Не умеешь писать - НЕ БЕРИСЬ!

АвторСообщение
Аллочка





Сообщение: 112
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 7
Фото:

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.04.09 16:17. Заголовок: Автор: Аллочка. Мини-фики.

Спасибо: 19 
Профиль
Ответов - 39 , стр: 1 2 All [только новые]


Аллочка





Сообщение: 828
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 54

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.06.09 11:24. Заголовок: Автор: Аллочка. Назв..


Автор: Аллочка.
Название: Наперекор.
Рейтинг: PG (да-да, представляете?! ).
Жанр: RPF, Fluff, Romance.
Статус: Окончен.
От автора: Давно я ВАЛТ не трогала Мааааленький такой миник Что называется, don't worry, be happy!
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!!! Все (или почти) все события фика являются моей выдумкой!!!


Лена аккуратно поставила чашку с вкусным, немного подслащенным чаем рядом с монитором и с ногами забралась в уютное кресло, накрывшись пледом. За окном гремела летняя гроза, а рядом приятно гудел системный блок. Вот, наконец, они и вернулись с изнуряющих гастролей, которые для Третьяковой были особенно тяжелыми. Во-первых, они уехали сразу же после окончания съемок третьего сезона, не успев толком не то что отпраздновать, но даже просто отдохнуть. А, во-вторых, в личной жизни у нее было не все в порядке. Зажмурившись и вдохнув полной грудью дурманящий аромат лимона от чая, Лена решительно отогнала от себя эти мысли и загрузила Интернет. Тяжеловато все-таки обходиться без сети! Ужасающее количество новых писем в блоге, на форуме, на их сайте… Письмам от фанатов Лена всегда была очень рада, они здорово поднимали настроение и личную самооценку. Но их она с лукавой улыбкой отложила на потом. Ответив на три пришедших письма в личном ящике, известном буквально небольшой компании людей, Ленка загрузила «официальный форум Виталия Абдулова».
Нет, активным пользователем она там не была, но его ответы читала регулярно. Не все, конечно же, столько времени у нее попросту не было, но нужные она всегда вылавливала. Впрочем, когда они были вместе, она, восторженно вздыхая, с мечтательной улыбкой читала все, а после их глупого расставания просто стала отсеивать ненужную информацию.
Вот и сейчас проницательный взгляд уставших зеленых глаз бегал по расплывающимся строчкам. Внезапно – щелчок, вздох, взгляд, смешок. Секунда. Ленка еще раз хохотнула. Перечитала. «Я всегда говорил, что девушке не стоит признаваться первой». Комнату осветила ее сияющая улыбка. За улыбкой тут же последовал смех с такой явно торжествующей интонацией, что кот Бакс подозрительно покосился на хозяйку и немного вжался в диван. Отсмеявшись, Третьякова стрельнула глазами в фотографию Абдулова сверху страницы и издала громкий нечленораздельный звук, являющий собой нечто среднее между воплем ликования и стоном с радостным подтекстом из серии «Что я сразу-то не догадалась?!». Взъерошив руками волосы, Ленка схватила кота, чмокнула его в морду, бросила обратно на диван и откинулась на спинку кресла с довольной улыбкой на пол-лица.

***
Отношения Лены и Виталия с самого начала можно было называть абсурдом. Или безумием. Или хотя бы странностью. А можно было брать выше и именовать извращением. «Знаете, что такое извращение? Это дело вкуса. Как с китайской едой. Либо нравится, либо нет. Но если ты китаец, у тебя нет выбора» (с). Лена всегда все делала наоборот, что бы ей ни говорил Абдулов. Сначала это получалось как-то непроизвольно, становясь следствием его открытой к ней неприязни. А постепенно превратилось в принцип.
Виталий говорил, что ей никогда не сыграть нормально даже ее небольшую роль. А она дотянула ее до главной. Абдулов говорил ей бросать курить, а она при нем выпускала красивые колечки из табачного дыма. Виталий сказал ей, что, в общем-то, готов смириться с курящей женщиной рядом, а иногда это даже красиво. Лена бросила курить. Виталик говорил ей, что, как женщина, она ничего не стоит, а Ленка умело и непринужденно соблазняла его, доводя до исступления своими выходками. Виталик говорил, что их ничего не ждет, а Третьякова мечтала о голубоглазых детях. И, что самое удивительное, в это выстроенном, по сути иллюзорном мирке, она была счастлива. И ей действительно были нужны эти отношения с Абдуловым. Как-то незаметно влюбилась, так же незаметно полюбила, а потом сама же и разрушила. Как-то по инерции. Абдулов взял ее за руку и, преданно глядя в глаза, сказал, что точно не знает, что сейчас испытывает, но она ему очень нужна. А Третьякова, ожидавшая всего-то трех слов (зато каких трех слов!), выдернула руку и, в тысячный раз идя наперекор, сказала, что не любит и все это было ошибкой. А он поверил.
***

И вот, Ленка, сидя в огромном кресле, заливалась счастливым смехом. Все вдруг стало так ясно и понятно, будто бы кто-то спустился оттуда, с неба и рассказал, что и как должно быть. Все мысли упорядочились, а планы на будущее приобрели какие-то четкие формы. Снова наперекор!
Уже через час, в любимых джинсах, белой футболке и желтых кедах, Лена нажимала пальцем на звонок. Не было ни нервов, ни волнения, ни даже такого порхающего где-то внутри ощущения приятного ожидания. Было только спокойствие, зашкаливающее настроение и пришедшая, наконец, уверенность в своих действиях.
Через пару минут на пороге возник полуголый Абдулов в расстегнутых джинсах и с обнаженным торсом. Лена с нескрываемым наслаждением оглядела мужчину, по которому успела так соскучиться и, не дожидаясь приглашения, зашла в квартиру.
- Виталь, ту куколку, которая сейчас трясется, видимо, в одном белье в твоей спальне ты выгони, пожалуйста, ладно? – произнесла Третьякова с ядовитой усмешкой, закусывая губу, чтобы не рассмеяться от переполняющей ее радости от простоты и логичности. На «куколку» ей, на самом деле, было плевать. Абдулов и имени-то ее не помнит, скорее всего. Буквально через минуту Лена получила свои мыслям подтверждение.
Из спальни вылетела брюнетка с пышным бюстом в джинсах, прижимая к груди сорванную майку.
- Инна, пожалуйста, уйди сейчас! – мягко попросил ее Виталий.
- Меня Настя зовут!!! – взвизгнула «куколка» и с космической скоростью вылетела из квартиры.
У Третьяковой на губах играла какая-то незнакомая Виталию улыбка. Ему одновременно хотелось разгадать ее значение и попросту стереть ее жадным поцелуем. Как же он скучал по этим изогнувшимся губам!
- Привет, - начал он, видя, что Ленка только улыбается все шире, но разговор не начинает.
От его робкого «привет» в Ленке что-то еще перевернулось, и она улыбнулась ТАК, что у Виталия просто дух перехватило, а глаза он инстинктивно зажмурил. Третьякова просто сияла.
- Я люблю тебя, - не прекращая улыбаться, сказала она, заглядывая в любимые синие глаза.
Абдулов даже не сразу услышал девушку, его очень интересовала причина ее прихода и такое странное поведение, поэтому ее слова он пропустил мимо ушей.
- Ты… А ты?! Ничего вот по поводу Насти…? Сказать?! Что??? – внезапно сбивчивая речь прекратилась, а Абдулов побелел, как полотно. Лена только весело хмыкнула и испытующе поглядела на мужчину. – Ты ЧТО??? Лю…Ты любишь?! – Виталий глотнул воздуха, но дыхание все равно осталось сбивчивым.
Пару минут стояла полная тишина. Лену это, впрочем, никак не беспокоило. Для себя, а, вернее, для НИХ она уже все решила. Прокручивая полтора часа назад у себя дома в голове все воспоминания, связанные с ним, Лена вспоминала его взгляд. Так смотреть мог только он. И только на нее, ни на кого больше. Как же она сразу не догадалась, что он любит?! ЛЮБИТ! А она тогда отвернулась от него. Она даже представить не могла, как же больно она ему сделала, а сейчас она просто хотела исправить все, наконец. Он любит, она любит, хватит уже против течения идти! Впервые за долгое время Ленка ЗНАЛА, что она делает. И, хотя Виталий только смотрел на нее широко раскрытыми глазами и ловил потрескавшимися губами воздух, Лена была абсолютно уверена, что он ее любит. И ей сейчас не нужны были его слова и заверения в вечных чувствах. Только его глаза. Впрочем, может, еще и губы…
- Ну, может, поцелуешь хотя бы?! – Лена подавила смешок и с вызовом посмотрела на Виталия.
Одно мгновение. Ленка даже улыбнуться не успела, как почувствовала такие родные и самые любимые губы на своих губах. Поцелуй становился то жестче, то нежнее, то глубоким, то дразнящим. Оторвавшись, Абдулов попытался что-то сказать, но Лена только приложила тонкий пальчик к его горящим губам. Вот слова им сейчас были не нужны. А то вдруг ей опять взбредет в голову наперекор идти?!


Знаете, что всегда всем рада? Знаааете
http://www.kvmfan.forum24.ru/?1-13-20-00000656-000-40-0-1246279022

Спасибо: 64 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 851
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 58

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 04.07.09 05:46. Заголовок: Автор: Аллочка. Назв..


Автор: Аллочка.
Название: Навстречу.
Рейтинг: R.
Жанр: RPF, Romance.
Статус: Окончен.

Примечание 1 Это можно и НУЖНО считать продолжением предыдущего мини "Наперекор".
Примечание 2 ВСЕМ, кто НЕ любит продолжения, рейтинг R, считает предыдущий мини оконченным и НЕ требующим чего-то еще!!! Не читайте

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ!!! Все (или почти) все события фика являются моей выдумкой!!!


Наконец, когда тело стало нестерпимо ныть, когда припухшие губы стали болеть от поцелуев, когда ориентация в пространстве была полностью потеряна, а в голове не осталось ни одной мысли, Виталий оторвался от Лены и аккуратно прислонил ничего не соображающую девушку к стенке. Впрочем, ему и самому необходимо было прийти в себя. Спустя какое-то время, ставшие ярко-изумрудными зеленые глаза стали понемногу светлеть, во взгляде появлялась осмысленность, а голова переставала кружиться. Лена моргнула и хрипло кашлянула. Абдулов поднял на нее свой тяжелый взгляд и жадно заскользил им по любимому лицу. Он и сам не понимал, как же скучал по ней, а сейчас просто не мог оторваться. Лена часто дышала и, постоянно облизывая губы, ожидающе и с некоторым непониманием смотрела на актера. Хотелось что-то сказать, хотелось рассказать ей обо всем на свете, а для начала о своих собственных ощущениях, о своей Любви. Но еще больше хотелось другого.
Отложив все словоизлияния до более удобного момента, Виталий со всей силой вжал так и не опомнившуюся Ленку в стену и принялся страстно целовать ее шею. Покрывая голодными поцелуями ключицу, он постепенно поднимался вверх по пульсирующей голубой жилке. От накатившей волны желания Лена начала задыхаться, ноги тряслись и подкашивались, а руки просто судорожно вцепились в стенку стоящего рядом шкафа. Она даже не пыталась понять действия Виталия, проанализировать их, подумать над тем, чего она хочет… Всю эту ерунду можно оставить психоаналитикам, они этим на хлеб зарабатывают. Сейчас хотелось только любить, с наслаждением отдавать всю себя и быть, наконец, любимой самым желанным человеком на свете. Немного прикусив нежную кожу шеи, Абдулов закрыл своими губами и ее рот. Ленка почувствовала, что дышать стало нечем, да и не очень-то и хотелось. Ощущения были настолько острыми, приятными и до безумия необходимыми, что потребность в кислороде попросту отпала, мысли бежали в совсем другом направлении, а порой и вообще останавливались и пропадали. Организм сам сориентировался, и через минуту Третьякова шумно вдохнула разгоряченный воздух носом. Виталий, не прекращая поцелуя, подхватил девушку на руки и занес в спальню, бросив на кровать.
Лена от неожиданности тихо вскрикнула, после чего полностью доверилась любимому мужчине. Их действиями теперь управляло почти животное желание, даже любовь отошла на второй план. Они не были вместе вот уже три месяца, три самых долгих месяца! И сейчас торопливыми ласками, быстрыми жадными поцелуями пытались наверстать все упущенное, не произнося ни единого слова. На это они были просто не способны. Лена тихо постанывала, а Абдулов даже не пытался выровнять окончательно сбившееся дыхание. Одежда полетела ко всем чертям, приземляясь в разные концы комнаты. Одним резким движением Виталий вошел, с каждой секундой все сильнее впечатывая обезумевшую от забытого удовольствия девушку в матрас. Ее стоны превратились в крики, а Абдулов, не в силах выразить свои чувства, просто рычал, блуждая руками по совершенному телу. Не было ни поцелуев, ни нежного шепота. Было ощущение, будто в один миг встретились два изголодавшихся друг по другу зверя. Лена громко вскрикнула, инстинктивно вцепившись в Виталия. Ногти оставили глубокие царапины, но Абдулов даже не обратил на это внимания. Дернувшись пару раз в его крепких объятиях, Ленка затихла, а на ее глазах от переизбытка эмоций и ощущений выступили слезы. После нескольких сильных толчков, Виталий, издав нечленораздельный звук, опустился всем весом своего тела на Третьякову. Лена же этого даже не заметила, находясь в близком к обморочному состоянии. Не желая причинять девушке боль, Виталий чуть отодвинулся и повернулся немного набок.
Придя в себя, Лена с интересом и довольной улыбкой рассматривала СВОЕГО мужчину. Виталик, прикрыв глаза, чему-то ухмылялся, смешно подергивая уголками губ. Вскоре он заметил, что Ленка уже опомнилась и оправилась от пережитого. Повернувшись совсем боком, он оперся головой на согнутую в локте руку и посмотрел на Третьякову таким взглядом, что стало совершенно ясно: хотя и небольшого, но разговора не избежать.
- Ленка, прости меня. – Глаза Абдулова горели сильной, радостной надеждой. И Лена точно знала, что эту надежду ему подарила именно она. Своим приходом, своими словами, своим ответом на его ласки и своей немного лукавой улыбкой, с которой она сейчас на него смотрела. – Я люблю тебя. И я давно сказать должен был, просто… - Виталий запнулся и задумался в поисках кажущихся ему так необходимыми слов.
В Ленкиной голове мелькнула шальная мысль. Вот он, момент! Абдулов полностью перед ней раскрылся, обнажил свою душу, и у нее есть прекрасная возможность вновь пойти наперекор, плюнув в эту душу своим смехом и словами о том, что все было лишь игрой. Но для Третьяковой игра закончилась еще тогда, когда от тоски по любимому хотелось выть. Да и хватит уже наперекор! Пора навстречу.
- Все, Виталь, замолкни! – глядя на его меняющееся выражение лица и искренне удивленный взгляд, Ленка расхохоталась. – Я люблю тебя. И я знаю, что ты любишь. Ты мне показывал это постоянно, а я сдурила! – Лена немного виновато улыбнулась и весело подмигнула улыбающемуся Абдулову. – Но это разве важно сейчас?
- А что важно? – возбуждающим хриплым шепотом спросил мужчина.
- Ну… - Ленка наигранно задумалась. – Например, то, что я устала с гастролей и хочу спать!
Виталий расплылся в такой улыбке, что демон-искуситель кусал от зависти ногти в сторонке.
- И ты, правда, думаешь, что я тебе дам?
Виталий склонился над девушкой и впился в ее манящие губы сладким и опьяняюще нежным поцелуем. От такого явного и неожиданного проявления любви Лена только ахнула и стала нежно поглаживать его спину, залечивая нанесенные ею же раны. В ее глазах отражался только его взгляд, а ее губы дарили ему легкие, невесомые поцелуи на шее, скулах и губах. Однако мягкие, ненавязчивые ласки становятся настойчивее, руки – грубее, а поцелуи – глубже. Миг, - и в зеленых глазах снова вспыхивает знакомый огонек дьявольского желания. С победной улыбкой Абдулов стал изучать любимое тело. Руки поглаживали груди, живот, ласкали бедра, а губы спускались страстными поцелуями по шее вниз.
В таинственном ночном освещении ее тело казалось для него еще желаннее, но Виталий был не намерен вновь поддаваться животным инстинктам. В этот раз он хотел медленно и мучительно доводить любимую до исступленного состояния, чтобы слышать ее стоны и шепот над ухом. Мужчина стал осторожно ласкать губами напрягшуюся грудь и тут же получил мгновенный отклик: Лена захрипела и судорожно вцепилась руками в его плечи. Спускаясь все ниже и ниже, Виталий своим же телом ощущал, как начала извиваться и прижиматься к нему Ленка. Она запустила пальцы в его волосы и закусила губу, сдерживая рвущиеся наружу крики. Не в силах и дальше терпеть такую пытку, Третьякова, пользуясь эффектом неожиданности, резко притянула мужчину к себе за плечи, перевернула его на спину и начала покрывать поцелуями шею, торс, одновременно поглаживая его тело руками. Однако Абдулов, не желая так быстро сдаваться, вернул девушку на спину и поцеловал быстрым, но страстным поцелуем в губы. После этого Виталий вновь с явным наслаждением стал ласкать идеальное тело.
- Пожалуйста… - прохрипела чужим голосом Третьякова, тщетно пытаясь притянуть к себе мужчину. – Виталь, пожалуйста! Прошу…
Чувствуя, что и сам больше не в силах терпеть, Абдулов вдавил девушку в кровать и стал аккуратно двигаться. Комната огласилась ее молящими стонами и его тяжелым дыханием вперемешку со звуками удовольствия. Виталий стремился как можно дольше наслаждаться Ленкой, но она, спустя некоторое время, снова принялась просить его о чем-то не формулируя, но прекрасно зная, что ОН поймет. Впившись в алые губы отчаянным, безумным поцелуем, Абдулов резко ускорил темп, чувствуя рвущиеся из ее уст крики наивысшего наслаждения.

- Поедем в Италию? Или во Францию? Или на море куда-нибудь? – Абдулов улыбнулся и вопросительно посмотрел на девушку.
Ленка сидела у Виталия на кухне в одной футболке, ничего, в общем-то, не прикрывающей, и с явным удовольствием пила чуть охлажденный чай.
- А, может, мне и в Москве хорошо будет?! – в ее голосе появились знакомые бунтарские нотки.
Виталий с грустью подумал, что ее характер неисправим. Но любовь была гораздо сильнее.
- В Москве – так в Москве, – покорно согласился он. – Надеюсь, со мной хотя бы?
- Виталь, ты чего? – Ленка рассмеялась и, обняв мужчину, села к нему на колени. – Я просто пошутила. Поедем, куда скажешь!

Знаете, какое это удовольствие – проснуться рядом с любимым человеком, будучи абсолютно уверенным в его любви? Это лучше, чем наркотики, никотин, килограммы шоколада, просмотренный гениальный фильм, встреча с лучшим другом, прекрасный сон, миллионы долларов на счету или уверенность в блестящем будущем. Это даже лучше, чем сам секс. А знаете, как легко этого лишиться? Всего два-три неосторожных слова. И знаете, как несложно это получить? Хватит и одного слова.

Буду очень рада вас увидеть
http://kvmfan.forum24.ru/?1-13-40-00000656-000-60-0-1246540594

Спасибо: 54 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 906
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 63

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 07.07.09 13:17. Заголовок: Автор: Аллочка. Бета..


Автор: Аллочка.
Бета: Kristenka
Под редакцией: forget-me-not
Название: Отпусти.
Рейтинг: было решено, что PG-13
Жанр: AU, OOC, Romance.
Статус: Окончен.
Муза: Dreaming Нат, я такой АУ не писала никогда, это я тебя начиталась
Предупреждение Автор прочитала трудовой кодекс РСФСР на предмет воспитательных колоний, плюс, просмотрела пару статей Но я не претендую на полную прадивость! Я там не была никогда Не забываем: ВСЕ события вымышлены!!!

diamondfish вот такой вот шедевр сотворила



Железная дверь отворилась, и Виктор вошел внутрь помещения вслед за Рассказовым. Из всего отделения воспитательно-трудовой колонии №8, состоящего из двадцати трех девушек, здесь была самая большая комната. И, естественно, самая проблемная. Все-таки семь девушек в одном замкнутом пространстве, каждая из которых имеет свои проблемы и своих тараканов в юной голове, часто физически неспособны жить тихо и мирно. С остальными «воспитанниками» Степнов уже познакомился, а эту, триста сорок пятую, комнату Игорь оставил напоследок.
Четыре девушки сидели на одной кровати и о чем-то весело щебетали. Их совершенно не обеспокоили тихо вошедшие мужчины. Одна стояла рядом с ними, но задумчиво смотрела куда-то в окно, никак не реагируя на попытки девчонок привлечь к себе внимание. Две же девицы стояли поодаль и, абсолютно одинаково надув губки, тихо перешептывались, косо поглядывая на веселую компанию. Виктор решил пока не привлекать к себе лишнего внимания.
- Ну, и кто здесь? – тихо спросил он у стоящего позади Рассказова.
- Проститутки, – беспечно хмыкнул Игорь и протянул другу какой-то лист. – Вот список.
- Что, все? – недоверчиво протянул Степнов, останавливая свой пристальный взгляд на высокой блондинке, стоящей напротив окна, засунув руки в карманы джинсов.
- Ну, почему все? Вот эта, - Рассказов указал рукой на смеющуюся девушку с огненно-рыжими кудряшками, - перевозила кокаин через границу. Кому и зачем – не рассказывает.
- А та? – Виктор указал на привлекшую его внимание блондинку.
- А, эта вообще за изнасилование, – приглушенным голосом сообщил ему Игорь.
- К…как за изнасилование??? – Степнов шокированно уставился на друга, а потом вновь перевел взгляд на девушку.
- Ой, ну, то есть! – Рассказов хлопнул себя по голове и хохотнул. – Это ее изнасиловали. А она убила.
- Так это же самооборона? – Виктор нахмурился и недовольно повел плечами.
- Суд признал превышением пределов необходимой обороны. – Рассказов поморщился.
- Да какое это на фиг превышение?! – искренне возмутился Степнов.
- Вить, она двоих избила, а одного прикончила. – Игорь успокаивающе коснулся плеча друга.
- Как так, троих, что ли?!
- Троих насильников, – кивнул Рассказов. – Но ей смягчили, дали всего два года: мало того, что несовершеннолетняя и в целях обороны, так еще и убийство не холодным оружием.
- Что значит – не холодным? – поразился Виктор.
- Ну, одного она неудачно о стенку ударила, смертельно, другого – по шее ребром ладони, а третьего, насколько я помню, – бутылкой.
- Как она вообще с тремя мужиками справилась?! – Виктор оценивающе осмотрел на вид хрупкую фигурку.
- Они были пьяны, а она – спортсменка.
- Спортсменка… - Виктор довольно улыбнулся. – Это хорошо, – он кивнул мужчине, показывая, что уже можно начинать.
- Так! Девушки! – на звук голоса Рассказова все сразу же обернулись и приветливо улыбнулись своему воспитателю.
- Игорь, я сам! – прервал его Степнов. – Девушки, зовут меня Степнов Виктор Михайлович. Я два месяца буду воспитателем вашего отделения, офицером внутренней службы вместо Игоря. Через два месяца Игорь Ильич вернется из своей поездки, и я уйду. Заодно эти два месяца я буду вести у вас физкультуру. Мне сказали, что ее у вас уже полгода не было.
Заявление о физкультуре действительно обрадовало только Ленку, которая искренне скучала по спорту. Да и высокий голубоглазый брюнет ей сразу понравился.
- И еще бы полгода не было! – недовольно прошипела Новикова Ленке на ухо, за что получила полный холода взгляд Степнова. Лера даже поежилась, настолько ледяными в тот момент были его синие глаза.
- Да, Вить, выручил, спасибо! – прошептал Рассказов другу на ухо и хлопнул его по плечу. – Через два месяца я вернусь из экспедиции, да и твой фитнес-центр отремонтируют. Ладно, пойду я! Ты только поосторожнее с ними, поласковей! Они все у меня хорошие, хотя и сложно с ними…
Девушки обняли на прощание любимого воспитателя, пожелали ему удачной дороги и вернулись на свои места.
- А теперь давайте я по списку пройдусь, заодно и познакомлюсь с вами, – проговорил Виктор. – Алехина!
- Я. Женя, – улыбнувшись, представилась рыженькая.
- Зеленова!
- Я, – презрительно сжав губы, длинноволосая блондинка подняла голову и лениво продолжила, – Полина.
- Кулемина!
- Лена, – зеленоглазая жертва обстоятельств ослепительно улыбнулась, невольно заставив Виктора улыбнуться в ответ.
«Лена. Ле-на. Леее-ена. Красиво. Приятно. Хотя, какая, к черту, разница?!».
- Лебедева!
- Я. Оля, – слащаво улыбнулась стоящая под руку с Зеленовой девушка и кокетливо поправила волосы.
- Липатова!
- Наташа, – одетая во все черное брюнетка смущенно опустила взгляд.
- Новикова!
- Валерия, – с натянутой улыбкой представилась сидящая рядом с Ленкой девушка. Лера все еще не отошла от пронизывающего взгляда синих глаз, да и перспектива целых два месяца потеть на физкультуре ее явно не устраивала.
- Прокопьева!
- Я! Аня, – с энтузиазмом воскликнула миниатюрная брюнетка с беспорядочно уложенными длинными волосами, поправляя разноцветную футболку.
- Ну, вот и замечательно! Не забудьте: завтра в половине восьмого пробежка! Спокойной ночи! – Виктор кивнул на прощание и закрыл за собой дверь.

- Нет, ну и что это было?! Чего он к нам лезет вообще??? Физ-ра, пробежки, еще, поди, занятия прогуливать не даст! – возмутилась Новикова, оглядывая всех присутствующих в поисках поддержки.
- Да ладно, Лер, мы с Игорем Ильичом и правда распустились совсем! Надо же нас и контролировать кому-то. – Лена недовольно покачала головой и села на свою кровать, доставая из кармана плеер.
- Контролировать?! Ленка, да он просто без спроса вмешивается в нашу жизнь!!! Он же о нас вообще ничего не знает, мы ему чужие! – Лера все никак не могла успокоиться. У нее был нюх на скорые перемены, тем более что пробежка у них уже планировалась.

*******

Степнов и в самом деле не знал ничего об этих девчонках. Рассказов на все отделение вместо себя поставил воспитателем Людмилу Федоровну Борзову – опытного юриста и по совместительству его тетю. Но лично ему, Виктору, была вверена именно эта комната с семью девчонками. Они были бесспорными любимицами Рассказова, хотя и подход к ним нужен был особенный. Поэтому общая работа отделения Степнова интересовала не слишком, а вот то, что творится в голове у этих девиц – ему нужно было узнать. Того, что рассказал Игорь, было явно недостаточно для спокойной дружественной атмосферы. Он ведь не на неделю пришел, а на два месяца.

Алехина Евгения, 16 лет. Отец в тюрьме за подделку бухгалтерских отчетов. Мать с пяти лет воспитывала дочь в одиночестве. В пятнадцать лет была поймана в аэропорту, из которого она собиралась вылетать в Финляндию, с небольшой порцией кокаина. Экспертиза показала: сама Женя наркотиков никогда не употребляла. Насчет цели перевозки молчит. Общительная, активная. Иногда истерит.

Зеленова Полина, 17 лет. Родители погибли. Воспитывалась у молодящейся бабушки, водящей к себе любовников. С двенадцати лет в модельном бизнесе. В пятнадцать из моделей погнали. Бабушка из дома – тоже. Пришлось, скрепя сердце, идти на панель. Замкнутая, часто грубит. Но ничего плохого никому никогда не сделает, только на словах.

Кулемина Елена, 17 лет. Родители пропали без вести. С детства воспитывал дед, писатель-фантаст. Когда ей было пятнадцать, у деда случился инфаркт со смертельным исходом. Из больницы в истерике шла домой, во дворе на нее накинулись пьяные мужики. После изнасилования двое были доставлены в больницу, один – скончался на месте. Не слишком открытая, часто стервозная, но, несмотря на это, добрая и отзывчивая, особенно в критических ситуациях.

Лебедева Ольга, 18 лет. У родителей – нелюбимый ребенок. В шестнадцать лет ее выгнали в самостоятельную жизнь, сунув в руку сто рублей. Оля, недолго думая, пошла зарабатывать себе на проживание проституцией. С работодателями всегда конфликтовала. Гипертрофированное чувство справедливости. Скандальная, обидчивая, но очень надежная и преданная. С подавляющим большинством мужского населения беззастенчиво заигрывает.

