вместо масла она намазала на хлеб горчицу. Да что ж это такое, в конце концов?! И когда это все закончится?!
- Да, раньше не ела, а сейчас захотела. Можно? – она пыталась взять себя в руки, но вопрос все равно прозвучал грубо. – И вообще, - сказала уже намного тише, - я жутко устала за сегодняшний день, просто сил никаких нет, даже чай допить. Я к себе пойду, - с этими словами она встала из-за стола, поцеловала в щеку дедушку и, мало соображая, что делает, на каком-то автомате повторила эту же процедуру со Степновым. После чего, так и не поняв, что сделала, вышла из кухни, на которой воцарилась мертвая тишина.
- Я не понял, это что сейчас было? – наконец пришел в себя Степнов.
- Ну ты даешь, Виктор, - довольно улыбнулся Кулемин, вытирая пальцами уголки губ. – Свел с ума девчонку, и еще спрашиваешь!
-Да вы о чем, Петр Никанорович? Вы что, не видите, что тут что-то серьезное, может ее уже врачу давно пора показать, а мы тут сидим, разговоры рассуждаем про ревность, про Машу какую-то! Кстати, зачем вы ее решили к вам позвать? Это же абсолютно ни к чему!
- Много ты понимаешь! Если Лену не спровоцировать, то вы так и будете ограничиваться одними только взглядами. А так она ревновать начнет, глядишь, у нее активность проявится в отношении тебя. А ты бы подыграл, вместо того, чтобы сидеть, как чурбан. Мой тебе совет – помелькай при Ленке с этой Машей.
- Так вы что, специально что ли это все затеяли?! – Степнов снова вскочил со своего места. – Ну, Петр Никанорович, я от вас этого не ожидал! Я ни во что тут играть не собираюсь, и уж тем более не собираюсь этой игрой давать ложных надежд Маше, она хорошая девушка. Тем более я не верю во всю эту историю с ревностью. А у Лены серьезные проблемы какие-то, про которые она не хочет говорить. Вы бы лучше пошли к внучке и попытались выяснить, что на самом деле с ней происходит. А я домой пойду. Успокоюсь. Не провожайте, - крикнул он уже на ходу.
-Эх, молодежь… - хитро улыбнулся в усы писатель.


http://kvmfan.forum24.ru/?1-13-0-00000091-000-0-0-1232966000

Спасибо: 89 
Профиль
abama



Сообщение: 35
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 7
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.02.09 14:51. Заголовок: На следующий день Ле..


На следующий день Лена, проснувшись под звон будильника, неохотно поворочалась в надежде прогнать сон или противный звук. Ни то, ни другое упорно не хотело уходить. Поняв, что другого выхода нет, девушка, не открывая глаз, дотянулась до будильника и стала нажимать на все кнопки сразу. Когда результат не порадовал ее желанной тишиной, она стала просто лупить по нему открытой ладонью. Когда и это не подействовало, она на ощупь вытащила из него батарейки. Звук упорно не переставал извлекаться из какого-то устройства. От удивления, что обесточенный механизм, лишенный питания, продолжает работать, Лена приоткрыла глаз… потом другой… Потом устало их прикрыла, потому что поняла, что настойчивый звук доносился из мобильного телефона. Отвечать не хотелось, но Лена собралась и выдавила из себя:
- Алло…
- Ленка, ты что, спишь что ли? На школу забить решила?
- Гуцул, ты? Чего звонишь в такую рань?
- Ничего себе рань! Скоро уже урок начнется! Я, между прочим, тебя у подъезда жду.
- Ну вот и жди! – Лена разозлилась и бросила трубку. «Вот зачем позвонил? Зачем пришел? Только настроение испортил, которое итак ни к черту». Настроение ни к черту было из-за того, что Лена практически не спала эту ночь. Когда она накануне вечером, ничего не соображая, пришла себе в комнату, то подумала, что от всего случившегося за день должен быть хоть какой-то плюс, и этот плюс должен состоять в том, что умотанная событиями дня, она должна уснуть просто на полпути до подушки. Однако заснуть на полпути не получилось. Не получилось заснуть и, положив голову на подушку, как и в последующие четыре часа, в течении которых Лена разве что только гипнозом не баловалась, пытаясь ввести сон в свой организм. А все потому, что в голову лезли мысли, про которые Лена думать не хотела, иначе просто бы произошел сбой в матрице. Чтобы этого не произошло, Лена сначала пыталась громко думать про себя различные мелодии, потом пыталась громко читать про себя учебники по всем предметам, потом громко про себя считала овечек, потом, решив утомить себя окончательно, поотжималась, покачала пресс, поприседала. Сон не шел. И когда уже Лена приняла решение не бороться с потоком тревожных мыслей, ей все-таки удалось забыться беспокойным сном. Но спала она катастрофически мало, поэтому и проспала, да еще от всех переживаний и будильник с вечера забыла поставить. А тут, как назло, утром Гуцул звонит. Делать ему что ли нечего. Вот ей вот действительно ничего не остается, кроме как идти в школу вместе с ним.
По-спортивному быстро приведя себя в порядок и одевшись, Лена сбежала по ступенькам подъезда вниз и, открыв дверь на улицу, увидела, как Гуцул от нетерпения разве что только не подпрыгивает.
Увидев девушку, он оживился и подскочил к ней:
- Чего, Ленка, проспала?
Лене настолько захотелось послать его далеко и надолго, что она даже испугалась, что сделает это, поэтому вместо ответа кинув парню:
- Пошли, - она быстро зашагала по направлению к школе.
Некоторое время Игорь пытался поговорить с ней, но Лена не реагировала вообще ни на какие темы. У нее в голове была жуткая каша из картинок прошедшего дня, обрывков мыслей и постоянно повторяющейся мысли «нельзя». Что именно «нельзя» Лена так и не ухватила, но, честно говоря, она даже не пыталась, подозревая, что от выяснения этого факта лучше не станет. Но факт выявил себя сам с помощью Гуцула – тот, устав от попыток втянуть Лену в разговор, просто вступил в стадию рассказа. И на протяжении всей дороги до школы Лена была вынуждена слушать про то, в каком восторге Маша от Степнова. Почему-то игнорировать, как это было раньше, речь Игоря именно сейчас не получалось. Поэтому события вчерашнего вечера постепенно были вынуждены сложиться в ее голове в одну картинку. Что именно «нельзя» вспомнилось.
Но этого было более чем достаточно, и больше Лена не хотела слушать о том, какой Степнов мужик и «вообще…» Поэтому, вспомнив, помимо всего прочего и о просьбе деда, Лена резко перебила Игоря, который рассказывал, как Маша не давала ему спать расспросами про Степнова:
- У меня тут дед тоже прослышал про Машу и хочет, чтобы она сегодня зашла к нам, обсудила с ним сценарий, может подскажет чего, - Лене самой стала противно от этих слов.
- Да ты что? – обрадовался Игорь. – Маша будет в полном восторге! Тем более это же со Степновым идти надо будет!
Лена уже больше не могла слышать ни слова ни про Степнова, ни про Машу, ни про них двоих вместе взятых, поэтому резко развернувшись к Игорю, она выпалила:
- Ну ладно, ты звони Маше, а я в класс, - и уже собиралась уйти, как почувствовала, что Игорь удерживает ее за локоть:
- Подожди, Лен, я тут хотел спросить… Точнее Маша… Ты же со Степновым в хороших отношениях, можно даже сказать, что вы друзья…
- И что? – Лене не нравился такой поворот разговора.
- Ну может ты подскажешь, что Маше сделать, чтобы понравится ему, ну в плане того, какие ему девушки нравятся…
Лена замерла в нерешительности, потому что ее терзало очень большее желание сказать какую-нибудь гадость вроде того, что Степнов любит лысых, но пересилив себя, она только тихо прошептала:
- Все что нужно, она уже сделала… - и, вырвав свою руку из хватки Игоря, скрылась за дверями школы.

Но спокойно посидеть Лене так и не удалось – не успела она зайти в кабинет и занять свое место, как тут же к ней пристала Новикова с расспросами:
- Ленка, чего такая хмурая? Не выспалась?
- Отстань, Лер, - на какой-то другой ответ ни хватило ни желания, ни фантазии.
- Ну правда, подруга, ты как-то плохо стала выглядеть последнее время.
- Спасибо, Лера, - сквозь зубы процедила Лена, открывая учебник, - это как раз именно то, что я хотела услышать.
- Ну правда, Лер, - вмешалась Наташа,- оставь ты человека в покое.
- Не оставлю, я же подруга или где, - и Лера снова с решительным видом повернулась к Лене, но тут ее опередил Гуцул, который радостно зашел в класс и тут же подлетел к Лене:
- Я позвонил Маше! Как я и говорил – она в восторге! Придет сегодня после уроков к Степнову, и они вместе пойдут к твоему деду. Слушай, ну все так удачно складывается, я прям даже не ожидал. Здорово мы тогда это придумали.
- Ты о чем? – перебила его Новикова. Ее задевало то, что она была не в курсе каких-то интриг. – Откуда вообще взялась твоя сестра и что у нее со Степновым? Кстати, они отлично смотрятся вдвоем, красивые дети могут получиться, - и Лерка глупо захихикала. Этого Лена уже вынести не могла – громко захлопнув учебник, она обвела тяжелым взглядом всю компанию:
- Ну сколько можно болтать? Мне тут вообще дадут подготовиться к уроку? Может, вы пойдете в другое место обсуждать будущее потомство Степнова и сестры Игоря! Что вы тут все как с ума посходили на этой теме?! - и Лена уже сама вскочила и пересела на заднюю парту с учебником.
- Что это с ней? – спросила Наташа.
- Да не выспалась, - пояснил Игорь, он уже хотел было присоединиться к Лене, но что-то в ее взгляде остановило его. Он понял, что сейчас ее лучше не трогать.


Лена быстро шла по направлению к дому. На всех уроках в школе она так и просидела на задних партах, чтобы ее не трогали, да и чтобы самой не тронутся от всех этих разговоров про Степнова. Видимо, это стало темой №1 на некоторое время. Лена искренне надеялась, что это время скоро закончится.
Сначала ее пытались растормошить, но видимо, выглядела она при этих попытках настолько грозно, что даже неугомонная Новикова угомонилась. Воспользовавшись тем, что внимание к ней угасло, Ленка быстро выскочила из школы и направилась домой, отправив по дороге две смски – одну Наташе, чтобы не теряли ее, и на репетиции в кафе она будет вовремя, а вторую Гуцулу, чтобы передал Степнову, что на тренировке ее сегодня не будет – плохо себя почувствовала. Отчасти это было правдой, хотя это плохое самочувствие сопровождало ее вот уже несколько дней, но на тренировке у нее могло бы случиться обострение, если бы она увидела там пару месяца… дальше Лена даже не стала развивать мысль. Вот она сейчас пойдет домой, немного придет в себя, приведет в порядок - а то вон уже даже замечание делают, потом на репетицию, там девчонки, музыка, ничего кроме музыки быть не должно, надо, наконец, отыграть нормально, а то это уже даже не смешно. Потом домой, но как можно позже, чтобы опять же – их не встретить, чтобы они уже ушли. И всё – стоп мысли, дальше не додумывать. Лена даже не заметила, что уже держала руку на звонке. Очнулась только, когда дед открыл дверь:
- Лена? Что так рано? Я тебя ждал только после репетиции, у тебя же вроде как тренировка сейчас.
- Ой, дед, просто голова раскалывается, - сказала Лена, на ходу сбрасывая кроссовки, - я до репетиции дома побуду, - и Лена скрылась в своей комнате.
- Ну дома так дома, - проворчал Петр Никанорович, - кушать то чего будешь? – уже громче крикнул он.
- Нет, - послышалось из Ленкиной комнаты.
Дед ничего не ответил, только покачал головой – ему вся эта история уже переставала нравиться.


Спасибо: 72 
Профиль
abama



Сообщение: 36
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 7
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.02.09 14:55. Заголовок: Если бы Лене кто-то..