Липатова Наталья, 15 лет. Отец о ее существовании не знает, она о его – тоже. Мать пьет. Жили за счет принадлежащей им съемной квартиры, но дом снесли. Работать Наташка пошла туда, куда звали. А звали четырнадцатилетнего подростка только на панель, ну, и еще курьером за копейки. Внешность позволяла, а моральные принципы пришлось задвинуть подальше. Быстро привязывается к людям, со всеми находит общий язык.

Новикова Валерия, 16 лет. Мать погибла, отец – полковник милиции. Когда ей было пятнадцать, отец попал в больницу с воспалением легких. На лечение требовались огромные деньги, иначе грозил смертельный исход. Высоко подняв голову и широко улыбнувшись, пошла в проститутки. Безбашенная оптимистка с очень твердыми жизненными принципами. Часто ноет, но на самом деле стерпеть может многое.

Прокопьева Анна, 15 лет. Жила в благополучной семье с плохим психологическим климатом: родители постоянно ссорились и срывали свою злость на ней. Погибли в авиакатастрофе. Аня осталась совсем одна. В ночные бабочки записалась после провала идей с официанткой, секретаршей, курьером и сотней других профессии – денег не хватало. Улыбчивая, влюбчивая, доброжелательная, активная.

Вот такие вот короткие отчеты и предоставил Виктору Рассказов. Он и им-то был очень рад: в конце концов, сведения были достаточно важные, вот только как найти общий язык с этой комнатой, он до сих пор не знал.

*******


- Девушки, подъееем!!! – прогремел поставленный мужской голос у двери в комнату 345 ровно в семь пятнадцать.
- Блиииин! – моментально взвыла Новикова, готовясь прибить того, кто прервал ее священный сон в такую рань. – Виктор Михайлович, пощадили бы девушек! – в закрытую дверь полетела подушка.
- Ага, вас пощадишь! - ухмыльнулся Степнов «по ту сторону баррикад». – А потом бегаете и визжите о целлюлите! Подъем, я сказал! – для убедительности новоиспеченный воспитатель хлопнул рукой по двери и, напевая что-то незатейливое, отправился пить свой утренний кофе.
- Не, ну он нам еще про целлюлит рассказывать будет!!! – Лера уже окончательно проснулась, но бурчать для виду продолжала, а, представив, как на его лице появляется наглая довольная улыбка, не сдержалась и запустила второй подушкой во все ту же недвижущуюся цель.
- Придурок! – плавно потянувшись, лениво поддержала Новикову Полина.
- Да ладно вам, всего на полчаса раньше поднял… - сонно отозвалась Кулемина из-под одеяла.

Пробежка была больше похожа на цирк на выезде. Степнов орал и пытался хоть кому-то вправить мозги, Лера имитировала сильнейшую мигрень, поэтому бежала с весьма странной жестикуляцией, Зеленова оббегала каждую лужу, что делало ее подозрительно похожей на пьяную, а остальные то и дело останавливались, чтобы завязать шнурки, задать друг другу коронный вопрос «Ну, как?», поправить волосы, поднять сережку или построить глазки красавцу-преподавателю. Одна Ленка, совершавшая давным-давно заученные, родные движения, бежала с легкой полуулыбкой от музыки, включенной на полную громкость в плеере.
- Кулемина, молодец! – похвалил ее Виктор.
Ноль реакции. Ленка даже не повернулась в его сторону.
- Кулемина!!! – и вновь молчание. Еще пара минут ушло на то, чтобы Степнов понял, что Лена его попросту не слышит.
Пока все были увлечены процессом отлынивания от пробежки, воспитатель аккуратно подбежал к Ленке сзади и неожиданно заключил ее в свои крепкие объятия. Во-первых, надо же было как-то подшутить над этой меломанкой, а во-вторых, его еще со вчерашнего дня преследовала навязчивая идея обнять эту девчонку. А еще лучше… Но эти мысли он с огромным упорством гнал от себя.
Однако едва он обхватил Ленку своими руками за талию, он почувствовал три четких удара: локтем под дых, предплечьем - по голове сбоку и руками – сильный толчок в грудь. Одно мгновение, Степнов даже боли от довольно ощутимых ударов не почувствовал, - и мужчина оказался лежащим на траве в большой растерянности. Все халявщики тут же встрепенулись и, оценив обстановку, с уважением посмотрели на обеспокоено склонившуюся над Степновым Ленку.
- Э, Виктор как-вас-там, вы живой?! – муками совести Ленка долго не мучилась. Думаете, она хоть капельку жалела о том, что нокаутировала новоиспеченного физрука?! Ха и ха. Она давно, еще в самом начале пробежки заметила, как этот Степнов, внаглую и абсолютно не смущаясь, пялится на ее грудь под спортивным топиком. Нет, поиграть Ленка была совсем не против. Но вот то, что он полез со своими обниманиями, – это уж слишком.
- Кулемина, сдурела?!
- Виктор, ну, я же не специально! Сами полезли!!! – Ленка раздраженно цокнула и подняла глаза к небу.
- Для тебя я Виктор Михайлович!!! – злобно рыкнул Степнов.
- Ой-ой-ой. – Кулемина хихикнула, лениво оттянула лямку топа, развернулась и грациозной походкой пошла по направлению к зданию: пробежка, без сомнения, подошла к концу, а им пора было на уроки собираться.
Степнов нервно сглотнул и проводил взглядом удаляющуюся девушку. Стукнув по ближайшей железной балке, он от души чертыхнулся и пошел к администрации узнавать о расписании его отделения.

******

Вечером на пробежку триста сорок пятую комнату Виктору вытащить не удалось. Девушки с мученическими выражениями лиц поведали ему парочку грустных историй о том, что после утренних упражнений ноги просто отваливаются, а также скормили несколько сказок о своей будущей физкультурной активности. Скрепя сердце, Степнов оставил их в покое, взяв с собой только с ленивой улыбкой вызвавшуюся Ленку.
- Ну, куда побежим? – девушка ослепительно улыбнулась и потянула воспитателя к выходу.
- Как куда?! – Степнов нахмурился. – На поле, конечно!
- Фу, как неинтересно! У вас же есть ключ от ворот!!!
- И ты что, думаешь, что я тебя туда пущу?!
Кулемина показала преподавателю язык и побежала впереди него, засунув привычным движением наушники в уши.

Продолжение будет

Тут можно сказать что-нибудь

Спасибо: 67 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 925
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 63

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.07.09 15:02. Заголовок: ****** - Ленка, ну,..


******

- Ленка, ну, вот что ты на этой пробежке забыла?! – Полина тоскливо посмотрела на Кулемину и непонимающе дернула плечами.
- Да, я вот тоже не понимаю! – возмутилась Новикова.
- А чего тут понимать? – Лебедева усмехнулась и с присущей кошкам грацией потянулась. – Степнов – мужик симпатичный, я бы даже сказала, красивый! Такого брать нужно и не сомневаться.
- О, да, Олечка! – Ленка язвительно улыбнулась и насмешливо подняла брови. – Ты всегда понимаешь меня, как никто другой!
Лера хихикнула и бросила в Ольгу подушку.
- Девочки, ну, я же спортсменка бывшая! Мне это только в радость! – Кулемина подняла брошенную подушку и положила ее на законное место в изголовье Анькиной кровати.
- То есть Степнов тебе совсем-совсем не нравится? – прищурившись, поинтересовалась Прокопьева.
- Да, Лен, как-то не верится! – поддержала подругу Женька и откусила кусок от яблока.
- Да мужик как мужик, - Кулемина пожала плечами. – Я что, от одного его вида в щенячий восторг приходить должна?!
- Ну, не скажи… Мне он тоже понравился, - Наташка неловко улыбнулась. – Хотя для меня староват.
- А для меня в самый раз?! – Лена хохотнула и села на свою кровать.
- А вот по мне – просто мечта! – Лебедева улыбнулась и грустно вздохнула. – С таким же переспать – одно удовольствие, а, девчонки?!
При слове «переспать» Ленка заметно поморщилась. Воспоминания о том ужасном вечере врезались в ее память, она помнила все, от первого и до последнего мгновения, помнила так четко и ясно, что каждый раз, едва мысли заходили хотя бы на краешек тех воспоминаний, становилось больно, противно и страшно.
- Лебедева, вот иди и завоевывай свой идеал! – раздраженно рявкнула Лена.
- Вот пойду и завоюю!
- Так, я не поняла! – капризно протянула Зеленова. – Ты почему на Оленьку наезжаешь?!
- Зеленова, вот ты не лезь! – отозвалась Лера, чмокнув Ленку в нос.
- Так, девки, все, прекратите! – Наташа нахмурилась, после чего примиряюще улыбнулась. – Спать давайте!

******

На следующее утро Степнов решил больше не отличаться милосердием и разбудил триста сорок пятую комнату на пробежку и разогрев. Девушки шли не слишком охотно, но бунт на корабле не устраивали, покорившись обстоятельствам. Кроме Лены, еще и Женька с Зеленовой, на удивление, стали получать удовольствие от бега. Когда бежишь при правильном темпе и дыхании вовсе не устаешь, а наоборот, расслабляешься. Можно думать о чем угодно, слушать приятную музыку, решать какие-то жизненные проблемы или же просто опустошать голову и переставать что-то ощущать, кроме твердой земли под ногами.
После пробежки Степнов отозвал Лену в сторону, отпустив остальных переодеваться и готовиться к занятиям.
- Ну, чего вам? – неприязненно поинтересовалась блондинка.
- Лен, ты же спортсменка? – Виктор никак не мог побороть странное чувство в груди, возникающее всякий раз, как он видел девушку. Решив, что слабость можно победить только перенасыщением ею, Степнов хотел попытаться участить их с Кулеминой встречи. Тогда он даже не думал о том, что большинство слабостей таким методом перерастают в зависимости. Многие зависимости – в привычки. А некоторые привычки становятся образом, а иногда и смыслом жизни.
- Ну, допустим, - девушка осторожно кивнула.
- А какой вид спорта предпочитаешь?
- Ну… - Ленка пожала плечами. – Бегать люблю.
- Это я понял уже, а еще?
- А, ну в школе, - голос изменился, стал гораздо ниже и тише, а в глазах появилась неведомая ему грусть. «В школе…», - в баскет играла, в стритбол. – Лена сделала попытку улыбнуться.
- Вот! – Степнов торжествующе улыбнулся, выплясывая про себя победные танцы африканских племен. – Я предлагаю после уроков и работы приходить на площадку и тренироваться со мной. Ты же не очень на работе устаешь? – обеспокоенно уточнил Виктор.
- Да нет, я же не шью одежду, как девчонки, я, типа, бухгалтер… А зачем вам это?!
- Да я тоже по спорту скучаю… Да и Игорь просил.
- А, Рассказов? – Кулемина понимающе кивнула. В душе был какой-то осадок, похожий на разочарование, будто бы она хотела, чтобы Степнов пригласил ее тренироваться не из-за Рассказова, но Ленка предпочла его не замечать: мало ли что покажется. – Ну, давайте, я тоже рада буду! Но у меня одно условие! – Ленка хитро прищурилась, лукаво улыбнувшись.
- Какое? – осторожно спросил Виктор, опасаясь ее ответа.
- Знаете, я со всеми людьми на «ты» общаюсь всегда. Так что давай и с… тобой?
- Ладно! – Степнов облегченно улыбнулся и, кивнув девушке на прощание, развернулся в сторону корпуса.

*******

Удар. Бросок. Звуки, узнаваемые из тысячи других: стук от соприкосновения с щитом, секундное скольжение по веревочной сетке и снова удар о деревянный пол. Приятное ощущение новой натянутой шершавой резины под пальцами и так давно забытый азарт от соперничества с достойным противником.
Лена со Степновым играли в баскетбол вот уже полчаса. За это время были совершены сотни прикосновений и взглядов, но не было произнесено ни одного слова. Наконец, от беспрерывной игры устали оба, и Ленка с Виктором присели на скамейку.
- Расскажи о себе, - внезапно попросила девушка.
- Что?!
- Ну, вот обо мне ты все знаешь, - Лена криво усмехнулась. – Игорь же рассказал. А я о тебе не знаю ничего.
- Ну… - Степнов удивленно задумался и начал говорить. – Родился в Твери, для поступления переехал в Москву, поступал в физкультурный. Учился, работал… Сейчас идет ремонт в моем новом фитнес-центре, вот я к вам по просьбе Игоря и пришел. Так достаточно?
- Женат? Дети?
- Нет.
- Тогда хватит пока, - Лена кивнула и, встав, закинула мяч в корзину.
- Эй, а ты о себе?!
- Да что ты обо мне не знаешь?! – Кулемина горько усмехнулась и с силой бросила мяч Виктору в руки. Спортивная реакция его не подвела, и игра возобновилась.

*******

Так прошел месяц пребывания Виктора Степнова в воспитательной колонии №8. Людмила Федоровна неопытного мужчину не нагружала административной работой, да и вообще, от него мало что требовали. Только следить за дисциплиной в триста сорок пятой комнате. Девушки успели привыкнуть к пробежкам с разминками, занятия прогуливались с той же регулярностью, разве что от Степнова это скрывать было гораздо сложнее, чем от Рассказова. Заметив необычайную худобу Зеленовой и Лебедевой, Виктор быстро узнал про их диету и так же быстро это бессмысленное истощение прекратил, два дня заставляя питаться пирожками с мясом. Девчонок звали в хор, но все, дружно скривившись, отказались, согласившись только сыграть составом самодельной рок-группы «Ранетки» пять песен на дне культуры.
С Ленкой, благодаря тренировкам и вечерним посиделкам в столовой, они стали настоящими друзьями. Виктор узнал о Ленке все, от имен погибших родителей и до разных заветных мечтаний. Ленка тоже многое узнала о Степнове, от клички его лабрадора и до вредных привычек. Они много общались, разговаривали обо всем на свете, а могли и просто помолчать, вдвоем это было как-то не страшно. Ну, и конечно же, играли в баскетбол.
Степнов искренне старался задвинуть куда подальше свои совсем не дружеские чувства к молодой девчонке, но получалось это плохо: каждый раз, как он ее видел, его глаза загорались известным только ей огоньком, сердцебиение учащалось, а руки дрожали от желания прижать ее к себе и… Развивать такие мысли Виктор себе запрещал, однако при этом в голове крутилось много красочных картинок.
Лена не была глупой. И наивной, ввиду жизненных обстоятельств, не была. Она очень даже хорошо понимала, что с ней происходит. Она просто безответно влюбилась в красавца-тренера, при виде которого у Лебедевой до сих пор слюнки текли. А как он ее воспринимает? Как спортсменку? Друга? А, возможно, все это не больше, чем иллюзия, и через месяц, когда он уйдет, он даже не вспомнит о ее существовании. Думать об этом не хотелось вообще. Обо всем остальном, впрочем, тоже. Поэтому она предпочитала жить только настоящим моментом и принимать то, что есть сейчас. Ни к чему хорошему наивные надежды и беспочвенные опасения никогда не приводили.

Мяч ударяется о щит, не попадает в корзину, со стуком падает на пол, и его тут же ловит Ленка. Ведение, обвод Степнова, снова ведение, бросок, точное попадание, мяч у Степнова, Ленка бросается наперерез, перехватывает его, ведет к корзине, берет мяч в руки для броска, вдруг рядом возникает Виктор, поднимает руки, чтобы не дать бросить мяч. Руки оказываются близко к ней. Слишком близко. Внезапно случается непредвиденное, но такое тайно ожидаемое: Степнов медленно опускает руки и делает шаг вперед, а мяч с глухим звуком падает из безвольных рук Ленки. Пристальный взгляд, глаза в глаза, получение молчаливого согласия, мгновенные объятия и такой сладкий, желанный поцелуй.
Голова стремительно начала кружиться, Лена забывала, как и зачем нужно дышать. Виктор крепко прижимал ее к себе, но в то же время так бережно, что ей казалось, будто она не меньше чем принцесса, а не обыкновенная воспитанница из колонии. Ощущение было до боли необычным, но таким приятным, что прерывать поцелуй совсем не хотелось. Когда губы уже начали гореть, Степнов медленно отстранился от Лены и вопросительно заглянул ей в глаза. Девушка только зажмурилась и молча уткнулась ему лицом в грудь. Мужчина мягко улыбнулся и стал нежно поглаживать светлые волосы.

*******

Две недели длились их странные отношения. Они не говорили друг другу ни слова о чувствах. Но считали минуты перед встречами, целовались при каждой удобной возможности, прикусывали припухшие губы по вечерам и думали друг о друге, засыпая. Оба понимали, что обходиться друг без друга уже не могут. И оба не хотели это признавать. Шифровались они без особого энтузиазма, поэтому девчонки из ее комнаты уже давным-давно сплетничали на эту весьма интересную тему, однако никакой информации от самой Ленки они добиться не смогли. А потому оставалось только перешептываться, обмениваясь загадочными кивками и улыбками. Это немного раздражало, но не более того.
Ленка сидела на диване в комнате отдыха и беспокойно поглядывала на висящие на стене часы. Степнов должен был появиться еще десять минут назад, а ведь обычно он приходил раньше самой Ленки. Кулемина с завидным упорством убеждала саму себя, что ее нервозность – не более чем обычное беспокойство за отсутствие человека, а вовсе не нетерпение перед встречей со Степновым. Наконец, когда Ленка уже практически начала грызть ногти в томительном ожидании, в двери появился Виктор с шампанским и красной розой в руке.
- Прости, что задержался, - Степнов подошел к вставшей Ленке, подарил ей нежный и долгий поцелуй и заглянул в глаза. – Борзова вызывала. Представляешь, хвалила и говорила, что ваша успеваемость повысилась!
- Здорово! – Ленка тихо рассмеялась.


*********
А Виктор врал и не краснел. Людмила Федоровна действительно хвалила его, вот только никак не задерживала.
Этой ночью Степнов не спал. Он лежал и думал о наваждении по имени Ленка. Любовь? Возможно. Только не нужно это было ни ей, ни ему. Она – молодая, красивая, со своей психологической травмой, но очень перспективная, через полтора месяца уже будет на свободе. А он – мужчина того самого ужасного среднего возраста, небедный, но и не миллионер, толком не знающий, как это – любить. Но он не мог вот так вот просто отпустить ее. Через две недели Рассказов уже возвращается из экспедиции, и Виктор тоже возвращается к нормальной жизни, прощаясь с маленьким приключением под названием «воспитательная колония №8». С приключением-то он прощался, а вот с Ленкой прощаться совсем не хотелось. Но мосты нужно было сжигать, и нужно было это делать ему, Ленка не сможет. Вот только хотелось на прощание ощутить ее СВОЕЙ, по-настоящему своей. И дело было не в безумном желании обладать, которое присутствовало, а в желании почувствовать, что она только ЕГО, ничья больше. Пока ничья. О том, что будет дальше, после колонии, он думать не хотел. Хотя все и так было понятно: муж, семья, дети… И муж – не он.
После Борзовой купил розу и шампанского. Знал, что пошло, знал, что НЕ для нее. Но знал, что так проще будет. Не нужно ей показывать его привязанность. Не нужна она ей, ну, а он забыть постарается.

********

Виктор обнял девушку так, чтобы она сама положила ему руки на плечи. Лена с радостью ответила на обжигающий поцелуй, растворяясь в нем полностью, без остатка. Постепенно она стала чувствовать, что Степнов явно перешел ту грань, за которую он не заходил раньше. Но подробнее анализировать совсем не хотелось, ей с лихвой хватало тех фееричных ощущений, которые вызывали в ней его прикосновения и поцелуи. Его губы то спускались ниже, то вновь поднимались для поцелуя, футболка полетела на пол. Лена задыхалась от нехватки воздуха.
Степнов, в отличие от Ленки, не мог расслабиться и полностью отдаться захватывающим его ощущениям. Причина была в том, что в голове отчаянно билась мысль о том, что то, что он сейчас делает – неправильно, что он должен немедленно остановиться и не мучить ни себя, ни девочку. Виктор с яростью и настойчивостью боролся сам с собой, в конце концов, мужчина попросту выбросил все мысли из головы и повалил постанывающую Ленку на диван. Внезапно девушка напряглась и дернулась.
Лена потеряла всякую ориентацию в пространстве, если бы кому-нибудь пришло в голову спросить ее о том, кто она, где она, ответить она бы не смогла. Она чувствовала Его, такие желанные, до боли приятные прикосновения, ласки и забывала обо всем остальном. Отрезвил ее только холод кожаного дивана, который ощутила ее оголенная спина. В одно мгновение холодно стало не только снаружи, но и внутри. Голова заполнилась не самыми приятными мыслями, и до нее постепенно начало доходить, что она чуть не сделала. Осознание было болезненным и неизбежным.
- Нет! Не надо! – прохрипела она. Перед глазами сразу пронеслись все воспоминания о том ужасном вечере. Стало по-настоящему страшно. – Пожалуйста… - на зеленых глазах появились слезы.
Степнов резко отпрянул от девушки и горящим взглядом уставился на нее. Черт возьми, он только-только смог побороть себя! Через две недели он и вовсе уедет и больше никогда ее не увидит! Как никогда хотелось чувствовать ее своей. А она отказывает! Стало больно где-то в области груди. Просто не нужен. Да так и с самого начала было.
- Ну, и иди тогда к черту! – зло бросил он и отвернулся к стене.
Лена всхлипнула, быстро схватила футболку и буквально выбежала из комнаты.
В один миг все стало яснее некуда. По крайней мере, Лене тогда так казалось. Вся эта «дружба», невинные поцелуи, объятия были только для того, чтобы с ней переспать! И знал ведь, наверняка знал, что у нее произошло два года назад, и все равно попытался! Он для себя все определил еще тогда, когда с жадностью смотрел на ее грудь под майкой на первой пробежке. Стало как-то противно. А еще очень больно. Никакие цензурные слова на ум не лезли, а матом Лена не ругалась. Вслух. Про себя она успела много чего наговорить. Было ясно, что всему общению со Степновым вот так вот, в один день, пришел конец. Да и лицезреть его осталось только ближайшие две недели. И все. Навсегда.

*******

На следующее утро Лена… пошла вместе с девчонками на пробежку! Трусостью она никогда не отличалась, беготня никогда не решит проблемы, а учитывая, что ее проблему ничто решить не может, беготня будет просто пустым мельтешением и суетой. А спорт – это все-таки жизнь. И прощаться из-за предательства Виктора со спортом она не собиралась.
По свистку семь девушек начали постепенно бежать. Почти сразу после этого Степнов схватил Лену за руку и оттащил в сторону.

За ночь Виктор успел о многом подумать. И главным выводом его размышлений стало то, что терять Лену он совсем не готов. Он даже готов и дальше оставаться ей просто другом, лишь бы быть где-то рядом. Как жить без смеющихся зеленых глаз, он просто не представлял.

- Лен, прости меня!
- Чего надо?! – Кулемина грубо оттолкнула его и неприязненно уставилась на его лицо.
- Да выслушай ты меня! Прости, я неправ был!
Степнов обвел тяжелым взглядом стайку бегущих девушек. Как раз в этот момент Лебедева кокетливо поправила волосы и послала тренеру воздушный поцелуй. Ленка, как и Виктор, успела это заметить.
- Да что ты убиваешься-то?! Подумаешь, я не дала! Вон, тебе себя за бесплатно и с удовольствием предлагают, чего стоишь, беги, пока дают!!! – последнюю фразу девушка произнесла так громко, что все подруги ее услышали, и Оля в том числе.
Да, она была девушкой с панели. Но таких слов в свой адрес терпеть не собиралась.
- Лен, да что ты говоришь такое?! - Оленька широко распахнула глаза и немного кукольно ими похлопала.
- А что??? – Кулемина не соображала, что говорит. Отомстить почему-то хотелось не только Степнову, но и всему миру. Под «весь мир» пока попала только Лебедева. – Сама же говорила, что «переспать с таким мужиком – одно удовольствие»!!! Так давай, действуй!!! Видишь, у него облом вчера случился! Утешь же мужика!!! – сама того не замечая, Лена просто плевалась ядом. Оля от ее слов вся съежилась, а Зеленова выступила вперед и отрицательно покачала головой.
Лена замолкла, ища способ выместить весь негатив, толкнула Степнова в грудь, что-то вскрикнула и быстрым шагом пошла в корпус.

Тут ждать буду

Спасибо: 65 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 940
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 63

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.07.09 22:21. Заголовок: Конец http://www.kol..


Конец

******

На занятиях девушки в тот день не было. Впрочем, как и Лебедевой. Подруги заперлись в комнате с двумя контрабандно пронесенными бутылками вина из города. Ленка долго извинялась, плакала, о чем-то бессвязно говорила, а Оля успокаивающе поглаживала ее по голове и абсолютно искренне говорила, что не обижается. Вторая бутылка была уже почти допита, вокруг царил забавный беспорядок, а в голове была приятная пустота.
- Понимаешь, он, как друг, хороший! – вещала Ленка.
- А как мужчина, - еще лучше! – Лебедева повела бровями и отпила еще винца.
- Да, но я не хочу, чтобы он думал, что он только мужчина, он же и друг еще, понимаешь!
Оля, пьяно щурясь, отрицательно покачала головой.
- Ну, вот переспит он со мной – и все?! Финита ля комедия? А я хочу, чтобы он еще остался! Ну, чтобы другом был… - язык подло заплетался, слова разбегались в разные стороны.
- Дурочка! – Лебедева икнула и хихикнула. – Тебе любовь нужна, а не дружба! Мирись с ним!!!
- Ага, щас! – Ленка расхохоталась.

Уже через пару часов, когда в комнату вернулись остальные девчонки и убрали последствия их мини-пьянки, смеяться как-то расхотелось. Ленка лежала в темноте, уткнувшись в пахнущую отбеливателем подушку, а по лицу бежали слезы. Было обидно от такого непонимания, больно от ощущения плевка в душу. А еще сердце терзала чересчур болезненная и нереальная надежда на ту самую любовь, о которой упомянула Лебедева.

*******

Весь следующий день Лена ходила, как в воду опущенная. Длинная челка закрывала грустные глаза, лицо было бледным, а голова отказывалась воспринимать какие-либо знания. На уроках Лена присутствовала скорее формально, а с работы она отпросилась, сославшись на сильную головную боль.
Кулемина лежала на своей кровати, одна в комнате, закинув руки за голову и согнув ноги в коленях. В плеере играло что-то очень красивое, эмоциональное и почему-то близкое. Дверь медленно открылась. Не распахнулась, не хлопнула, а именно приоткрылась. В комнату уверенным шагом зашел Степнов. Ленка была настолько измотана, к тому же, после вчерашнего, естественно, болела голова, что у нее даже не было сил, чтобы удивиться. С каким-то удивительным безразличием она будто со стороны смотрела на то, как Виктор убирает в тумбочку плеер, поднимает ее с кровати и куда-то уверенно ведет. Проблески сознания начали появляться после того, как Степнов захлопнул уже знакомую ей дверь комнаты отдыха. Внезапно девушку охватила паника. Такая паника охватывает клаустрофобов, застрявших в лифте, и детей, оказавшихся в центре разъяренной толпы. Такой страх не имеет ни формы, ни какого-то конкретного выражения, просто каждый волос на голове начинает дрожать, голос пропадает, а ноги будто прилипают к полу. В голове стучит, бьется какое-то предостережение, но человек в этот момент не обращает внимания даже на него.
Видя закрытую дверь, надвигающегося Степнова и вспоминая вчерашний день, Лена внезапно поняла: сейчас все повторится снова, ее снова изнасилуют. Только не трое пьяниц, а человек, в которого она имела неосторожность влюбиться. И она не знала, что же из этого хуже. Кричать не получилось, горло вмиг осипло. Она стала делать осторожные шаги назад, в душе понимая их безнадежность. Наконец, она смогла хотя бы шептать.
- Не надо, не надо, пожалуйста, пожалуйста, отойди, не надо… - шепот был лихорадочным и едва слышным, но Виктор все расслышал. Он остановился и с искренним изумлением посмотрел на девушку.
- Лен, ты чего?! Я же просто поговорить! – он осторожно положил руку на ее плечо, но Ленка эту руку незамедлительно сбросила.
- Не о чем нам говорить, - ледяным тоном сообщила девушка, все еще ощущая дрожь в коленях.
- Нет, есть о чем!!! Лена, я виноват, я не сдержался, но… Я совсем не хочу прерывать общение с тобой. Ты – очень приятный мне человек, и мне плевать, спала ты со мной или нет! – Виктор покраснел, сообразив, что ляпнул сгоряча что-то не то и попытался исправиться. – То есть не плевать! Но не это сейчас важно! Лен, ну, пожалуйста, не нужно рвать все, что нас связывает… - в голубых глазах появилось отчаяние и в то же время безумная надежда. Надежда на ее ответ, жест или просто взгляд. Один взгляд, - и Степнов уже был готов завалить всю комнату миллионами роз. Но Лена прятала глаза.
- Да что тебе нужно??? Что тебе нужно от нас, что ты лезешь ко всем?! Пробежки, тренировки!!! Через две недели – адьос, амиго, отстань ты от нас уже, ты нас не знаешь!!! – Лена возмущенно вскинула руки и поджала губы.
- Лен, я понимаю, что вы…
- Да ни черта ты не понимаешь! – девушка сорвалась. – Все твое понимание у тебя на листочках записано!!! Что там сказано?! Что Женька перевозила наркоту через границу??? А ты знаешь, что как раз в момент провоза ее кинул парень, ради которого она на это пошла?! Знаешь, сколько снотворного она наглоталась?! Что еще?! У Лерки папа – мент?! Пьющий мент!!! Она всю жизнь с тоской смотрела на мамину фотографию и пыталась представить, что было бы, будь она с ними. Что там у тебя еще накарябано?! Что Наташка без отца росла?! Да ты знаешь, что она в отца, как в Деда Мороза, верит! До сих пор верит! Думает, что придет за ней когда-нибудь!!! Я так о каждой могу, Степнов!!! Сам подумай: ты здесь лишний! Рассказов здесь не свой, но мы его любим, а ты – просто заноза в одном месте!
- Да, но еще две недели я буду этой занозой!!! – рявкнул Степнов и резко притянул девушку к себе за талию.
Приблизившись на максимальное расстояние к ее губам, он шепнул:
- Ты против?
Лена покорно закрыла глаза в ожидании волны новых эмоций от поцелуя, однако она продолжала все так же чувствовать его горячее дыхание на своих губах. Виктор сознательно не делал последнего шага, представляя ей право выбора. Он не хотел потом слышать упреки в своей грубости и вынужденной близости. Он хотел, чтобы она захотела. Ленка, с одной стороны, понимала всю важность принимаемого ею сейчас решения, но с другой стороны, она даже не колебалась. В одну секунду она нежно обхватила руками его шею и преодолела, наконец, сантиметр, разделявший их губы.

*******

Две недели пролетели невероятно быстро. Казалось, только мгновение назад они, наконец, помирились, а сейчас Степнову уже пора было уходить. Ремонт был полностью окончен, а Рассказов говорил об удачно прошедшей экспедиции. И вроде бы жизнь на этом не заканчивалась, ничего ужасного не происходило, но у двоих в душе в этот момент что-то обрывалось. Да, он обещал приходить и выпрашивать для них длительные свидания. Но вдруг он там, на воле, найдет себе кого-то получше и посговорчивее Кулеминой?! Да, она обещала вернуться к нему. Но вдруг она передумает?! Они ведь так привыкли видеться каждый день, воровать у учебного времени поцелуи и у ночного – разговоры. Все это как-то незаметно превратилось в образ жизни. Который сейчас нужно было менять. Лена пообещала себе не плакать. Но в тот момент, когда черный джип отъезжал от зеленых ворот, по щекам градом непроизвольно покатились слезы. Следом послышались истеричные всхлипы. Лена, не желая никому показывать свою слабость, просто быстро развернулась и убежала в корпус. Девушки правильно разрешили, что сейчас ее лучше не доставать ни вопросами, ни утешениями.

На следующий день в колонию вернулся Рассказов. Девчонки по нему, конечно же, скучали, да и он без своих любимиц немного тосковал. Искренне порадоваться смогла даже погрустневшая Ленка, тепло обнявшая своего воспитателя. Правда, сразу после этих объятий она дернулась и застыла со стеклянными глазами. Игорь Ильич успел шепнуть ей: «Он ждет тебя в полдесятого в вашей комнате».
Переварила информацию Ленка быстро. А вот осознавала сказанное все оставшееся время до встречи. Значит, не наврал! Значит, подождет, ее! Значит, она нужна! Лена ликовала, но в то же время в голову закрадывались и подозрения по поводу того, что Степнов ее бросить, а не приласкать хочет.
Впрочем, эти подозрения рассеялись быстро. С первым же взглядом. С первым же прикосновением. С первым же поцелуем. Лена снова ощутила себя СЧАСТЛИВОЙ. Это было пьянящее чувство восторга от всего происходящего и от всего, что будет происходить в будущем. Думать о слишком далеком будущем было лишним. Да и зачем?!

*******

Степнов приходил к Ленке пару раз в неделю. Они говорили ни о чем, шептали какую-то ерунду и урывали сладкие секунды для жадных поцелуев. Но Лена, неожиданно для самой себя, вдруг осознала, что хочет большего. Действительно хочет! И плевать на то, есть у них будущее или нет. Она его… любила. Да, любила и не боялась сама себе в этом признаться. Но – только сама себе.
В этот раз Степнов добился так называемого «длительного свидания». До освобождения Кулеминой оставалось две недели. Им с Ленкой на ночь выделили целую комнату. Лена была как-то чересчур счастлива, а зеленые глаза загорались каким-то незнакомым Степнову огоньком. Помня неприятный случай, Виктор исключил розы и шампанское. Притащил огромный букет ромашек и чайник заварного чая. Ленка была тронута, но Степнов видел, что волнует ее что-то другое.
Буквально через пару минут он перестал что-либо видеть, слышать, понимать, различать… В его мире существовала только внезапно осмелевшая Ленка, покрывающая его лоб, скулы, губы и шею мягкими, но такими жаркими поцелуями. Он даже не стал спрашивать, уверена ли она в своих действиях, ее уверенность не требовала никаких подтверждений. Да и сил говорить попросту не оставалось.
Лена ожидала чего угодно: боли, раздражения, равнодушия… После ее первого и единственного опыта ни о чем другом она думать и не могла, но в ней жило сильнейшее желание сделать любимому приятно. И она знала, как. Вот только таких диких, безумных ощущений она совсем не ожидала. Ленка то кричала, то стонала, то закусывала губы, то внезапно затихала…

- Вить, я… Ты прости, что я набросилась на тебя так, - девушка покраснела и посмотрела на приподнявшегося на локте Степнова. – Просто так… захотелось, и я…
- Тихо, - Виктор приложил указательный палец к припухшим от его поцелуев губам и заставил девушку замолчать. – Тебе совсем не за что извиняться!
- И спасибо тебе, - тихо прошептала Кулемина. – Мне… Хорошо очень было. Очень.
- Ленка, - Виктор счастливо улыбнулся и нежно погладил рукой ее щеку. – Я люблю тебя.
Степнов вовсе не собирался признаваться ей в любви. Слова, выражающие все, что происходило у него в душе эти два с лишним месяца, вырвались как-то сами, но были абсолютно правдивыми. Впрочем, поверить в них было сложно даже самому Виктору.
Лена резко дернулась, вскочила с кровати и стала быстро одеваться.
- И все-таки ты такой, да?! А я посмела поверить!!! Да ты бы в жизни мне этих слов не сказал, если бы не переспал со мной! А такая лживая «благодарность» мне не нужна, это даже хуже пачки долларов на тумбочке!!! Иди к черту и не появляйся здесь больше никогда! Тебя никто не ждет!
Хлопнув дверью, Кулемина унеслась к себе в комнату. Виктору оставалось только проклинать себя за глупость, несдержанность и отсутствие дара убеждения.

********


Весь день Лена давила в себе два чувства. Давила с завидной настойчивостью и безнадежным упорством. Жалость к себе и веру в слова Степнова. От первого становилось только хуже, а второе приносило слишком много боли.
Вопреки ее ожиданиям, на пороге корпуса появился Виктор и подозвал к себе Ленку. Она отрицательно помотала головой и пошла в противоположную сторону. Степнов, не долго думая, без труда догнал девушку и развернул ее к себе. Увидев горящие синие глаза на осунувшемся лице, Ленка поджала губы и встала, передумав убегать. На него было очень больно смотреть. Но оставлять таким – еще больнее.
- Лен, послушай… Я все понимаю, ты не такая, как все, ты особенная. И я стараюсь, очень стараюсь понять тебя!
- Да как ТЫ можешь понять МЕНЯ??? – Ленкины глаза угрожающе сверкнула, а голова упрямо вскинулась вверх. – Ты знаешь, что такое – когда над тобой издеваются, а ты ничего, слышишь, НИЧЕГО не можешь поделать?!
Виктор сглотнул и испуганно посмотрел на стоящую девушку. Ее боль мгновенно передавалась ему, а та боль, с которой были сказаны эти слова, была видна невооруженным глазом. Но Лена не останавливалась.
- А знаешь, каково это – нести ответственность за смерть, СМЕРТЬ человека??? Знать, что если бы не ты, то он бы жил и жил, завел бы свою семью, детей… А ты взял и оборвал его жизнь! Знаешь, каково?! – Лена заплакала.
Впервые заплакала при нем. Она старалась рассказать все наболевшее, а из-за этого в глазах появлялись слезы. Он видел, как же больно ей было, и ничего не мог поделать. Только крепко-крепко обнять ее, чтобы боль немного поутихла. Но Лена не дала себя обнять. Вырвавшись из сильных и теплых рук, она проговорила:
- Не приближайся ко мне больше! НЕ приближайся! Не хочу тебя видеть, слышать и знать!
Всхлипнув, она развернулась и со всех ног побежала в комнату.

*******

Через два дня девчонки прощались с Олей Лебедевой – ее выпускали. Ленке тоже осталось меньше двух недель. Было как-то грустно осознавать, что вот этот мирок, к которому они так привыкли, так быстро и стремительно рушится. Но от разрыва со Степновым в Ленкином сердце уже зияла пустота, а поэтому на близком расставании с подругами она даже не зацикливалась. Оля попросила Ленку подойти к ней, поговорить напоследок.
- Лен, он любит тебя!
- Да нужна ему я! – отмахнулась от Лебедевой Ленка, даже не уточняя, о ком это она.
- Нужна! Ты просто не замечаешь, КАК он смотрит…На меня так один-единственный раз в жизни смотрели, и поверь, такое ни с чем не спутать.
Лена поморщилась. Она и сама начинала осознавать, что была неправа, но что она могла поделать – его координат у нее нет, а он уже точно не придет к ней, она его два раза подряд посылала.
С Олей прощались как-то очень тихо и спокойно. Без истерик, криков и неисполнимых обещаний. Лебедева всех расцеловала и ушла. Ушла в настоящую взрослую жизнь. Чем она там будет заниматься, не было известно никому, но она точно знала, что на панель больше не пойдет.
Ленка оставила девушек в столовой и отправилась в комнату. С наслаждением упав на кровать, она устало потерла глаза и обнаружила Рассказова в проеме двери.
- Лен, там тебе свидание устроили, иди в комнату!
Кулемина широко улыбнулась в предвкушении встречи со Степновым. Как скажет ему и о своей глупости, и о своей любви, как он снова ее поцелует, так, что коленки задрожат, а голова закружится… Напевая какую-то незатейливую мелодию, она прошла в комнату для свиданий и аккуратно прикрыла за собой дверь. Крупный мужчина встал с дивана, и в то же мгновение Ленка вжалась в несчастную дверь, придумывая наиболее незаметные способы ее открытия. Перед ней стоял один из насильников, тот, которому она дала бутылкой по голове.
- Слушай, детка! – прохрипел он. – Тебя отсюда выпускают скоро, я искать тебя не буду. Но другана моего ты пришила! А другого – покалечила!!! Так что я плату с тебя возьму сейчас и пойду спокойно своей дорогой! Давай ложись на диван, ш**ха!
Лена закричала и попыталась вырваться их огромных волосатых рук пьяного чудовища. Она понимала, что охрана ее едва ли услышит, а Степнова уж точно поблизости нет. Внезапно в тот момент, когда Лена уже лежала лицом вниз, а насильник постепенно стягивал с нее одежду, в комнату зашел Игорь Ильич с известием о задержанном для Ленки ужине. Увиденное шокировало его, однако, увидев сопротивление со стороны девушки, воспитатель рявкнул на мужика и громко позвал охрану. Вскоре насильника забрали опять в тюрьму, а Ленку оставили реветь в подушку.
В комнате Лена билась в истерике, уже не думая даже о том, что все это видят ее подруги. Слишком сильным было ее впечатление. Воспоминание о совершенном убийстве, несостоявшееся изнасилование и отсутствующий по ее же вине Степнов не вселяли оптимизма. Девушки успокаивали, как могли и как умели. Но слезы у Кулеминой прекратились только к середине ночи, вторую же половину она проспала, забывшись очень беспокойным сном.

*****

Лена уже попрощалась со всеми девчонками. Многие из них тоже скоро покинут мрачное здание. И вот девушка шла с сумкой на перевес, с некоторой накопленной за годы работы суммой денег к выходу из колонии. Куда-то к новой жизни. В незнакомые дали и к незнакомым людям. А ведь если бы она поверила тогда Виктору, не стала его гнать, они могли бы начать новую жизнь вместе. И сейчас он стоял бы вот где-то здесь, на улице, оперевшись на капот машины и лукаво смотрел бы на нее из-под широких солнечных очков.
В своих мечтах Лена так увлеклась, что даже не заметила, как оказалась в таких родных и теплых объятиях. Знакомые руки прижимали ее к груди и нежно гладили светлые волосы, словно пытаясь заново вспомнить ее. Ленка солнечно улыбнулась и развернулась к Степнову.
- Откуда ты здесь?
- Я же сказал, что люблю? – Лена нерешительно кивнула. – Так я не врал.
Виктор сжал ее лицо в своих ладонях и прикоснулся к губам нежным, манящим поцелуем. Ленка пахла чем-то мятно-клубничным, безумно приятным и уже знакомым.
- Простил, да? – Кулемина с надеждой взглянула на мужчину. Тот с улыбкой кивнул. – И я тоже люблю. – Девушка нежно обхватила своими руками его талию и посмотрела ему в глаза снизу вверх.
Степнов аккуратно отстранил от себя девушку.
- Домой поехали! – проникновенно прошептал он и решительно потянул девушку в сторону черного джипа, стоящего поодаль.

Мне можно тут сказать что-нибудь

Спасибо: 69 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 979
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 63

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 11.07.09 01:16. Заголовок: Автор: Аллочка. Под ..


Автор: Аллочка.
Под редакцией: Kristenka
Название: Что бы ни случилось (автор названия - Kristenka ).
Рейтинг: PG-13.
Жанр: RPF, Romance.
Статус: Окончен.
Муза: Я недавно вот свой день рождения отпраздновала С одним замечательным человечком по имени Маришка я его праздновала уже (!) в 14 раз Вот и навеяло С героиней она не имеет ничего общего, кроме имени!
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ВСЕ (или почти ВСЕ) события фика не имеют ничего общего с реальностью, все - плод фантазии Автора!


- Опять уходишь? – Ухоженная брюнетка, закусив до боли губу, наигранно равнодушно смотрела на одевающегося мужчину.
Виталий, застегнув рубашку, молча кивнул, скользя жадным взглядом по прекрасному обнаженному телу.
- И снова вернешься, как всегда? – Девушка горько усмехнулась и стала с болью вглядываться в красивое лицо.
Абдулов лишь тяжело вздохнул, не найдя, что ответить, и открыл дверь.
- Недели не пройдет, и ты опять появишься на пороге моего дома! – Мужчина сжал губы в тонкую жесткую линию. – А я, - Марина резко глотнула воздуха. – я опять приму!
Виталий покачал головой и тихо спросил:
- Марин, зачем тебе все это? Я - зачем?
- Люблю я тебя, - не отводя взгляда, хрипло проговорила девушка.
- А я – нет.
Хлопнула дверь. В карих глазах мгновенно появились слезы. Но Марина сглотнула, не давая им пролиться. Не плакать. Никогда. И не сейчас. Он вернется. Всегда возвращается.
Они с Абдуловым встречались уже почти год. Это были странные отношения. До этого никогда не произносились слова любви. Виталий никуда ее не приглашал, не проводил с ней вечера. Иногда они просыпались вместе. А чаще он уходил до того, как она откроет глаза. Можно было бы сказать, что это был секс, и ничего большего, но здесь все было гораздо глубже. Она боялась привязаться к нему еще сильнее, и так знала, что влюбилась, влюбилась во второй раз в жизни после Миши. А он был болен ею. Он понимал, что это какие-то неправильные, неестественные отношения: она намного младше его, он ее не любит, да и не видит никакого будущего с ней. Но Абдулов никак не мог порвать с нею. Хотя пробовал, и не раз, и не два, а с завидным постоянством, пару раз в месяц. И каждый раз возвращался так, как будто никуда не уходил, заходил к ней в квартиру, бросал пиджак на кресло и тут же жадно целовал. А она всегда отвечала. Не хотела его терять. Что удивительно, ни к одной из девиц, побывавших в его постели за это время, она его не ревновала. Потому что возвращался он всегда к ней.
Мариша тряхнула головой, и длинные темно-русые волосы разметались по шелковой подушке. Да, она умела жить красиво. У нее было все, чего она хотела. Кроме, разве что… Взгляд девушки упал на фотографию, лежащую на прикроватной тумбочке. Снимок шестилетней давности. На фотографии две улыбающиеся излучающие свет и счастье девушки. Высокая зеленоглазая блондинка и длинноволосая брюнетка, чуть пониже. Блондинке четырнадцать, а ей, Марине, семнадцать лет. Они стоят, обнявшись. На фоне голубого зонта, Маринкиного. А там, за ним , - сияющий под весенним солнцем Питер. Но этого не видно. Под фотографией надпись «Любимой Маришке. С тобой навсегда». Марина точно знала, что и у Ленки, так звали блондинку с фотографии, есть точно такая же, только с ее именем. И все-таки не навсегда…
Девушки дружили с самого далекого шестого класса. Вернее, Ленка была в шестом, а Марина тогда уже – в восьмом. Сдружились, когда они обе написали контрольные на неудовлетворительную оценку, и их оставили в одном классе переписывать. С тех пор подруги были чуть ли не неразлучны. Совместные походы в кино, кафе, обсуждение парней, учителей… У каждой при этом была своя компания друзей, но ходили они чаще вдвоем. Когда Ленка была в девятом, Марина уже окончила школу. И уехала вместе с Мишей в Германию, так как там ему предложили хорошую работу. Вот тогда в короткий срок и закончилась их дружба. Пару месяцев спасала аська, но вскоре у каждой появились свои заботы, дела, друзья, и они перестали переписываться. Тем не менее, Ленка всегда оставалась самым светлым воспоминанием у Маришки.

*******
Конечно же, Абдулов вернулся к Марине. Так же, как и всегда: не объясняя, не оправдываясь и лишь принимая ее любовь.
- Мариш, - Виталий нежно провел рукой по роскошным волосам девушки. – А я в сериале играть согласился.
- Опять? – устало протянула брюнетка. – Только что же в «Кадетстве» отыграл?
- Ну… Предложение было выгодным, да и роль под меня писалась.
- И что за сериал?
- «Ранетки» называется.
Марина прыснула.
- Про Яблоневый сад, что ли?!
- Да нет, это группа девчачья такая! Пиар чистой воды, но деньги платят хорошие… Я физрука играть буду.
- Ммм… Ну-ну…

*******

На площадке Абдулов познакомился с самым настоящим солнышком. По-другому его партнершу, Лену Третьякову, назвать было нельзя. Всегда всем улыбается, заразительно смеется и так очаровательно смотрит озорным взглядом зеленых глаз из-под челки. Постепенно они сближались, стали ходить вместе по кафешкам и кино, бывать друг у друга дома. Все это выглядело как теплая дружба до определенного момента. До того момента, как Виталий понял, что окончательно и бесповоротно влюбляется в это солнышко. Стали появляться совсем не дружеские желания вроде прикосновения к манящим губам или нежной шее. Виталий сдерживался. Ленка, казалось, ничего не замечала и продолжала дарить ему свое тепло и свои улыбки. От Марины Абдулов несколько раз уходил. И несколько раз возвращался. Правда, теперь на месте привычной брюнетки он с мечтательной улыбкой представлял зеленоглазую блондинку.

Марина села на подоконник, свесив ноги с десятого этажа, и с наслаждением закурила. Конечно, она видела, что с Виталием что-то происходит. И прекрасно понимала, что. Потому что знала, что это такое – любить. Абдулов стал чаще улыбаться, как-то по-другому, немного нервно вздрагивать от ее поцелуев, иногда задумываться так, что переставал слышать ее голос… А сегодня все стало еще яснее. Хрипя от удовольствия, он прямо ей в губы шепнул одно-единственное имя: «Лена». Сколько же всего у нее связано с этим именем! Мариша запрыгнула в постель, с тоской посмотрев на фотографию. Ленка… Где она теперь?
К загадочной абдуловской Лене Маринка его скорее не ревновала, чем ревновала. Но она знала, где сможет увидеть эту девушку: на площадке. Именно с того времени, как начались съемки, Виталий и изменился. Выведать адрес оказалось на удивление просто: он был банально выложен в Интернете.

*******

Его она заметила сразу. Еще не выйдя из-за угла, Маринка увидела Абдулова с сияющими глазами и широкой искренней улыбкой. Он что-то кому-то рассказывал, активно жестикулируя. Кому – было не видно, Но Мари и так понимала, то это была Она. Потому что Виталий никогда ТАК на нее не смотрел и никогда ТАК не улыбался. Сделать еще один шаг и увидеть Лену было страшно. Но Марина никогда ничего не боялась. По крайней мере, с того времени, как она приехала из Германии.
Одного взгляда на солнечную девушку, ласково треплющую Абдуловскую шевелюру, оказалось достаточно, чтобы безошибочно узнать ее. Третьякова! Нет, только не она! Кто угодно, только не она!!! Марина стояла, как громом пораженная. Внезапно ее заметили и Ленка с Виталием. Абдулов побелел и нервно сглотнул. У Третьяковой от шока расширились глаза, потом она издала нечленораздельный звук и с визгом «Маришка!» бросилась к Марине на шею. Виталий изумленно переводил взгляд с одной девушки на другую, но, получив от Марины знак уйти и не мешать, в недоумении удалился.
У Маринки в глазах стояли слезы. Самый дорогой ей человек. Нашлась, Ленка нашлась! Радость от такой долгожданной встречи перебила все чувства к Виталию. И Марина позвала Третьякову в кафе: посидеть, поговорить…

*******

- Ну, рассказывай! – отпив кофе и закурив сигарету с ментолом, Марина лучезарно улыбнулась и обратилась к Ленке.
- Вот, в сериале снимаюсь! – Ленка засмеялась. – А вообще в группе играю, «Ранетки» называется, нас пятеро, я на басу!
- Здорово! А в личной жизни как? – Маришка игриво подмигнула и сделала глубокую затяжку. – Ой, кстати, прости, не спросила: куришь?
- Нееет, не курю! А в личной жизни – катастрофа…
- Импотент, изменяет? – деловито поинтересовалась Мари.
- Да что ты! – Ленка махнула руками и сделала глоток молочного коктейля. – Просто… Влюблена я в одного человека, но мы с ним друзья. И дружбу ради неизвестности я терять не хочу, тем более что ему вроде бы плевать.
- Это Абдулов, да? – Марина испытующе посмотрела на подругу.
- А… Ты откуда знаешь? Ты с ним знакома?
Марина осеклась и мысленно поругала себя за неосмотрительность. Надо было спросить хотя бы о «симпатичном голубоглазом брюнете», а не вот так просто сдавать себя, называя фамилию.
- Догадалась, ты смотрела на него так! А с ним… не знакома, в «Кадетстве» мелькал он, вот и запомнила.
- Ага, он это… Как думаешь, у нас может что-нибудь быть?
- Не знаю, Лен… - Маришка тяжело выдохнула сигаретный дым и снова с наслаждением затянулась. – Я не знаю.
- Ясно… - Ленка вздохнула. – Ну, а ты рассказывай, где пропадала, откуда ты в Москве, как Миша?
- Пропадала – в Германии, потом с Мишей были… проблемы, и я в Москву приехала. – В карих глазах мелькнула нечеловеческая грусть. И… любовь.
- Сейчас есть кто-то?
- Ну… - Марина едко усмехнулась. – Можно и так сказать. Ладно, Ленка, пойду я. Пересечемся еще, возможно. – Девушка пожала плечами. – И знаешь что? Все у тебя хорошо будет! Лучше, чем у меня, намного лучше… Потому что и ты, ты лучше! Как была солнышком, так и осталась! А я… я стервой стала.
Не дожидаясь ни ответа, ни прощания, Марина встала, бросила на столик одну купюру и быстрым шагом вышла из кафе, вдыхая чуть влажный воздух. Дождь будет.

*******
- Опять уходишь? – Марина внимательно смотрела на собирающегося Виталия.
- На этот раз навсегда, - хрипло выдохнул Абдулов и приоткрыл дверь.
- Любишь ее? – В глазах умело скрытая боль. Марина до крови прикусила губу.
Виталий резко обернулся и окинул девушку изумленным взглядом. Впрочем, чему тут удивляться, она давно научилась читать его, как открытую книгу.
- Люблю. – Абдулов уверенно кивнул и, на несколько секунд задержавшись взглядом на таком знакомом лице, быстро покинул квартиру.
Мари взобралась на все тот же подоконник и закурила.
Она знала, знала, что не должна была позволять ему приближаться, знала, что с Ленкой у них все будет замечательно, потому что у обоих был тот огонек в глазах, который был и у нее, когда она жила с Мишей. Но она сама себя лишила права на этот огонек. Миша был ее школьной любовью. Не то чтобы очень красивый, он обладал таким мощным обаянием, что по нему сходили с ума все девушки их параллели. Да и других параллелей тоже. А он выбрал ее. Правда, не сразу. Она втайне вздыхала о нем добрых два с лишним года, пока он не обратил на нее внимание. Их роман был какой-то нереальной сказкой. Нежность, страсть и непреходящая влюбленность преследовала эту пару. Но все сказки заканчиваются. Пожив с любимым в Германии, Марина поняла, что беременна. Миша был этому ужасно рад, все ближайшие недели он пускался в рассуждения о поле, имени, будущей коляске, будущих игрушках и прочих милых вещах. Маринка знала, что он будет идеальным отцом. Но в какой-то момент в ней что-то сломалось, и девушка испугалась. Всего: и такого раннего материнства, и того, что просто не справится с ребенком, и охлаждения их с Мишей отношений в связи с появлением нового человека. Ее настолько устраивала ее жизнь, что, немного поколебавшись, она пошла в больницу и сделала аборт. Об одном она не подумала. После этого она просто не смогла смотреть в любящие глаза Мишки, вещающего о пеленках. Ничего не объяснив, она сбежала от него обратно в Москву. А потом появился Абдулов.
Мари не смогла так сразу лишить себя его. Знала ведь и о Ленкиных чувствах, и о его, а не смогла отказаться от этой ночи. Абдулов был груб, движения были слишком резкие, а в мягких голубых глазах виднелось беспросветное отчаяние и непонятно откуда взявшееся чувство вины. Но больше она не будет мешать любимой подруге. Что бы там ни было, Ленку она до сих пор очень любила. И по-доброму ей завидовала. Третьяковой удалось не сломаться и остаться собой, такой, какой она была и шесть лет назад, она все так же излучала позитив, была такой же светлой, немного наивной и бесконечно преданной. А вот она, Марина, из точно такого же солнечного человечка, превратилась в циничную стерву. Не имело никакого значения, были тому виной обстоятельства или она сама, но от дружбы с Ленкой, только обретенной, приходилось вновь отказаться. Во-первых, она не сможет видеть счастливого Виталия рядом с Третьяковой. Во-вторых, она своим обществом не хотела никоим образом менять Ленкины принципы, ее образ жизни. Все это должно остаться прежним. И Ленка должна остаться прежней, а в том, что она останется, Маринка не сомневалась. Марина всегда была старше Ленки, и дело было не в трехлетней разнице в возрасте. Вот и сейчас наступило время быть старше, подталкивая и помогая. Так нужно.