Если бы Лене кто-то сказал, что она будет красться к двери собственной квартиры, то она бы громко рассмеялась, ну или не очень громко, а может и в морду бы дала - в зависимости от настроения. Но сейчас она не только кралась к двери, она еще и припала ухом, пытаясь уловить хоть один звук, который бы доносился из квартиры. Она оттягивала уход из кафе сколько могла – сначала заставляя девчонок играть сверх положенного, потом выпив пару чашек кофе, потом съев пару десертов, потом снова кофе. Потом очень долгий спор с Гуцулом по поводу того, что он не пойдет ее провожать. В конце концов пришлось прибегнуть к самому противному аргументу – «придем, а там Степнов с Машей, он же ее до дома захочет проводить, а тут увидит тебя и растеряется еще, мол есть уже провожатый для Маши, или еще хуже – пойдете втроем.» Резонное возражение Игоря про то, что он может и не подниматься, Лена даже слушать не хотела – как она оставит его одного голодного, холодного и даже чаем не напоит! Игорь мог еще много чего сказать, но слишком уж Лена напирала и выдумывала заковыристые причины, чтобы прикрыть одну простую – она просто не хочет, чтобы он ее провожал. Он решил не настаивать – ну хочет девушка побыть одна, к чему ломать? В следующий раз наверстают. И вот теперь Лена, задержавшись так долго, как это вообще было возможно, поняла, что жертвы были напрасны – за дверью слышались громкие голоса и смех. И вряд ли это соседи зашли за солью.
Поняв, что у нее нет другого выхода, Лена, ну не стоять же под дверью вечно, осторожно достала ключи и, стараясь не создавать много шума, открыла дверь. Внимательно смотря под ноги, чтобы не дай Бог не споткнуться, она на цыпочках прокралась в прихожую, осторожно захлопнула дверь и облокотилась на нее, устало выдыхая и прикрыв глаза. Когда она их открыла через мгновение, то увидела, что на нее удивленно смотрят три пары глаз.
- Ты чего крадешься, Лен? – спросил дедушка.
- Как чего? – Лена быстро соображала, - тебя боюсь разбудить, я же не думала, что вы тут до сих пор заседаете, - и она раздраженно стянула с себя кроссовки.
- Да мы в принципе уже уходим, правда Виктор – Маша просто промурлыкала эту фразу голосом довольной кошки, наевшейся сметаны, но предвкушающей еще более вкусную трапезу.
При этих словах, а даже скорее всего, тоне, которым они были сказаны, Лена резко развернулась на 180 градусов и, полностью не сознавая, что делает, серьезно заявила:
- Виктор Михалыч, мне надо с вами поговорить!
- Ну хорошо, Лен, завтра поговорим, - попытался успокоить ее Степнов, потому что было уже заметно, что Лена очень волнуется и переживает по поводу чего-то.
А Лена переживала по поводу того, что это опять началось, но остановиться она уже не могла:
- Нет, Виктор Михалыч, это срочно, вопрос жизни и смерти!
- Лена, что ты такое говоришь? – уже не на шутку перепугался Петр Никанорович. – Если это так серьезно, то почему ты мне этого сказать не можешь?
- Дед, извини, тебе – не могу, - замялась девушка, она не хотела заставлять его волноваться. – Ты не переживай, все в порядке, просто мне действительно надо поговорить с Виктором Михалычем, - и кивнув Степнову с намеком «ну что вы тут стоите, разговоры разговариваете, не видите, что от них только дед переживает».
Степнов все понял мгновенно, слишком хорошо он изучил различные выражения лица Кулеминой. Сказав на ходу Маше «Не уходи, я провожу», он поспешил последовать за Леной, которая на последней его фразе затормозила и, повернувшись ко всем лицом, сказала, что это может затянуться.
- Ничего, я все-таки подожду, - эта машина фраза заставила Лену просто закипеть изнутри. Но она все-таки взяла себя в руки, и, прошествовав в свою комнату, попросила Степнова прикрыть дверь.
Виктор молча расхаживал перед диваном, на котором сидела Лена и в отчаянии заламывала руки. Она не знала, что сказать, она затащила его к себе в комнату под предлогом разговора, чтобы он не пошел провожать Машу. Это решение, как и многие другие в последнее время, она приняла чисто интуитивно, не думая, да вообще не соображая, что делает. Это было уже на уровне условного рефлекса – видит Степнова с Машей – делает глупость, совершенно не думая об этом. А потом приходилось расплачиваться. Вот и сейчас надо было придумать, что говорить – ведь не просто так в полночь она решила срочно поговорить со своим учителем физкультуры, при чем о чем-то таком, о чем не могла рассказать даже деду. Нет, не надо ничего придумывать, надо рассказать ему все как есть, извиниться, а потом может вместе и посмеяться над всем этим. Да, точно, - обрадовалась Ленка, - расскажу ему правду» и она выпалила:
- Я беременна, - и тут же закрыла лицо руками, пребывая в состоянии шока от того, что сказала только что.
Виктор, до этого времени меряющий пространство перед диваном шагами и переживающий по поводу того, что же хочет рассказать ему Ленка – он был уверен, что это так или иначе пролило бы свет на ее странное поведение в последнее время – на последней фразе остановился как вкопанный, не в состоянии поверить в то, что сейчас услышал:
- Это правда? – дрожащим голосом переспросил он.
Лена закивала головой, проклиная себя и все на свете.
Сомнений больше не возникало - удрученное состояние девушки говорило само за себя.
- И… и от кого? – этот вопрос дался ему с еще большим трудом.
- Я не знаю, - зарыдала Лена в своих ладошках, от которых не хотела отнимать лица. Она рыдала от своей беспомощности, от неспособности противостоять этому непонятному чувству, которое вытворяло с ней такие безрассудные вещи, похищало ее у самой себя, утаскивало к себе и меняло полностью, вынуждая говорить и делать то, что ей несвойственно. Она уже устала от этой непрекращающейся внутренней войны, которую она проигрывала раз за разом, не смотря на огромные усилия, потраченные на борьбу. Из этого непонятного, близкого к истерике состояния ее вывел бешеный крик Степнова:
- Что?!!
У Ленки от испуга высохли все слезы. Она попыталась вспомнить последнее, что сказала Степнову. Видимо вспомнила, потому что, сделав над собой усилие, произнесла сбивающимся шепотом:
-То есть Гуцул, - Лена напряглась, пытаясь вычислить потенциального кандидата – Да, точно, Гуцул, - сказала она уже уверенней и даже выдохнула с облегчением.
- И что ты думаешь делать? – грозно спросил Степнов. Он еще даже до конца не мог переварить новость про то, что Ленка, его Ленка, хотя уже не его, уже не девушка, а женщина. Она отдала себя парню, который не смог отказаться от такого. В голове мгновенно вспыхнули красочные картины, на которых его девочка… Черт! Не его!!! Тысячу раз не его!!! Тысячу раз «Черт!»
- Я не знаю, - громко всхлипнула Лена, снова пряча лицо в ладонях. Она действительно не знала, что ей делать со всем этим: с этой неведомой силой, которая ломает ее изнутри, с этой ложью, которую она наплела Степнову, с той ложью, которую она ему еще наговорит… Она катастрофически не знала, что со всем этим делать.
- Лен, - Виктор устало опустился на диван, - не расстраивайся раньше времени, - попытался он ее успокоить. Приобняв ее за плечи, он слегка потянул ее на себя, и она с радостью уткнулась мокрым носом ему в грудь. – Ты Игорю сказала? Что он по этому поводу думает?
-Виктор Михалыч, пожалуйста, только не спрашивайте меня про Игоря, - прошептала она в его футболку. Про Игоря она врать уже не в состоянии, но знала, что если понадобится, то соврет, при чем соврет что-нибудь ужасное. Поэтому единственным выходом было запретить Степнову спрашивать об этом. Но, почувствовав, как напряглось его тело, Лена испугалась еще больше:
- Виктор Михалыч, - она подняла на него заплаканные глаза, - пообещайте мне! Пообещайте мне немедленно, что вы не будете говорить с ним на эту тему, - в панике требовала она.
- Так вот почему, - услышала она в ответ шепот.
- Что почему? – спросила она.
- Вот почему ты так странно вела себя последнее время, вот почему эти ваши стычки с Гуцулом, вот почему ты не пришла сегодня на тренировку… А я то, дурак, уже начал думать, что Петр Никанорович прав…
Она не понимала, о чем он говорит, но для нее сейчас было гораздо важнее другое:
- Виктор Михалыч, - снова настойчиво позвала она. – Пообещайте мне, что не будете об этом говорить с Игорем без моего разрешения! – в ее глазах было столько страха и отчаяния, что Виктор не сдержался и слегка погладил ее по волосам, зарываясь в них:
- Конечно, обещаю, девочка моя, - ну что он мог ей еще сказать, когда она в таком состоянии?
Лена чувствовала себя последней дрянью – наговорила кучу всего, наврала самому близкому человеку, оболгала другого, а вместо того, чтобы мучиться угрызениями совести и сгорать со стыда, она наслаждалась этими мгновениями, когда он был рядом и прижимал ее к себе так, словно она была самым ценным в его жизни. Она глубоко вдыхала его запах, надеясь надышаться им на несколько дней вперед и запастись на те периоды, когда не будет видеть его.
- Лен, а ты уверена? – спросил после некоторого молчания Степнов. – Как ты узнала? Ты тест делала?
Лена только кивнула головой в знак согласия – тест так тест.
- Ну это еще ничего не значит… - протянул Степнов. – Значит так, Лен, - он слегка отстранил девушку от себя, чтобы видеть, что она понимает то, что он говорит, - ты сейчас не расстраивайся, я завтра приду с утра за тобой, и все будет хорошо. Мы все решим. Ты меня поняла? – он слегка встряхнул девушку за плечи.
Лена снова утвердительно кивнула Господи, как хорошо просто кивать и ничего не говорить!
- Возьми у дедушки в аптечке таблетку валерьянки и выпей на ночь, только чтобы он не видел. Да, кстати, я ему скажу, что мы с тобой говорили по поводу соревнований – это чтобы ты знала, что ему врать – Лена расслабленно выдохнула, «знать, что врать», сейчас для нее эта фраза звучала, как песня. Как хорошо, когда рядом есть человек, который берет все проблемы на себя и даже говорит про то, что именно тебе надо врать. Лена снова была вырвана из мира мыслей легким потряхиванием Степнова за плечи. Даже не слыша того, что он говорит, она по одному этому движению поняла, что он хочет от нее, и она утвердительно кивнула.
А потом он просто ушел. Нет, не просто – перед самой дверью обернулся и внимательно на нее посмотрел. Как будто прощался, - подумалось тогда Ленке. И сейчас ей было уже даже все равно на тот факт, дождалась Маша Степнова или нет. Из головы не выходил этот взгляд – с таким отчаянием и безысходностью прощаются только с мечтой.
Она не пошла за валерьянкой в аптечку деда. Она купила сегодня ее себе сама в аптеке.
Лена быстро переоделась, проглотила таблетку и, не моясь, улеглась спать, стараясь не думать о том, что сегодня натворила. Но она бы даже при желании не могла этого сделать, потому что утомление организма, наконец, добралось и до мозга.


http://kvmfan.forum24.ru/?1-13-0-00000091-000-0-0-1232966000



Спасибо: 82 
Профиль
abama



Сообщение: 53
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.02.09 04:24. Заголовок: Лена сидела на стуле..


Лена сидела на стуле и внимательно смотрела на врача, которая уверенно что-то строчила по бумаге. Врача звали Алиной, и она была приятельницей Степнова.
Утро для Лены началось со звонка в дверь, который Лена проигнорировала, потому как еще даже толком не проснулась. Однако следом за звонком в ее комнату вошел дед и сказал, что к ней пришел Степнов. Мгновенно проснувшись от такой новости, Лена вскочила, и как была в пижаме, так и выбежала в коридор.
- Виктор Михалыч? – удивленно спросила она хриплым ото сна голосом. – Что вы тут делаете?
- Ну ты даешь, Кулемина, - усмехнулся он, - такая молодая, а памяти никакой – мы же вчера договаривались о пробежке, а то ты не в полной форме на соревнования выходишь, ты мне сама вчера об этом и говорила, - и Степнов покосился на Петра Никаноровича, но тот этого не заметил, потому что уже удалялся на кухню – готовить завтрак.
- Какая пробежка, Виктор Михалыч, вы что, с ума сошли? – и Лена зевнула, слегка прикрывая рот ладошкой. Степнов в ответ только грубо затолкнул ее обратно в комнату и прикрыл дверь. Выражение его лица мгновенно изменилось: с добродушного и непринужденного до, можно сказать, почти злого.
- Кулемина, собирайся, давай, - и он бесцеремонно открыл ее шкаф, вытащил оттуда джинсы и кинул их ей на постель. – Одевайся, я сказал, - повторил он, когда увидел, что девушка опустилась на диван. – Лена, - уже мягче сказал он, - сейчас придет твой дедушка и начнет задавать вопросы, ты же этого не хочешь?
Лена этого не хотела, хотя еще толком сама не знала почему. Потом постепенно она начала вспоминать предыдущий вечер. Тихо охнув, она хотела закрыть лицо руками, но ее руку в кисти крепко сжимал мужчина. Рывком подняв ее с постели, он дал ей в руки джинсы и еще раз попросил собраться. Только сейчас Лена начала понимать, что все, что происходило, имело непосредственное отношение к тому, что происходило накануне. Взяв, наконец, себя в руки, Лена обратилась к Степнову:
- Может, вы все-таки выйдете?
Виктор окинул ее пристальным взглядом с ног до головы, отчего мурашки забегали во всех направлениях, задержался на лице и, повторив еще раз «Собирайся», вышел из ее комнаты.
Лена начала лихорадочно собираться и также лихорадочно соображать. «Куда он ее тащит? Уж точно не на пробежку. Тогда куда? Это связано с тем, что я сказала, что беременна. Блин, нафига я это сказала?!! Вот же дура! Это же надо было так вляпаться! Так, сейчас некогда об этом думать, а то ворвется разъяренный Степнов и снова начнет орать». Лена расчесала волосы – один день можно и так походить, и выбежала из комнаты. Умывшись, она зашла на кухню, где Степнов и дед мирно пили чай. На лице Степнова не было ни одной из тех негативных эмоций, которые она видела несколько мину назад, лишь при ее появлении часть его мускулов напряглась, Лена буквально почувствовала это.
- Давай, Лен, я тебя покормлю, - начал дедушка расставлять перед ней приборы.
- Давайте, я ее покормлю, - перехватил его инициативу Степнов, - а вы идите, отдыхайте, сил набирайтесь, вам еще сценарий дописывать.
В другой бы день Лена удивилась такому его бесцеремонному поведению, но только не сегодня, она лишь слабо кивнула деду, когда он вопросительно посмотрел на нее. Дождавшись, когда Петр Никанорович выйдет из кухни, Степнов выдернул из Лениных рук бутерброд:
- Это будешь есть в будущей жизни, или прошлой, а пока на ка нормальную еду, - с этими словами он наложил тарелку супа и поставил перед ней.
Лена поняла, куда он клонит:
- Может, устроите мне медосмотр? – спросила она, подув на ложку с супом.
- Этим мы сегодня утром как раз и займемся, - мрачно ответил Виктор. Ложка замерла в Лениной руке.
- Что вы имеете ввиду?
- Только то, что сейчас ты ешь, и мы идем в больницу, где работает одна моя знакомая.
Видимо супу сегодня было не суждено попасть в Ленкин организм – она швырнула ложку обратно в тарелку:
- Я никуда не пойду! – крикнула наполовину в испуге – он прибьет ее, когда узнает правду, или хуже – обо всем догадается, наполовину в гневе – что за манера все решать за нее!
- Пойдешь! – он снова слегка сжал ее руку в кисти. - Иначе я расскажу обо всем деду.
- Вы не посмеете! – побледнела Лена. «Не хватало еще деда втянуть в эту историю».
- А ты проверь! – и Степнов слегка приподнял бровь. Так рисковать Лене не хотелось, поэтому рывком поднявшись со стула, она бросила Степнову:
- Пойдемте!
Но он успел перехватить ее за локоть и слегка потянуть на себя:
- Погоди. Не известно, сколько это займет времени, так что поешь и возьми школьную сумку.

Так и получилось, что у Лены не оказалось даже времени подумать о моральной стороне своего поступка, поэтому вышагивая рядом со Степновым по пути в больницу, она думала только о том, как бы сделать так, чтобы Степнов не узнал правды. Выход оставался только один – договориться с врачом. Но Степнов сказал, что это его знакомая, так что надо выяснить, как они познакомились, чтобы определить степень лояльности врача по отношению к ее учителю. Она долго пыталась подобрать слова, но в голове была такая каша, что выудить что-либо оттуда не представлялось возможным, поэтому, плюнув на это занятие, Лена просто спросила:
- Виктор Михалыч, вы сказали, что врач ваша знакомая. А как вы познакомились?
- Что за вопросы, Кулемина? – несколько удивленно спросил он.
- Да просто так, - Лена неопределенно пожала плечами, - идем как-то скучно, надо же о чем-то поговорить.
- Я бы предпочел о другом с тобой поговорить, - раздраженно заметил Степнов.
- Наверное, лекцию мне прочитать? – высказала предположение Лена. – Как это вы еще до сих пор этого не сделали…
- Успокоиться сначала надо, - вздохнул мужчина. – Слушай, Лен, я правда не понимаю: зачем ты это сделала? – и он резко повернулся к ней лицом. – Что, до конца школы подождать нельзя было? Или это такая великая любовь? – горько спросил он.
- Нет, - вот это Лена в себе не понимала: она уже столько всего наврала Степнову, просто невероятных вещей, при чем ложь срывалась с ее губ также легко, как страницы перелистывались в книге, а вот про великую, да даже просто, про любовь к Гуцулу, она не могла ему соврать, это было как святотатство.
- Тогда что же? Почему, Лен? Или… он вынудил тебя? – Лена заметила, как напрягся его голос, а вместе с ним и кулаки.
- Да вы что, Виктор Михалыч, - она даже рассмеялась от такой идеи, - вы же знаете, что удар у меня тяжелый.
- Это да… - и Степнов потер переносицу, - ну тогда я вообще не понимаю, Лен…
Лена и сама не понимала, и даже не знала, что придумать, потому что самые естественные ответы сама же себе и зарубила.
- Ну просто спортивный интерес, - только когда она это произнесла в слух, то поняла, насколько глупо это прозвучало, и даже не глупо, а пошло, как будто она и не человек вовсе, а так, существо, которое ставит опыты. Видимо для Степнова все это прозвучало именно так, потому что он сначала недоверчиво на нее посмотрел, а потом в нем как будто что-то сломалось – он отвернулся и равнодушно сказал:
- Ну это все объясняет, - и пошел дальше.
Лена поплелась за ним, даже не пытаясь продолжить разговор – куда уж дальше, если она с каждым словом загоняет себя все глубже и глубже в какую-то мерзость, если каждое слово невероятнее и отвратительнее предыдущего, и процесс этот никак не останавливается. Ей уже хотелось, чтобы ее вывели на чистую воду, чтобы все это закончилось, а сама она этого сделать не в состоянии.
Остаток пути они так и не сказали друг другу.
Вот и сейчас, врач Алина молчала, впрочем, как и во время самого осмотра. Точнее она что-то спрашивала Лену, но никак не комментировала ни ее ответы, ни результаты осмотра. Лене уже несколько надоело это молчание, оно ее заставляло нервничать, как будто ее игнорировали – сделали себе выводы о ней и решили, что с такой девушкой общаться не стоит. Ну пусть тогда скажут ей это в лицо!
- Ну что вы молчите! – воскликнула она.
Врач оторвалась от написания, повернула голову в ее сторону и слегка улыбнулась:
- А что ты от меня хочешь услышать? Что ты не беременна? Так ты это и так знаешь.
- А откуда вы знаете Степнова? – Алина вздрогнула от того, как неожиданно произошла смена темы разговора.
- Ну просто он одно время встречался с моей сестрой, за это время они с моим мужем очень сдружились и продолжают общаться до сих пор.
- Тогда вы меня должны понять, - Лена внезапно поняла, на что надо давить. Женская солидарность - она и в Африке женская солидарность. – Понимаете, - и она скромно затеребила салфетку на краю стола, - я люблю его…
Бросив взгляд на женщину, она поняла, что не ошиблась – в ее взгляде появилось какое-то материнское понимание к шалости своего ребенка.
- Ну, бывает, конечно… Но это не выход – привязать к себе мужчину с помощью ребенка. И я не буду обманывать Виктора и говорить ему, что ты беременна.
- А этого и не надо, - и Лена порывисто схватила ее за руку.
- Я тогда ничего не понимаю…
- Знаете, он мой учитель, и воспринимает меня исключительно, как ребенка, а сейчас он, наконец, увидел во мне женщину… Я просто не переживу, если все опять вернется в начало. Пожалуйста, не говорите ему, что я… что у меня… еще никого не было… Это же совсем не обязательно, да? Вам даже врать не придется – ему и в голову не придет об этом спрашивать, - Лена сама себе поражалась, насколько правдоподобно звучали слова, которые срывались с ее губ. Но, похоже, она действительно, подобрала ключик к Алине.
Они вдвоем вышли из кабинета в коридор, где нервно расхаживал Степнов. Обернувшись на звук открываемой двери, он нетерпеливо спросил:
- Ну что? - «Прям как папочка» - мелькнуло в голове у Лены, и она счастливо ему улыбнулась настолько искренне, как только могла – уж если ей приходится привносить в его жизнь столько лжи, то пусть хотя бы улыбка сохранит искренность. Он в ответ тоже ей улыбнулся, инстинктивно почувствовав, что все хорошо. Он посмотрел поверх Лениной головы на Алину. Но Лена была в ней уверена. Алину протянула Степнову бумажку с рецептом:
- Результаты тестов иногда ошибочны, так что не надо удивляться. А вот, это просто витамины, они никому не помешают.
- Спасибо тебе, Алин,- поблагодарил врача Степнов.
- Обращайся, если что, - и Алина вернулась к себе в кабинет.
- Ну что, Лен, пойдем? – Степнов кивнул ей в сторону выхода.
Лена радостно вздохнула, окрыленная тем, как все удачно прошло:
- Конечно! В школу? – уточнила она.
- Нет, мне надо с тобой серьезно поговорить.
- Понятно, - в миг погрустнела Лена. – И куда пойдем?
- Не знаю – может в кафе – перекусим что-нибудь, а то ты так ничего утром и не поела.
- Ну уж нет! Я примерно догадываюсь, о чем вы хотите со мной поговорить. Не очень хочется, чтобы при этом народ сновал мимо нас сплошным потоком.
- Ну тогда как? По дороге я тоже об этом говорить не хочу.
- К нам тоже нельзя – дед…
- Хорошо, -согласился Степнов и пошел в направлении выхода, - мы пойдем ко мне.
Лена, которая к тому времени уже начала его догонять, резко затормозила:
- К вам?
- Да, ко мне – там не будет лишних свидетелей, и я покормлю тебя заодно.
- Ну просто это как-то неожиданно - я ни раз у вас не была…
- Ну, всегда когда-то случается первый раз, - и он обернулся к Лене, а она смутилась под его взглядом, понимая, на что он намекает. А у нее и так сердце готово было выскочить из груди от мысли, что она окажется у него в квартире. В квартире у мужчины, которому она столько наврала. В квартире у мужчины, которого жутко, просто до одури ревновала. В квартире мужчины, в любви к которому она призналась женщине, которую видела первый раз в жизни. Она могла бы еще долго перечислять, но предпочла этого не делать. Последнее время внутренние диалоги ее до добра не доводили.


Спасибо: 74 
Профиль
abama



Сообщение: 54
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 9
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.02.09 04:25. Заголовок: Они опять шли в полн..


Они опять шли в полном молчании, каждый в своих мыслях. Лена, не переставая, думала о том, что окажется дома у Степнова. Ее это почему то очень сильно взволновало. Даже больше чем предстоящий разговор: ну подумаешь, прочитает лекцию, что особенного? А вот дома у него она действительно боялась побывать - это исключительно его территория, на которую он, как Лена чувствовала, мало кого пускает. И это место настолько окутано всем степновским, каждый миллиметр квартиры содержит в себе его частицы, что пребывание там грозит заражением, а она и так слишком уж не по-ученически, и даже не по-дружески, к нему относится. Но пока еще как-то спасала ее теория. Лена уже начала понимать, что эта ее теория – всего лишь попытка спрятаться от реальности, но пока ее это устраивало, она еще делала вид перед самой собой, что это так. Но для того, чтобы выбить ее из состояния равновесия, в которое она с таким трудом загнала себя с помощью этой теории, могла любая мелочь. А пребывание в квартире Степнова было далеко не мелочью, ее от его легкого аромата швыряет из стороны в сторону, а там все, все! им пахнет, повсюду его вещи, он сам, дух его присутствия. Интересно, а Маша уже успела побывать в его берлоге? От развития этой опасной мысли Лену отвлек вид аптеки, к которой они подошли. Степнов уже поднимался по ступенькам.
- Виктор Михалыч! – окликнула его Лена. Дождавшись, когда он обернется, она спросила, -зачем нам в аптеку?
В ответ он помахал у нее перед носом рецептом, который передала ему Алина.
- Ой, да бросьте вы, Виктор Михалыч, это же просто витамины. Главное – это свежий воздух и физические нагрузки, ну еще правильное питание. А с этим у меня все нормально. Так что как-нибудь без витаминчиков обойдемся.
- Нет уж: доктор прописал, значит будем употреблять. К тому же надо Новопассид купить.
-Что, Виктор Михалыч, нервишки пошаливают? – поддразнила его Лена.
- С тобой, Кулемина, свяжешься, и нервишки начнут зашкаливать, а не то, что пошаливать, так что как бы мне в скором времени не пришлось переходить на что-либо посерьезнее Новопассида, - и он скрылся за дверями аптеки. Лена, покачавшись недолго на ступенях, последовала за ним. В аптеке кроме них народа не было, поэтому Степнов уже просунулся в окошко к фармацевту и что-то ей объяснял. Лене надоело за этим наблюдать, и она начала изучать товары на полочках, но через некоторое время, почувствовав на себе чей-то взгляд, резко обернулась и с удивлением обнаружила, что фармацевт с осуждением на нее смотрит. Лене это было неприятно, но она лишь передернула плечами, как будто стряхивая с себя этот взгляд, а потом и вовсе отвернулась. Через некоторое время к ней подошел Степнов:
- Ну что, пойдем, Ленок, - и он слегка подтолкнул ее по направлению к выходу.

- Ну что ты стоишь на пороге, заходи, давай, - зазывал Степнов девушку к себе в квартиру. Лена осторожно топталась в подъезде, все еще не решаясь зайти. Но выбора не было – зачем то же они шли к нему домой. Лена смело переступила порог и оказалась в просторной прихожей, но твердо решила, что дальше в квартиру – ни ногой. Она решила этим ограничить общение с его квартирой - поговорить, в конце концов, они и в прихожей могут.
- Лен, ну что ты опять встала? Разувайся, проходи, мой руки. И будем кушать.
- Виктор Михалыч, я не хочу есть и очень тороплюсь в школу. Давайте мы здесь поговорим, и вы мне расскажете, какая я плохая девочка, и мы разойдемся. Ну чего удовольствие растягивать?
- Кулемина, я не понял, ты что, боишься чего то? – усмехнулся Степнов.
- Ничего я не боюсь, - бросила Лена с вызовом и стянула с себя кроссовки – она терпеть не могла, когда ее брали на слабо. «Кухня, - сказала она себе. – Просто кухня и никуда больше не зайду. Кухня – это не такая уж и большая часть квартиры. Просто не смотри по сторонам, не обращай внимания на детали. Значение имеет только функциональность. Черт! Перед тем как идти на кухню надо помыть руки, а для этого надо зайти в ванную. Вот уж где куча деталей, не обращать внимания на которые невозможно. Спокойно. Просто сосредоточься на главном. Кран. Надо открыть кран. О! Даже не течет, не то что у вас. Хотя у вас тоже не течет, после того, как Степнов это заметил. Вот, что значит настоящий мужчина. Все. Стоп. Открывай краны. О, хороший напор. Душ с таким принимать одно удовольствие. И Степнов каждый день стоит под этими упругими сильными струями, подставляя им свое такое же сильное тело, проверяя, что прочнее… Немедленно прекращай. Бери мыло, умывайся и иди на кухню! А где же мыло? А вот и оно. Хм… знакомый запах… Ну точно, если подойти к Степнову слишком близко, то этот запах пробивается через другие, более агрессивные, и кружит голову. Надо купить себе такое же, тогда можно было бы закрыть глаза и представить… Блин, вот же дура, стоишь тут, с мылом обнимаешься, как ненормальная. Так, надо вытереться. Полотенце. О нет! Теперь я понимаю фетишистов. Может незаметно засунуть его себе в карман?»
- Лен, ну ты чего так долго? – вырвал ее из мира грез голос из кухни. – У меня уже готово все.
- Иду уже! – и Лена выскочила из ванны настолько резво, что чуть не вписалась в угол стены.
- Осторожнее, – и Степнов усадил ее за стол на табуретку, придвинул к ней тарелку с супом и сел рядом.
Лена начала есть и только сейчас осознала, как голодна на самом деле была.
- Виктор Михалыч, а давайте сейчас поговорим, пока едим, чтобы время сэкономить.
- Вообще то, это не очень полезно для пищеварения, - пробурчал Степнов.
- Да ладно, переживу как-нибудь. Давайте, говорите, что хотели, - Лена надеялась поскорее покончить с этим.
Степнов встал с табуретки, развернулся к окну и долго смотрел вдаль, засунув руки в карманы. А когда повернулся, взгляд его был отрешенным:
- Лен, - спокойно начал он, - твоя личная жизнь – это только твоя личная жизнь, и ты достаточно взрослая, чтобы сама решать, когда ее начинать. И хоть лично я считаю, что «спортивный интерес» не самый достойный повод для этого, но вмешиваться и читать тебе лекции на эту тему я не собираюсь, - Степнов сделал небольшую паузу, чтобы перевести дыхание. – Но вот что я вообще не понимаю и отказываюсь понимать – это как ты, не по годам взрослая девушка, при родителях-медиках, в современный век информативности, умудрилась пренебречь правилами безопасного секса.
На этих словах Лена поперхнулась – не то чтобы она не ожидала это услышать, она догадывалась, что речь зайдет о ее аморальном поведении, но оказалась не готова к тому, что они будет говорить о такой откровенной стороне. И Степнов – последний человек, с кем бы она хотела это обсудить. Да по сути и обсуждать нечего – она же все наврала.
- Я надеюсь, что мне не надо тебе объяснять, какими последствиями грозит подобная неосторожность, - продолжал тем временем Степнов. – И беременность в столь юном возрасте – не самая ужасная из них.
Тут послышался шелест пакета. Лена обернулась и увидела, как Степнов достал откуда-то пакет с логотипом той аптеки, в которую они заходи по пути, и высыпал перед ней на стол его содержание. У Лены помутнело в глазах – в основном его содержание составляли упаковки презервативов.
- Теперь понятно, - только и могла сказать девушка.
- Что? – не понял Степнов.
- Понятно, почему продавец в аптеке на меня так смотрела, - заметив, что Степнов поделил содержимое на две одинаковый кучки и одну ссыпал обратно в пакет, она спросила, кивнув на оставшуюся:
- А это?
- Ну у меня же тоже есть личная жизнь, Кулемина, - с этими словами он собрал свою долю и понес куда-то в комнату, а Лена осталась сидеть, пытаясь переварить увиденное и услышанное. Но последняя фраза отрезвила ее и заставила забыть о собственной неловкости и неопытности в данном вопросе.
- А Маша что, свои не носит? – спросила она, когда он вернулся на кухню. Степнов только внимательно посмотрел на нее в ответ и переменил тему:
- Давай, доедай, а я переоденусь, и пойдем в школу, - и он вышел из кухни.
- А что это вы, Виктор Михалыч, как принцесса, по нескольку раз в день переодеваетесь? – крикнула она ему в след.
- У меня просто после работы встреча, на которую не хотелось бы идти в рабочей одежде, - он тоже кричал, но с его голосом это не составило труда
Лена, доев, двинулась обратно в прихожую, и тут же туда вышел Степнов в джинсах и футболке.
- Видимо встреча неофициальная, без галстуков, - сделал вывод Лена, осматривая мужчину с ног до головы, и временами задерживаясь на некоторых местах взглядом. Стоит ли говорить, что мужчина выглядел чертовски привлекательно. Дыхание перехватило мгновенно, и Лена судорожно сглотнула, но Степнов этого не услышал, потому что уже зашел в другую комнату, судя по всему гостиную, которая располагалась прямо напротив прихожей. Лена увидела, что он приблизился к стенке и, достав упаковку товара, приобретенного сегодня в аптеке, засунул ее в задний карман джинс.
- Да, встреча и правда будет носить личный характер, - сказал он, резко развернувшись к Лене, у которой словно земля ушла из-под ног – судорожно вцепившись руками в косяк, чтобы не упасть, она смотрела на него во все глаза, не в силах ни отвести взгляд, ни сказать что-либо, ни сделать.
А он тем временем снова вернулся в прихожую, снял с вешалки ремень и попытался вставить его в джинсы. Однако на второй лычке он застопорился, потому как далее был лейбл производителя, и ремень надо было продеть под ним. Но в силу своего неудобного расположения и плотного прилегания к ткани джинсов сделать это на человеке было практически невозможно. Лена пару минут понаблюдала за мучениями Степнова, потом, не выдержав, мягко отвела его руки и предложила:
- Давайте я…
Получив молчаливое согласие в виде кивка головы, она вывела его снова на середину комнаты, где было гораздо больше места, и ловко продела ремень сначала через лейбл, а потом и через все остальные лычки, выведя второй конец ремня вперед к первому. Схватившись руками за застежки ремня, Лена хотела застегнуть его, но внезапно застыла, поняв, как это выглядит со стороны.
- Дальше я сам, - неожиданно хрипло сказал Виктор и попытался мягко отстранить ленины руки, но она их не убрала, а так и продолжила стоять с опущенной головой. Наконец она подняла глаза и спросила одновременно взглядом и губами:
- А если я попрошу тебя не ходить на эту встречу, ты пойдешь?
Внезапный выдох и разворот на 180 градусов стали ей первыми ответами. Скрещенные руки на груди окончательно убили надежду.
- Ты не имеешь права просить меня об этом. Ты приняла решение, и у него, как и у всякого другого, есть свои последствия. Я надеюсь, мне хотя бы их не надо будет тебе разъяснять. Или ты передумала? – наконец разворачивается к ней, а она стоит ни жива, не мертва, с колючим комком в горле. Но он истолковал ее молчание по-своему:
- Понятно, - зло бросил он на ходу в прихожую. Как они выходили из квартиры, Лена не помнила.



http://kvmfan.forum24.ru/?1-13-0-00000091-000-0-0-1232966000

Спасибо: 84 
Профиль
abama



Сообщение: 75
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 14
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.03.09 09:55. Заголовок: До школы шли, не осо..