********

За неделю Маришка успела подать документы на визу. Она теперь точно знала, что делать. Внезапно дверь распахнулась, и в комнату влетел взмыленный Абдулов. Не говоря ни слова, он сгреб девушку в охапку и принялся покрывать ее лицо жадными поцелуями, впиваясь в губы и больно покусывая шею.
Маринка застонала от накатившего удовольствия и прижалась к мужчине покрепче. Она успела соскучиться по этим поцелуям. Стоп! В одно мгновение до нее дошло, что сейчас происходит. Мари отпрянула от Виталия и толкнула его в грудь.
- Ты что делаешь?! – вскрикнула она.
Абдулов как-то обреченно улыбнулся.
- Опять возвращаюсь.
Из ее глаз потекли слезы. Она не плакала с самого аборта, но все же, наконец, дала волю эмоциям.
- Уходи! Убирайся!!! Она же любит тебя! Не появляйся здесь больше!!!
Сотрясаясь от рыданий, Марина вытолкнула Виталия за дверь и закрыла ее на защелку. Все, хватит.

********

Марина забрасывала последние вещи в чемоданы и со светлой грустью вспоминала увиденное на площадке. Она забежала попрощаться с Леной и увидела ее, счастливо смеющуюся, на коленях у сидящего на диване Виталика. Прощаться Мари передумала. Просто ушла незамеченной, тихо прикрыв дверь. У них все будет хорошо. Лучше всех. Она это точно знала и, как ни удивительно, была очень за них рада. У Виталия разгладились морщинки на лбу, и появилась настоящая, искренняя улыбка. А Лена просто заслужила свое искрящееся счастье. И так и должно быть.
А Маришка возвращалась в Германию. В ней жила светлая надежда на повторное обретение того самого огонька в глазах. Она надеялась на то, что Миша ее простит. Не признаваясь самой себе, она надеялась на это все эти полтора года. Но теперь, упаковывая оставшиеся вещи, эта надежда разгоралась с новой силой. Простит и примет.
С грустной улыбкой Мари взяла с тумбочки их с Ленкой старую фотографию. Бережно держа, она замотала ее в лежащий где-то в середине теплый синий джемпер, нежно проведя по рамке указательным пальцем. И все-таки навсегда ее. Что бы ни случилось.

Как всегда, буду рада очень, если здесь что-нибудь скажете

Спасибо: 51 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1029
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 67

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 17.07.09 23:16. Заголовок: Автор: Аллочка. Бесц..


Автор: Аллочка.
Бесценная помощь в редактировании: Kristenka
Название: Разреши любить.
Рейтинг: И снова PG-13
Жанр: AU, OOC, Romance.
Статус: Окончен.

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ Обратите внимание на жанр! ООС! Сильный ООС. ВСЕМ слабонервным, особо чувствительным, склонным к обморокам и истерикам это читать НЕ надо!!! Ангста, как видите, нет, так что тяжелых переживаний не будет, но все же подумайте!

Та-даам! Гость112



- Насть, но почему он?! – Виктор скривился, как от зубной боли, и устало зарылся пальцами в кудрявые волосы.
- Ну… - Ухоженная брюнетка с невозмутимым видом жевала фруктовую жвачку и наматывала шелковистую прядь на указательный палец. – Он моложе на пять лет, прикольно шутит, а еще, знаешь, умеет быть ласковым! А ты про слово «нежность» только в словарях читал, и то не факт! Ты просто берешь все, что дают, а сам, кроме денег своих, ничего не даешь!!! А он – другой.
- А еще он – мой лучший друг!
- А я тут при чем? – капризно протянула Анастасия.
- И денег у него не меньше, чем у меня! – продолжал Степнов. – Тебе же, кроме них, не нужно ничего! Ты же его обдерешь, как липку! Так почему бы тебе не продолжить обдирать меня, чем я не подхожу?
- А может, я люблю его?! – брюнетка картинно распахнула глаза и захлопала ресницами.
- Ну да, конечно… - Виктор криво усмехнулся. – Сама понимаешь, что не только меня предала, но и самого близкого человека у меня отняла?
- Да плевать я на это хотела! – Настя хмыкнула, схватила лежащую на кресле сумочку и ушла из его квартиры. И жизни. Навсегда.
Виктор никак не мог понять, как же он мог так ошибиться в этой девушке. Милая провинциалка, приехавшая искать работу, сразу попала под его опеку, была очень ласкова, добра, нежна… Она окрутила его, просто околдовала своими огненно-золотистыми глазами. Ему казалось, что в ней – вся его жизнь. Правда, на романтику не тянуло. Все время хотелось секса. А Мельникова никогда не отказывала. Он и сам не заметил, как девушка попросту стала тянуть из него все ресурсы. А когда заметил, понял, что ему все равно, пусть тянет, ведь она так божественна в постели. Да и улыбка у нее очаровательная.
И вот, теперь пришла пора прощаться с наваждением. Было тяжеловато, но гораздо больнее было из-за того, что встречаться она стала с Рассказовым. С кем угодно, только не с Игорем! Он ведь прекрасно знал об отношении Виктора к Насте. Вот так, в один вечер, потерять девушку и друга. Он не первый, и он не последний.

Вцепившись в руль, Виктор с остервенением жал на газ. С наполовину освещенного Мичуринского на оживленное даже в такое время Третье кольцо, а оттуда – на полупустую Ленинградку. На часах половина второго ночи, на спидометре сто восемьдесят километров в час, в организме – высокое содержание сорокаградусного кубинского напитка. Степнов с холодным равнодушием смотрел на мелькающие фонари, дорожную разметку, высотки с потухшими окнами, редкие больные деревья, темных одиноких прохожих, настойчиво мигающие ядовитыми цветами вывески. Внезапно впереди показался большой грузовик, стоящий на одном месте со включенной аварийкой. Скорость пришлось сбросить.
Объехав препятствие, Виктор приметил какую-то странную группку девушек рядом со стоящими Жигулями поодаль. Через пару метров показались яркие короткие юбки и сверкающие блузки с огромными вырезами. Степнов едко усмехнулся. Ну, конечно: проститутки. Переключив скорость, Виктор уже собирался снова разогнаться, когда его внимание привлекла одна девушка. Она сильно отличалась ото всех остальных «бабочек». Все девушки вышли поближе к проезжей части, чтобы мужчина мог их заметить, она же, наоборот, подошла к стоящим Жигулям и стала с улыбкой переговариваться о чем-то с водителем. В отличие от кричащих нарядов остальных, на ней было надето короткое, не доходящее до середины бедра платье оливкового цвета без выреза, даже с небольшим горлышком. Тонкая ткань выгодно подчеркивала все изгибы фигуры, но она не выглядела вызывающе. В любой другой день Степнов не стал бы ни на чем таком зацикливаться и просто проехал бы мимо. Но сегодня, после Настиного ухода, на душе было особенно паршиво, а выпитый алкоголь способствовал полному расслаблению и внезапным действиям, обусловленным мгновенными душевными порывами. Машина плавно притормозила. Виктор вышел и, не замечая провоцирующих улыбок девочек, подошел к высокой блондинке в зеленом платье. Тронув девушку за плечо, спросил:
- Зовут как?
Блондинка быстро обернулась и удивленно посмотрела на стоящего рядом мужчину. Однако красивое лицо тут же снова стало равнодушным, правда, в зеленых глазах появились едва заметные смешинки.
- Стерва, сучка, дрянь, - растягивая слова, произнесла девушка. – Можно просто – Лена. – Ослепительно улыбнулась и с вызовом посмотрела на Виктора.
- Сколько, Лена?
- Пару миллионов, яхту и домик на Гавайях, - невозмутимо ответила Ленка.
- Кулемина, опять ты! – рявкнул вышедший из машины мужчина не самой приятной наружности. – Дорогая она у нас, видите ли, особенная! – Он закатил глаза и подошел к Степнову поближе. – Триста долларов за ночь, почасово нельзя, также нельзя, если вы извращенец или будете не один, тогда из остальных девочек выбирайте!
Виктор пьяно улыбнулся. Чем-то неуловимым ему очень понравилась эта зеленоглазая девчонка, гордо поднявшая свою светлую головку. Что-то было в ней такое… Что-то, что заставляло его испытывать сумасшедшее желание обладать ею, причем не просто физически, а полностью, безраздельно.
- Почему дорого так? Она откуда у вас?
- Так наша она! – мужик противно улыбнулся. – Хозяину ее папочка за долги продал, а хозяин вот свои условия по ее… эксплуатации ставит.
От слова «эксплуатация» Лену всю аж передернуло, а Степнов едва заметно поморщился. В голову пришла какая-то безумная мысль. В одно мгновение он ее отмел, но мысль продолжала упорно преследовать его. Если бы не Настя, если бы не алкоголь, если бы не под двести на спидометре и если бы не эта дьявольская улыбка зеленоглазого то ли чертенка, то ли ангела, Виктор бы вообще, не задумываясь, поехал бы домой. Но за одним необдуманным поступком, как известно, непременно следует другой, а если не следует, то и поступок был хотя бы немного продуманным. Над остановкой возле ночных девочек Степнов не раздумывал и мига. Вот и сейчас ему хватило пары секунд, чтобы сказать абсолютно безумную, на первый взгляд, вещь. Да и на второй тоже.
- Я хочу купить ее. Насовсем.
Лена удивленно расширила глаза и повернулась к сопровождающему в поисках поддержки. Мужик лишь пожал плечами и подозрительно бросил:
- Вам-то это зачем? Неужто в бабах недостаток?! Оно вам надо?
- Не думаю, что это ваше дело.
Кулемина была не в силах вымолвить даже слово. Точно такое же ощущение нереальности происходящего ее охватывало только почти год назад, когда «любимый» папа отдавал ее знакомому управляющему сутенеров. Но если тогда она была уверена в том, что все это – не больше, чем дурацкая шутка, то сейчас она понимала, что одно слово Евгения, - и она действительно станет собственностью этого таинственного мрачного мужчины. С одной стороны, один мужик – это лучше, чем несколько в неделю, с другой, - никому не известно, что этому типу взбредет в голову. Она ведь станет его вещью, полностью ЕГО, а всем остальным клиентам она принадлежала лишь на ночь, и то не более, чем условно. Немного подумав, Лена пришла к выводу, что уж лучше в ее жизни все останется по-прежнему, чем у нее появится не формальный, а вполне реальный хозяин. Сопровождающему, впрочем, было глубоко плевать на все ее мысли.
- Да забирайте на здоровье, мы рады только от такой занозы избавиться будем, разводит тут демагогию вечную! Только это надо Евгению Александровичу позвонить…

- Двадцать пять американских - и она ваша!
Степнов недовольно нахмурился и покачал головой. Это следовало говорить тише и тет-а-тет, а никак не в Ленкином присутствии. Кулемина же вся побелела и до боли закусила губу. Да, она была шл**ой, она знала свою цену за ночь и подозревала о том, что и вся ее жизнь имеет какую-то цену. Но совсем не ожидала ее услышать. Понять, много это или мало, было сложно, зато было ясно, что ее, такая же, как и у всех, такая же, как у английской королевы или жены президента Америки, жизнь стоит вполне конкретное количество денег, просто сколько-то-там тысяч зеленых бумажек. Наверное, у нее все же не такая же жизнь. Просто хуже. Какие-то там двадцать пять тысяч долларов. Внезапно поплохело. И уже не имело никакого значения, что в этот миг она становится чьей-то собственностью, слишком сложно было осознать то, что ей только что назвали цену. ЦЕНУ. Глупо и несмешно.
- Не пойду я с ним никуда! – очнулась от невеселых размышлений Ленка. – Это незаконно! И… ты, Леш, права не имеешь!!! Что за бред вообще?!
- Деточка, не спрашивал тебя никто, - хмыкнул Алексей. – Убивать ее, надеюсь, не собираетесь?
- Не собираюсь, - хмуро ответил Степнов. – Завтра в это же время деньги привезу. Пусть вещи соберет.

На следующий день на трезвую голову все показалось отвратительным абсурдом. Не было никакого Леши, Евгения Александровича и полупустой Ленинградки. Вот только Ленкино улыбающееся лицо упорно стояло перед глазами. Ее забыть не выходило. Виктор попытался отвлечься и перестать думать обо всем случившемся вчера, решив никуда не ехать. До десяти вечера он стойко продержался, гоня от себя мысли о зеленоглазом ангельском чертенке. Получалось не слишком хорошо, но кое-как. Однако почему-то не хотелось представлять себе завтрашний день без нее. Хотелось, чтобы она сидела здесь, рядом, в своем зеленом платье и улыбалась ему. С деньгами проблем не было никаких, для Степнова двадцать пять тысяч были плевками в вечность, Анастасия за две недели больше тратила. Но в его голове никак не могло уместиться то, что ЕЕ можно купить. Как так?! К половине первого Виктор был зол на всех: на себя, на Настю, на Лешу, на Игоря, на Евгения Александровича, на вчерашний кубинский алкоголь, но в первую очередь – на Лену. Потому что она продается. Это было нелогично, но очень ясно. В час ночи мужчина уже выжимал из своей машины лошадиные силы, гоня по пустой Москве.
Остановившись на знакомом месте, Виктор вышел и огляделся. В общем-то, ничего не изменилось: те же Жигули, тот же ухмыляющийся Леша, те же расфуфыренные девочки и та же Ленка в стороне. Вот только Лена была не в сексуальном мини-платье, а в цветной футболке, прямых джинсах и ярко-желтых кедах. С увиденным вчера этот образ никак не стыковался. Вот только глаза были те же, со смешинками.
Передав деньги, Виктор грубо схватил Кулемину за руку и, не обращая внимания на ее ленивое сопротивление, усадил в машину на переднее сидение. Обведя девушку хмурым взглядом, он недовольно бросил:
- Вчера было определенно лучше.
Ленка весело хихикнула и нагло положила ноги в кедах на переднюю панель.
- И не надейся, в такой гламурной фигне ты меня больше не увидишь! И еще, у меня несколько условий есть.
Степнов повел бровями.
- Сама же понимаешь, что я имею полное право их не исполнять. Ну, выкладывай…
Лена недовольно поджала губы.
- Раз такой богатый, меня не надо ограничивать в продовольствии! Я с удовольствием ем после шести и даже после девяти. И вообще, надо, чтобы у меня какие-то личные деньги были. – Кулемина вопросительно посмотрела на мужчину, тот утвердительно кивнул. – Дальше, залететь я не хочу. Ну, сам понимаешь, о чем я. – Кивок. – И если я скажу «нет», ничего не будет!
- Посмотрим, - уклончиво ответил Степнов и тронулся с места. Про ноги на панели он решил сказать позже. Раздражало, но не слишком.

Войдя в квартиру, Ленка присвистнула. Степнов жил не на Рублевке, а в спальном районе, в обычной высотке. Однако квартира была действительно потрясающей. Пять огромных комнат, недешевая обстановка, все дышало богатством, но не пафосом.
- А что, неплохо! Моя комната какая будет? – Ленка покрутилась на месте и бросила небольшую сумку к стенке.
- Та же, что и моя, - невозмутимо ответил Виктор.
- Чего?! – Кулемина опешила. – Я ж не жена тебе! Неужели баб других не будет?!
- Понятия не имею. – Степнов пожал плечами. – Будут – номер в гостинице сниму, не переживай.
- Было бы за что переживать! – фыркнула Ленка и переместила вещи из коридора в предполагаемую спальню.
Не успела девушка выйти из комнаты, чтобы пройти на кухню, как ее тут же прижал к дверному косяку Степнов.
Он очень хотел ее. Просто до безумия. В платье ли, в джинсах ли, да хоть в монашеской рясе! Каждое ее движение, каждый жест, каждая улыбка заставляли его вздрагивать и мучиться от желания овладеть прямо на месте. И вот, наконец, его ничто больше не сдерживало.
- Сдурел?! – Лена оттолкнула его от себя и сделала шаг в сторону. – Приехали только!
- Хочу, чтобы ты моей была.
Виктор притянул ее к себе за плечи и принялся неистово целовать. Сопротивление было слабым и недолгим. Лена стала с удовольствием отвечать на все поцелуи и ласки, заставляя Степнова окончательно сходить с ума, не давая ему и малейшей возможности о чем-то подумать.

*********


Какими-то странными отношениями жили Степнов с Леной вот уже полгода. Они практически не разговаривали. Но своими поцелуями говорили гораздо больше, чем сотней слов. Виктор был той самой каменной стеной, за которой мечтают спрятаться больше половины всех женщин. Но не Лена. Своим железным характером, своим неизменным спокойствием, своей полной уверенностью в своих и ЕЕ действиях он постепенно задавливал девушку. Он всегда все решал за нее; первое время Лена очень сильно ощущала нехватку воздуха, свободы, но постепенно стала к этому привыкать. Ей стало казаться, что его решения – это действительно ее решения, что ее действия – это ее действия, а не выполнение его указаний или намеков. Она стала привязываться к нему. И все было вроде бы почти хорошо. Но только почти. И только до тех пор, пока в какой-то момент гордая, независимая и в какой-то мере эгоистичная Ленка не осознала с ужасом, что любит его.
Чувство, конечно, пришло не внезапно, оно формировалось все время ее проживания с Виктором, но осознание пришло неожиданно и в один миг. Когда после очередной сумасшедшей ночи она пристраивалась на таком теплом и удобном плече. Лена вдруг поняла, что хочет всегда так засыпать. И даже если не в этой квартире, не с этими деньгами и не на этих простынях. Главное – с ним. Тогда Ленка так и не заснула. А после этого стала постепенно отдаляться от Степнова. Иногда уходить из квартиры, пока он на работе. Она решила, что так ей будет проще. Потому что было яснее некуда, что с его стороны ждать не стоит ничего. И дело было даже не в том, что для него она была всего лишь купленной шл**ой. Ленка вообще была не уверена, что этот мужчина способен любить. Ей было приятно ощущать его постоянное желание обладать ею, чувствовать своей и больше ничьей, но она также понимала и то, что это – не более чем обычный собственнический инстинкт.
А Виктор уже не знал, куда себя деть и что делать. Он чувствовал, что Лена начинает ускользать от него, незаметно уходить, как песок сквозь пальцы, и он совершенно не представлял, почему и как это остановить. Терять ее почему-то было очень больно. А еще больнее было видеть, как привычно искренние, светящиеся, смеющиеся зеленые глаза наполняются холодом и равнодушием. Он никак не мог понять, что сделал не так. Попытался дарить подарки - она в ответ лишь горько усмехалась, попытался поговорить - Лена ловко ушла от темы, попытался секс разнообразить - в штыки восприняла, а уж о ее гомерическом хохоте при его высказывании мыслей о домашних животных даже вспоминать не хотелось. В конце концов, Степнов остановился. Никуда она не денется. Она – его. А со всякими депрессиями он был не намерен разбираться, не психолог.

*********

- Какого черта ты на меня так орешь?!
- А зачем ты уходила из дома без спроса?! – Синие глаза горели опасным пламенем.
Ленка взмахнула руками и прокричала в ответ:
- А что, я права на это не имею??? Я свободный…
- Нет, - спокойным ровным голосом перебил ее мужчина.
- Что «нет»?!
- Ты – не свободный человек, ты – моя.
Лена расширила глаза и резким глубоким вдохом глотнула воздуха. И как она могла забыть? Конечно, он прав. Но вся ее свободолюбивая натура была настроена резко против. А о чем она вообще думала? Конечно же, она – его собственность. Честно купленная. И здесь не может быть места никаким эмоциям или чувствам. Только вот думать об этом с каждым днем становилось все сложнее и сложнее, все больнее и больнее.
- Я погулять, - хрипло бросила Лена, сверкнув ставшими ярко-зелеными глазами.
Степнов устало выдохнул. Ему показалось, или в ее глазах блеснули слезы? Да нет, показалось, наверное. Такие, как Кулемина, не плачут. Мужчина сел на диван и медленно провел ладонью по волосам. Ну, вот как, как она не может понять его?!
Сегодня Степнов решил вернуться с работы пораньше, однако, войдя в квартиру, Ленку он нигде не обнаружил. Через три часа его метаний она абсолютно спокойно вошла, бросила сумку и ушла на кухню. Ну неужели не понимает?! За время ее трехчасового отсутствия Виктор успел поставить на уши всю милицию города, все больницы, нескольких детективов и даже пару новостных служб! А она спрашивает, почему он кричит! Он волновался. Да, он волновался! Вот только с чего такое волнение за зеленоглазую девчонку, он понять не мог. Да и не пытался. Вот и сейчас: куда она пошла?! Не может же не понимать, что в половину девятого вечера ей не стоит в одиночку перемещаться по Москве! И все равно ушла. Но вернется ведь. Вернется?
Со стоном встав с дивана, Степнов прошел к ней в комнату. Да, еще в первый месяц проживания Кулеминой все-таки удалось вытребовать собственную комнату, правда, пускал ее туда Виктор редко: в спальне находились свои, совсем другие дела.
К ней он почти не заходил, разве что пару раз, чтобы позвать ее. С тенью полуулыбки Степнов оглядел комнату. Аккуратно заправленная кровать, маленький столик с минимальным количеством косметики, сумка с ее вещами… Заметил духи. Взял флакончик и поднес к лицу. Ее запах. Посмотрел на название и как-то обреченно засмеялся. «Ange ou demon». А он ведь так и не определился, чертенок или ангел. Всего понемногу.

Конечно, продолжение следовать будет

Если захотите сказать что-нибудь, я рада очень буду!

Спасибо: 95 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1042
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 71

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.07.09 14:52. Заголовок: ********* Лена, едв..


*********

Лена, едва сдерживаясь от того, чтобы не зарыдать, выбежала из подъезда. Москва была какой-то неприветливой и чужой. Улицы заканчивались тупиками, никаких крупных проспектов в ближайшем обозрении видно не было, а из полутемных круглосуточных магазинов постоянно выходили пьяные экземпляры с водкой в руках. Зайдя на более или менее освещенную улицу, Ленка подошла к какому-то дому и устало прислонилось к нему спиной. Она абсолютно не представляла, что ей делать. Ее жизнь ей вообще не принадлежала. У нее даже не было возможности посожалеть хоть немного о том, что тогда, полгода назад, не отказалась от предложения Степнова: ее тогда никто и не спрашивал. И что она может сейчас сделать?! Убежать? А куда? Да и Виктор, наверное, искать будет. Ко всему прочему, несмотря на душевные протесты и стремление к независимости, Лена вовсе не горела желанием уходить от Степнова. Она вообще не представляла, каково это: жить без него. Без его глаз, губ, рук, его редких, но таких важных слов, без его морщинки между бровями, которая появляется, когда она будит его по утрам… Без этого и жить-то не хотелось. Но с ним было еще сложнее. Каждый день видеть его и знать, что он никогда ее не полюбит, никогда не сможет даже считать ее просто Леной, без Ленинградки и двадцати пяти тысяч. Конечно, она не выбирала эту жизнь. Но она ею жила.
- Девушка, с вами все в порядке?
Где-то рядом материализовался симпатичный молодой человек примерно Ленкиного возраста спортивного телосложения с темными волосами и редкой челкой. Парень выглядел обеспокоенно.
- Не совсем, - хрипло отозвалась Кулемина. – Но вы мне точно ничем не поможете.
- Что, с мужем проблемы? – с понимающим видом спросил он.
Лена истерично хохотнула.
- Какой муж?!
- Не замужем, значит, - с довольной улыбкой заключил парень. – Меня Игорь зовут. Но можно просто Гуцул.
- Лена. – Кулемина равнодушно пожала плечами. – А что?
- Да просто. – Гуцул восхищенно оглядел девушку. – Красивая ты очень.
Ленка криво усмехнулась. А Степнов ей такого никогда не говорил. И не скажет.
- Спасибо.
- Прогуляемся? – Парень с надеждой посмотрел на Ленку и нерешительно сделал шаг вперед.
- А куда?
- Куда захочет Королева. – Игорь ослепительно улыбнулся.
Ленка непроизвольно тоже улыбнулась в ответ. На душе стало как-то тепло и приятно. Наверное, потому, что впервые за долгое время ощутила не просто уважение к своей персоне, но даже восхищение. А ей это было очень необходимо.

К Виктору Ленка вернулась поздно ночью, зато в прекрасном настроении. Гуцул сводил ее в кафе, кино, а за все время наговорил столько комплиментов, сколько она даже в ангельском пятилетнем возрасте не слышала, не говоря уж о дальнейшей жизни. Степнова слышно не было, и она, пользуясь этим, тихо сняла куртку и кеды и прошла в спальню. Однако не успела она сделать и шагу, как перед ней возник Виктор.
- Ну, и где ты была? – спросил он обманчиво спокойным голосом.
- Гуляла, - с блуждающей улыбкой ответила Ленка.
- Я спрашиваю, где ты шлялась полночи?! – рявкнул он и притянул девушку к себе за талию.
- А что, хочешь узнать, где была твоя собственность? – с вызовом спросила Кулемина, гордо подняв голову и чуть отодвинувшись от Степнова.
- Нет, - неожиданно тихо ответил он и хищно улыбнулся. – Тебя хочу.
Не медля и секунды, он, приподняв девушку над землей, стал осыпать ее поцелуями. А Ленка… Ленка опять сдалась, не в силах и не имея никакого желания противостоять ему.

*********

На следующий день, придя вечером домой, Степнов посадил Ленку рядом с собой на диван.
- Лен, прости меня, ладно?
- За что? – Лена непонимающе нахмурилась.
- За то, что накричал вчера, сорвался…
Кулемина с улыбкой задумалась. Не накричал бы – не пошла бы на улицу, не пошла бы – Гуцула не встретила бы…
- Да ничего страшного! Все в порядке.
- В общем, Лен, я решил, что, наверное, тебе все же надо выходить самостоятельно погулять, ну, или куда там… Но я хочу, чтобы с тобой мой охранник ходил, одну я тебя отпустить не могу.
Охранник?! Ну что ж, значит, не судьба с Игорем…
- Боишься, что сбегу? – язвительно уточнила она.
Виктор кивнул.
- И это тоже.
Лена закатила глаза и подобрала под себя ноги, поудобнее устроившись на диване.
- Не волнуйся, мешать он не будет. Он – профессионал, будет просто идти поблизости и следить, чтобы с тобой ничего не произошло. Знакомься: Игорь Гуцулов.
Услышав имя, Ленка удивленно дернулась и даже встала на ноги. В квартиру зашел Гуцул. Заметив Лену, он оторопел и как-то нервно улыбнулся. Формальности были улажены за пару минут, а эти двое все никак не могли понять, что же происходит.
- Ленок, ты когда погулять завтра захочешь? Игорю во сколько зайти?
- Часов в пять, - на автомате отозвалась девушка.
Гуцулов, кивнув, удалился.
- Лен, ну, ты чего? – Степнов подошел к Ленке сзади и бережно обнял ее за плечи.
- Да нет, ничего. – Одним движением головы девушка стряхнула наваждение, повернулась к Виктору лицом и улыбнулась. – Пойдем лучше на кухню, чаю попьем.

*********

- Так ты его, значит?! – выделив презрительной интонацией слово «его», спросил Гуцул.
Он пришел ровно в пять, как и договаривались. Не произнося ни слова, они дошли до того кафе, в котором сидели в прошлый раз, и только потом Игорь решил заговорить.
Лена недовольно сжала губы и посмотрела на Гуцулова горящим взглядом.
- Не говори так! – процедила она сквозь зубы.
- А что, я неправду говорю? – Парень усмехнулся.
- Про него так не говори, - глухо повторила Кулемина. – А что, тебе это важно? – Искренне улыбнулась.
- Нет, Королева, мне ты понравилась! – Игорь снова с восхищением посмотрел на девушку и смущенно ответил ей улыбкой на улыбку.

*********

Месяц Лена каждый день подолгу гуляла с Игорем. Степнов даже не подозревал о личной привязанности Ленки к охраннику, он жил своей наивной иллюзией, что она – его, полностью и безраздельно. В эту иллюзию почти поверила и сама Лена, если бы не Гуцул. Каждый день, каждый миг их прогулок он напоминал ей о том, что она – прежде всего личность, а не чья-то собственность. И с каждым днем Лене становилось все тяжелее. И дело было вовсе не в чувстве противоречия, которое, конечно же, нарастало с каждым властным движением Степнова, с каждым его твердым словом и с каждым собственническим поцелуем. Это чувство Ленка давно научилась в себе давить, да и во время тех же поцелуев оно пропадало под напором совсем других ощущений. Лена чувствовала, ощущала почти физически, как с каждым днем все сильнее любит Виктора. Бежать и прятаться от этого уже не получалось, выход оставался один. Она никак не могла решиться на этот шаг, но понимала, что так нужно. Она знала, что будет больно не только ей, но и Степнову: несмотря ни на что, его привязанность и какая-то… привычка были очевидны, но ощущения полной безнадежности она больше выдерживать не могла. Понимала, что стала слабой, понимала, что нужно бороться, но… не могла.

*********

Гуцул приобнял Ленку и, улучив удачный момент, склонился над ней для поцелуя. Кулемина, как и сотни раз до этого, дернулась и отвернулась. Игорь разочарованно хмыкнул и сел на диван. Они сидели у него дома и пили чай. Внезапно Лена подняла на Гуцулова расширенные глаза и, сделав глубокий вдох, спросила:
- Хочешь, чтобы я была твоей? – Выдохнула.
Ну, вот и все. Она решилась. Пути назад уже не существует. Нужно сжигать все мосты, пока не стало мучительно больно. Чтобы потом осталась лишь приятная, немного холодящая пустота. А боль терзала редко и по ночам, когда она будет видеть рядом с собой не того, кого хотелось бы больше всего на свете.
- Что? – непонимающе переспросил Игорь.
- Хочешь, твоей буду, а не его? – Зажмурилась от резкой боли в висках. Прошло.
Гуцул недоуменно покачал головой.
- Королевы не могут кому-то принадлежать. Быть с тобой – хочу.
«Не могут принадлежать». Ленка горько усмехнулась. Мальчик, как же ты ошибаешься! Она уже принадлежит, полностью, безраздельно одному-единственному человеку. А Игорю она сможет отдать только тело. Но она будет стараться, очень стараться отдать себя. Потому что он любит. А принадлежать только себе не хотелось. Знала, что будет одолевать отчаянная тоска по Степнову.
- Нужно двадцать пять тысяч. Долларов. И я больше не буду иметь ничего общего со Степновым. С тобой буду. – Лена отвернулась, судорожно вздохнула и снова посмотрела в карие глаза.
Гуцул молча встал и подошел к дверному косяку.
- Будем считать, что я этого не слышал.
- Не хочешь, да? – Голос стал глухим, а глаза потухли.
- Что за глупости ты говоришь? – взорвался Игорь. – Конечно, хочу! Но это не может быть правдой!
- Но это правда! – с отчаянием произнесла Лена.
- И ты сможешь уйти от него? – недоверчиво хмурясь, спросил Гуцулов.
- Я? – Попыталась сглотнуть комок в горле. А сможет ли? Но и дальше так точно не сможет. – Смогу.
- И он отпустит?
- Конечно, отпустит. – Лена невесело улыбнулась. – Купил, продал, какая, к черту, разница?! – Пожала плечами и отвела взгляд.
Игорь быстрым шагом вышел из комнаты. Буквально через минуту он снова появился, неся в руках черный пакет с завернутым в него конвертом. Стараясь не смотреть на Ленку, передал его ей и прислонился к косяку.
- Ты же придешь, да? – с надеждой спросил он, прекрасно понимая, что, передав Виктору деньги, она вполне может начать жить своей жизнью.
- Конечно, приду. – Ленка попыталась улыбнуться. Встав, чмокнула Игоря в щеку и упорхнула из квартиры, шепнув на прощание, - Спасибо.


- Ну, как погуляла сегодня? – Степнов подошел к девушке сзади и, легонько подув на волосы, нежно поцеловал в шею.
Лена откинула голову и тихо простонала от удовольствия и предвкушения чего-то большего. Неужели сможет вот так вот отказаться? Но она уже приняла для себя решение, давно приняла. Кулемина аккуратно отстранилась и присела.
- Поговорить надо, - с паникой в голосе произнесла она, спешно пытаясь собрать хаотично разбросанные мысли в одну кучку.
Несмотря на то, что сердце, казалось, ушло в пятки от такого непривычного тона, Виктор и бровью не повел, лишь присел напротив.
- Ну, говори.
- Я к Игорю ухожу. – Ленке отчаянно захотелось зажмуриться, закопаться куда-то поглубже, накрыться, закрыться, чтобы не видеть и не слышать больше ничего. Она лишь прикусила губу и попыталась выровнять дыхание.
- Рассказову, что ли? – Степнов горько усмехнулся.
- Ка...какому Рассказову? – Ленка вообще ничего не поняла.
- Да нет, просто все это мне что-то напоминает, - мрачно произнес Виктор. – А ты продолжай, продолжай.
- А… - Кулемина растерялась. – Я сказала все уже.
- Не уйдешь ты никуда. – Виктор с насмешкой покачал головой. – Тебе это не нужно.
- Ты… ты был настолько уверен в том, что у меня нет своего мнения, что я сама в это поверила! А оно у меня есть! Я такой же человек! Нет, я, прежде всего, женщина. И я умею любить, и я хочу, чтобы меня любили. А Гуцул, я знаю, он любит! Он Королевой меня называет! Уважает! А еще, не хочет, чтобы я была его, хочет быть со мной!
Радужная оболочка синих глаз посветлела, а черные зрачки расширились. Степнов скорее почувствовал, чем услышал, что она не шутит. И она действительно сейчас уйдет. За все время он даже не задумывался о том, что Ленка может исчезнуть его жизнью. Она не то чтобы стала его жизнью, скорее, стала ею, слилась с ней, стала неотъемлемой частью. А сейчас – уходит.
Хотелось задать сотни вопросов. Хотелось сказать десятки важных вещей. Например, то, что собственнический инстинкт естественен для мужчины, и то, что Гуцул его не испытывает, либо странно, либо временно. Еще хотелось сказать, что, если она захочет, он ее целыми днями Королевой называть будет. Но вместе этого она задал один-единственный вопрос:
- Любишь его? – Сам не понял, почему спросил. Но почему-то было очень важно знать. Волнение в воздухе стало почти осязаемым.
Лена сглотнула. Предательски сильно хотелось соврать, сделать больно, показать, зачем уходит, уйти, гордо подняв голову. Но желание быстро ушло. А зачем? Степнова она больше не увидит. Его гордость не позволит ему искать ее, а она пойдет куда угодно, только не к нему.
- Нет, - выдохнула Ленка.
Виктор едва заметно скривился. Не любит, но уходит. Неужели с ним так плохо? Чувство облегчение было каким-то незаметным.
Лена достала конверт с деньгами и протянула его Степнову.
- Вот. Здесь двадцать пять тысяч. Теперь свободна?
Степнова передернуло.
- Забери деньги, - едва сдерживаясь, проговорил он. – Они такие же мои, как и ты. Ни то, ни другое мне никогда не принадлежало, - с болью сказал он и прикрыл глаза.
Лена только скептично улыбнулась. Может, и не принадлежало. Но сейчас она принадлежит ему - в этом она была уверена. И от этого бежала.
- Да и надо же вам жить на что-то, - с усмешкой произнес Виктор.
- Пока, - прошептала Кулемина и встала, направляясь к выходу.
- Подожди! – окликнул ее Степнов.
- Что?
Виктор встал и подошел к ней вплотную, выдохнув почти в губы:
- Один поцелуй.
- Нет! – истерично выкрикнула Ленка и попыталась высвободиться. Она знала, точно знала, что так будет намного тяжелее и больнее. Зачем ему это?!
Степнов прижал девушку к себе покрепче и с силой, отчаянием, злостью и чем-то еще впился в ее губы. Ленка дернулась пару раз и, послав все куда подальше, с удовольствием ответила. Внезапно Виктор резко отстранился и отошел на шаг.
- Ну, и зачем был этот спектакль?
Лена, еще не оправившись после поцелуя, недоуменно раскрыла глаза и спросила:
- Ты считаешь, что я играю?!
Его лицо стало злым и надменным, только где-то в уголках глаз был отголосок мучительной боли.
- И у тебя неплохо получается. Я почти поверил в то, что тебе понравилось целоваться с таким монстром, как я!
Лена издала какой-то нечленораздельный звук и глотнула воздуха, не представляя, что сказать.
- Скажи, а оргазмы ты тоже имитировала? – с ехидной ухмылкой поинтересовался Степнов.
- Скотина! – прошипела девушка.
Режущий ухо звук пощечины, хлопок двери, и Кулемина испарилась из жизни Виктора.

Будет еще одна часть

Если будет, что сказать, сюда можно

Спасибо: 88 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1054
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 72

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 19.07.09 11:08. Заголовок: ********* К Гуцулу ..


*********

К Гуцулу Ленка пришла только спустя пять часов. Ей потребовалось время, чтобы успокоиться, чтобы нарастающая истерика, наконец, прекратилась, а руки перестали дрожать. Глаза, впрочем, все равно выглядели слишком усталыми и тусклыми, а пальцы при попытке схватить что-то предательски подрагивали.
- Деньги он не взял, - устало выдохнула Ленка, присев на диван рядом с Игорем.
Гуцулов долго вглядывался в ее лицо, после чего неожиданно зло спросил:
- Зачем ушла от него?
- Что? – Кулемина изумленно посмотрела на парня. – К тебе!
- Любишь же! – с отчаянием воскликнул Игорь.
- Конечно, люблю… - пролепетала девушка. – Тебя! – Не оставляя ни себе, ни ему и секунды для размышлений, она прижалась к его губам. Забавно, врать оказалось совсем несложно.

*********

Почти сразу после Ленкиного ухода Степнов помирился с Рассказовым. Игорь пришел к нему, долго извинялся и говорил, что у Насти была какая-то странная власть над ним. Виктор, помня Анастасию и ее способности, поверил и простил. Тем более, что он был не в том состоянии, чтобы вспоминать ставшую такой давней историю. С Лениным уходом он так и не смог смириться. Каждый день он мучил себя многочисленными вопросами, каждую ночь вспоминал, как она уютно лежала на его плече. И постоянно прокручивал в голове ее слова. Становилось противно от самого себя, своих мыслей, действий, но он понимал, что прошлое поправить уже не может. Сначала пил, потом пошли женщины, но рядом с ними было еще хуже, чем просто одному, так что Виктор либо гнал их еще до наступления утра, либо сам уходил.
- Ну, - Рассказов ухмыльнулся и сел поудобнее. – А теперь рассказывай: в кого это ты так влюбился?
- Кто? – Виктор хохотнул. – Я?!
- Вить, да по тебе это так видно, что я даже не спрашиваю, что с тобой. Я спрашиваю, кто?
- А вдруг в Настю? – Степнов хитро прищурился.
- Не смеши меня!
- А что?! – мужчина повел плечами. – Почему нет?
- Настю нельзя любить, ее можно только хотеть. Но это чувство она умеет поддерживать долго. – Игорь задумался. – Так, а ты не переводи тему, а рассказывай!
- Ну, люблю, - с какой-то обреченностью отозвался Виктор. Себе он в этом еще ни разу не признавался, но сейчас это показалось таким очевидным, что он даже удивиться не успел.
- И где?
- Не со мной, как видишь! – раздраженно ответил Степнов.
- Так иди к ней!
- Я обидел ее. Сильно.
- Извинись!
- Игорь, не говори ерунды! – отмахнулся Виктор. – О себе расскажи лучше.

*********

Уже через неделю Степнов изменил свое мнение. Не видеть Ленку становилось все невыносимее. А знать, что он ничего не предпринял для ее возвращения, - еще хуже. Где живет Игорь, он знал прекрасно. Не желая, как мальчишка, топтаться под дверью, Виктор решительно нажал на звонок. За дверью знакомым голосом чертыхнулись, раздался какой-то шум, и через пару минут она отворилась.
На пороге стояла Лена с широко распахнутыми сонными глазами, а за ее спиной, у двери в комнату, хмурился Гуцул с простынею вокруг бедер. Ленка была наспех завернута в одеяло. Грудь как будто сдавило чем-то тяжелым, резко затошнило, а в висках появился стук. Степнов попытался справиться с собой, но в голову настойчиво лезли картины того, что совсем недавно творилось в спальне. Поморщившись, он глухим голосом попросил:
- Лен, оденься, пожалуйста. Я поговорить с тобой хочу.
- Есть о чем?! – Ленка презрительно сощурила глаза, не отказывая себе в удовольствии втайне пожирать мужчину взглядом, впитывая появившиеся морщинки, синяки под глазами и выученные наизусть черты.
- Есть. – А ведь совсем не изменилась, только глаза светлее стали. Намного светлее.
Гуцул пожал плечами и зашел обратно в комнату. Лена, не выдержав долгого зрительного контакта, убежала туда же. Виктор переступил порог и огляделся. Странно, ее вещей нигде видно не было, в то время как в его квартире он постоянно находил забытые расчески, лаки и прочую ерунду. Немного поколебавшись, пошел на кухню. Не то чтобы он нервничал, скорее… Хотя нет, он нервничал, и очень сильно. Еще никогда в жизни ему не приходилось просить прощения у девушки. А уж умолять вернуться - тем более.
- Ну, что надо? – неприязненно поинтересовалась девушка, присев на стул напротив. – Пять утра вообще-то!
Мужчина совсем потерял ориентацию во времени. Неужели, правда, пять? Хотелось извиниться, но решил, что сейчас не вовремя будет.
- Лен, - Степнов поморщился, услышав свой дрожащий голос. – Вернись, пожалуйста. Пожалуйста!
- Зачем тебе это? – тихо спросила Ленка, отвернувшись от мужчины.
- Я… Я не могу без тебя! Прости меня, прости, за все прости! – Ну, не умел он говорить. И прощения просить тоже не умел. Волновался так, будто впервые прыгнул с парашютом. Не было только пьянящего чувства адреналина. Даже не подумал сказать, что любит. Не потому, что не хотел, просто эти слова как-то отошли на второй план, нужно было убедить ее вернуться, а ему казалось, что слова любви тут никак не помогут, - ответить она все равно не сможет.
Лена прикрыла глаза и сглотнула. Он что, думает, что она без него может?! Да его имя целыми днями лежало на устах, но она не произносила его. Без него было… пусто. Так пусто, как она и думала. Только не предполагала, что тянущая боль будет терзать ее не редкими ночами, а круглосуточно. Но вернуться не могла. Кто она?! Любимая игрушка? Может быть, сейчас он действительно раскаивается. А потом?! Когда наиграется?! Делать ему больно было еще больнее, чем себе. Но она нашла в себе силы, чтобы твердо ответить:
- Нет.
- Лен, Леночка, послушай! – в голосе было неприкрытое отчаяние. – Все, как ты захочешь, будет! Я тебя подарками завалю! Я… Хочешь, снова заплачу? Хочешь, сто тысяч?
Лена дернулась, как от пощечины. Опять деньги. Где-то глубоко в душе она понимала, что он не пытался этим унизить ее, просто искал любые, вплоть до абсурдных, выходы. Но обида была мгновенной и отрезвляющей.
- А что так мало? – насмешливо спросила она.
Виктор, находясь в состоянии, близком к нервному срыву, даже сарказма в голосе не заметил.
- А, хочешь, миллион? Миллион хочешь? И яхту, и домик на Гавайях, как ты хотела, помнишь?! Переедем на Гавайи, хочешь?
Ну надо же, помнит. Но она все равно не может. Не потому, что не простила и не потому, что Гуцула любит. Степнова оказалось слишком легко простить, а Игоря она полюбить никогда не сможет. Просто слишком Его любит. И поэтому просто не сможет наблюдать, как постепенно его интерес к ней будет угасать, и у него будут появляться другие девушки. Это будет совсем невыносимо. А в том, что так будет, Лена даже не сомневалась – не любит, а значит, все это только временное явление.
- Нет. – Ленка прикусила губу и покачала головой. – Нет. Уходи и не появляйся больше здесь, пожалуйста! Я очень тебя прошу.
Степнов молча встал из-за стола и, тихо прикрыв за собой дверь, вышел из квартиры.
- Ну, чего хотел? – Из спальни вышел Гуцул и, наклонившись к Лене, стал нежно целовать ее шею.
Лена отодвинула его от себя и встала.
- Игорь, не сейчас! – В зеленых глазах стояли слезы. – Я спать хочу. – Отвернулась и быстрым шагом прошла в спальню.

*********

После того утра Степнов принял единственно верное решение. Ни пить, ни менять женщин не хотелось. Совсем. Плевать было даже на внезапно нарисовавшуюся Анастасию, которая, впрочем, подцепив какого-то бизнесмена, испарилась. Виктор ударился в работу. Он мало спал, мало ел, большую часть суток проводя за бумагами. Он не оставлял себе и малейшей возможности подумать о Лене, вспомнить о ней. Однако ее образ буквально преследовал его, ее лицо было у всех прохожих, на всех фотографиях, а уж во снах… Пытался убедить себя в том, что с Гуцулом у них все хорошо. Не выходило, помнил ведь ее ответ на вопрос о любви. Но, может быть, успела полюбить? За два с лишним месяца… Ее жестокие слова, сказанные на кухне, из головы и вовсе не выходили. Значит, ей действительно плевать на него. А, может, ей просто мало домика на Гавайях, нужно два?! Привыкла же все деньгами измерять. Но в такой цинизм верить не хотелось.


- Куда пойдем сегодня? – Сидя на кухне, Лена задумчиво размазывала масло по хлебу с легкой полуулыбкой. Искренне улыбаться она почти разучилась, заставить ее мог только один человек. Тот, кого она обидела так, как могла только она.
- Куда захочет моя Королева, - ответил Гуцул, подойдя к Ленке и нежно поцеловав ее в макушку.
- А можешь сам что-нибудь решить?! – неожиданно раздраженно спросила Ленка.
- Могу, конечно… - удивленно отозвался Игорь. – Так, ну вот что ты хочешь поделать? Ты скажи, а я место определю.
- Игорь, я не могу так больше! – отчаянно взвыла девушка. – Прости, но не могу.
Гуцул лишь тяжело выдохнул, сел и зарылся пальцами в темные волосы.

*********

Степнов сидел на кухне и пил крепкий черный чай. В последние месяцы он стал ненавидеть выходные. В эти дни приходилось лицом к лицу встречаться с одиночеством в пустой квартире. Иногда приходил Рассказов, но сегодня он был с какой-то Милой. Часы противно тикали, за окном была жизнь, наполненная сотней голосов, смехом, криками и поцелуями. А он сидел по ту сторону окна. Зашторенного окна. В дверь позвонили, потом постучали, потом опять позвонили, явно отказываясь понимать, что никого нет дома. Постепенно шумы затихли, и Степнов подошел к двери, чтобы проверить, что все ушли. Увиденное в глазок повергло его в серьезные сомнения по поводу собственной психической адекватности.
На площадке стояла Лена, скрестив руки на груди, и взглядом испепеляла его дверь. Виктор осторожно дернул за ручку, и в квартиру уверенно вошла Ленка. Бросив сумку, села на диван, закинула ногу на ногу и стала внимательно смотреть на Виктора. Спустя пару секунд широко улыбнулась и сказала:
- Привет.
Степнов хмуро разглядывал девушку, пытаясь понять, чего она хочет.
- Цену пришла назначать? Ну, и сколько за это? – Он взглядом указал на лежащую сумку, говоря о ее переезде к нему.
Улыбка тут же сошла с Ленкиного лица, она вдохнула воздух и тихо произнесла, глядя прямо в глаза:
- Я твоя за бесплатно. Возьмешь?
- Зачем тебе это? – хрипло спросил Виктор, тщетно пытаясь справиться с охватившим его волнением.
- А, может, люблю?
Степнов прикрыл глаза и запрокинул голову, делая глубокий вдох. Снова посмотрел ей в глаза.
- Лен, я не хочу, чтобы ты была моей. Не хочу, чтобы ты принадлежала мне, не хочу обладать тобой… - В зеленых глазах мгновенно появилось отчаяние и первые слезы. Лена резко встала с дивана, схватила сумку и пошла к выходу. – Ленка, да погоди ты! – Обернулась и изучающее посмотрела на него. – Я люблю тебя. И хочу любить тебя. Разрешишь?
Кулемина отбросила сумку подальше, всхлипнула, сдавленно пискнула и бросилась мужчине на шею. Начала покрывать поцелуями шею и скулы, но остановилась и шепнула:
- А ты разрешишь?
Степнов мягко улыбнулся и убрал большим пальцем светлые волосы с влажной от слез щеки.
- Что разрешу? – тихо спросил он.
- Как что? – Со слезами улыбнулась. – Любить, конечно!
Ответом был бесконечно нежный, но в то же время так привычно властный поцелуй. Ей стало до одурения нравиться принадлежать ему. А ему понравилось носить ее на руках.

Конец

Буду рада от вас ваше впечатление услышать

Спасибо: 90 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1167
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 75

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 30.07.09 19:26. Заголовок: Автор: Аллочка. Бета..


Автор: Аллочка.
Бета: Kristenka
Название: А кого она - любить будет?..
Рейтинг: PG.
Жанр: Romance, Fluff.
Статус: Окончен.
От автора: За название спасибо Kristenkе

А ПРЕДУПРЕЖДЕНИЙ на этот раз не будет

- Больше не уйдете? – Ленка прикусила губу и пристально посмотрела на сидящего напротив Степнова.
После недолгой прогулки по ночной Москве девушка поняла, что замерзла. Вернее, сама Ленка поняла, но промолчала, боясь даже на миг лишиться держащей ее мужской руки, а вот Степнов быстро почуял неладное, ощутив дрожь хрупкого девичьего тела. Пожурив для порядка бывшую ученицу, он пригласил ее к себе домой, нисколько в душе не жалея о том, что они ушли со свежего прохладного воздуха. Лена еще ни разу не была у него, и видеть ее, так расслабленно сидящую на стуле на кухне, было как-то волнительно, непривычно, но очень приятно.
- Куда я уйду? – Степнов мягко улыбнулся и нежно провел большим пальцем по бархатной щеке Ленки. – Ты же у меня самая лучшая.
Лена прерывисто вздохнула.
- Правда? – Сглотнула комок и с надеждой посмотрела на него снизу верх.
- Конечно, правда. Хотя… - Виктор с коварной улыбкой повел бровями. – Светочка очень вкусно готовила сырники. – Усмехнулся и откинулся на спинку стула.
- Сырники? – прошипела Кулемина. Зеленые глаза угрожающе сузились, а дыхание стало тяжелым. – Да неужели?
Степнов, не ожидавший такой странной реакции на невинную шутку-замечание, растерялся и, не подумав, ляпнул правду.
- Ну, правда, вкусные… Лен, ты чего?
- Чего? – возмутилась Ленка. – Я – ничего! И вы – ничего! И вам – ничего!!! Идите, объедайся своими сырниками у Светланы Михайловны!
Лена вскочила, за пару секунд обулась и, не дав Степнову даже возможности осознать, что происходит, вылетела из квартиры и понеслась вниз, перескакивая через ступеньки.
Виктор чертыхнулся, ударил кулаком стену и, зайдя обратно на кухню, решительно налил себе коньяка. Не хотелось ни думать, ни жалеть, ни решать. Коньяк казался идеальным выходом из сложившейся ситуации. Ну, или если не выходом, то хотя бы его иллюзией.

*********

Ленка сначала с упорным отчаянием бежала, но сказались месяцы без тренировок, и она быстро перешла на спортивный шаг. В голове стучала ненужная и ненавистная похвала пока еще даже не бывшей невесте, а ноги сами несли ее в неизвестном ей направлении. Сырники ему понравились! А что еще? Фигура у нее, наверное, лучше! Писателей она больше знает! Культурный разговор поддержит! Бегает она, конечно, хуже… Но счастье явно не в этом! Сырники у нее вкусные!!! Глаза постепенно наполнялись злыми слезами, а виски настойчиво ныли. Лена ускорила шаг и не успела заметить небольшую ступеньку на тротуаре.
Мгновение, Ленка даже вскрикнуть не успела – и оказалась на влажном от недавно прошедшего дождя асфальте. Помянув недобрыми словами по сотому кругу и Степнова, и библиотекаршу, она попыталась встать, но при любом движении левую ногу в районе лодыжки пронзала острая боль. Встать, оперевшись на правую ногу, тоже не удалось – одной ноги было явно недостаточно, а другой и пошевелить нельзя было. За годы занятий спортом у Кулеминой не раз были и вывихи, и ушибы, но такая боль при этом не ощущалась.
Ленка вспомнила слова знакомого врача о том, что для определения, есть перелом или его нет, нужно попытаться пошевелить пальцами. Если удается, значит, ничего не сломано. Лена попробовала. Замечательно! Просто превосходно!!! Времени пять утра, все на выпускном, дед дома спит, а у меня сломана нога! Лучше придумать просто невозможно!
После недолгих раздумий Кулеминой было принято единственно возможное решение.
- Алло, Виктор Михайлович?
- Да, Лен, - раздался в трубке напряженный голос.
- У… у меня проблемы.
- Что за проблемы? Большие? Лен, что с тобой, где ты?
Большие? Кулемина нахмурилась и с сомнением покосилась на покоящуюся на асфальте ногу. Да нет, не очень!
- Со мной почти все в порядке, а адрес… - Лена повертела головой и глазами нашла табличку, висящую на ближайшем доме.
Продиктовав улицу и номер дома, Ленка вздохнула и приготовилась ждать. Особенно приятным оказалось осознание того, что плеер ей с собой удалось взять – в платье были карманы.

*********

Степнов сориентировался быстро. Коньяком он напиться не успел, а Ленкины слова о «проблемах» подстегивали лучше любого другого стимула. Уже через пятнадцать минут, немного запыхавшись, он стоял в указанном месте и обеспокоенно разглядывал девушку.
- Ленка, болит где? – поинтересовался он, аккуратно прощупывая ушибленную ногу.
- Везде, - раздраженно отозвалась Кулемина, которая так и не смогла выкинуть из головы Светочкины сырники, а потому была вовсе не рада видеть своего спасителя, тем более, на таком близком расстоянии.
- Кулемина, - укоризненно протянул физрук и чуть сильнее нажал на кожу где-то в области лодыжки.
Ленка вскрикнула, заставив спортсмена вздрогнуть и, чуть поскуливая, начала тяжело дышать.
- Вы чего?! – возмутилась она. – Больно же!
Виктор прищурился и, покачав головой, хмуро спросил:
- А почему не сказала, где больно?
Лена цокнула языком и стала внимательно разглядывать стоящую где-то справа вывеску магазина.
- Лен, тебе в травмпункт надо. Судя по всему… да нет, я уверен даже: у тебя перелом.
- А я не догадалась! – Девушка закатила глаза и нежно, едва касаясь, потерла болезненное место. – Как я до травмпункта доберусь?!
- Как-как… У тебя вариантов много? – Степнов добродушно хмыкнул и снял с себя куртку, накинув ее на плечи немного подрагивающей и от холода, и от боли Ленке. – И как тебя угораздило только, невозможно ведь одну оставить, найдешь не только приключения, но еще и травмы! – пробормотал он уже тише и себе под нос. Лена, впрочем, услышала и даже оскорбилась, но на ее внешнем виде это никак не отразилось: на лице и так была написана глубокая обида на «сырники».
Виктор осторожно обхватил ее руками: правую положил ей на спину, а левую поместил под коленями девушки. Через секунду он уже подхватил Ленку и, стараясь идти поаккуратнее, понес ее по направлению к ближайшей поликлинике. Все его беспокойство раздавила всепоглощающая нежность по отношению к этой упрямой девушке, которая даже с безумной болью в ноге отказалась обхватить его шею левой рукой для удобства, положив ее вместо этого себе на живот, и отвернулась в противоположную от него сторону, делая вид, что окружающий пейзаж поражает своим разнообразием. Ленка же в это время раздумывала над тем, стоит ли ей в ее рационе отказаться и от блинов тоже или сырниками можно ограничиться.
- Лен, может, все же положишь руку мне на плечо? Мне удобнее тебя нести будет… - робко предположил мужчина.
- Не дождетесь, - процедила Ленка и демонстративно немного отодвинулась от Степнова, заставив его изменить положение рук.
Несколько минут спустя Степнов, не переставая наслаждаться такой неожиданной, но приятной близостью с девушкой, попытался немного нежнее и крепче ее обнять, чуть передвинув руки и незаметным движением прижав ее поближе к себе.
- Руки! – ледяным голосом произнесла Кулемина.
- Чего? - попытался изобразить непонимание Степнов.
- Руки уберите, я сказала! – раздраженно бросила она, дернувшись и отодвинувшись на некоторое расстояние. – Этими руками будете вкусные сырники жрать, а меня трогать не надо!!!
Виктор оторопело замолчал и ускорил шаг, желая поскорее попасть к врачу, который мог бы избавить Ленку от невыносимой боли. Пока они шли, она иногда вздрагивала и дергалась, с силой сжимая зубы, чтобы не застонать. А Степнову приходилось мучиться от невозможности облегчить ее страдания и забрать ее боль себе. С каждым ее едва слышным полустоном у него внутри что-то как будто обрывалось, но физрук старался не сбавлять шаг.