До школы шли, не особо переговариваясь – каждый был погружен в собственные мысли. У Лены это были даже не мысли, а солянка из картинок воображаемого ею свидания Степнова и Маши. Они были разнообразны, но все это были вариации на тему, и заканчивались они в Степновской квартире, а точнее в его спальне на большой кровати, которую она успела увидеть только мельком, потому как не особо хотела рассматривать. Но дальше этого ее фантазии не шли – герои захлопывали дверь у нее перед носом, оставляя ее додумывать о том, что у них там происходит, но думать об этом Лена не хотела и, как она подозревала, не в силу своей природной скромности, а огромного нежелания делать себе еще больнее такими фантазиями – наверное, срабатывал какой-то фильтр в мозгу, который блокировал мысли, способные причинить сильную боль своей хозяйке, которая в очередной попытке мазохизма прокручивала в голове еще один вариант свидания, заканчивающийся закрытой дверью, за которую ее не пускают.
Лена осторожно взглянула на один из объектов ее фантазий – он, видимо, также сосредоточенно о чем-то думал, не замечая ничего вокруг. И это «что-то» было не самым приятным, поскольку лоб прорезала глубокая морщина, которой раньше не наблюдалась. Поскольку с таким лицом думать о свидании было просто невозможным, то Лена сделала вывод, что Степнов думает о чем-то для него неприятном, а если быть точнее – о ней, Кулеминой, и ее неблаговидных поступках. С одной стороны, думалось Лене, вроде как хорошо – не думает о Маше, да и ладно. О том какая разница ей, Лене, от всего этого, девушка старалась не думать – мало ли в какие дебри мысль заведет. Но, с другой стороны, это все коробило – это же надо было так кисло морщиться при мысли о ней – как будто ведро лимонов без сахара съел.
Из этой цепочки мыслей, которая могла виться до бесконечности, ее вывело то, что они подошли к школе. Была середина второго урока, и Виктор, взяв у дяди Пети ключи от спортзала, предложил Лене дождаться конца урока там, на что Лена любезно отказалась, внутренне всем сердцем желая вообще никогда больше не видеть этого мужчину, а еще лучше, если бы она его вообще никогда не встречала и не знала, кто это такой. «Стольких бы проблем можно было бы избежать!» - мечтательно подумала она, сидя на подоконнике в туалете и рассматривая школьный двор. Внезапно там появилась высокая стройная брюнетка, как будто выплыв и Ленкиных фантазий. Ученица 11 «А» класса от неожиданности чуть не упала с подоконника. Присмотревшись еще раз к картинке через стекло, Лена попыталась убедить себя, что это просто галлюцинация, вызванная многочисленными мыслями на определенную тему. Но галлюцинация упорно двигалась по направлению к школе.
- А этой что тут надо? – в пустоту спросила Лена, когда поняла, что все это ей не мерещится. «У них же вроде после уроков свидание, или Степнов совсем уже терпеть не может и предложил встретиться в спортзале посреди рабочего дня? Тогда им надо поторопиться, а то четвертым уроком сегодня физкультура у 11 «А». И Лена поморщилась при мысли о том, что, возможно, снова придется лицезреть сладкую парочку.
Но тут прозвенел звонок, и Лена поплелась на урок. В кабинете к ней тут же подскочила Новикова и начала выпытывать, где Лена была первые два урока. К вопросу Леры тут же присоединился Гуцул, и Лена начала подумывать о том, что может у нее просто индивидуальная непереносимость членов семьи Гуцуловых. Хотя нет – раньше же она нормально относилась к Игорю. К тому же еще одной теории ее мозг не вынесет – одной даже более, чем достаточно, от нее итак голова пухнет и проблем куча. Пора уже отказаться от всех этих теорий и жить по наитию без лишних размышлений и зацикливаний. Ну почему все просто не оставят ее в покое? Почему Гуцул вдруг воспылал к ней любовью? Почему они не могут быть друзьями, как и раньше? Почему они со Степновым не могут быть друзьями, как и раньше? Почему она себя с ним так неадекватно ведет? Почему ей даже находится рядом с ним сложно, но при этом она постоянно хочет его видеть, чувствовать его руки, прикасаться самой? Почему она хочет все это делать? И почему это Новикова с Гуцулом так странно на нее смотрят? Ах, да – они же вроде спросили ее, почему ее не было на первых двух уроках. Столько всяких «почему», что легче застрелиться, чем ответить на все.
- Да просто неважно себя чувствовала, - соврала Лена на одно из «почему», прекрасно понимая, что остальные ждет та же участь, или, по крайней мере, они останутся без ответа.
Лера с Игорем уже хотели наброситься на нее с новой порцией вопросов, но Новикову отвлек подошедший Стас, а Гуцулу кто-то вовремя позвонил, после чего он выбежал из кабинета. Лена облегченно вздохнула и принялась готовиться к уроку, стараясь ни о чем не думать. От этого увлекательного занятия ее отвлек Гуцулов, который уже вернулся в класс и пытался о чем-то рассказать Лене, возбужденно махая перед ней руками.
- Да что случилось то? – не выдержала Лена. – Ты нормально сказать можешь?
- Я тебе сейчас такое расскажу: от радости запрыгаешь!
- Да? – недоверчиво переспросила Лена. Хорошие новости ей бы сейчас не помешали. Но тут прозвенел звонок, а вместе с ним в класс вошла Борзова. Все расселись по своим местам, и Лена так и не узнала новость, от которой должны была радостно запрыгать. Да она и сомневалась, что такая новость существует, разве что ей бы сказали, что семья Гуцуловых переезжает на Северный полюс, ну или хотя бы в другую страну… Но что-то подсказывало Лене, что Игорь бы этому не обрадовался. А раз так, и у них такие противоположные интересы, то вполне могло получиться, что от хорошей новости Игоря Лена впала бы в еще больший депрессняк. Хотя куда уж больше – Степнов идет на свидание с Машей с запасом презервативов. Как говорит Лерка – «На зарядку так не ходят». Уж точно, не в баскетбол будут играть. Дураку понятно, что закончится у них все постелью. «Вот и тогда зачем думаешь об этом, раз тебе все ясно? Зачем тогда изводишь себя? Все еще боишься Степнова потерять? Так ты бы ему поменьше про беременность и первый сексуальный опыт на почве спортивного интереса задвигала, и нормально бы все было. Черт, как больно то! Не могу, не хочу думать о том, что они вместе! А не думать тоже не могу».
Весь урок Лена просидела тихо, пытаясь совладать со своими эмоциями, но получалось плохо, и внутренняя боль стала выходить во внешнюю – жутко разболелась голова, и мышцы ныли, как через день от тренировки после длительного перерыва.
Наконец прозвенел звонок, и Лена, быстро собрав вещи, направилась в спортзал, стараясь отключить все мыслительные процессы. На автомате переодевшись, она остаток перемены просидела в раздевалке, не торопясь выходить в спортзал и столкнуться с холодным блеском голубых глаз, которые раньше смотрели с такой теплотой, что разница больно резала по живому.
Наташа с Лерой пытались ее растормошить, но она вежливо их послала, после чего они не повторяли своей попытки. Наконец прозвенел звонок на урок, но Лена настолько отрешилась от остального мира, что даже не услышала его. Очнулась она только от свистка, звук которого не могла спутать ни с чем, так же как и голос его обладателя. «Ну вот, досиделась, блин. Опаздала». И Лена поплелась к входу в спортзал, а потом и в строй, но на полпути ее остановил грозный крик:
- Кулемина! Почему опаздываешь? Живо в строй!
Лена даже не повернулась – насмотрится еще в течение урока, и прежним шагом продолжила движение.
- 11 «А», - тем временем вещал Степнов, - хочу представить вам вашего учителя физкультуры на ближайшую пару месяцев. Это студентка пятого курса института физкультуры, которая будет проходить практику в нашей школе.
Лене оставался всего шаг до шеренги, когда ее, как молния, поразила эта фраза и буквально пригвоздила к месту. Первым, кого она увидела, когда пришла в себя, был Гуцул, который со своего места задорно ей подмигивал, отчего Лена уже начала думать, что она окончательно сошла с ума, и ей все это мерещится. Но, внезапно вспомнив желание Игоря рассказать ей какую-то потрясающую новость, она поняла, что эта реальность, и новость действительно потрясла. Как там говорил Игорь? «От радости запрыгаешь!» Точнее будет – потеряешь дар речи, способность думать и двигать организмом одновременно. Так это все от радости – а она-то, дура, думала-гадала: чем же таким вызвано ее непонятное состояние в последнее время. А оказывается это все от радости. За Степнова с Машей! Больше уж точно повода радоваться нет! Внезапно Лена почувствовала, что стала объектом пристального внимания многих пар глаз. «Ну что еще?» Ах, да, она оказывается не дошла до своего места в строю и стоит, как вкопанная, привлекая к себе ненужное внимание. Но сил сделать один-единственный шаг не было, поэтому она просто развернулась на 180 градусов и встретилась лицом к лицу с причиной… буквально всего, что происходило с ней последнее время – хмурый Степнов и улыбающаяся счастливой улыбкой Маша. «Интересно, почему он хмурится?» - почему-то это было единственной мыслью, которая вертелась у нее в голове.
- Кулемина! – снова рявкнул он. – Почему до сих пор не в строю? Потерялась по дороге?
«Ну теперь понятно «почему?» Лену даже не задел его тон и слова, после всего произошедшего ей уже начало казаться, что ей на все плевать, и все эмоции совместно с нервными окончаниями атрофировались.
Однако последующий урок полностью опроверг это утверждение. Было так больно, что хотелось не просто плакать – хотелось реветь. С криком, с воплем, чтобы хотя бы часть всего негатива выплеснуть наружу. Хотелось убежать, спрятаться, забиться в самый темный угол и остаться там наедине со своей болью, чтобы разобраться с ней без свидетелей, чтобы никто не видел ее такой. Но вместо этого приходилось быть на виду у двадцати человек и делать вид, что ничего не произошло, и от этого становилось еще больнее и обиднее – ну за что ей это все?! Почему такая вселенская несправедливость свалилась на одну нее разом? Она что, в прошлой жизни грешила много? Потому что в этой точно не могла успеть, да и за всю бы жизнь не могла, даже если бы каждый день совершала грехи средней тяжести.
После звонка она постаралась незаметно улизнуть, но и тут ничего не вышло.
- Гуцулов, Кулемина! – окликнул их Степнов. – Подойдите, пожалуйста, ко мне.
Ничего другого не оставалось, кроме как послушно плестись к тренеру. Подойдя к нему, Лена решила, что лучше не поднимать на него взгляд и выслушать все, глядя в пол.
- Лена, Игорь, - начал Степнов, - мы не просто так выбрали для Маши именно ваш класс, - слух Лены резануло это «мы», интересно, кто в него входит? Вопрос был чисто риторическим, потому что ответ на него Лена прекрасно знала, но лучше от этого не становилось. Скорее, наоборот – от осознания мысли, что в этом мире появилась такая единица, как «мы», которая включала в себя Степнова и Машу, приводило к мысли о том, что они составляли теперь единое целое, как две половинки. Так и до ячейки общества недалеко, а там… вспоминались слова Леры про красивых детей. – Она в учительском деле – новичок, а ваш класс – самый дисциплинированный, к тому же в нем учатся два лучших спортсмена школы. Собственно, поэтому я вас и позвал. Я хотел вас попросить, помогать Маше в случае чего, на уроках, страховать ее, если придется.
Лена наконец подняла взгляд на мужчину, не в силах поверить, что он сейчас говорит серьезно. Как он мог просить ее о таком?! Он что, действительно ничего не понимает?! Не понимает, что для нее это, как затягивать петлю у себя на шее, как подкидывать дрова в костер, на котором горит сама, как самой себе выносить приговор и приводить его в исполнение… Из потока непрекращающихся сравнений ее вывел Гуцул, который сам сиял почище чайника:
- Конечно поможем, правда, Ленок?
Лену передернуло от подобного к ней обращения. Нет, она была не против, чтобы ее называли «Ленок», но только не Игорь. Боковым зрением Лена заметила, что Степнова это тоже покоробило, да так, что желваки заходили у него под кожей. На секунду Лене показалось даже, что он не сдержится и что-нибудь сделает. Лена замерла в ожидании этого и того, что вскроется вся ее ложь, но Виктор справился с собственными эмоциями, дождался Ленкиного кивка и отпустил их с урока.
Никогда еще Лена не уходила из зала с таким тяжелым грузом. Ко всему прочему добавлялась мысль о том, что после уроков их еще ждет тренировка. Если бы ее попросили охарактеризовать всю эту ситуацию одним словом, она бы сказала: «пыталово».

Все время до тренировки Лена потратила на то, чтобы уговорить Гуцула постараться убедить Машу не ходить на тренировки.
- Лен, я не пойму: зачем тебе это? Ведь мы изначально специально пошли на это, чтобы больше времени проводить вдвоем, - не понимал парень.
Лене было противно, мерзко и чуждо то, что она собиралась сказать, но она все-таки сделала это:
- Ну, значит, мы будем проводить больше времени вдвоем за пределами тренировок. Ну как ты не понимаешь, что Степнов на нее отвлекается, и мы не можем нормально заниматься, он же, как никак, наш тренер. И хороший. А она его дестабилизирует, – вспомнила Лена слово из дедова романа. – Игорь, ты, похоже, не понял еще, но для меня спорт очень важен, я, может, с ним хочу жизнь связать! – выложила она последний надуманный аргумент.
Гуцул явно такого не ожидал и как-то замялся, но видимо обещание Лены видеться больше за пределами школы, сделало свое дело, и он смягчился:
- Блин, Ленк, я правда не знал, ну если так, то… Я и рад бы помочь, но… Понимаешь, Маша реально повернулась на Степнове, сильно он ее зацепил, так что ее сейчас никакими пряниками не оттащишь от возможности общаться с ним. Кстати, у них сегодня свидание.
- Я знаю, - брякнула Лена, не думая.
- Да? – удивился Гуцул. – А откуда?
«Вот дура! И кто тебя за язык тянул? Теперь надо как-то выворачиваться – не на школьной же доске объявлений ты это прочитала. Сказать могли только два человека. И один из них точно не говорил»:
- Степнов сказал.
Даже так? – присвистнул Гуцул. – А я смотрю, у вас с ним доверительные отношения, может, проконсультируешь мою сестренку по его части – ну чего любит, а что нет, что ест, а на что аллергия.
- Она что, на первом свидании готовить для него собралась, что ты такие вопросы задаешь? – спросила Лена и тут же поняла, что не хочет знать ответ на этот вопрос, поэтому тут же задала следующий, - так что, может, все-таки попробуешь уговорить ее по поводу тренировок?
- Да нет, Лен. Я же говорю – у нее на почве Степнова крыша поехала.
Лена обреченно поняла, что он прав, и Гуцула Маша точно не послушает. А кого послушает? Лена не сдавалась, и если нужно было нырнуть в кипящее молоко – она была готова сделать это. Слишком многое стояло на кону.
Переодевшись для тренировки и зайдя в зал, Лена увидела то, что видела, даже закрывая глаза. Просто хоть священника вызывай, чтобы сочетать браком рабов божьих - вон как жмутся друг к дружке! Какого черта! Спортзал большой, неужели трудно отойти друг от друга хотя бы на пару метров.
- Виктор Михалыч! – решительно окликнула тренера Лена, разрывая своим вмешательством их идиллию. Степнов повернул голову в ее сторону и вопросительно посмотрел. – Можно вас на два слова?
Если мужчина и удивился, то не подал вида.
- Что случилось, Ленок? – спросил он, когда подошел к ней. Ну вот почему, когда он ее так называет, у нее совершенно иные ощущения от тех, которые она испытывала при точно таком обращении Гуцула. И разница примерно как между мухой и слоном.
- Виктор Михалыч, у меня к вам просьба одна, - Лена смотрела куда-то сквозь тренера. – Пусть Маша не ходит на наши тренировки, - сказала она совершенно четко и смело посмотрела Виктору в глаза. Она боялась только одного – что он спросит почему. Боялась и одновременно желала этого. Она настолько хотела рассказать ему о том, что с ней происходит, что готова была выплеснуть этого на него, спроси он ее об этом. Она глазами умоляла его спросить. И он спросил:
- Так ты согласна помогать Маше на уроках?
Лена поняла, что он перешел черту, за которой уже нельзя было вернуть его, но она хотела убедиться, что это так:
- Это единственное, что вы хотели узнать?
- Да, - не колеблясь, ответил он.
- Конечно, я же обещала, - ответила девушка после некоторого молчания.
Лена не знала, что именно сказал Степнов Маше, но после этого она на тренировках не появлялась, как и на репетициях в кафе. Хоть и ненамного, но стало легче. Она теперь не видела их вместе. Физкультуру вела она, а тренировки – он. Лена с удивлением обнаружила, что физкультуру она воспринимает гораздо спокойнее, чем тренировки, что окончательно ее убедило, что дело совсем не в Маше и не в индивидуальной непереносимости семьи Гуцуловых, а в Степнове.
Лена, как и обещала, помогала Маше с уроками. Между ними установились более-менее ровные отношения без лишних атрибутов, которые неизменно сопутствуют какие бы то ни было доброжелательные отношения двух девушек. Лена их пресекла еще на втором занятии.
После урока Маша подозвала ее к себе и поблагодарила за помощь, а потом после длительных отступлений и топтаний на месте попросила у Лены совета, как понравиться Степнову, точнее «Виктору», как она выразилась.
Лена просто не могла адекватно среагировать на эту просьбу, но благодаря тому, что в последние несколько дней все относительно наладилась, она нашла в себе силы спокойно ответить:
- Просто будьте самой собой.
- Да в том то и дело, что рядом с ним я не могу быть собой, я даже толком говорить не могу – он как посмотрит на меня своими глазами, так я вообще все забываю – кто я, где я, что надо говорить и делать. Молчу, как идиотка, и палюсь на него. Знаешь, - и она доверительно подошла к Лене ближе, - а иногда, когда эмоции его начинают захватывать, то глаза прям синими становятся, я такого цвета глубокого вообще нигде не видела, я от одного только взгляда возбуждаюсь, меня прям начинает трясти и…
- Хватит! – такого Лена уже не могла вынести – она прекрасно знала, какое впечатление производят глаза Виктора, а этот взгляд, про который рассказывала Маша, она прекрасно помнила, но очень хотела забыть, потому что все, что рассказала Гуцулова, было лишь верхушкой айсберга из того, что чувствовала Лена. Но теперь этот взгляд, как и глаза, как и их обладатель, предназначен для других, и лишний раз терзать себя не имеет смысла, поэтому стоит пресечь подобные задевающие за живое разговоры на самом корню.
- Мария Сергеевна, мне кажется, что у вас сложилось ошибочное представление о наших отношениях, как о дружеских, - Лена не хотела миндальничать и ходить вокруг да около, - я хочу, чтобы вы знали – я к вам как к учителю отношусь нормально, но не больше этого. А помогаю потому, что не чужой мне человек попросил помочь не чужому для него человеку.
Повисло неловкое молчание. Лена поняла, что была на грани с грубостью, но ей необходимо было все разъяснить, чтобы никто не путался в ее мотивации.
- Понятно, - наконец сказала Маша. – Я ценю твою откровенность, Лен. Конечно, я рассчитывала, что у нас сложатся отношения, которые будут основываться на чем-то более существенном, чем желание сделать приятное моему брату, но я все понимаю.
Лена усмехнулась на Машино заблуждение по поводу ее брата, но переубеждать не стала. Смысл?


Спасибо: 73 
Профиль
abama



Сообщение: 76
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 14
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.03.09 09:57. Заголовок: С тех пор все вроде ..


С тех пор все вроде как встало на свои места, или сделало вид, что встало – хоть Лена и не видела больше Степнова вместе с Машей, но знание того, что они вместе никуда не делось и съедало ее изнутри. Добавляло пороху еще то, что отношения физрука и физручки в отсутствие других сплетен стали теперь обсуждаемой темой номер один в школе. Лене казалось, что она просто везде слышала разговоры про них – о том какая они красивая пара, как подходят друг другу. Даже Светочка по ходу прониклось аурой их союза и благословила их, круче только Борзова, но это уж совсем на грани с жесткой фантастикой.
Лена чеканила мяч об пол, пытаясь рассеять мысли, а потом и вовсе их растворить. Она прибежала на тренировку пораньше, впрочем, это стало обычным делом в последнее время – спорт – единственное, что расслабляло ее полностью, но только не в присутствии Гуцула и Степнова, потом что первый напрягал ее излишне назойливым вниманием, а второй… просто напрягал, одним своим присутствием, хотя она ни за что бы на свете не отказалась от возможности видеть его. Иногда это походило на ломку. Лена, конечно, знала, что испытывают наркоманы, когда остаются без дозы, только на уровне теории, но подозревала, что нечто, похожее на ее состояние – сначала все было вроде как нормально, потом время от времени в голове, помимо ее воли, начинал всплывать его образ, и как бы она не хотела его прогнать – он не уходил, постепенно закрепляя место в ее мозгу. Потом возникало нестерпимое желание увидеть образ в реальной жизни, а от понимания того факта, что это невозможно сделать прямо сейчас нарастало беспокойство и нервозность. Потом появлялась головная боль, которая постепенно переходила в мышечную. А еще говорят, что в таком состоянии наркоман мог и умереть. Однажды Лена в это поверила. Так как тренировки были каждый день, то состоянии ломки Лена ощущала на выходных, когда не видела его по нескольку дней. Но однажды вышли какие-то праздники, а Степнов еще куда-то уезжал и взял пару отгулов. Лена еще в жизни так не срывалась на людей, потом ей было очень стыдно за свое поведение, но она знала, что в случае чего, все повторится. Она металась как тигр в клетке, который даже воздухом свободным вздохнуть не может, но сделать с собой ничего не могла. А от сознания того, что Степнов это время проводил с Машей, то есть, по сути – ее доза уходила к другому, лучше не становилось во всех смыслах.
-Ленка! – Лена от неожиданности упустила мяч.
- Гуцул, ну что ты так пугаешь? – возмутилась она. – Так и без напарника остаться недолго.
- Извини, Лен, - и Игорь подошел ближе к ней. – Слушай, Лен, я тут спросить хотел… - замялся Гуцул, и Лене это страшно не понравилось. Когда кто-то перед ней так мялся, это означало только то, что ей скажут что-то, что она не хочет слышать. Так оказалось и на этот раз. – Понимаешь, так получилось, что Маша немного подслушала разговор в учительской между Борзовой и завхозом.
- Поздравляю! Она, наверное, получила массу эстетического удовольствия.
- Да нет, там обсуждали их со Степновым аморальное поведение, ну про отношения их и все в таком…
- Ну а она что думала, что местные кумушки примут ее в распростертые объятия и не перемоют ей все кости за то, что она встречается с одним из немногих мужчин школы? Она все-таки, как-никак, в женский коллектив пришла, что она ожидала?
- Да в принципе и не в том дело, она уже давно привыкла к женской зависти, - Лена хмыкнула на последнем слове, - просто потом они перекинулись на Степнова – мол такой вот сякой, лишь бы на рабочем месте роман покрутить, но хорошо хоть с коллегой, хотя тоже неправильно, но по крайней мере не с ученицей, как в прошлый раз.
Лена похолодела на этих словах. Достали уже своими сплетнями!
- Ну так я что спросить хотел, Лен, - продолжал Гуцул, - ты же со Степновым близко общаешься. С кем из учениц у него роман был? И чем это она его так взяла – ногами? Глазами?
- Хуком справа! – раздался голос где-то позади них. Лена резко обернулась, хотя она прекрасно знала, кто это был – в дверях зала стояли Степнов и Маша. Мужчина задорно улыбнулся и подмигнул Ленке – правда, Ленок? - Лена впервые за долгое время почувствовала, что настроение поднимается. Она слегка наклонила голову, чтобы никто не увидел ее счастливой улыбки, вернулось давно забытое ощущение, что они на одной волне, и у них есть только их тайна, про которую никто не знает, и он только что дал об этом понять своей девушке.
- Виктор Михалыч, - наконец сказала Лена, все также не поднимая взгляд, - а вы что, еще помните? – и загадочно улыбнулось чему-то, понятному только ей.
- Спрашиваешь?! Я думал, что ты мне нос сломала, - тоже улыбнулся, что не укрылось от лиц, не участвующих в диалоге. – Кстати, о спорте – сегодня тренировка отменяется. Инвентаризация доберется до спортзала.
- Виктор Михалыч, неужто ваших козлов, наконец, поголовно пересчитают, - состояние эйфории прокралось и в голос, и там можно было уловить заигрывающие нотки. Лена сама себя не узнавала – она никогда ни с кем не заигрывала! Хотя нет, заигрывала – с тем же Степновым, но тогда она тоже не могла себе внятно объяснить причину.
- Кулемина, ты мне тут козликов моих не обижай, - Лена боковым зрением видела, что он все также ей улыбается, а это на нее действовало даже сильнее, чем стоящая рядом Маша, которая разве что только рот не открыла. Кулемина явно понимала, что еще немного, и она начнет строить глазки преподавателю прямо тут – она, правда, толком не знала, как это делается, но почему-то была уверена, что проблем с этим у нее не возникнет. Но все-таки решила прекратить это – до добра это ее точно не доведет.
Лена подошла к скамейки, взяла сумку, а так как переодеться к тренировке она еще не успела, то спокойно двинулась по направлению к выходу и, бросив на ходу «Всем пока», скрылась в дверях.
Выбежав на улицу, она, наконец, впервые за долгое время, вдохнула в себя морозный воздух полной грудью и радостно зашагала по направлению к дому. О причинах хорошего расположения духа она старалась не думать, потому как границы были весьма условны, и прекрасное настроение запросто могло перерасти в очередную депрессию.
Но долго радоваться ей так и не удалось – ее догнал Гуцул, и по его лицу Лена поняла, что он как раз наоборот – не в самом лучшем расположении духа.
- Лен, почему ты мне этого сразу не сказала? – с претензией начал он.
- Чего? – Лена начинало это все забавлять.
- Не притворяйся, что не понимаешь! Про ваш со Степновым роман! – «О Боже! – подумала Лена. - Ну и сцена. Что же будет через двадцать лет брака?» и, содрогнувшись от этой перспективы, Лена раздраженно повела плечом.
- С чего ты взял, что у нас со Степновым был роман?
- Ну как же… - слегка растерялся Игорь. – Степнов же сам сказал…
- Я тоже там была и слыша, что Степнов говорил только про то, что я ему заехала по носу. Если бы драки означали роман, то меня бы уже давно сочли женщиной легкого поведения, - и Лена улыбнулась, довольная своей фразой.
- Не путай меня, Лена. Я пытался у тебя выяснить с кем из учениц у Степнова был роман, и чем она его соблазнила. Но на этот вопрос ответил сам Степнов, указав на тебя. Или я что-то неправильно понял? – Лене показалось, что в его тон прокралась толика ехидства.
- Конечно, неправильно – Степнов имел ввиду только то, что Борзова и завхоз в своем разговоре имели ввиду меня.
- Ну это тоже самое!
- Нет, не тоже! Сразу видно, что ты никогда не становился объектом сплетен.
- А это тут при чем? – не понял парень.
- А при том- Лена почувствовала, что хорошее настроение начинает испаряться. -
Одна дамочка, влюбленная в Степнова, приревновала его ко мне, потому что он уделял мне много времени, что вполне естественно, потому что я спортсменка. Если бы ты был женского пола, она бы и к тебе приревновала. Так вот – она разнесла по школе, что у нас роман, это дошло до Борзовой, и она устроила как всегда много шума из ничего, ну а потом Савченко закрыл эту сплетню. Вот и вся история.
- А при чем тут удар по носу?
- Да не при чем. Это Виктор Михалыч иронизирует так. Я ему и правда как-то раз нечаянно по носу заехала.
- Нечаянно?
- Ну ладно, не совсем нечаянно, - ухмыльнулась Лена, вспоминая, - он мне просто пару приемов показывал, а я их на нем отрабатывала. Ну все? Допрос окончен?
Гуцул задумчиво кивнул:
- Да, Лен. Извини, что так набросился на тебя, просто я немного приревновал. Да и Маша там вся в непонятках. Надо будет ей, кстати, рассказать все сегодня, а то она тоже жутко ревнивая.
Лене тут же захотелось и на Гуцуле отработать пару ударов. Ну вот что он за человек! Одним упоминанием про Машу перечеркнул такое хорошее настроение! Мало того – теперь же с ним еще таскаться придется, а то он просто так не отвяжется.
И правда – до репетиции они гуляли, а после он пошел ее провожать и как всегда – обходными путями. Игорь говорил без умолку, а Лена слушала его вполуха, но помятуя прошлый неудачный опыт, на вопросы отвечала только заранее убеждаясь, что правильно поняла их смысл. Хотя вопросов практически не было, так что на фоне речитатива Игоря отлично думалось про то, как он все-таки оказался в ее жизни, и главное зачем? По всему выходило, что ему отводилась роль первого ее парня, так может ей и не стоит сопротивляться, а плыть по течению? Ведь по сути – он же неплохой парень, опять же – у них много общих интересов и точек соприкосновения. Она ему нравится. Он ей… Ну а почему бы и нет? Пора уже прекращать эти маски-шоу со Степновым, тем более, что он уже, похоже, в своей личной жизни определился. Пора бы и ей начать двигаться в этом направлении. И Игорь – не самая плохая кандидатура. К тому же это будет хоть и не самый лучший, но все-таки выход из того положения, в которое Лена загнала сама себя – часть ее лжи станет реальностью. Поэтому когда они все-таки дошли до ее подъезда, Лена с прямолинейностью, свойственной только спортсменам и мамашам обесчещенных уже не девушек, спросила:
- Слушай, Игорь, я что-то не понимаю - мы тут все ходим, километры наматываем по дороге ко мне, а ты меня еще даже не поцеловал ни разу.
Даже в темноте Лену увидела, что его глаза удивленно распахнулись, а с губ готов был сорваться вопрос. Потом Лена как в замедленной съемке стала наблюдать за приближением лица Игоря. И в этот момент ее, как молния, поразила мысль о том, что это, по сути, ее первый поцелуй, а первый поцелуй, как в сказке, должен быть с любимым. А этот – не любимый. Любимый – другой. И в самый решительный момент Лена ловко увернулась от губ парня.
- Лен, я не понимаю… - разочарованно выдохнул Гуцул.
- Считай, что ты упустил момент, спортсмен, - Лена уже не смотрела в его сторону, - это должно быть неожиданно и, по крайней мере, не с моей подачи – это тебе не баскетбол. Так что жди следующего голевого момента, - протараторила она на одном дыхании и тут же залетела в подъезд, несясь по ступенькам, не замечая ничего вокруг, как вдруг почувствовала легкое столкновение, после которого отлетела к перилам и оказалась к ним прижата чьим-то телом.
Она могла даже не поднимать глаз – кто это, она поняла сразу, так как на него у нее был особый, собственный рефлекс, принцип действия которого уходил глубоко в женскую сущность, а на самом деле, как она подозревала уже давно, лежал на поверхности. Но она все-таки рискнула взглянуть в его глаза. Первой и последней мыслью, было то, что этого не надо было делать. Это был именно тот цвет, про который говорила Маша, когда нельзя ничего ни сказать, ни сделать, ни подумать. Куда там, даже вдохнуть-выдохнуть невозможно. Взгляд пытается оторваться от глаз и скользит к губам. Всплывают обрывки мыслей про первый поцелуй с любимым мужчиной. С любимым… Точно… Все один к одному…
- Виктор Михалыч, - срабатывает скорее привычка, а не разум, и она слегка упирается рукой в его грудь, пытаясь оттолкнуть, - или вы сейчас уйдете, или я сделаю глупость…
- Ты, Кулемина, уже столько глупостей наделала, что может быть очередная станет единственно верным поступком, - она не узнает его голос, он ни разу так не говорил, хотя нет, говорил, но сил на то, чтобы вспомнить – нет. Да она практически и не слушала, она просто следила за движением губ и пропустила тот момент, когда они стали близки настолько, что вдыхали воздух друг друга. И Лена не выдержала первая – слегка прикоснулась к его губам, толком не зная, что делать дальше, но этого прикосновения хватило, чтобы мужчина взял инициативу в свои руки и ответил ей более решительно, левой рукой нежно проводя по лицу, слегка надавив большим пальцем на подбородок, заставляя губы покорно приоткрыться и впустить его на только ее территорию, куда она еще никого не пускала. Лена, не ожидавшая такого поворота, немного напряглась, но тут же расслабилась, захваченная вихрем новых неизведанных ощущений. Рука, которая до этого упиралась ему в грудь, поползла вверх, пальчики легко пробежались по шее и запутались в волосах, вторая уже изучала спину. Почувствовав, что Лена отвечает со всей страстью, на которую пока способна, мужчина не выдержал и положил свободную руку ей на бедро и нежно провел вниз, осторожно подхватив под коленкой, потянул ногу на себя, прижав к своему бедру, слегка поглаживая. Лена с каждой волной, охватывающей ее тело, сходила с ума все больше и больше. Сначала его губы, потом язык, потом тело под ее руками, потом его пальцы. И вот она уже решается вести битву на его территории и перехватывает инициативу. Все ее шесть органов чувств, включая особый – интуитивный, были напряжены до предела, пытаясь справиться с потоком поступающих ощущений. И вдруг слух улавливает звук хлопающей подъездной двери. Замерев на мгновение, она дала себе передышку. Мужчина, почувствовав неладное, окончательно разорвал поцелуй. Попытавшись заглянуть Лене в глаза, он не смог ничего понять – настолько много всего там было намешано. А девушка смотрела на него, широко распахнув глаза, в полном непонимании того, что она сейчас сделала, пока что в ее голове была одна мысль – «идеально». Потом вдруг, начало приходить понимание произошедшего. «Дура! Вот же дура! Что ты наделала! Первого поцелуя именно с ним захотелось ей! А дальше что? За первым разом тоже побежишь к Степнову? А потом – захочешь, чтобы дети были похожи на него. «Виктор Михалыч, не откажите в такой малости». И уж совсем некстати всплыла фраза про их с Машей красивых детей. Лена готова была разрыдаться от своей глупости и несдержанности, а он смотрел на нее и ничего не понимал. Внезапно Лена поняла, что ее нога все еще прижата к нему. Освободив ее, она слегка скользнула по его ноге своей. «Что делать?! Что делать?!» - бешено металось в ее мозгу. Внезапно она почувствовала присутствие кого-то третьего. Это был Игорь. «Гуцул!!» - она впервые реально очень сильно обрадовалась его появлению:
- Игорь! – радостно выдохнула она. – Как хорошо, что ты не ушел! Давай поднимемся ко мне! – она ухватилась за него, как за соломинку. Выскользнув из объятий Степнова, она отошла от него на безопасное расстояние:
- Еще раз извините Виктор Михалыч за то, что так налетела на вас, - и с этими словами убежала наверх по ступенькам, утаскивая за собой Игоря и оставляя учителя в полном недоумении от ее поведения.
Затолкав Гуцула к себе в квартиру, Лена прислонилась к двери и облегченно выдохнула.
- А ты чего вернулся? – вдруг спросила она.
- Да так, решил, что голевые моменты надо создавать самому, - с этими словами Игорь притянул ее к себе и неловко поцеловал. А у Лены уже не было сил – ни моральных, ни физических, сопротивляться. Но в тот момент она впервые поняла, что такое абсолютный ноль.