В поликлинике в это раннее время был всего один дежурный врач, он-то и осмотрел Ленку. Поставив очевидный диагноз «перелом», врач сказал девушке поспать немного в свободной палате и подержать ногу в специальной повязке, чтобы завтра наложить гипс: у них не хватало каких-то инструментов, которые должны были подвезти только к десяти утра. Степнова доктор до последнего не хотел пускать в палату, объясняя емким «не положено», однако благодаря природному упрямству Виктору удалось выбить разрешение. А, может быть, еще и благодаря брошенной вскользь нахмуренной Ленкой фразе «да ладно уж, пусть побудет…».
Кулемину уложили на небольшую длинную кровать, не забыв прикрепить подставку для сломанной ноги. Виктор сел рядом и стал напряженно вглядываться в ее лицо. Ленка выглядела уставшей, раздраженной, но на удивление очень хрупкой.
- Дед волноваться не будет? – обеспокоенно спросила она, вспомнив о Кулемине-старшем.
- Нет, он же думает, что ты со мной. – Виктор пожал плечами и пересел чуть поближе.
- Ошибается, - буркнула Ленка и отвернулась к стене.
Степнов расплылся в довольной улыбке. Обиделась, конечно. Но уже почти отошла. Ворчит как-то нехотя, губы при этом непослушно подрагивают, грозясь сложиться в широкую улыбку, а в глазах ничем не прикрытые смешинки и какая-то сумасшедшая нежность.
Буквально через пару минут он уже слышал тихое сопение. Конечно, устала. Ночью не спала, а тут еще и стресс такой…
Виктор немного наклонился и аккуратно положил левую руку на плечо девушки, приобняв ее. Ленка, которая еще не успела забыться крепким сном, вздрогнула, что-то раздраженно пробубнила, но отодвигаться не стала. А что? Так теплее. И намного приятнее. А Степнов благоразумно сделал вид, что ничего не расслышал.

*********

Медсестра разбудила Кулемину в одиннадцать утра, сказав, что через полчаса придет доктор накладывать ей гипс. Ленка сощурила глаза от слишком яркого солнечного света, пробивавшегося через жалюзи. Голова немного болела, рука, которую она выставила вперед при падении, неприятно саднила, а вот нога из-за вколотого обезболивающего совсем не беспокоила. Девушка немного встрепенулась и, аккуратно приподнявшись, попыталась оглядеться.
Палата была трехместной, но, кроме нее, в ней не было больше никаких больных. Взгляд упал на темно-синее кресло между двумя пустыми кроватями. Развалившись и выставив обе ноги вперед для опоры, в нем спал Степнов. Лицо было каким-то напряженным и нахмуренным: губы сжаты, между бровями легла морщинка. Ленка невольно улыбнулась. Почему-то именно в этот момент пришло то ощущение, которое должно было появиться еще тогда, когда он молча уверенно положил ее руку в свою. Это чувство просто переполняло ее, стало как-то очень тепло, а еще захотелось смеяться. МОЙ. Ну, конечно, ее, не Светочкин и даже не сырников! Он всегда ей все прощал, всегда приходил, когда она звала. Вот и вчера… Как истеричка какая-то, взяла и вспылила из-за дурацких мучных изделий. А он даже не подумал обидеться, простил все мгновенно, да еще и оказал неоценимую помощь.
Как она вообще могла представить себе жизнь без него? А кто ее тогда выручит? Кто поможет? Кто поддержит? А кого она – любить будет?... Неужели она, правда, думала все это потерять из-за… сырников?! Идеальные черты лица осветились радостным пониманием своей глупости и того, что еще совсем не все потеряно. В это же мгновение голубые глаза медленно открылись, и у Ленки перехватило дыхание от того изучающего взгляда, которым ее начал пожирать Степнов.
- Лен, - хриплым ото сна голосом заговорил Виктор. – Чувствуешь себя как? В порядке все?
Кулемина неожиданно для мужчины расплылась в самой солнечной улыбке.
- Лучше не бывает, - уверенно заявила она. – Виктор Михайлович, вы… вы меня простите, я вчера…
Пока Ленка пыталась сформулировать свое истеричное поведение, Степнов быстро встал с кресла, подлетел к ее кровати и сел рядышком на корточки.
- Неважно! – прервал он ее сумбурный поток слов и нежно погладил лежащую руку. – Слышишь, неважно! – Улыбнулся. – Не дуешься больше?
От нежности в голосе девушка оторопела, растерялась и смутилась. Нерешительно встретившись с Виктором взглядом, молча, с виноватой улыбкой, покачала головой. Степнов незаметно облегченно выдохнул и провел рукой по порозовевшей щеке, трепетно вглядываясь в такие теплые и мягкие черты лица. Ленка сама подалась вперед и нежно коснулась своими губами его губ.
Скрипнула дверь, и они оба отскочили друг от друга. Виктор спешно вернулся в кресло.
- Ну, что, будем гипс накладывать?

*********

Ленка сидела на кухне у Степнова и, не переставая улыбаться, смешно и как-то по-детски болтала ногами. Одна нога была, правда, в гипсе, но это нисколько не мешало вот так вот расслабленно и немного мечтательно ею махать.
- Виктор Михайлович!
Степнов поднял голову и встретился с сияющим взглядом зеленых глаза.
- Чего, Ленок?
- А, знаете, я сырники терпеть не могу! Так что у меня вам их поесть не удастся… - Она смущенно отвела взгляд и продолжила увлеченное болтание ногами.
Виктор расслабленно улыбнулся и бросил:
- Ничего, Светочкины вспоминать буду.
Светочкины. Вспоминать. Будет. Он Светочку вспоминать будет? Постоянно?! И сырники эти несчастные?!
Лена снова вспыхнула и, не обращая внимания даже на загипсованную ногу, метнулась к входной двери. Степнов провожал ее немного смеющимся, но полным любви взглядом. У самого выхода девушка резко остановилась, развернулась и с подозрением и болью вгляделась в его лицо.
- Что, вот так вот и отпустите? – отказываясь верить, спросила она.
Виктор, силясь скрыть улыбку, отрицательно покачал головой.
- Нет.
Ленка подождала еще пару секунд хоть каких-то действий, но их не последовало. Оскорбленно отвернувшись, она решительно повернула защелку и дернула ручку двери. Чуть потянула на себя и снова дернула. Никакого эффекта. Толкнула. Дверь на месте.
Внезапно сзади ощутила теплое дыхание. Сильные руки обняли ее и прижали к груди.
- Дверь, Ленка, еще и на ключ закрыть можно, - улыбаясь, прошептал Степнов.
Девушка немного дернулась в его объятиях, чуть отстранилась и развернулась лицом, в то же мгновение вновь оказавшись в кольце рук.
- И что, теперь не отпустишь больше? – В глазах почти осязаемая надежда.
Виктор молча качнул головой. Лена счастливо улыбнулась и, обняв Степнова покрепче обеими руками, уткнулась лицом в такую уютную грудь. А все самое интересное – оно впереди только.

Здесь рада вам буду

Спасибо: 91 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1398
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 87
Фото:

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 23.08.09 02:44. Заголовок: Автор: Аллочка Бета:..


Автор: Аллочка
Бета: Kristenka
Название: Москва-Владивосток
Рейтинг: PG
Жанр: POV, Romance
Статус: Окончен
От автора: Очень захотелось написать что-нибудь, связанное с Владивостоком, после интервью с Menata, во время, вернее даже. Сомнения были и есть, ну да вот так вот.

Только что выпроводила Василия Даниловича и уложила деда спать. Засиделись они сегодня: времени половина второго ночи уже. Ну и что, что роман переиздают? Праздновать и днем можно. И апельсиновым соком. Тоже мне, и где так называемая взрослая сознательность?! Хотя ладно, не так уж это важно. И чего я взъелась? В последние полгода я стала слишком нервной, почти истеричкой. Да, знаешь, тебе удалось вообще изменить меня до неузнаваемости. Я с тобой все делала впервые. В первый раз сама, безо всяких шагов с твоей стороны, поцеловала тебя. В первый раз напилась. Первый раз сама попыталась восстановить то, что разрушила, не ожидая глупых и так часто ненужных милостей от переменчивой Судьбы.
А еще в первый раз ощутила то, о чем Новикова, хихикая и смущенно щуря глаза, еще в десятом классе щебетала на ушко Липатовой. Впрочем, наверное, никто другой и не смог бы вывернуть меня наизнанку и заставить поверить в то, что так – лучше. Я ведь недоверчивая. А до сих пор не пытаюсь тебе никак противиться. Так вот, в довершение ко всему, я стала еще и истерить по поводу и без. В общем-то, все привыкли. Да и привыкать-то было некому. Удивительно, наверное, но Ранетки сразу после школы стали мне какими-то чужими. В Снегинку поступили вместе, учимся сейчас на одном факультете, но я уже и вспомнить не могу, когда была последняя репетиция. Может быть, дело в том, что у меня нет ни малейшего желания играть. Оно было, когда у нас с тобой была надежда. Оно было, когда я страдала от безысходности. Было, когда я почему-то думала, что все будет просто и сразу. Было, когда разочаровывалась. Было, когда ТЫ был рядом. И нет сейчас. Никакого.
Да что я все о грустном? Пошла сделала чай с сахаром, Рассказов когда-то говорил что-то про позитив. Точно не помню. На вкус до ужаса противно. Может, дело в привычке всегда без сахара пить, а может, я переборщила. Морщусь, но пью. А вдруг?..
Бросила взгляд на часы. Без пятнадцати два. Значит, уже встал… Ты не думай, что я устала! Это ничего, что пальцы едва заметно трясутся, а глаза так и норовят коварно закрыться. Это ерунда все, поверь! Я уже привыкла не спать ночами. Знаешь, я успеваю чуть подремать на парах. И еще после того, как прихожу домой: ты еще спишь, для сна есть время и у меня. Видишь, забавно получается: спим мы даже вроде как вместе. Только желанного ощущения единения не приходит. Зато есть стойкое впечатление, что все это напоминает зеркало. Ладошка с этой стороны, ладошка – с той. И все равно не чувствуешь ничего, кроме холода стекла. Абсурд какой-то. Да я уже почти привыкла, что мою жизнь легко можно сравнить с плачевным чаепитием небезызвестной детской сказки, написанной, как это всегда и бывает со сказками, для взрослых.
Это все ничего, зато мое время полностью принадлежит тебе. А я имею возможность оторвать хотя бы кусочек от твоего. Чтобы потом бережно хранить его и с восторгом вспоминать.
Сажусь в кресло поудобнее, прикрываю глаза в предвкушении нового деления минут на твои, мои и НАШИ. Неважно, что все они находятся на плоском мониторе гудящего компьютера. Через пару минут не будет ни монитора, ни системного блока – будем только мы. Хотя нет, это по мою сторону экрана только мы, а по твою – еще много людей вокруг, с которыми тебя приходится делить. Но все равно трепещу от того, что хотя бы на пару секунд, пока ты набираешь сообщение и нажимаешь enter, ты – мой. Мой же.
Включила колонки. А не могу уже без этого всем знакомого из аси О-о! Да и если я вдруг позволю себе отвлечься от Тебя и пойти за водой или чаем, то всегда услышу. Конечно же, сначала прибегу ответить, а потом уже закончу то, что делала. А как иначе? Ты же не думаешь, что я могу заставить тебя ждать?
Оттуда, с экрана, ты мне улыбаешься и забавно моргаешь круглой желтой рожицей. Значит, настроение хорошее. Секунда – и оно уже и у меня превосходное. А как? Не плохим же с тобой делиться. С улыбкой читаю о том, как разбил утром чашку и как сильно опаздывают твои игроки. А я сижу и им завидую. Они же могут видеть тебя каждый день с утра до вечера! И опаздывают…
Послушай, я ведь помню, как все начиналось. Как ты клятвенно обещал, что не будет никакого общения по Интернету. Что по телефону – удобнее. И приятнее. А я уже и подзабывать начала…
Ты уезжал во Владивосток ровно на один месяц. Твой хороший друг, бывший одноклассник, являющийся тренером перспективной баскетбольной команды, сломал руку, а его обычный заместитель тогда был в отпуске. Он, не слишком надеясь на согласие, попросил тебя. Я тогда увидела, КАК загорелись твои глаза. Где-то в глубине появились серебристо-голубые сияющие искорки. Ты не собирался никуда ехать, не сомневался даже. Но я точно знала, что этот месяц тебя осчастливит. Конечно же, уговорила. Ты посопротивлялся немного, аргументируя это тем, что не можешь оставить меня одну на целый месяц. И я напомнила о деде. Твое желание было слишком очевидным, так что я над своим решением даже не задумывалась.
И я хорошо помню, первые две недели ты звонил несколько раз в день, и я каждый раз взлетала от звука твоего голоса. Тебе тогда было интересно все-все обо мне, даже создавалась иллюзия, что ты все еще рядом, вот тут, стоит прикоснуться только. А потом понемногу, не сразу, я стала чувствовать, что ты влюбляешься. И я становлюсь уже не такой нужной. Влюбляешься в свою работу. Конечно, ведь профессиональная команда, где каждый беспрекословно слушает тренера – это не вечно норовящие прогулять неспортивные школьники. И приятнее, и результативнее. Но, в первую очередь, и это важнее намного: ты влюблялся в город. В тот город, куда ехал с неохотой, потому что далеко, в тот город, где собирался пробыть месяц и примчаться домой, в тот город, который я, может быть, и должна была ненавидеть, но стала любить еще сильнее тебя: потому что ТЫ любил. Сначала ты просто с восторгом описывал море. Видимо, просто не замечал всего остального. А я тогда искала фотографии этого моря, чтобы так же, как ты – смотреть на него. И правда, красиво.
Потом стал с какой-то теплотой говорить о широких и узких улочках, о домах, о площадях и памятниках. А потом перестал рассказывать. Привык. Только съемную квартиру стал «домом» называть, хотя раньше всегда просто «квартира» и говорил. Я стала свыкаться с мыслью, что прошел уже не один месяц. Как-то пришли к выводу, что по телефону не так удобно, как по асе…
И с тех пор я живу по твоему времени в твоем небольшом открытом окошке. Ты не говоришь о возвращении, а я не хочу спрашивать: я заранее боюсь ответа. А потому просто каждую минуту ловлю, пробую и сохраняю.
Вот и сейчас. У тебя утро понедельника, ты довольный и выспавшийся с выходных, а для меня воскресение еще не закончилось. Странно, всего девять часов на самолете, а ты как будто в параллельном мире оказался. Не самое это приятное ощущение – осознавать, что у нас даже дни разными получаются иногда.
Зато появляется приятная дрожь от того, что я, как вор, краду у тебя кусочки следующего дня, того дня, в котором уже живешь ты и который еще не наступил для меня.
И вроде бы все как обычно: ты изредка пишешь, оставляя своих ребят выполнять упражнения, а я почти совсем не отхожу от монитора, чтобы не пропустить редкое «скучаю» и совсем редкое, почти невозможное «люблю». Только сегодня я не смогу с тобой быть весь твой рабочий день. Ты-то привык уже, что я здесь всегда, а мне надо за кое-какими вещами съездить. Я решила, что не так важно, кто из нас сделает первый шаг навстречу, важно, что это очень необходимо обоим. Я знаю, точно знаю, что любишь, я чувствую, хотя и нечасто слышу. А значит, хочешь видеть рядом. Завтра утром я вылетаю в такой далекий, но ставший и мне уже почти родным Владивосток. А ты будешь рад, я знаю, что будешь. И дед меня понял и отпустил, сказав только, что попрощается со мной уже утром: Василий Данилович умудрился руку сломать, и они решили это то ли обмыть, то ли пожалеть, в общем, провести вечер в компании наливки. Только я не знаю пока, что мне тебе сказать. Куда я ухожу? Почему меня не будет? Всегда ведь дома сижу…
Надо же, а выход сам нашелся! Ты написал, что тебе пораньше уйти надо будет. Ушли мы одновременно. Опять синхронно. Наверное, уже не можем по-другому.

Проснулась от звонка в дверь. Посмотрела на время: три часа ночи. Обычно я в это время с тобой общаюсь, но ты сказал, что тебе нужно будет отъехать, а потому я позволила себе поспать. Подумала, что приснилось. Как ни странно, звонок повторился. Видеть никого мучительно не хотелось, открывать, соответственно, тоже, но любопытство пересилило, и пришлось вставать.
Нет! Это не может быть! Это не можешь быть ТЫ! Ты же там, а я же… Но это ты, точно ты.

Да тише ты, что ты разволновался так! Никуда я не ухожу, зачем мне от Тебя уходить куда-то?! Я буквально на минутку. Еще немножко на Владивосток посмотреть на плоском экране. А красиво ведь! И ты любишь, любишь же. И я его уже любить научилась. Что нас в Москве держит? Ничего. Ты спи, спи. Проснешься – поговорим. Потому что где, кем и как – это неважно, веришь, совсем неважно. Главное – что вместе. Я не отпущу тебя теперь. И ты меня не отпустишь, я чувствую, как крепко обнимаешь.

Спасибо: 77 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1678
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 105
Фото:

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.09.09 00:27. Заголовок: Автор: Аллочка Бета:..


Автор: Аллочка
Бета: Kristenka
Название: Другая
Рейтинг: PG-13 *наверное все-таки*
Жанр: AU, OOC
Статус: Окончен
От автора: три части будет

Что такое измена? Это ведь не сам факт совершения какого-то действия. Это не косой взгляд в другую сторону, не приятное общение во время обеда, не затянувшиеся паузы во время разговоров дома, не поход в кино, названный покером с друзьями, это не тот миг, когда он со стоном удовольствия становится чьей-то частью, только не твоей, даже не те минуты, которые он проводит после сладкого пробуждения, это не блестящие потом, под утро глаза от наслаждения, удовлетворения и животного страха быть рассекреченным, нет. Это не те секунды, за которые ты все мгновенно понимаешь. Не те минуты, в которые вскакиваешь и убегаешь. Не те часы, которые силишься прийти в себя, но не можешь. Тело как будто онемевшее, хочется, чтобы кто-нибудь плеснул в твое безжизненное лицо ушат ледяной воды, а ты вскрикнула и очнулась. Только нет никого, кто мог бы это сделать. Когда, ему назло, морщишься от чьего-то пыхтения прямо над ухом в каком-то маленьком гостиничном номере, это не измена. Это просто секс. Измена – это состояние души. Причем перманентное и трудноизменяемое.
С седьмого класса Лена была наивно и трепетно влюблена в своего учителя по физкультуре. Он был идеалом, ее личным идеалом. Сначала она просто училась у него всему, чему только могла. Стала хорошей спортсменкой. Нет, самой лучшей. Научилась у него тому, что такое сила воли, стремление к победе любой ценой, стойкость, выдержка, гордость, а иногда и жесткость. Как потом оказалось, не научилась только самому главному – равнодушию и жестокости. Хотя стоило. Она смогла стать именно такой, какой он хотел бы ее видеть. Ничего удивительного в том, что в девятом классе он признался ей в своих чувствах. И до десятого класса она прожила свой самый счастливый в жизни год. А потом в один момент полностью прочувствовала, что же такое измена. Она могла рассказать об этом все. Как, замирая, смотрела снизу вверх в его бездонные глаза, как вечерами тренировалась наедине с ним, как рассказывала о себе, о деде. И ничего, что ему это было нисколечко не интересно, он слушал. Как нежен он был с ней. Как страстен, как жаден. И как жесток. В один день узнала о том, что на протяжении всего года у него была другая. Это просто не укладывалось в ее голове. Неужели у него была другая, когда они целовались у дверей? Неужели была другая, когда она гладила его кудрявые волосы, а он что-то нежно шептал? Неужели и когда они засыпали под утро, немного утомленные, но, как ей казалось, до безумия влюбленные, неужели и тогда – другая? А впрочем, по прошествии месяца беспорядочных связей и полного равнодушия к учебе, это наконец-то уложилось в ее голове.
Боль не прошла, нет, она постоянно напоминала о себе, но девушка понимала, что ей нужно жить, и жить не так, как этот месяц, а нормально. Как минимум, следовало подыскать другую школу. В середине десятого класса, в ноябре, это сделать непросто, однако и выхода другого не было.

Лена, ссутулившись, вошла в класс на первый урок с пятнадцатиминутным опозданием. Идти туда категорически не хотелось, но не прогуливать ведь в первый же день. Какой-то злой рок: первым уроком в новой школе была физкультура. Дети со страдальческими лицами, еле перебирая ноги, бегали по залу. В противоположном от девушки углу стоял высокий привлекательный брюнет, который орал, практически не замолкая, и постоянно дул в свой верещащий свисток.
Кулемина с облегчением подумала, что на Него совсем не похож. Значит, будет не так тяжело. Физрук ее заметить не успел, поэтому она аккуратно подошла к стенке, заметив стоящую рядом симпатичную девушку с доброжелательным выражением лица.
- Привет, - жизнерадостно поздоровалась та. – Ты новенькая, да?
- Старенькая, - нехотя съязвила Ленка и окинула одноклассницу взглядом.
Длинные, забранные в хвост, вьющиеся светлые волосы, немного кудрявая челка, прикрывающая глаза, сияющие огромные зеленые глаза, и искренняя улыбка. Высокая, почти Ленкиного роста, стройная и какая-то до отвращения радостная. Сама Ленка уже давно ТАК не улыбалась. Зависть? Нет, просто непонимание и какая-то насмешка свысока над таким глупым и недолговечным счастьем. Уж она-то эту улыбку знала. Ее имя – любимый мужчина. А значит, и у этой девицы скоро такой улыбки не будет. Тогда и поговорить с ней можно будет, а сейчас не о чем. До одурения наивная и слишком настоящая для этого города. Да нет, даже мира.
- Забавная ты. Меня Лена зовут, - представилась блондинка.
- И меня Лена. – Кулемина лениво кивнула и стала наблюдать за новым физруком.
- Тезка, значит!!! – восторженно воскликнула Лена. – Здорово! – Улыбнулась. – Лена Миронова.
- А меня просто Лена можно, - задумчиво протянула Кулемина, не сводя глаз с мужчины.
Миронова проследила за ее взглядом и проговорила:
- А физрук у нас Виктор Михайлович Степнов.
– Ничего, симпатичный. Крикливый больно только… И пресс бы немного подкачать. А так – сойдет.
- Он хороший! Самый лучший… - Лена расплылась в улыбке и лукаво отвела взгляд.
«О, ну тут все понятно». Кулемина сжала губы, пытаясь сдержать рвущуюся наружу язвительную улыбку. Какой же дурой она была! Неужели и она со стороны так же глупо выглядела?
- А ты не бегаешь почему? – равнодушно спросила Ленка.
- Так мне нельзя сейчас. – Миронова густо покраснела и спрятала глаза.
Лена чуть не расхохоталась в голос. Ну надо же, и такие десятиклассницы еще остались…
Наконец Степнов заметил новенькую девушку. Темные джинсы, черная футболка с белым рисунком, прямые волосы до плеч и закрывающая пол-лица челка. Замечательно! И со спортом наверняка не дружит, по крайней мере энтузиазма что-то видно не было.
Быстрым шагом мужчина подошел к ней и рявкнул прямо в лицо:
- Ты Кулемина?! Что стоим, кого ждем? Бегом отжиматься!
Ленка даже не вздрогнула, просто подняла на преподавателя свои зеленые глаза и обдала таким равнодушием вперемешку с презрением, что тот даже нахмурился. Миронова же, наоборот, от неожиданности отскочила немного и теперь испуганно оглядывала Степнова.
- Ленок, а ты чего стоишь? – мужской голос мгновенно потеплел, а в синих глазах появилась забота. – Иди на лавочке посиди, музыку там послушай, или чего…
«Офигеть, иерархия! Ей "Ленок", а мне "отжимайся"!». Где-то в сердце кольнули воспоминания о том, как Он гонял ее на своих уроках, а потом, запыхавшуюся и вспотевшую, прижимал к стенке и… Кулемину тряхнула головой и зло посмотрела на мужчину.
- Первое. Доброе утро! Второе. Зовут меня Лена, по фамилии только во время переклички можно. – А то для Него она и в постели Кулеминой была. Она вообще порой теряла уверенность в том, что Он знает ее имя. – Третье. Отжаться – без проблем. Только, Виктор, я вас уверяю, лучше сначала побегать, размять мышцы ног-рук, а вот потом и отжиматься можно.
От такой наглости все остановились и как-то притихли, а Миронова вообще находилась в состоянии глубокого шока.
- Не Виктор, а Виктор Михайлович! – Лена только прищурилась и подняла одну бровь, подавляя смешок. Степнов поджал губы и внимательно рассмотрел девушку. – Спортсменка? – Насчет отжиманий было попросту бесполезно спорить.
- Бывшая.
- Бывших не бывает, - отрезал. – Бегом марш!
Ленка поморщилась, с демонстративной ленью завязала покрепче шнурки на кроссовках и, захватив плеер, начала бег по залу.
Минут через пять ей это надоело. Неконтролируемая ненависть к спорту у Лены появилась после ухода от Него. Раньше она и дня без спорта не могла – потому что и он не мог – а теперь сторонилась любого упоминания. И уж точно не собиралась, как дура, наматывать круги по пыльному залу. Ленка резко затормозила, чем немного сбила одноклассников, после чего тряхнула челкой и с наглой улыбкой обратилась к преподавателю:
- Виктор, я устала! К тому же, бегать по залу ужасно скучно… Я рядом с Леной, - она показала на Миронову, - посижу, ага?
- Что значит рядом с Леной?! – возмущенно воскликнул Степнов. – Какой я тебе Виктор?! Кулемина, пошли, подтягивания сдавать будешь!
- Я уже говорила, что зовут меня Лена! – Щеки немного поалели, но ехидная ухмылка никуда с лица не делась. – И сдавать я ничего не буду!
- Не будешь?! – Весь класс притормозил, с нескрываемым интересом разглядывая новенькую девушку. – Так, чего встали, все побежали, команды «шагом марш» не было!!! – обратился он к ребятам.
- А почему я в первый же день что-то сдавать должна?! Максимум – побегать, ну так я побегала! – сообщила Кулемина с истинно ангельской улыбкой.
Виктор тяжело вздохнул, собирая все остатки силы воли, чтобы держать себя в руках.
- Ладно, хочешь – сиди. Но имей в виду: на оценках это скажется не самым положительным образом! – на этой фразе его обдало таким презрением и превосходством зеленых глаз, что он резко остановил свою тираду.
- Хорошо, - Ленка коварно улыбнулась и попыталась изобразить вежливость, - обязательно учту.
Да уж, вот именно оценки по физкультуре ее волновали больше всего. Ее бы воля, она бы вообще в школе не появлялась, но, какая бы боль внутри нее ни сидела, как бы равнодушно она ни относилась ко всему, что ее окружает, она все же понимала, что без оконченных одиннадцати классов с больным дедом дорога на панель ей заказана, а идти туда она не испытывала никакого желания. Нужно было окончить школу и пойти учиться хоть на кого-нибудь, ей было все равно, лишь бы выучиться
- Лен, зачем ты так с ним? – неожиданно подала голос Миронова.
Лена удивленно повернулась и внимательно изучила выражение лица девушки. А вот взять бы и сказать ей, что все дело в том, что она год встречалась с физруком, который весь год ей изменял, мало того, что встречалась, так, на свою голову, любила, и вот теперь она не переносит физкультуру в любых ее проявлениях. Да уж, в такой момент огромные зеленые глаза расширились бы, губки раскрылись, а по щеке поползли бы слезы от ужаса осознания. До чего же все-таки наивная.
- Да просто развлекаюсь. – Лена пожала плечами и стала увлеченно тыкать что-то в плеере.
Через какое-то время баскетбольный мяч нечаянно угодил в какого-то ученика, после чего тот с воплем накинулся на одноклассника.
- Так!!! Стоять!!! – заорал Виктор Михайлович. – Безопасность еще никто не отменял! Что бы ни случилось, необходимо сначала оказать соответствующую помощь, а уже потом устраивать разборки.
- Приплыли, - мрачно изрекла Кулемина и хмыкнула.
- Лен, ну чего ты? На всех так бросаешься?
Ленку одноклассница окончательно достала. Ну неужели сразу непонятно, что к ней лезть не надо?! От пришедшей в голову мысли Ленка широко улыбнулась и подняла руку.
- Да, Ку… Лен?
- Виктор, - пауза, - Михайлович, а если у меня прямо на вашем уроке начнутся эти дни, вы сможете оказать мне соответствующую помощь? – Подняла брови и приготовилась к крику. Как ни странно, его не последовало.
Лена покосилась на Миронову: та сидела красная как рак и боялась и слово сказать.
- Думаю, что такая помощь у вас с собой должна быть, а не у меня. – Виктор ухмыльнулся. – В противном случае испачканные брюки вашей безопасности никоим образом не угрожают.
Ленкины глаза недобро сверкнули. Обаятельный, скотина. Быстро нашелся.