http://kvmfan.forum24.ru/?1-13-40-00000324-000-0-0-1236817864


Спасибо: 93 
Профиль
abama



Сообщение: 103
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 15
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.04.09 01:59. Заголовок: Быстро выпроводив Гу..


Быстро выпроводив Гуцула за дверь, что было не так уж сложно, потому что он также был в некотором шоке от произошедшего, да к тому же и получил свое, Лена закрыла дверь своей комнаты и тихонько сползла по ней вниз, пока не оказалась сидящей на полу. Почувствовав, что на верхнюю губу скатилось что-то влажное, она поняла, что плачет. Невероятно, столько времени мучила себя какими-то накрученными теориями, а все оказалось просто, как прямая. Она его любит. И поняла она это в одну секунду, пока ее целовал Игорь. Но толку от этого понимания уже не было – у него другая, и все у них хорошо. А так ли хорошо? Стал бы он тогда ее целовать? Хотя это же она его поцеловала… Но он ответил! И как!! Лена дотронулась до своих губ дрожащим пальцем. Даже поцелуй Гуцула не мог перебить его болезненно-сладкий вкус. Она бы никогда не подумала, что это настолько волнующе, чувствительно и интимно. Невероятно. Это было настолько приятно, что хочется думать только об этом. А еще о том, какой он на ощупь – сильный и в то же время поддающийся любому движению ее пальчиков. О том, как заблудились ее руки в его волосах и совсем не искали выхода – настолько им понравилось блуждать там. А его рука на ее бедре… Блин… Это было так волнующе… или волнительно, один фиг. Но совсем не так, как от поцелуя, точнее так, но во много-много раз сильнее. А как он прижал его к своему бедру. Черт! Вообще, когда она почувствовала его так близко, что даже воздух не мог вклиниться между ними, она вдруг подумала, что нет в этом мире лучшего места. Гуцул пару раз пытался ее лапать, но она быстро поставила его на место. Но тут ей это даже в голову не пришло, да она бы никогда и не назвала это сопливым словом «лапать». Степнов прикасался к ней так уверенно, как будто по-другому и быть не могло, как будто знал, что она не откажет ему. Любому другому – откажет, а ему – нет. Как будто… как будто она – его женщина. Лена прижала холодные ладошки к щекам, когда почувствовала, что краснеет от последней мысли. Но ведь это именно то, что она там чувствовала – что она принадлежит ему, и никого другого к себе не подпустит. И ее не оскорбляло, что он вел себя с ней так. Никому и никогда Лена такого раньше не позволяла, да и, как она чувствовала, не позволит. Впервые в жизни Лена не стала мучить себя никакими принятиями решений, она просто наслаждалась воспоминаниями, смаковала их вновь и вновь, пока не заснула. А завтра будет новый день, и пусть все идет, как идет.

На следующий день она проснулась с удивительно легкой головой, собралась и пошла в школу. Сегодня у них по расписанию была физкультура, но ее это совершенно не напрягало. Единственное, что ее напрягало в этот день, и то – совсем немного, был неугомонный Гуцул, который после поцелуя всем и вся пытался показать, что Лена – его девушка. По крайней мере, он считал это логичным следствием из поцелуя. А Лена его и не пыталась разубедить, потому что еще сама ни с чем не определилась. Но ее жутко раздражали попытку Игоря обнять ее, положить руку на плечо или талию, а иногда – даже поцеловать. Благодаря ловким маневрам ее удалось избежать этого, но молодой человек продолжал наступать. Только после сказанного в грубой манере «Игорь, уймись!», - парень понял, что перегнул палку.
Перед физкультурой Лена слегка понервничала - как она будет смотреть в глаза Маше (почему то про Гуцула у нее такой мысли не возникло и вовсе), но оказалось, что муки совести решили не приставать к девушке, так что она чувствовала себя спокойно и уверенно. Однако ближе к середине урока эта уверенность начала проходить, а потом и вовсе сменилась беспокойством и учащенным сердцебиением. А через секунду в зал зашел он. Как всегда двигался по залу грозно, но мягко, как тигр перед прыжком. Внезапно он посмотрел на Лену, и она явно ощутила себя его жертвой. Воспоминания о минувшем вечере нахлынули с прежней силой, и она даже могла поклясться, что снова чувствует вкус его губ. По его взгляду она поняла, что он думает о том же самом. Он, судя по всему, тоже догадался, какие мысли метались в ее голове.
Поздоровавшись с классом, Степнов подошел к Маше и о чем-то начал с ней переговариваться. Ленка даже толком не слушала, что он говорил, она целиком и полностью сосредоточилась на его движениях – вот он взял в руки их журнал, а пальцы его небрежно перелистывают страницы, а вчера ими он прижимал ее ногу к своей, слегка поглаживая колено; вот он взял в рот свисток и слегка сжал его губами – с ее губ уже был готов сорваться стон от одних только воспоминаний о его губах, но ее отвлекло то, что кто-то слишком громко звал ее по фамилии. Так громко это делать мог позволить себе только один человек – и Лена вздрогнула от очередного «Кулемина!». Виктор, заметив, что Лена, наконец, отреагировала на него, направился в подсобку, на ходу крикнув ей, что им надо обсудить соревнования, и он ждет ее там.
Лена не сразу поняла, что они буду находиться наедине, а когда поняла, было уже поздно сворачивать. Она вдохнула поглубже, прежде чем войти в подсобку, и нырнула туда с головой.
Степнов стоял спиной к ней, но когда услышал, что она вошла, резко развернулся и без предупреждения посмотрел прямо ей в глаза. Лену разве что только не торкнуло от этого взгляда.
- Я хотел поговорить о вчерашнем, - без предисловий начал он.
А что тут говорить? Лена бы с большим удовольствием это повторила, а вот говорить об этом она не хотела.
- И что вы хотите услышать, Виктор Михалыч? – намеренно нагло спросила она, надеясь на то, что он стушуется и перестанет задавать вопросы. Но Степнов, видимо был уже доведен до предела всей это ситуацией, что говорил прямо, а действовал решительно:
- Я хочу услышать ясную и вразумительную причину того, почему ты меня вчера поцеловала.
Лена вздрогнула от его откровенности. И решила тоже перестать говорить загадками и, наконец, во все ему признаться. Ведь она его любит, и что страшного случиться, если он об этом узнает? Просто ее мучениям придет какой-никакой, а конец.
- Захотелось… - начала она, но ее прервала открывающаяся дверь подсобки. В следующее мгновение там показалась фигура Маши, которая оценивающим взглядом осматривала происходящее:
- Вить, ты с Леной уже поговорил? А то класс уже на команды делится, - как бы между прочим спросила она.
- Нет еще, - сухо ответил Степнов. – Она попозже присоединится к вам.
Маша продолжала стоять в проеме, изучая две напряженные фигуры. Степнов не выдержал первым:
- Маш, ты не могла бы… - и он красноречиво посмотрел на дверь, - нам с Леной надо поговорить конфиденциально.
- Конечно, конечно, - слишком уж поспешно бросила Маша, - я просто хотела напомнить, Вить, что сегодня вечером мы идем к моим родителям.
Степнов поморщился, как от зубной боли – он прекрасно понял, к чему была сказана последняя фраза:
- Конечно, помню! – почти рявкнул он.
- Ну вот и хорошо, - с этими словами, она буквально выпорхнула из подсобки.
Ленино настроение резко изменилось.
- Так чего тебе хотелось, Кулемина? – уточнил Степнов.
- Хотелось почувствовать разницу между тем, как это делает мой парень и тем, как это делает мой учитель – очередной спортивный интерес, только и всего, - пусть подавится и идет сегодня знакомиться с родственничками. Посчитав, что удовлетворила любопытство Степнова по полной программе, она развернулась и уже хотела выйти, как вдруг он вырос перед ней, перегородив проход:
- Ну и как? Каков результат эксперимента? – мрачно поинтересовался он.
- Я свои выводы держу при себе, - Лена попыталась его обойти, но тщетно.
- Что, даже с парнем своим не поделишься? – ехидно переспросил Степнов.
Лена чувствовала, что еще немного и силы окончательно ее оставят:
- Если надо будет – поделюсь.
- Кулемина, я не пойму никак – ты чего добиваешься, свести меня с ума окончательно и бесповоротно? Я тебе не игрушка, чтобы так играть мной и моими чувствами! Мне это все уже надоело! Ты со своими выходками у меня уже в печенках сидишь! Я не могу тебя больше видеть, Лена. Тренировки теперь будет вести Маша, а после окончания ее практики, я еще что-нибудь придумаю. До выпуска тебе немного осталось. И если у тебя есть голова на плечах, то советую тебе больше не попадаться мне на пути, - с этими словами он развернулся, освобождая проход, и вышел из зала все той же пружинистой походкой. А Лена недоуменно смотрела ему вслед. Даже в самом страшном кошмаре она не могла представить, чем все это закончится.
«Вот, блин, и призналась ему в своих чувствах!» - и она устало облокотилась о стену.

Продолжать урок у нее не было никаких сил, поэтому она до звонка отсиживалась в подсобке, тупо смотря в одну точку. От этого наполненного смыслом занятия ее оторвала Маша, заносившая мячи.
- Лена? Ты почему так и не пришла на урок? – требовательно спросила она.
- А что, урок уже закончился? – безжизненным голосом спросила Лена. – Ну тогда я пошла.
- Ты никуда не пойдешь, пока не расскажешь, почему так и не пришла на урок! – настаивала на своем Маша. – Это как-то связано с тем, что тебе сказал Виктор?
Лена вздрогнула это произнесенного вслух имени:
- В любом случае то, что сказал мне Виктор Михалыч, - Лена выделила голосом эти два слова, – вас не касается.
Маша задохнулась от такой наглости:
- Да как ты смеешь?! Во-первых, меня напрямую касаются причины, по которым ты не явилась на урок, пусть даже на его вторую половину. А во-вторых, - с некоторым ехидством продолжила она, - все, что касается Виктора, касается и меня!
- Ну значит у него и спросите о чем это мы тут конфиденциально говорили при закрытых дверях. И если это правда вас касается, то узнаете, - настала очередь Лены ехидно улыбнуться.
- Значит, ты отказываешься сказать мне о чем вы тут говорили и почему после этого ты не вернулась на урок? – переспросила Гуцулова.
- Да, отказываюсь, - подтвердила Лена.
- Значит, я вынуждена поставить тебе за сегодняшний урок двойку!
- Ну и пожалуйста, - сказала в дверях Лена. По сравнению с тем, что сказал ей Степнов, это была просто мелкая неприятность. Внезапно она остановилась в дверях и просто не могла отказать себе в удовольствии – Только потом не удивляйтесь, если с вас попросят объяснения за эту оценку.
- Ничего, я Директору все объясню, уверена, что он меня поддержит.
- А я сейчас и не Директора имела ввиду, - почти ласково протянула Лена и вышла из подсобки с видом победительницы.

После двух самых тяжелых разговоров в ее жизни Лена решила, что если еще хоть кто-нибудь с ней сегодня заговорит, то она просто даст ему в морду, даже если это будет Савченко. Поэтому, переодевшись, она пошла домой. Благо физкультура была последним уроком, а на тренировку под руководством Маши она идти совсем не хотела – во-первых, ей был нужен только ее тренер, а во-вторых, Лена не думала, что после сегодняшнего их с Машей разговора в подсобке, у них сложится какое-то плодотворное сотрудничество.
Подходя к двери квартиры, Лена с удивлением обнаружила, что она открыта. Поразившись рассеянности деда – ну что с него возьмешь –писатель – Лена вошла в квартиру. В глаза сразу бросилось то, что вся прихожая была жутко грязная, хотя она недавно убирала. Почувствовав тревогу в свете этих неестественных для их квартиры вещей, Лена не разуваясь, прошла в гостиную. Увиденное вмиг выбило из ее головы все мысли, даже те, которые она хотела, но не могла выкинуть – посреди комнаты на полу лицом вниз лежал дед. Лена подавила зарождающуюся панику вместе с криком. Понимая, что в данной ситуации от нее требуются рациональные действия, она как можно осторожнее подошла к деду, и с замиранием сердца пощупала его пульс. Облегченно выдохнула – пульс был. Схватив с дивана телефон, она секунду колебалась и между телефоном скорой и милиции выбрала телефон Степнова. Когда он, наконец, взял трубку, она сказала, точнее прошептала только одно слово:
- Помогите…

Первым примчался Степнов, потом приехала скорая, а за ними следом и милиция. Лена все это время находилась словно в тумане, действовала на каком-то автомате – после звонка Степнову позвонила в скорую и милицию, где ей сказали руками ничего не трогать до их приезда. Потом попыталась перевернуть деда, подложив ему под голову подушку. В процессе этого нащупала у него на голове большую шишку. Непонятно почему, но ее это успокоило – слава Богу, не инфаркт, - подумала она. Потом прибежал Степнов, и они вдвоем переложили деда на диван. Затем приехала скорая, даже толком зайти не успели, как следом за ними ввалились сотрудники милицию, потом они чуть не подрались из-за того кто будет первый выполнять свою работу – милиция настаивала на том, что им все следы затопчут. Ситуацию спас Степнов, который сказал, что пока пострадавшему не окажут первую медицинскую помощь и не увезут в больницу, он никого в комнату не пустит. Вот так деда и забрали в больницу, а Лена со Степновым остались в квартире наедине с разъяренной милицией. Причем оперативный сотрудник так посмотрел на Лену, как будто это она огрела деда чем-то тяжелым по голове, чтобы укокошить и завладеть недвижимостью, и разговаривал соответствующе. Степнов этого не выдержал и наорал на опера, что Лена вообще еще не совершеннолетняя, и он не имеет права ее допрашивать. После этого представитель власти сделал вывод, что Степнов – Ленкин соучастник, а может быть даже организатор, тогда это получается организованная преступная группировка, а за это может и премию дадут! Когда Степнову это все надоело, он позвонил полковнику Новикову и попросил прислать нормальных сотрудников. Лена уже через пелену в глазах наблюдала приезд Лехи и слушала просьбу проверить – все ли вещи на месте. Оказалось, что забрали всю технику, все ценности и деньги, какие были. Короче из ценного остались только продукты. Это вывело Лену из шокового состояния и вернуло в реальный мир. Она начала понимать, в каком положении оказалась – без копейки денег, дед в больнице, еще неизвестно насколько серьезны последствия, с квартирой тоже пока не понятно – замок сломан, надо менять, а с него еще какие-то следы снимают, а потом ни одного слесаря не дозовешься. Родителям звонить тоже нельзя - переполошатся там.
Но самое главное, чтобы с дедом все хорошо было. Она через каждые пять-десять минут звонила в больницу проверять – не очнулся ли. Наконец ей сказали, что он пришел в сознание, чувствует себя нормально, только мучает головная боль и тошнота, что неудивительно при сотрясении. Но в силу пожилого возраста и слабого сердца его пару дней надо подержать в больнице.
Лена начала лихорадочно собирать вещи.
- Ты что делаешь? – осведомился Степнов.
- Не видите что ли – вещи собираю деду в больницу, пойду, отнесу, а то ж мы сразу не дали.
- Никуда ты не пойдешь, - Виктор мягко забрал у нее из рук сумку. – Точнее пойдешь, но не туда.
- Что вы имеете ввиду? – Лена и так слабо ориентировалась в произошедшем, а Степнов еще и загадками говорить начал.
- Значит, мы сделаем так: сейчас ты идешь на кухню, пьешь чай и пытаешься хоть немного успокоиться, а то уже деду свои вещи кидаешь, - Лена присмотрелась, и правда – в сумке, которую она собирала деду было и пару ее вещей. А Степнов тем временем уверенно продолжал, - потом ты собираешь две сумки – одну для деда, другую для себя. Потом я отвожу тебя к себе домой, - Лена попыталась что-то возразить, но он ей не дал, - к себе, я сказал, возвращаюсь сюда, дожидаюсь, когда заканчивают, закрываю дверь по возможностям, иду вместе с Лехой к Петру Никанорычу в больницу, передаю ему вещи и иду к себе, где ты меня уже ждешь с чашечкой горячего кофе. Ну как тебе план? Нравится?
- Нет! – Лена резко помотала головой.
- Ну ладно, - разочарованно протянул Степнов, - чашечку горячего кофе можно убрать из плана.
- Да не в этом дело! – взбесилась Лена. – Я не понимаю, почему я не могу навестить деда, и почему я должна жить у вас!
- Куда тебе деда навещать – ты еще из шокового состояния не вышла! А про то, чтобы переночевать тут – даже думать забудь!
- Это еще почему?
- Потому что замок нормальный еще не сделали и до завтра не сделаем, кроме того, преступники могут вернуться.
- Ой, Виктор Михалыч, ерунду то не говорите – зачем им сюда возвращаться, они уже все взяли!
- А если не все? – Степнов поставил ее своим вопросом в тупик.
- Что значит не все? В смысле вернутся еще за холодильником, потому что проголодались, пока остальное добро выносили?
- Если ты шутишь, то все не так плохо. Я просто хочу сказать, что может это не обычные воры – может это те же люди, которые искали в прошлом году бумаги твоих родителей по результатам исследования?
- Я как-то об этом не подумала… - задумчиво сказала Лена.
- Вот! А может это вообще дельцы – тебя искали, а вещи забрали так, для отвода глаз. Так что никаких возражений – первое время поживешь у меня, а то тебе грозит еще одна опасность – умереть от голода.
- Ну вы скажете тоже! – возмутилась Лена. – Как будто я готовить не умею.
- Ой, да знаю я тебя, одними бутербродами будешь питаться и посадишь желудок. Попрепиравшись со Степновы, еще немного для виду, так как она была вынуждена согласиться с ним, Лена начала последовательно воплощать его план в жизнь.

Степнов пропустил Лену вперед, и она переступила порог его квартиры. Пока они шли, к Лене постепенно возвращалось спокойствие – рядом с ним она всегда чувствовала себя увереннее и защищеннее. Но как только она вошла к нему, то снова стала нервничать, но уже по другой причине – она была в квартире любимого мужчины. Причем пару часов назад он сказал, что больше видеть ее не хочет. А бросить в беде так и не смог. Может, это было ужасно эгоистично, глупо и ненормально, но Лена испытывала некую благодарность к этим ворам, которые обнесли ее квартиру – благодаря этому Виктор вынужден был нарушить свое слово. А если он сделал это один раз, то и второй не за горами. А она воспользуется шансом и будет наслаждаться просто одним только его присутствием рядом с ней.
Тем временем мужчина проводил Лену в гостиную:
- Ну ты ту уже немного ориентируешься, знаешь, где ванна, кухня. Я могу немного задержаться, ты если захочешь спать –ложись, спальня – там, - и он махнул рукой в сторону второй комнаты.
Лена от этой фразы заволновалась:
- Я что, буду спать на вашей постели? – и как она не пыталась унять дрожь в голосе, получалось плохо.
- Нет, блин, Кулемина, я сейчас сбегаю и твою тебе принесу.
- Виктор Михалыч, а может я все-таки это…
- Что «это»? – Степнов уже начинал злиться.
- Ну на диване посплю, - и Лена кинула взгляд на диван.
- Может сразу на коврике в прихожей? Лен, глупостей не говори – диван надо разбирать, заправлять, а ты не знаешь, где что лежит – вобщем эти дополнительные сложности ни к чему. Если захочешь есть, - продолжал он, не давая ей возразить, - посмотришь в холодильнике, там все найдешь. Пошли, покажу тебе, как дверь закрыть, чтоб я ее мог потом снаружи открыть, - и он снова направился в прихожую, а Лена уныло поплелась за ним. Пока он ей показывал, как закрывать замок, Лена попыталась представить, как они выглядят со стороны. Получалось очень красиво и по-семейному, особенно, когда он громыхал ключами возле двери. Наконец инструктаж был закончен.
- Так, я пошел, а ты дверь никому не открывай, я сам открою, - дал он последнее наставление из подъезда.
Лена проводила его взглядом и неохотно закрыла дверь.


http://kvmfan.forum24.ru/?1-13-40-00000324-000-0-0-1236817864

Спасибо: 86 
Профиль
abama



Сообщение: 116
Зарегистрирован: 19.01.09
Откуда: Россия
Репутация: 16
ссылка на сообщение  Отправлено: 22.04.09 09:47. Заголовок: Простояв некоторое в..