- Кулемина, ты же новенькая? – спросила ее симпатичная брюнетка.
- Ну? – осторожно ответила Ленка.
- Меня Рита зовут, Лужина Рита. – Девушка искренне улыбнулась. – В классе я дежурная, но несменяемая уже на протяжении трех месяцев, никто же из наших не хочет… Давай ты побудешь? Нужно просто журнал носить и там о разных мероприятиях сообщать.
- Да пожалуйста. – Дежурная, так дежурная. А какая разница? В любом случае в школе она будет появляться не так уж и часто.
- Спасибо!

Лена вошла в пустой зал. Из подсобки слышались какие-то голоса, а на полу лежал одинокий баскетбольный мяч. Как-то болезненно улыбнулась. Давно заученными движениями подняла, почеканила и забросила в корзину. Конечно попала, она никогда не промахивалась. Он научил. Со злостью отбросила мяч куда-то к стенке и уже хотела было зайти, как с интересом прислушалась к говорящим внутри.
- Игорь, что ты мне про Светочку все? Это уже не смешно даже, все к ее выходкам просто привыкли, хотя, признаю, вчерашняя с прилюдным стриптизом до полупрозрачного топа была апогеем!
- Так, Степнов, что произошло, что ты ворчишь?!
- Да дурдом!
- О, опять до нормативов не дотянули?!
- Если бы! Новая головная боль появилась. Высокая блондинка с зелеными глазами по имени Лена. Увидишь – наори от моего имени!
Лена усмехнулась и продолжила слушать.
- Вить, ну какая ж это новая?! Эта головная боль тебе уже год покоя не дает, а я тебе говорю: иди и признайся!
- Блин, Рассказов, совсем офигел?! Я про новенькую, Кулемину. А мою Ленку не трожь. Да как ты вообще можешь сравнить ЭТУ с Леночкой?
От сказанных слов у Лены непроизвольно приоткрылся рот и предательски захотелось врезать по этой наглой роже.
- Так, Вить, я ее не видел еще, ну как я сравнивать могу?
- Вот и не сравнивай! – рявкнул. – Ленка… она же как ангел. А эта – шпана какая-то дворовая, что ее только к нам занесло, не хватает нам Зеленовой с ее капризами, так еще за этой выскочкой следить!
Большего Лена выдержать не могла. Она рывком распахнула дверь, ворвалась в подсобку, мило улыбнулась Рассказову, выхватила журнал из рук Виктора и вылетела в коридор, что-то усердно бормоча себе под нос.
- Это…?
- Лена, - обреченно выдохнул Степнов и с сомнением покосился на тонкую дверь.

Ленка не злилась, нет. Она не собиралась скандалить или плакать в женском туалете. Она хотела отомстить. Отомстить так, чтобы ему стало так же больно, как и ей, только не от его слов, подумаешь, внешность не понравилась, а от Его измены. И логика была здесь не при чем. Плевать, что к Нему Степнов не имеет никакого отношения, кроме разве что одной профессии. Виктор обидел ее, а боль от в сотни раз большей обиды требовала какого-то выхода. Жестоко? Да нет, справедливо. Для нее, Лены, справедливо.

- Ленка, можно тебя? – После уроков Лена отловила Миронову и, нацепив самую доброжелательную улыбку, отвела ее к скамейкам возле раздевалки, где никого не было. – Лен, ты прости меня за Степнова и за то, что на тебя сорвалась, – утро было отвратительным…
Леночка смешным движением смахнула вьющуюся челку в сторону и с готовностью кивнула.
- Конечно, я понимаю! Ничего страшного.
- Лен, - Кулемина заговорщически огляделась, - а что у тебя с физруком?
Миронова покраснела и отвела взгляд.
- Ничего, - почти прошептал она.
- Ну я же вижу.
- Ну… Он мне нравится очень, - Лена сильно смутилась и начала тяжело дышать.
- И… - нетерпеливо протянула Кулемина. - …что между вами?
- Да ничего и быть не может! Он же учитель, да и зачем я ему нужна…
- То есть между вами вообще ничего не было?! – Лена действительно удивилась. Опять всплыли воспоминания о поцелуях и не только… «Так, теперь главное – не переборщить». – Ленка, иди сейчас к нему и поцелуй! Только не набрасывайся, а помягче… И я обещаю, все будет хорошо!
Это только со стороны может показаться странным, что девушка поверила абсолютно незнакомому человеку, причем не только поверила, но и беспрекословно послушалась, ни на миг не усомнившись в словах Кулеминой. Ничего странного не было. Лена обладала потрясающим даром убеждения, не срабатывало только с Ним.

Уже на следующий день возле входа в школу Кулемина не без удовольствия наблюдала трогательную сцену поцелуя физрука и Ленки. Она точно знала, что делала, главное – сказать и прийти вовремя, не раньше и не позже. Сейчас она была жестока как никогда. И ей было все равно, что цель не оправдывала средств, ведь и цели-то никакой не было. Просто сделать больно. Так же или больнее, неважно…

Спасибо: 69 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1681
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 105
Фото:

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 26.09.09 18:51. Заголовок: 2я http://jpe.ru/gif..





- Ленка, ну чего ты там с Виктором? – осторожно спросила спустя неделю Кулемина.
- Я… я счастлива! Спасибо тебе! Он любит меня, любит, представляешь! – большие зеленые глаза излучали счастье и веру в не менее счастливый следующий день.
«Представляю…» Лена расплылась в кошачьей улыбке.
- А у вас с ним что-нибудь было?
- В смысле? – Миронова непонимающе нахмурилась.
- Ну, то самое… - Лена изогнула бровь и подмигнула.
- Чего?
- Секс был?! – нетерпеливо спросила Кулемина, заранее абсолютно точно зная ответ.
- Нет, конечно! – Ленка в ужасе расширила глаза и часто захлопала пушистыми ресницами.
- Понятно… - многозначительный кивок.
«Ох, бедный мужик! Это ж сколько времени воздержания, наверное… Моральные принципы, блин, любовь. Ну ничего, исправим. А то что он мучается?»

На следующий урок физкультуры Лена надела спортивную форму, а не джинсы, как в прошлый раз. Конечно, это не был микроскопический топик с шортиками, но Ленка была довольна эффектом. Длинные черные брюки, чуть расклешенные к низу, визуально удлиняли ноги и делали их стройнее. Футболка также обтягивала все, что нужно было обтягивать, плюс была немного короче обычного, а потому чуть приоткрывала стройную талию и накачанный пресс.
Впрочем, спровоцировать Степнова было непросто. Все обжигающие взгляды синих глаз были направлены на другую зеленоглазую блондинку, однако Ленку это нисколько не смущало. Пара наклонов, одно падение, тщательное выстроенное дыхание во время сдачи нормативов по прессу, постоянные потягивания, случайные поглаживания и томные взгляды с едва сдерживаемой улыбкой. К концу урока Виктор был на грани. Любовь любовью, а он мужик абсолютно нормальной ориентации, и его реакция на подобные действия была незамедлительной: взять прямо здесь и сейчас. С этим боролось не менее сумасшедшее желание наорать на нее и сказать, что вообще-то у него есть любимая девушка. Нервно гаркнув напоследок, физрук распустил класс за пять минут до звонка – нонсенс.
Ленка плелась вместе со всем в раздевалку и просто сияла довольной улыбкой. Все так, как она и думала. Точно и без сбоев. Как надо.
Сунула в рот цитрусовый чупа-чупс и уверенной походкой пошла за журналом. Степнов сидел на стуле, ссутулившись и хмуро разглядывая какие-то стоящие на полке кубки.
- Виктор, - Лена обворожительно улыбнулась и, не делая никаких открытых намеков, с удовольствием попробовала на вкус конфету, - я за журналом.
- Лен, прекрати! – с отчаянием попросил он.
- Что прекратить?
Виктор выпрямился и пристально посмотрел на девушку своим рентгеновским взглядом.
- Ты знаешь, что. Я просто очень прошу. Я не знаю, зачем тебе это, может, просто скучно, но если я сорвусь, не будет ничего хорошего и для тебя, уж поверь.
- Я вообще не понимаю, о чем вы говорите! – Лена причмокнула и аккуратно выхватила журнал, задержавшись напоследок на лице учителя.
«Красивый все-таки… Мечта идиотки, блин».
Что-то напевая под нос, Кулемина вышла из подсобки, сама себе кивнув. Опять же – никаких расхождений, все так, как должно быть. Лучше просто не бывает.

В течение двух недель Ленка сосредоточенно доводила Степнова до точки кипения. Она видела его взгляды, чувствовала эмоции, а в какой-то момент начала опасно привязываться. Так нельзя! Он - всего лишь объект. Ее личный объект. Только ее. Нет, это опять не туда! Гнать непрошеные мысли было все сложнее, но Кулеминой и не такое переживать приходилось, справлялась она на ура.
Сорвался мужчина всего один раз. Когда Лена внаглую запрыгнула на его стол и попросила журнал, прекрасно зная, что сейчас на нем и сидит. На предложение достать его Степнов среагировал мгновенно: сорвал Кулемину со стола, прижал к стене и обжег ее губы жадным поцелуем. Опомнившись, оттолкнул, грубо выпихнул из подсобки, а потом долго приходил в себя. В целом Лена была довольна. Могло бы быть немного побыстрее, но нужно делать скидку на его большую и светлую любовь, а поэтому Кулемина запасалась терпением и силами на новые игры. Это доставляло ей удовольствие? Нет, вообще нет.
Ей нужен был результат: крах и боль. Но в последнее время она сама стала побаиваться своих действий – уж слишком некоторые отходили от плана, так, ее постоянная нервная дрожь при его появлении была вообще нежелательна, но устранить не удалось даже принятой парой сотен грамм коньяка.

- Кулемина! – Лену на перемене окликнула блондинка с пышной завитой шевелюрой и карими глазами, которые как-то недобро горели. – Тебя можно? – Девушка кивнула в сторону выхода из школы, приглашая поговорить на улице наедине.
- Ну, пойдем. – Лена непонимающе нахмурилась и последовала за одноклассницей.
Остановились они возле каких-то ступеней в подвал за школой.
- Новикова, ну чего тебе? – неприязненно поинтересовалась Ленка.
- Значит, слушай! – Лера угрожающе надвинулась, впрочем, на Кулемину это не произвело никакого эффекта. – Ты думаешь, что я такая же наивная, как и Ленка?! Я все вижу! А она моя лучшая подруга!!!
- И?! – Лена начинала понимать суть разговора, но ей не было никакого дела до мнения чрезмерно активной одноклассницы.
- Прекращай заигрывать со Степновым! У них ведь с Леночкой все только-только наладилось, они такие счастливые…
- Да какая тебе разница?! – огрызнулась Кулемина.
- Зачем тебе это?! – Лера в возмущении вскинула руки и приблизилась на шаг к Ленке. – Зачем ты его доводишь, зачем рушишь? Ты ведь все равно ему ничего не дашь!
- Чего я ему не дам?!
- Того, на что провоцируешь!
- С чего ты взяла? – Лена усмехнулась.
- Потому что ты стерва! Ты его отбить у Ленки хочешь, но он же тебе не нужен!
«Не нужен. Только не в Мироновой совсем дело, она массовка. А он не нужен. Совсем». Только почему-то предательски хотелось, чтобы он еще, хотя бы разочек, сорвался. А еще, незаметно для себя, она поторапливала завтрашний день. И одновременно очень его боялась. И это было не из плана. Она должна быть спокойна. А сердце, наплевав на все, билось как сумасшедшее.
- Девочка, ты что, думаешь, я обойдусь тупой провокацией?! Я похожа на дуру? Это малолетние девственницы обожают цитировать «Наш девиз непобедим: возбудим и не дадим», для того, чтобы получить мужика, коротеньких юбочек недостаточно!
Лера стояла в шоке и пару секунд не могла вымолвить и слова. Слишком резкими, откровенными, грубыми и пошлыми были слова, даже для такой, как Кулемина.
- О чем ты? – севшим голосом проговорила она.
Ленка всхлипнула и посмотрела на небо, молясь, чтобы из глаз не упала ни одна слезинка. Это были не ее мысли, не ее слова, не то, чем она жила. Это была просто глубокая обида и попытка хоть как-то поделиться своей болью с окружающими – рассказывать о себе Лене категорически не хотелось. Призвала себя успокоиться. Секунда, две – и она снова смотрела на Новикову своим насмешливым взглядом. В глазах все еще стояли слезы, но гораздо проще было предположить, что это от долгого лицезрения солнца, так что Лере и в голову не пришло, что Кулемина в тот момент переживала в душе.
- Ни о чем, - резко оборвала. – Лера, это только мое дело. Ничье больше. Не лезь, ничего не добьешься.
- Тогда считай это просьбой, - тихо прошептала Новикова и быстрым шагом ушла обратно в школу.

После уроков Лена забежала к Степнову, однако в зале, как и в подсобке, никого не оказалось. Разочарованно хмыкнув, девушка пошла к выходу.

А Виктор в это время сидел с историком в библиотеке (благо, у Светочки был выходной) и прерывал попытки друга научить его играть в шахматы своими душевными излияниями.
- Рассказов, у меня проблемы, мне не до ферзей с пешками сейчас!
Игорь Ильич закатил глаза и откинулся на спинку стула, приготовившись слушать.
- Я запутался!
- Опять Кулемина? – насмешливо спросил Игорь. Последние полторы недели все разговоры велись только о ней. Начинало надоедать, к тому же, выглядело немного странным, учитывая, что все это время у него была любимая девушка. Но любопытство не порок, и Рассказов никогда не прерывал друга.
- Игорь... – устало выдохнул Степнов. – Пойми, у меня ведь моя Ленка есть, Миронова! И я… ну, люблю же ее.
- И в чем тогда проблема?!
- Кажется, я влюбился… - Зарылся пальцами в темных волосах и покачал головой.
- Но ты же сам только что сказал, что любишь Лену! Как же ты тогда можешь в Кулемину влюбиться?
- Знаешь, Рассказов, если бы я понимал хоть что-нибудь, наверное, все бы не было так плохо! А я ни черта не понимаю…
- Думаю, для начала нужно определиться, любовь ли это по отношению к Лене.
- Которой? - с тихим отчаянием спросил Степнов.
- Да к обеим.
- Н-да… Ладно, Игорь, пойду я. Надо зал закрыть и Леночке позвонить, а то она волнуется…
- Которой? – со смешком уточнил Рассказов. Через секунду прямо в него полетел увесистый том Пушкина.

Степнов мчался из школы домой. Сегодня должен был состояться важный баскетбольный матч, а перед ним желательно бы успеть приготовить что-нибудь поесть. Одновременно он пытался обдумать слова Игоря, было ощущение, что ответ крутится где-то на поверхности, но его почему-то не видно. Начали появляться сомнения. А может, он просто убедил себя в том, что любит Миронову? У него была для этого масса причин: улыбчивая, симпатичная, всегда безукоризненно вежливая, такая забавно-наивная, а ко всему прочему, давно в него влюбленная. Так, может, его любовь не больше чем выдумка? Потому что для того, чтобы влюбиться в Кулемину, у него не было ни единой причины. Тем не менее ее улыбка постоянно стояла перед глазами. А единственный злосчастный поцелуй не желал стираться из памяти.
Но на ближайшем же светофоре он решил, что все это ерунда. Ленку он любит, по-настоящему, давно, она всегда его любимицей была. И лучше нее ему сложно представить себе девушку. А Кулемину он хочет, причем по ее же вине. Девчонка намеренно выводила его из себя, а он велся, как последний козел. А как на такую можно было не повестись?
Для пешеходов зажегся зеленый свет, и Степнов уже сделал шаг к бордюру, однако заметил едущий с левой стороны джип, который хоть и притормаживал, но к светофору явно не успевал. Краем глаза уловил высокую фигуру с накинутым капюшоном. Человек на противоположной стороне джипа явно не видел. От порыва ветра капюшон слетел, и сомнений в том, что он знает рассеянную особу, не осталось. Прямо под колеса машины шагала его ученица, Лена Кулемина.
Ни о чем подумать он даже не успел, просто дернулся в ее сторону, почти добежал, однако успел только с силой оттолкнуть, после чего раздался визг тормозов, а перед глазами в одно мгновение возникла черная дверь автомобиля. И только тогда пришли паника и дикое, неуправляемое беспокойство за Ленку. Обогнув джип и проигнорировав водителя, который что-то говорил, Виктор отбежал чуть подальше и присел рядом с лежащей на асфальте Леной. Девушка лежала с закрытыми глазами, у нее была рассечена губа, но никаких других видимых повреждений Степнов не заметил. Вот только и опасность от внутренних травм в разы больше, это он знал прекрасно. Встряхнул за плечи.
- Лена! Лен!
Ресницы чуть дрогнули, но не более.
- Лен! – уже почти кричал.
Осторожно поднял и взял на руки. От водителя джипа равнодушно отмахнулся и пошел к тротуару. Когда мужчина прошел несколько метров, Ленка распахнула свои глаза и без тени страха или смущения, зато с каким-то очаровательным лукавством спросила:
- Виктор, вы меня, может, отпустите?
От неожиданности Степнов действительно поставил Лену на землю.
- Так ты в порядке?
- Ну… - Ленка задумалась и улыбнулась. – Пара синяков не считается, а вот с поцелуями, - подошла к Виктору вплотную, на вздохе подняла голову и в миллиметре от его губ прошептала, - могут быть проблемы… - На секунду встретилась с ним взглядом и тут же, отвернувшись, сделала шаг назад.
Виктор сделал попытку прокашляться, но ком в горле не желал пропадать. Необычно хриплым голосом проговорил:
- Не мои ведь проблемы, - криво усмехнулся, сам не веря в свои слова.
- Ну, это как сказать… - Ленка с улыбкой отвела взгляд и, вздохнув, сказала, - ладно, домой я. Спасибо за все!
- Никуда ты одна не пойдешь! – неожиданно взорвался Степнов.
- Почему это?!
- Сразу несколько причин. Первая: нужно убедиться, что у тебя ничего серьезного нет, а ссадины – обработать. Вторая: с твоими способностями ты вполне можешь обеспечить проблемами еще один джип. Третье: темно на улице, а ты одна.
- Виктор… Михайлович, ну что я, маленькая?! Сама дойду, сама обработаю и за джипами впредь буду пристально наблюдать. – Лена раздраженно цокнула и уже собиралась идти, как вдруг замерла от следующих сказанных Виктором слов.
- И… еще я просто за тебя волнуюсь.
Обвела его уставшим взглядом и не устояла перед отчаянной просьбой в голубых глазах.
- Ладно, - выдохнула. – Ненадолго, пойдем.
План рушился на глазах. Ее дом – это только ее дом. Никаких Степновых там даже в мыслях быть не должно. Что-то было не так, не так, как она думала, как предполагала, как была уверена. Черт его знает, в чем было дело, может, в таких пронзительных глазах, а может, и в теплой ладони, уверенно сжимавшей ее руку. Одно было ясно: завтра будет сильно непросто, гораздо сложнее, чем думалось вначале.
Из полутемной прихожей Ленка провела Виктора на кухню и предложила чаю, на что тот ответил решительным отказом.
- Лен, сначала тебя нужно осмотреть.
- Ну, смотрите! – Кулемина крутанулась на месте. – Две руки, две ноги и даже голова – чего еще?!
- Лен, сядь, пожалуйста. Сними футболку и повернись ко мне спиной. Ты падала на спину, я видел. Ты хоть понимаешь, что это может грозить чем угодно – от смещения позвоночника до перелома!
- Слушайте, - Лена повысила голос, - если бы у меня был перелом или смещение, я бы это почувствовала, вам не кажется?!
- Лен, надо посмотреть, ну что с тобой?
Кулемина зажмурилась, отгоняя от себя воспоминания об очередном ушибе после соревнований, когда Он, прикрываясь тем, что нужно залечить…
- Облапать хотите – так и скажите! – Ленка подошла к мужчине вплотную и с вызовом посмотрела ему в глаза. – Я вроде как не против. Вот только не надо в доктора играть!
- Девушек не лапают, - Виктор мягко отстранил девушку от себя, - к ним прикасаются.- Ленка фыркнула и посмотрела на физрука как на полного идиота. Жизнь научила ее совсем другому. – А мне важно знать, все ли с тобой в порядке. Поэтому позволь мне, пожалуйста, убедиться в этом.
Лена подняла свои глаза и недоверчиво вгляделась в его лицо. Ему – важно? В голове это не укладывалось. Прищурилась и начала всматриваться еще пристальнее, ища подвох. Как назло, в синих глазах было только беспокойство, настоящее, такое, которое не сыграть. Не говоря ни слова, Кулемина развернулась, стянула футболку и села на стул.
Коротко вдохнув, Степнов осторожно пробежался пальцами по ее спине. В одном месте она ощутимо вздрогнула. Нажал чуть сильнее – тихо застонала. Ушиб, значит. Продолжил изучать. Обнаружил еще три синяка и две ссадины. Локти были сдерты в кровь – на них Ленка пыталась приземлиться. А чуть ниже правой лопатки была очаровательная родинка. Медленным движением убрал светлые волосы и прощупал шею. В порядке.
Отвернулся и прикрыл глаза. Кто его знает, какое в них в тот момент было выражение, в любом случае, оно было надежно закрыто.
- Лен, можешь надеть футболку. Только вот локти надо перекисью обработать, мало ли, к чему еще ты ими прикоснешься, не думаю, что мечтаешь о заражении. Ладно? – прозвучало как-то нерешительно.
Лена как-то непонятно всхлипнула и быстро натянула футболку. Откуда-то пришли странные и кажущиеся полной ерундой мысли. А вдруг она неправильно судит? Вдруг сделала слишком скоропостижные выводы по поводу своей недолгой жизни. Вдруг может быть – и по-другому? Не так, как она, как с ней, а по-другому, совсем по-другому. Без пошлости и похоти. Без грязи и напускной морали. А вот так вот – просто? Резко повернулась и немного испуганно посмотрела на Виктора. От нежности в глазах почему-то стало страшно.

Спасибо: 75 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1688
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 105
Фото:

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 27.09.09 15:40. Заголовок: Конец http://jpe.ru/..


Конец раньше обещала, не успела

- Ага, обработать… - эхом отозвалась она.
Ничего не спрашивая, нашел и перекись, и вату. Подошел к Ленке, сидящей на стуле, и аккуратно тронул за плечо. Чересчур резко обернулась и тут же отвела взгляд. Коротко выдохнула и с трудом произнесла:
- Ну давайте, обрабатывайте.
Степнов присел рядом с девушкой, осторожно взял ее руку и, промокнув прозрачной жидкостью вату, легонько прикоснулся к ссадине. Лена шумно втянула воздух и едва уловимо дернулась. Подул. И снова приложил. На этот раз сильнее. Кулемина ощутимо вздрогнула и сдавленно пискнула.
- Тихо, тихо, - неразборчиво прошептал, - сейчас все пройдет, пройдет.
Подул и нежно прикоснулся влажными губами. Замерла, не дыша.
- Видишь, прошло…
Провел двумя пальцами по ранке и встал, отвернувшись в другую сторону.
- Не очень больно?
Лена долго не отвечала, после чего просто молча отрицательно покачала головой.
- Нужно второй локоть тоже обработать. Можно?
Неожиданно улыбнулась и повернулась к Степнову лицом.
- Забавный вы. Можно-нельзя. Это разве кого-то интересует? – Немного грустно усмехнулась. – Обрабатывайте, конечно.
- Лен… Можешь встать? Удобнее будет.
Окинула его каким-то странным взглядом.
- Да без проблем. – Протянула ему раненую руку.
Все те же действия, только более выверенные и четкие, продуманные и спокойные. А еще все те же пальцы вдруг показались очень холодными. Перекись обожгла, и Лена непроизвольно скривилась. Степнов озабоченно на нее посмотрел, подул на ранку и стал успокаивать мягкими поглаживаниями.
- Лен, все хорошо?
Взглянула на него так внимательно, что Виктор даже немного смутился.
- Вам зачем это?
- Что – это?
- Заботиться, беспокоиться, тратить время, силы, нервы… Хотите чего-то, да? – нервно сглотнула и с силой прикусила нижнюю губу.
Степнов покачал головой и, будто впитывая в себя что-то, провел правой ладонью по светлым волосам.
- Разве это делается зачем-то или почему-то?
Ленка задумалась. Ответить было нечего. Видимо, дело было в том, что о ней вообще в первый раз в жизни заботились. Просто так, без намеков и искренне. Было странно, волнительно, подозрительно, а еще страшно, очень страшно. Но стоило посмотреть в голубые глаза – и страх мгновенно пропадал, оставляя какое-то тепло и неповторимое ощущение защищенности.
- Не знаю… - выдохнула. – Виктор Михайлович, поздно уже, вам пора.
- Пора, - повторил, опустив голову. Потом кивнул и направился к входной двери.
Лена беглым взглядом окинула кухню и пошла вслед за ним, стараясь выровнять дыхание.
- Спасибо вам.
- За что? – Степнов улыбнулся.
- За все. – Повинуясь внезапному порыву, Ленка подошла к нему вплотную и мучительно медленно провела ладонью от пресса до шеи мужчины, немного перебирая пальчиками. Так же неожиданно отвернулась и сделала пару шагов назад.
Виктора, однако, такое бегство совершенно не устроило. Схватил за руку и резко прислонил к закрытой двери квартиры.
- Чего ты добиваешься? Чего?!
Девушка вздохнула и задержала дыхание, смело глядя ему прямо в глаза.
- Вы о чем?
- Ты не дура, прекрасно знаешь, о чем я!
Лена поджала губы и сделала попытку уйти в сторону. Ощутимо толкнув мужчину, подняла на него взгляд и тут же замерла. Глаза были практически черными, и совсем недавнего тепла там даже видно не было.
- Этого хочешь, да? – только и успел прошептать, прежде чем завладеть ее губами в жадном поцелуе.
Лене не пришлось долго раздумывать над тем, отвечать или нет. План и так летел в тартарары, и она вместе с ним. Вот только сейчас было не время думать об этом. Она никогда и не подозревала, что поцелуй может быть таким. Не ленивым, не противным, не снисходительным, не грубым, не слащавым и даже не предполагающим после себя постель. А таким – со скрытой нежностью и безумным наслаждением. Наваждение было невозможно прервать.
Степнов зажмурился, оттолкнул от себя Лену, потряс головой и, чертыхнувшись, вышел из квартиры, сбегая вниз по лестнице. Кулемина с трудом поборола в себе желание просто сползти вниз по стенке, да так и остаться. Гораздо труднее было убедить себя в том, что коньяк проблему никак не решит, от глоточка отказаться так и не смогла, а вот бутылку убрала. Просто заварила крепкий-крепкий кофе и попыталась как-то собрать мысли. Получалось плохо, но этот процесс давал возможность отвлечься от лишних эмоций.
К утру девушка пришла к кажущемуся единственно верным решению: ничего не было. Ничего. Просто поцелуй – велика трагедия. А вот от намеренного отступать было нельзя. И хотя сейчас это вдруг стало смахивать на что-то неправильное, но «механизм» уже был запущен. И изменить ничего нельзя было, да и желания такого не было, стоило только на минутку Его представить. С надменной физиономией и плотно сжатыми губами. Сегодня, значит.