Простояв некоторое время, прижавшись щекой к прохладной поверхности обивки двери, Лена, наконец, отлепилась от нее и прошла в гостиную.
Присев на диван, она осторожно провела рукой по его поверхности, словно лаская. Сегодняшнее ее пребывание в квартире Степнова разительно отличалось от того памятного раза – тогда она старалась не обращать ни на что внимания в безуспешной попытке бежать от сейчас уже очевидных чувств. Сейчас же ей хотелось впитать каждый сантиметр обстановки, среди которой он жил, хотелось прикасаться, вдыхать, трогать, включить все органы чувств на полную мощность и конспектировать, запоминать, консервировать, чтобы потом доставать и получать хоть маленькую, но такую желанную толику счастья.
Но потом, все потом, сейчас ей необходимо было восстановить силы. Лена начала ощущать огромную усталость, которая копилась в течение дня. Организм вспомнил, что давно не ел, кроме того, безумно хотелось принять ванную, но мама-врач приучила ее к тому, что ванную принимать можно только дома, поэтому первым делом Лена собиралась пойти встать под душ. Пошарив в сумке, она извлекла оттуда пижаму и полотенце (носить свое полотенце к любым, даже самым близким, гостям ее тоже приучила мама) и направилась в ванную, но по пути все-таки решила заскочить на кухню и проверить содержимое холодильника.
Холодильник встретил ее парой кастрюль и сковородкой, стоящих на полке, которые Лена решила пока не трогать. Вместо этого она взяла колбасу, которую нашла там же, решительно отрезала кусок побольше и жадно положила его себе в рот.
- Пока моюсь, и этого хватит, а потом перейдем к более внушительной трапезе, - сказала она сама себе с набитым ртом.
В ванной она не могла отказать себе в удовольствии и засунула нос во все баночки и тюбики, которые оказались в зоне ее досягаемости. И хотя их было не очень много, Лена довольно долго теребила и перебирала их в руках.
Наконец она разделась и подставила свое тело под такие желанные теплые струи. От мысли, которая пришла ей в голову, Лена покраснела и мысленно отругала себя: «У тебя дед в больнице, квартиру обокрали, денег нет, а ты стоишь тут и мечтаешь о нем. Между прочим, у него есть другая». И Лена принялась с остервенением тереть себя грубой мочалкой, надеясь направить свои мысли в нужное русло. Внезапно она услышала, как хлопнула входная дверь.
Степнов? Но он не мог вернуться так быстро, если только не забыл что-нибудь. А может что-то отменилось? Или сорвалось… А может что-то с дедом? От волнения Лена даже перестала мыться, пытаясь прислушаться к звукам в квартире. Но ей было слышно только шум воды. Наконец она плюнула на это занятие и решила уже домыться нормально, а потом выйти и узнать все у Степнова.
Закончив с водными процедурами, насухо вытершись полотенцем и одев пижаму, Лена осторожно вышла из ванной. Заметив странный свет на кухне, она направилась туда, пологая, что там найдет ответы на все свои вопросы. Увиденное заставило замереть ее в немом удивлении: стол на кухне был сервирован на двух человек, в центре стола находилось большое блюдо с чем-то аппетитным и ароматным, рядом прозрачная миска с салатом и два бокала. Дополняли картину свечи, расположенные по всему периметру комнаты – на подоконнике, холодильнике, кухонном столе и плите.
Лена не могла ничего понять – неужели это Степнов решил устроить ей такой романтический ужин? «Как-то не очень на него похоже», - думала Лена, подхватывая вилкой из салатницы пару овощей. К тому же он же действительно должен был сходить к деду – проведать его и передать ему вещи. Он никогда бы не пренебрег этим, поскольку сам переживал за Кулемина. Жуткая догадка озарила ее, так что вилка замерла в воздухе. В подтверждении ее версии из коридора послышался знакомый голос:
- Вить, ты уже помылся? На кухне? Ну вот, весь сюрприз ис…портил…, - на последних словах Маша запнулась, увидев Лену. Девушки некоторое время просто молча осматривали друг друга. Маша была одета в милое коктейльное платье на тонких бретельках, открывающее взору красивую зону декольте. Короткое, но в меру. И в противовес ей Лена – запакованная в пижаму. Волосы Маши были уложены в идеальном беспорядке. У Ленки голова была мокрая, поэтому волосы вились и торчали в разные стороны. От Маши пахло дорогими духами. От Лены – Степновским гелем для душа. В руках у Маши была бутылка вина, у Лены – вилка с салатом, которую она все-таки умудрилась донести до рта и теперь с деланной радостью пережевывала овощи. Маша понимала, что выглядит гораздо лучше, но при этом проигрывает Кулеминой по всем статьям.
- Мария Сергеевна, спасибо, конечно, за такой ужин – нам с Виктором… - Лена еле удержалась, чтобы не сказать его отчество, - очень приятно, но с вином вы переборщили – я еще все-таки несовершеннолетняя, - и Лена подхватила еще одну вилку салата, из-под челки наблюдая за реакцией Маши. Она не заставила себя долго ждать:
- Что ты здесь делаешь?! – она отчаянно жестикулировала бутылкой в руке.
- Ну мылась, потом поесть собиралась. Это вообще то я хотела спросить, что вы тут делаете? – и Лена выжидательно уставилась на Машу.
- Я не знаю, что здесь делаешь ты, но у нас с Виктором тут свидание, - нагло заявила Маша.
- Да? – Ленка скептически приподняла одну бровь. – А Витя об этом знает? – самое сложное было назвать его по имени.
- Ну конечно - он сам пригласил меня сюда, - продолжала стоять на своем Маша.
Ленка знала, что все это неправда. Они же собирались сегодня к Машиным родителям, но из-за кражи Степнов, судя по всему, отменил эту встречу, а Маша, не желая упустить своего, пришла сама, да еще полресторана с собой притащила.
- Что-то я очень в этом сомневаюсь, - и Лена продолжала более уверенно поглощать салат.
- Да? - издевка в голосе Маши заставила Лену вновь обернуться на нее. – А откуда тогда у меня это? – и Маша помахала перед носом Лены связкой ключей.
Лена чуть не задохнулась: «Он дал ей ключи от своей квартиры!». Выхватив из рук Маши связку, она заявила:
- Не знаю, но замки мы сменим! – и Лена начала подталкивать Машу в сторону выхода. В голове у нее шумело от осознания того, что у них все так серьезно. Внезапно ее привлек внимание брелок на связке в виде миниатюрного синего свистка, который она уже как-то видела на связке ключей. В подсобке у Степнова. Лежал в одном из ящиков. Он как-то при Лене искал там ручку, чтобы заполнить журнал. В тот же миг Лене все стало ясно, как день – после того, как Степнов отменил поход в семейное логово Гуцуловых, Маша решила действовать - забрала у него с работы второй экземпляр ключей и пришла к нему домой, надеясь устроить сюрприз, скорее всего, он сказал, что будет занят и освободится поздно, вот она и подумала, что успеет все подготовить. А вместе с догадкой к Лене пришла и решимость для действия.
Уже в прихожей она придержала поступательное движение вперед и, снисходительно улыбаясь, спросила:
- Мария Сергеевна, неужели вы так ничего и не поняли?
- И что я должна была понять? – с вызовом спросила Гуцулова.
- Что отношения между учителем и ученицей в школе приведут к нежелательным последствиям, а симпатичный одинокий физрук, который много времени проводит со своей ученицей, вызывает большое количество подозрений, - и Лена притворно вздохнула.
- Что ты хочешь этим сказать? – на полувыдохе спросила Маша.
- Только то, что нам была нужна какая-то видимость отношений. И вы, как нельзя более лучше, подошли на эту роль.
- Ты врешь! Ты все врешь! – Маша уже была не в силах контролировать себя: ее голос дрожал, руки тряслись, а глаза метались в поисках правды. – У нас с Витей все серьезно. А у тебя с Игорем!
- Да? А почему же тогда у нас с Игорем ничего не было? И почему, - Лена не знала этого наверняка, но решила проверить, - у вас со Степновым тоже ничего не было?
По тому как поникла Гуцулова, Лена поняла, что победа осталась за ней. Внутри у нее все ликовала, но даже не от чувства того, что она оказалась победителем в этой схватке, а от того, что у Степнова с Машей ничего не было. Ни-че-го!
В порыве радости она не заметила, как Маша покинула квартиру, очнувшись, только когда хлопнула дверь.
Как во сне Лена прошла в спальню и, присев на кровать, задумалась. Показавшееся вначале однозначным утверждение теперь обрастало большим количеством вопросов и еще большим количеством ответов. Почему у них ничего не было? Потому что он равнодушен к Маше? Но ведь у Лены со Степновым тоже ничего не было, а она его любит. Так может и тот факт, что у них с Машей ничего не было, подтверждает лишь серьезность их намерений?
Лена окончательно запуталась в дебрях рассуждений, когда поняла, что она находится в комнате не одна. Подняв голову, она встретилась с его горящим взглядом.
Одной секунды хватило, чтобы понять, что он страшно зол: его глаза метали молнии, желваки напряженно перекатывались, а губы были плотно сжаты. И в контраст этому всему удивительно тихо и вкрадчиво прозвучал его голос:
- Я на улице столкнулся с Машей, она даже слова не сказала – пролетела мимо, как пуля. Она заходила?
Лена ни секунды не думала над ответом:
- Да, забегала сказать, что уходит из школы – нашла место в фитнесс-центре, та же практика, но еще и заработать можно неплохо.
По выражению его лица Лена поняла, что ответ был неверный.
- Подойди ко мне, Лена, - на этот раз в его голосе чувствовался еле сдерживаемый гнев.
Лена осторожно поднялась с кровати и подошла к нему на довольно безопасное расстояние.
- Ближе! – говорили его губы, а взглядом он гипнотизировал ее. Лена сделала еще небольшой шажок.
- Еще ближе, Лена! – рявкнул он, и Лена еще на немного приблизилась к нему.
- Да ближе же, черт побери! – он дотянулся до ее руки и с силой дернул на себя. – Вот так, - наконец сказал он удовлетворенно. – А теперь подними вверх руки!
Лена не знала, почему она делала то, что он говорил, но что-то в его голосе заставляло ее делать это. Когда девушка поднимала руки, то поняла, что дрожит – от болезненной смеси страха, волнения, опасения, тревоги перед чем-то неизвестным, непонятного предчувствия и еще чего-то, что она никак не могла уловить. Но когда в следующий момент мужчина рывком сорвал с нее пижамную кофту и отбросил в угол, она поняла, что последним и самым важным ингредиентом было возбуждение. Один вид его такого разъяренного и мужественного приводил ее в трепет.
Внезапно он снова дернул ее за руку, и она оказалась прижата к его груди:
- Раз тебя так волнует только спортивный интерес, Кулемина, то ты его и получишь! – от резких слов и трения и без того чувствительных сосков о грубую ткань его кофты у девушки резко потемнело в глазах, а нахлынувшая слабость точно бы свалила ее с ног, если бы он так крепко не прижимал ее к себе. Она каждой клеточкой своего тела чувствовала, что внутри него все рвет и клокочет.
В следующую секунду он толкнул ее на кровать. Лену охватила паника, когда она поняла, насколько он зол. Не в состоянии хоть что-то сказать, она в страхе наблюдала за тем, как он стягивает через голову свитер и медленно приближается к ней:
- Ты знаешь, я даже многое понимаю! – от металла в его голосе захотелось закрыть уши руками. - Ты же спортсменка – тебя никогда не интересовал мяч сам по себе, только в комплекте с противником! Но, хочу тебе сказать, очень больно быть сначала ничем, а потом просто спортивным интересом! Хотя раз ты этого так хочешь, я принимаю твои условия, - Лена инстинктивно попятилась по кровати назад, чем завела его еще больше:
- Куда ты, Кулемина? Спортсмены никогда не отступаются от своих целей, тем более тех, которые сами себе поставили! – и Степнов резко схватил девушку за лодыжку и подтянул к себе. – Вот только чего я никак от тебя не ожидал, Лена, так это то, что ты будешь играть не по правилам, так жестоко и цинично. Я не этому всегда тебя учил!
- Вы все не так истолковали! – Лена наконец сумела сказать хоть что-то, пытаясь освободить ногу от его крепкой хватки, но в следующую секунду оказалась прижатой его телом к кровати:
- Я думаю, что сейчас самое время перейти на ты, - он хрипло рассмеялся ей в лицо. - И хватит вырываться. Не строй из себя девочку – тебе же это не в первый раз! Или я ошибаюсь? – и он выжидательно посмотрел на нее. А Лена просто не могла нормально соображать, когда он так близко, когда их полуобнаженные тела крепко прижаты друг к другу, когда его руки приковывают ее запястья к кровати, чтобы она не вырывалась. – Ну что же ты молчишь?! Говори!
И она сломалась:
- В первый… - и отвернулась от него. Через секунду почувствовала, что ее руки ничто не удерживает, еще через секунду, что тело больше не вдавлено в кровать под весом другого тела, а еще через мгновение ей в лицо полетела верхняя часть ее пижамы.
- Оденься! – услышала она.
Натягивая кофту, она мельком бросила взгляд на Степнова, который тоже одевался. Лена еще не пришла в себя от пережитого, но не могла его отпустить, так ничего и не объяснив:
- У тебя хорошая теория, почти такая же как и у меня была, - хрипло начала она, - только в корне неверная. У всех моих поступков совершенно другая причина.
- Да? – горько спросил он. – Так объясни мне, Лен! Объясни! Объясни, почему, когда я пришел к тебе со своими чувствами, моя любовь оказалась тебе не нужна?! Почему потом ты начала вести себя, как настоящая стерва по отношению ко мне и к Маше?! Почему не даешь мне построить нормальнее отношения, раз я тебе не нужен? Зачем тебе понадобилось врать мне про секс с Игорем и эту ложную беременность? И зачем, ради всего святого, ты сказала Алине, что ты меня любишь?!
К последнему его вопросу Лена уже не могла сдержаться, и слезы неконтролируемым потоком текли из глаз, но она все-таки нашла в себе силы сказать:
- Потому что это правда!
На несколько мучительно долгих секунд в комнате повисла жуткая тишина, в которой Лена ждала его ответа, как приговора.
- Неужели ты думаешь, что я тебе поверю, после всего того, что ты мне наврала? Я не знаю, что за игру ты ведешь, да и знать не хочу. Мне этой грязи не надо, - Виктор развернулся к ней спиной и направился к выходу. Но перед самой дверью остановился:
- С дедом все нормально, вещи ему передал. Его допросили. Это не дельцы и не имеет отношения к исследованиям твоих родителей. Завтра починят замок, и вернешься домой. А сейчас ложись спать, - вслед за последним словом громко хлопнула дверь. А Лена все не могла остановить слезы.



Лена уже даже и не пыталась заснуть. Полночи она проворочалась на его постели, сначала пытаясь не думать о том, что произошло, потом, поняв всю бесполезность этой затеи, проигрывая в уме сцену снова и снова. Казалось, ее мозг уже был готов взорваться. Но не только разум, но и тело не находило себе покоя – она металась по кровати, не находя удобного положения, чувствуя болезненный дискомфорт. Решив, что все дело в духоте, она стащила с себя штаны, закинув их за кровать. Но желаемого успокоения это так и не принесло. Хуже всего было то, что Лена догадывалась, чем это все могло быть вызвано – ощущения, которые восприняло ее тело от непродолжительного контакта с его, требовали своего логического завершения. Когда страдания тела пересилили страдания души, девушка решительно откинула одеяло и направилась в соседнюю комнату. На пороге ее решимость поубавилась. Ночное небо давало достаточно света, чтобы привыкшее к темноте глаза могли рассмотреть мужчину во всех подробностях. Внезапно он перевернулся и что-то прошептал. Лена в попытке расслышать, что же он сказал, приблизилась к нему вплотную, но он уже замолчал. Тогда она присела на краешек разобранного дивана и осторожно, одним пальчиком погладила его по небритой щеке. Он снова заворочался и прошептал:
- Лена.
Поняв, что он пребывает в неком состоянии между сном и явью, девушка быстро приняла решение. Другого шанса, наверное, уже и не будет. Проскользнув под одеяло, она крепко прижалась к мужскому телу, на что его обладатель тут же отреагировал:
- Лена? – пара голубых глаз, цвет которых невозможно было перепутать даже в темноте, недоуменно смотрели на нее. – Ты что тут делаешь?
- Тс-с-с-с… - и Лена прижала пальчик к его губам. – Это сон. Я тебе просто снюсь,- и ни капли не сомневаясь в своих действиях, а также будучи абсолютно уверенной в том, что никогда в жизни не пожалеет о том, что сейчас сделает, она медленно стянула с себя кофту.
- Сон… - повторил он отрешенно, а его руки уже легли ей на талию и мучительно медленно двинулись вверх начинать свое длительное путешествие. Ленка прикрыла глаза в сладкой истоме – это было именно то, чего не хватало ее телу сегодня ночью – ощущения его рук на своем теле, но вот и этого становится мало, и в ход идут губы, зубы, язык, вырывая из нее грудные стоны.
- Точно… - шептал между ласками Виктор, - сон… такая как во сне…
И вот уже его имя слетает с ее губ, но он успевает поймать его на самом выходе и вернуть ей, чтобы даже ночь не могла услышать.
Но Лена уже ничего не соображала, находясь во власти ранее ей неизвестных ощущений, которые огнем охватили ее тело, заставляя выгибаться, стонать, царапать и кусать.
Губы атакуют и не дают сделать и глоток столь необходимого сейчас кислорода. Дыхание сбито уже давно, но резкий хват зубами за мочку уха заставляет ее заглотить еще больше воздуха, которым она тут же давиться, почувствовав еще более жгучую боль. Все остальное происходит как в тумане – успокаивающие поцелуи, расслабляющие движения, бессвязные слова в ухо и пропасть, в которую совершенно не страшно падать.


Лена вот уже несколько минут сидела на диване у себя в комнате, пытаясь собраться с мыслями, что получалось плохо. Около часа назад она проснулась в квартире Степнова и, стараясь его не разбудить, тихонько выскользнула из постели, оделась, собрала свои вещи и также тихо покинула квартиру, осторожно прикрыв дверь.
Придя к себе домой, она устало забросила сумку под кресло и пыталась хоть как-то проанализировать ситуацию.
Что она знала наверняка, так это то, что жалеть об этой ночи никогда не будет. В этом месте мысли сворачивали на воспоминания и ощущения и упорно не хотели возвращаться назад. Именно поэтому проанализировать ситуацию никак не получалось. Вконец на себя разозлившись, Лена решила не быть тряпкой и думать только о главном – что ей теперь со всем этим делать. Из его слов выходило, что он любил ее. Но вот любит ли он ее до сих пор, после всего того, что она натворила? К тому же он пытается что-то выстроить с Машей, а Лена ему мешала. Поэтому он так зверски и разозлился. Или не поэтому? Лена не могла ответить на вопросы, на которые мог ответить только он, но для разговора с ним она была катастрофически не готова.
- Кулемина, ты что с утра за пробежки устроила?
Лена подпрыгнула на диване от его голоса. Почему-то мысль о том, что он может прийти к ней, ее не посещала.
- Виктор Михалыч… - испуганно начала она, - что вы тут делаете? – она встала, потому что так чувствовала себя защищеннее.
- Да вот, - он лениво облокотился на косяк, - пришел тебе свой сон рассказать.
От упоминания об этом и тягучих ноток в его голосе Ленка почувствовала, что сейчас опять свалится на диван. Чтобы хоть как-то предотвратить это, она судорожно вцепилась пальцами в подлокотник и выдавила из себя:
- Мне абсолютно неинтересно, чем вы занималась этой ночью, Виктор Михалыч.
Степнов на это ухмыльнулся:
- Кулемина, я тебя не узнаю просто – раньше тебе удавалось врать гораздо более убедительно. Но ты кое-чего не учла…
- Чего? – тут же спросила Лена и поняла, что прокололась.
Мужчина довольно улыбнулся:
- Того, что даже во сне я не пренебрегаю некоторыми правилами и не буду рисковать тобой и твоим здоровьем. Так что если ты не веришь, то я могу… - и он потянулся рукой в карман джинсов, но Лена в страхе перехватила ее:
- Не надо! – паника прокралась уже и в голос. – Я уже сказала, что меня не интересует, чем вы там занимались ночью, - и она проскочила под его рукой, направляясь на кухню. Но была остановлена его рукой, которая крепко прижала ее к его груди. Лена судорожно вцепилась пальцами в его руку, но не пыталась отлепить ее от себя. И совсем врасплох ее застал его поцелуй в макушку.
- Ленка, Ленка, - от его ласкового голоса перехватило дыхание, а еще слегка шевелились волосы там, где он выдыхал. – Ну что, ты мне сразу во всем признаешься, или мы еще два месяца будем дураками играть в ревность?
Ленка счастливо улыбнулась, и на глазах навернулись слезы от того, что он все понял. А еще любит. Она это уже знала наверняка. Лена расслабленно откинулась спиной на мужское тело – было так хорошо, как никогда до этого. Единственное, что слегка раздражало, так это то, что она стала такой плаксой.


http://kvmfan.forum24.ru/?1-13-40-00000324-000-0-0-1236817864

Это был конец, дорогие мои.

До новых встреч в прямом эфире

Спасибо: 104 
Профиль
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  3 час. Хитов сегодня: 359
Права: смайлы да, картинки да, шрифты нет, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет



Создай свой форум на сервисе Borda.ru
Форум находится на 97 месте в рейтинге
Текстовая версия