Первой была физкультура. Но Ленка об этом прекрасно знала, давно знала, с того момента, как все продумала. Ровно десять минут опоздания. Чтобы не слишком поздно, но весь класс уже был в сборе. На секунду зажмурилась, одновременно распахивая дверь. Давя все ненужные эмоции, широко всем улыбнулась. Особенно внимательно посмотрела на Леночку. Та чему-то мило улыбалась, иногда робко выглядывая из-под челки и тут же пряча изумрудные глаза. Счастье было ясно написано на точеном личике. Перевела взгляд на Степнова. Тот был какой-то чересчур серьезный и загруженный, однако пару теплых улыбок Мироновой он подарить успел. Откуда-то появились сомнения. И удивительная нерешительность.
Но Лена и не с таким справлялась. Легкой походкой пройдя через весь зал, остановилась прямо напротив Виктора, прокашлялась и посмотрела ему прямо в глаза. Нужно было, чтобы он ответил. Он обязательно должен был ответить, а иначе конец и ей, и ее и так пострадавшему плану. Ответит. Конечно, ответит – она же все рассчитала. Кроме вчерашнего вечера. Обхватила руками его шею и прильнула в сладком поцелуй. Оторопел и боялся даже шевельнуться. Ленкины губы дрогнули, и она уже собиралась отстраниться и бежать, бежать подальше от этой чертовой школы, от этого Степнова, от этой нелепой ситуации, от этих слез в глазах Мироновой и от выстроенного ею же мира, но в это мгновение Виктор отключил здравый смысл и ответил. Ответил так, что даже Лена потеряла над собой контроль и глухо застонала, проводя тонкими пальчиками по темным кудрявым волосам. Избегая полного слепого отчаяния взгляда светлых зеленых глаз, Кулемина уверенно взяла мужчину за руку и потянула к выходу. Степнову в тот момент было наплевать как на Миронову, так и на направление его движения. Слишком долго сдерживался и слишком сильно хотел.
Ленку не покидало ощущение, что она что-то неправильно делает. А еще был неведомый ранее страх перед тем, что сейчас произойдет. Почему-то казалось, что будет по-другому. А ей не нужно было по-другому, ей по плану нужно было. Но горячие губы, руки, теплое дыхание и едва слышные слова посылали куда подальше все остальное.
Виктор прижал ее к стенке и стал осыпать легкими поцелуями, дразня и провоцируя. Ответ не заставил долго ждать – Ленка притянула к себе его голову и впилась в губы яростным поцелуем, стирая все сомнения и грани. До спальни добирались по сантиметру, ничего не говоря, только молча сбрасывая уже ни черта не греющую одежду. У самой кровати Степнов резко отодвинулся, заставив Лену поежиться и заглянуть ему прямо в глаза. Сердце билось, как сумасшедшее, а от его взгляда, казалось, вот-вот остановится.
- Красивая… - восхищенно выдохнул. - Очень, очень красивая. – Сгреб в объятия и стал целовать, куда только попадал, не в силах насытиться и оторваться.
Кулемина не успела даже отреагировать на сказанное, как тело настойчиво потребовало совсем другой реакции на совсем другие действия. И, не имея другого выбора, Лена спешно отложила все копания на потом и попросту выкинула все из головы. Кроме дикого желания и странного ощущения где-то в районе солнечного сплетения, чего-то вроде приятной вибрации. То ли сердце так сильно билось, то ли она сама так необычно реагировала на незнакомые ранее прикосновения. Нежные, страстные, жадные, боготворящие. Вот уж точно – «девушек не лапают». К его прикосновениям она даже в мыслях не могла отнести этого слова.

Тяжело дыша, словила еще один сносящий крышу поцелуй и с какой-то грустью посмотрела на Степнова. Да уж, получила, что хотела. Другое. Такое, что, не задумываясь, повторила бы, будь такая возможность. Такое, что даже дышать не хотелось, чтобы не растерять всего, что скопилось внутри. Никогда Он не говорил, что она красивая. Хотя, почему – никогда? Как раз во время их неприятного расставания, когда случился самый ужасный секс в ее жизни, только вот в сочетании со словом «сука». А вот так вот – искренне и без задних мыслей, в первый раз. И сексом она произошедшее никак назвать не могла. Совсем никак. Что называется, «не ждали». Она даже и предположить не могла, что будет так хорошо. И так же плохо одновременно.
- Лен, я люблю тебя. – И с таким любованием посмотрел, что захотелось реветь, так, чтобы навзрыд.
Блин, а ведь когда-то был план. Ну конечно, план! Что она там должна была сделать? Побольнее?
- А я тебя – нет. – И больно стало сначала ей, а уж потом ему.
А дальше? Позлорадствовать? Сказать, что он «лоханулся»? Что Леночку теперь навсегда потерял, ну а с ней уж точно ловить нечего?! Но не то что язык, даже губы отказывались это произносить.
Степнов прожег ее, казалось насквозь, взглядом и, присев на кровати, отвернулся в противоположную сторону. На напряженное плечо легла ледяная ладошка.
- Прости меня. – Совсем не это она должна была говорить. Совсем. Но нужно было это. Теперь нужно. – Прости, пожалуйста. Иди к Лене. Иди скорее, беги. Уроки как раз закончились, она еще в школе, наверное. Я…
- Лен, - обернувшись, перебил и внимательно посмотрел на девушку, - почему так? Почему ты не разрешаешь мне остаться?
Не разрешает?! А, ну да, не разрешает. Даже нет, гонит. От нее подальше, нечего ему с ней делать, не та.
- Иди просить прощения у Лены, - четко разделяя слова, тихо проговорила Кулемина. – Она… - в глазах появились слезы. - … она настоящая, понимаешь? Искренняя, любит тебя, не скрывает этого! Она такая… добрая, немного наивная, но… такая твоя! Потому что тебе нужна именно такая, и ты ее любишь, я знаю. А я, Вить, нет во мне ничего настоящего. – Развела руками и горько улыбнулась, смахнув несуществующие слезы. Плакать хотелось, но проклятая соленая влага засела где-то внутри и не желала выходить. – Я фальшивая насквозь, все время вру, всегда неправильно отношусь к людям. Понимаешь ты? – Только тяжелое дыхание в ответ. – Что во мне там, какая я – этого даже я сама не знаю! Потому что все время притворяюсь и лицемерю, использую и не отдаю. В этом, наверное, не только моя вина, но я так живу. А тебе так не надо. Не надо! Убирайся отсюда, я тебя прошу, очень прошу, не останавливайся даже. У тебя еще есть шанс любовь свою сохранить.
Виктор покачал головой и, притянув к себе Ленку, нежно поцеловал ее в лоб.
- Ты сама себя не знаешь. И, поверь, отдаешь гораздо больше, чем получаешь. А я правда пойду, с Леной поговорить надо.
Быстро оделся и, больше ничего не сказав, вышел.
Кулемина уткнулась лицом в подушку и наконец заплакала. Не сдерживаясь – незачем. Казалось, потеряла гораздо больше, чем думала и даже могла предположить. Потеряла то, что больше никогда не сможет найти или восстановить. Но и по-другому она не могла. Не могла.

Виктор на крыльце легко нашел зеленоглазую блондинку с опущенной головой. Челка даже не скрывала слез и красных глаз, а вокруг бегала стайка подруг, все время что-то приговаривая. Отведя девушку в сторону, Степнов пригладил ее волосы и начал говорить.
- Лен, прости меня, я повел себя, как дурак. Ты замечательная, ты же знаешь! А я… - Махнул рукой в воздухе и продолжил исповедь.

Ленка оглянулась через плечо на временно приютившую ее школу и чуть ускорила шаг. Пришло время уходить. Экстернаты еще никто не отменял, да и к деду в Подмосковье у нее тогда будет больше времени ездить.
Степнову она была очень благодарна. И не за то, что между ними произошло, это было чем-то фееричным и абсолютно невозможным. А благодарна была за Него. За ее чувства и ощущения. Прошло. Улетело, как будто и не было. Теперь при мысли о Нем в душе ничего не вздрагивало. И даже Его мысленный портрет не вызывал прежнюю гамму чувств. Степнов постарался. Теперь ей было абсолютно плевать на Него. Подумаешь, живет где-то там такой вот Он, дышит тем же воздухом, где-то ест, с кем-то спит. А ей дела не было. Ни боли, ни ревности, ни злости – ничего. Равнодушие. Виктор не знал, не умел, не подозревал, а помог. Она теперь не Его. Она личность теперь. Пусть сломавшаяся, пусть не знающая куда и зачем ей идти. Зато самостоятельная и свободная. Почти. Тоска упрямо пыталась захватить ее сердце, но Лена решительно защищалась от нее воспоминаниями и какими-то слабыми, но надеждами.
- Лена! – знакомый голос заставил вздрогнуть и застыть на месте.
- Привет, - выдавила из последних сил.
- Виделись, - усмехнулся. Издевается. – Уходишь, да?
Испуганно на него посмотрела.
- Ты попрощаться?
- Не совсем. – Пожал плечами.
- Как с Леной поговорили? Она простила?
- Простила.
Кулемина выдохнула. То ли от облегчения, то ли от разочарования. А может, от всего сразу. Так и должно быть. Все правильно.
- И хорошо, - улыбнулась. – Она рада была, да?
- Я бы так не сказал, - как-то неопределенно повел плечом, зацепившись за ее вопрошающий взгляд, - но… У нее хорошо все будет, я точно знаю. Она молодая совсем, внешностью не обделена, найдет еще своего принца.
- Не поняла.
- Я сказал ей, что мы не можем больше вместе быть.
- Почему? – вдохнула ставший холодным воздух и спрятала тонкие руки в карманах. – Ты мне ничего не должен. Наоборот, я тебе обязана, вот только я не буду объяснять, чем.
- Лен, - чуть потянул и поставил девушку прямо перед собой, - она, конечно, очень хорошая, может быть, идеальная даже. – Отвела взгляд. – Но я тебя люблю.
- И не боишься? – Смотрела с какой-то насмешкой, зато в глазах появился светлый огонек.
- Чего?
- Ну… - Внезапно посерьезнела. – Я не такая, как Ленка, совсем. Другая, причем ты можешь даже не предполагать, насколько. Я меняюсь, веришь, меняюсь, но…
- Ерунда все это. – Обнял за талию и прошептал куда-то в район виска, сопроводив мягким поцелуем, - думаешь, что не умеешь, а знаю, что любишь.
Ощутив такой желанный поцелуй, последнее, что Лена успела увидеть – это плачущую в одиночестве на скамейке Миронову. И где-то кольнуло. А со следующим поцелуем прошло.

*********

Ленка, улыбаясь чему-то своему, а впрочем – общему, выбежала вприпрыжку из подъезда и пошла к фонтану в парке мимо бывшей школы с самым лучшим преподавателем физической культуры на свете. Возле какой-то вывески заметила Леночку, самозабвенно целующуюся с каким-то парнем. Облегченно выдохнула. Значит, не любовь. Чуть задержалась и поймала ее взгляд. Разочарование, сожаление, равнодушие, боль и налет цинизма. Непроизвольно отшатнулась и чуть ли не бегом пошла дальше. И только один вопрос в голове. А имела ли она право? Так рушить. Заставлять жить и любить по-другому. Пускать по тому же замкнутому кругу.
Огоньки из глаз пропали, захотелось вернуть все назад и… Внезапно заметила стоящего с ярким букетом вдалеке, в брызгах от фонтана, Степнова в небесно-голубой рубашке и с видной даже на таком расстоянии счастливой улыбкой. И ответ не пришел сам собой, просто вопрос растаял в воздухе. Ускорила шаг и наткнулась на чью-то спину, обладатель которой, обнимая одну девушку, тщетно пытался объясниться с другой. Подняла глаза – Он. И ничего не ухнуло, не заболело, не дрогнуло. Просто все равно. Приветливо улыбнулась. Он же, наоборот, поморщился и как-то виновато потупил глаза.
- Лен, прости, я обещал не попадаться тебе на глаза больше. Тебе больно, наверное, да? Извини.
- Больно?! – Кулемина хохотнула и еще раз посмотрела на родную фигуру, маячившую уже так близко. – Дурак! – Снисходительно улыбнулась. – Я просто счастлива. И ты когда-то так же будешь. – Насмешливо посмотрела сначала на одну девушку, потом – на другую. Пожала плечами. – Наверное.
Кивнув на прощание, побежала к Виктору, не сдерживая рвущейся сияющей улыбки. Мужчина радостно закружил ее в своих объятиях и стал осыпать любимое лицо крохотными поцелуями, что-то быстро-быстро говоря и получая в ответ столько же эмоций, а может, даже больше. И ни до кого им дела не было. Уж они-то знали, что и так бывает, по-другому, по-настоящему.
И остальные обязательно поверят. Наверное…

Спасибо: 73 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1703
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 106
Фото:

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 04.10.09 06:42. Заголовок: Автор: Аллочка Бета:..


Автор: Аллочка
Бета: Kristenka *в очередной раз терпению поражаюсь *
Название: Убийца
Рейтинг: R
Жанр: Drama, Angst, OOC
Статус: Окончен
От автора: Написано после *правда, с долгим выжиданием и накоплением решимости* просмотра фильма "Смерть среди айсбергов".

Предупреждение 1. В фанфике присутствует жестокость.

Предупреждение 2. Внимательно жанр посмотрите и хорошо подумайте.

Предупреждение 3. *для тех, кто не успел сбежать* Все события - плод моей фантазии, любые совпадения с реальностью являются случайностями.

По набережной Невы шли два самых счастливых человека. Прошло всего три дня с того момента, как самолет с приехавшей с гастролей группой «Ранетки» приземлился в аэропорту, а успело измениться так многое.
Виктор, будучи умным мужчиной, не стал устраивать разборки едва переступившей порог квартиры Ленке, он довольно быстро дождался ее собственных объяснений и признаний. Было много извинений, мгновенных вспышек ссор и столь же мгновенных примирений, пока наконец им не удалось понять друг друга. Уже на следующее утро, никого не предупредив, взяли билеты в Питер, не переставая говорить о любви и искать такие необходимые и самые приятные доказательства.
Первый день в Северной столице прошел безо всякой культурной ценности – влюбленные попросту провели его, не вылезая из номера и нисколечко об этом не жалея. А вот днем следующего дня они все-таки выбрались погулять, правда, на набережной оказались уже ближе к вечеру. Оно было и к лучшему – мягкое освещение и наполовину спрятавшееся солнце позволяли увидеть город немного с другой, не менее привлекательной стороны. Никто, включая и Лену со Степновым, не смог бы в точности обрисовать, что случилось дальше. Все заняло не больше десяти секунд, но эти десять секунд смогли бесповоротно изменить сразу несколько судеб. Никто от этого не выиграл и не проиграл. Просто в какой-то заброшенной комнатке мучающаяся от бессонницы старушка насчитала десять секунд на советских настенных часах. А на набережной вмиг стало пусто.
Обставлено все было до тошноты банально. Резко затормозивший черный джип, трое мужчин и опьяняющее ощущение вседозволенности. Ленку за долю секунды затащили на заднее сидение, Виктор успел оттолкнуть одного мужика, но другой тут же дал ему в челюсть. Еще секунда – и джип унесся дальше по улице. Еще миг – и Степнов, без единой мысли в голове, побежал следом и бежал до тех пор, пока не перестал видеть даже светящиеся в темноте задние фары машины.
К тому моменту, как Лену втолкнули в какую-то подвальную комнату в большом частном доме, она уже перестала чему-то удивляться. Казалось, просто разучилась. Не переставала только в полубреду шептать любимое имя. Не удивили ее и вошедшие в комнату спустя некоторое время трое мужчин, те самые, что схватили ее. Их намерения были ясными, как день. А вот прикрывшая за ними дверь женщина лет тридцати в провокационном наряде заставила Лену недоуменно изогнуть бровь. А впрочем, в тот же миг стало все равно. Захватившая девушку апатия стала практически спасением.
Виктор действовал быстро и четко, направляя всю свою ярость, злость, страх и любовь в результативные действия. Не особенно веря в способности местного УВД, нанял сразу нескольких детективов. Номер, как и модель машины, запомнил прекрасно. Естественно, в угоне, номер вообще принадлежал дешевой иномарке, которая не подлежала восстановлению. Но деньги, время и количество задействованных людей свою роль сыграли. Спустя два месяца, два самых ужасных месяца в жизни Степнова, когда от различных имен и адресов рябило в глазах, когда он практически не спал и очень мало ел, не делясь своей тяжестью ни с кем, не выводя бурю в душе на всеобщее обозрение, зато съедая себя самого изнутри, детективам удалось выйти на предполагаемых похитителей.
Ничего утешительного для Виктора не было. Двое мужчин уже привлекались к делу по изнасилованию, но их причастность доказана не была. Третий недавно вышел из тюрьмы, сидел за тяжкие телесные повреждения, нанесенные женщинам. Руководила всем женщина по имени, а вернее, под псевдонимом Каролина. О ней не было известно практически ничего, кроме возраста и того, что она является владелицей какого-то стрип-клуба.
Уже через неделю была организована группа захвата на загородный дом. Степнову приказали оставаться в машине, однако, нацепив на всякий случай найденный в автомобиле бронежилет, он, не привлекая лишнего внимания, ворвался в дом вместе с боевиками. Ни мужчины, ни эта Каролина его вообще не беспокоили, как не беспокоили и результаты операции. В голове билось только одно имя, а глаза по всем комнатам, по всем возможным и невозможным углам искали любимую девушку. Нашел забившуюся под лестницу, полуголую, в синяках, ссадинах и кровоподтеках, с парой почти затянувшихся шрамов. Узнал сразу, пропуская все изменения во внешнем виде и смотря только в испуганные, но такие родные зеленые глаза. Когда он подошел, не поверила. Она вообще за два месяца успела разучиться верить, а уж в такое чудо – тем более. Не нашла сил завизжать от восторга, хотя очень хотелось. Просто с трудом поднялась и крепко прижалась к мужской груди, все еще ища подтверждения тому, что это – не сон. Виктор подхватил Ленку на руки и, никому ничего не объясняя, повез ее домой, подальше ото всех. Как медведь затаскивает в свою берлогу самую желанную добычу, так и Степнов, закрыв на двери защелку, долго практически совсем не выходил из квартиры, залечивая и зализывая раны любимой одному ему известными способами.
От появляющихся в ее глазах слез ревел, как дикий зверь, и клялся ночному небу, что обязательно отомстит. Такие люди не могли ходить по земле, их жизнь, пусть и за решеткой, будет самой мучительной пыткой как для него, так и для Ленки.
В определенные моменты переставал быть человеком, превращаясь в ведомое инстинктами животное. Это свойство всех людей, позволяющее человечеству развиваться, ставящее появляющееся в конечном итоге желание выжить и вырвать счастье для своей семьи превыше всего.
Лена была беременна от одного их этих подонков.
Воспользовавшись помощью все тех же детективов, выяснил все про них. И про бабу тоже. До суда их выпустили за залог. Досконально изучил распорядок дня каждого, ритм жизни.
Убивал поодиночке. Не с помощью киллера, яда или хотя бы пистолета. Собственными руками, глядя в ненавистные глаза и вспоминая Ленины истерики и ужасные следы на теле. Одного удалось убить с помощью единственного удара – отлетел к кирпичной стене и ударился виском. Прямо у собственного подъезда. Другого избил. Третьему сломал шейный позвонок. Почти гуманно. Больше всего ненависти питал к «Каролине», которая была не просто равнодушна, а получала несравненное удовольствие от чужих страданий. Но она была женщиной. Была убита одним ударом ножа.
Лена обо всем узнала только на судебном заседании, на котором судили Степнова. Он скрывал столько, сколько был в состоянии. Но, вопреки всем ожиданиям, в ее взгляде не было ни осуждения, ни непонимания, ни уж тем более презрения. Были только боль и, казалось, проблеск благодарности.
Когда судья зачитал обвинения в убийстве четырех человек, в том числе и одной женщины, огласил приговор – семнадцать лет заключения – и спросил, есть ли ему что сказать, Виктор лишь с глубочайшим презрением задал вопрос, повисший в воздухе:
- Человек? Женщина? А это – люди?
Степнова увели.

*********

Сейчас, пробыв в заключении десять лет, то есть чуть больше половины срока, Виктор мог задать себе вполне справедливый вопрос: а стоило ли оно того? Нужно ли было убивать? Можно ли было ограничиться обвинениями в суде и контролем за тем, чтобы этих тварей упекли за решетку?
Ленка первые два года ходила к нему на свидания почти каждый день. Родившегося мальчика, несмотря ни на что, полюбила и назвала Виктором. Каждый раз, приходя к Степнову, она начинала строить воздушные замки о том, как его выпустят, он вернется к ней, она найдет высокооплачиваемую работу, они заживут счастливой семьей, переедут в какой-нибудь небольшой домик на окраине…Она видела любовь мужчины к складному мальчонке и представляла, как, выйдя на волю, Степнов будет учить сына играть в футбол и баскетбол, водить на матчи и проводить совместные вечера на диване. Но всегда, когда она думала о таком счастливом будущем, у нее в глазах появлялись слезы, которые она смахивала украдкой, чтобы Виктор не заметил. А Степнов, как никто другой, понимал, что Ленке нужно начинать жить прямо сейчас, а не ждать черт знает сколько лет.
Мягко, но настойчиво он внушал ей это, и постепенно Лена поддалась. На третий год стала заходить раз в неделю, а то и реже, и постепенно, не без помощи Виктора, излечивалась и училась жить без Него. Сложно, тяжело, больно, но проходили этап за этапом, и Кулемина двигалась вперед.
И сейчас, несмотря ни на что, Виктор мог ответить – стоило. Хотя совесть иногда и пыталась бунтовать, Виктор не раскаивался ни в одном своем шаге. Знал, что сделал все верно. Знал, что, будь они живы, Ленка бы по-прежнему тревожно оглядывалась на каждом шагу и искала в толпе вызывающие панический страх и отвращение лица.
А сейчас, смотря на счастливую семью Ленки, Вити и Александра, только все больше убеждался в том, что поступил правильно. Ленин муж искренне любил Ленку, а к Вите действительно относился, как к родному. Лена, внимая просьбам Степнова, иногда приносила ему их семейные фотографии или видеозаписи. Он не ощущал ревности или злости, только неподдельную радость от их счастья.

Эпилог.

Выпустили Виктора через три года, условно-досрочно за хорошее поведение. Еще после трех лет заключения Степнову удалось упросить принести ему в его одиночную камеру старую печатную машинку. Он мог не спать сутками, все набивая и набивая выстраданный текст. Вернувшись на волю, Виктор долго перепечатывал кипу страниц, после чего его роман опубликовали. «Записки убийцы» стали тем, что модно называть бестселлером. Каждая глава начиналась со слов «Ленка, любимая…». Это было своего рода признание и объяснение, слова, которые он никогда не произнес бы вслух или Лене в лицо, но которые ему хотелось донести до девушки. Книга затрагивала самые разные уголки души и заставляла задуматься и что-то переосмыслить.
Критики было не меньше, чем похвалы, но тем не менее роман расхватывали все, начиная от действительно начитанных и образованных людей и кончая мнимыми интеллигентами, прикрывающими обширной библиотекой отсутствие элементарных литературных знаний. Читали все.
Спустя какое-то время права на нее купила американская киностудия, и через несколько лет на экраны вышел впечатляющий фильм с довольно известными актерами. Даже во время самых психологически тяжелых сцен в залах, как и всегда, слышался хруст попкорна и шипение колы. Но все зрители каждый раз замирали, когда в конце на пару секунд появлялась небольшая надпись: «Фильм основан на реальных событиях». Переваривая информацию, люди разбредались в разные стороны. Кто-то крепче держал за руку любимого, а кто-то с уверенностью подавал на развод, спеша навстречу новой жизни.
После смерти по завещанию Степнов передал все его права как на книгу, так и на фильм Ленке и ее сыну, обеспечив достаточно приличный дополнительный доход их семье. Виктор мог с абсолютной уверенностью сказать, что прожил свою жизнь не зря. Он смог дать шанс на счастье и оградить от возможных неприятностей. В конце концов, сумел помочь и материально. Он имел уникальную возможность видеть любимых людей счастливыми. А что может быть лучше этого?

Спасибо: 55 
Профиль
Kristenka



Сообщение: 645
Зарегистрирован: 10.01.09
Откуда: из любимого города
Репутация: 118
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.10.09 22:52. Заголовок: Оля в отъезде. http:..


Скрытый текст


Автор: Аллочка
Бета: Kristenka
Название: Слова
Рейтинг: PG-13
Жанр: Romance, Fluff
Статус: Окончен

Лена тихо прикрыла за собой дверь и устало на нее облокотилась. Небрежно бросила сумку куда-то в сторону и, поджав губы, стала ждать, пока Степнов услышит щелчок замка и подойдет, чтобы встретить ее. Она знала, что и о чем он будет говорить. Не могла не знать. Она сама, сознательно, подпустила Васю к себе, фотографировалась с ним для различных статей, не отрицала, что он ее новый парень и даже поощряла новые слухи.
Она сама же все и начала. Когда они приехали в первый город, Вася продолжал все так же не замечать ее как девушку, разговаривая с ней исключительно как с участницей группы. Постепенно терпение Кулеминой сходило на нет. Безумно раздражало, что тот, кто еще совсем недавно смотрел на нее с таким обожанием и восхищением, теперь так сухо ей отвечает. А все Степнов! Ленка и не знала, на кого злилась больше, но продолжать и дальше слышать от звуковика такое официальное обращение была не намерена.
После выступления она поймала его в коридоре и буквально прижала к стенке.
- Привет, - загадочно протянула.
- Вроде виделись, - как-то нерешительно повел плечами, - хорошо выступили.
- Ага. И звук был хороший. – Придвинулась еще ближе.
- Это комплимент? – Нахмурился и сделал попытку уйти.
- Можно и так сказать… - Внезапно посерьезнела. – Так и будешь избегать меня? Почему?
Вася робко улыбнулся.
- Лен, а тебе это зачем? Внимание приятно? Или…
Не дослушав, впилась в его губы и прижалась к груди. Противно? Нет, скорее приятно. Не то чтобы слишком, но в меру. А еще появлялось несравненное удовольствие от прежней уверенности в себе.
Отношений как таковых не было, но Ленка вновь с удовлетворением ловила боготворящие ее взгляды. А впрочем… Совсем не в удовольствии от собственной значимости было дело. Она практически убедила в этом себя, а об истинных мотивах думать запретила. Так было комфортнее.
Еще когда Лена садилась в самолет, она со скрытым нетерпением ждала Его реакции, Его слов, Его действий. Даже криков. А когда приземлилась, хотелось поскорее объясниться и просто лечь спать.
Да, настоящей целью этой иллюзии отношений с Васей был именно Степнов. Ей нравилась его ревность, нравился его собственнический инстинкт, она сама себе в этом не признавалась, но вполне сознательно его провоцировала, добиваясь долгожданной реакции и фееричного примирения. Он не мог не видеть статей, она была уверена. И она хотела, до безумия хотела увидеть Его, услышать Его, объяснить Ему и заняться любовью, она скучала, очень скучала.
Но не учла одного. Возвращение, которого она так ждала, до которого считала дни и которое представляла в разных красках бессонными ночами, в итоге оказывалось не таким уж триумфальным. У нее просто не было никаких сил на то, чтобы ссориться со Степновым. Не было сил, чтобы оправдываться, что-то доказывать, не было даже сил на то, чтобы наслаждаться ожидаемым блеском в его глазах от накала эмоций. Усталость как-то неожиданно и коварно навалилась прямо во время полета, и Лена с удивлением обнаружила в зеркале осунувшееся лицо с красными глазами. Концертный грим, как оказалось, многое скрывал. Она не привыкла к такому графику и ритму жизни.
Когда шла по трапу, мучительно хотелось прибить саму себя. Если бы не ее глупость, не ее ужасно детская тяга к проявлениям вспыльчивости Виктора, не ее эгоистичное желание увидеть его ревность, практически пощупать ее, Ленку бы сейчас дома ждали теплый прием, горячий чай, бесконечно нежные объятия и неподдельное беспокойство. Она знала, как Степнов умеет заботиться. Вместо этого ее должны были встретить очередные, ею же спровоцированные, разборки. Те самые, о которых она вроде бы мечтала. А хотелось только спать.
Постояв пару минут на пороге, Ленка с подозрением посмотрела на прикрытую дверь кухни, из-под которой выбивался свет. Степнов не выходил. Еще немного помаявшись, вспомнила, что вошла она тихо, а защелкнуть дверь забыла. Мужчина попросту не услышал. Точно устала, надо же, так бы еще долго тут стояла. Развернулась, ощутив легкое головокружение, и повернула железную ручку.
Буквально через пару секунд в прихожей появился взъерошенный Виктор, который, даже не посмотрев на девушку, сразу начал:
- Лена, я думаю, нам нужно поговорить.
Поднял глаза и остолбенел. Господи, какая замученная! Бледная кожа с выделяющимися синяками под покрасневшими глазами, покусанные губы, вся ссутулившаяся и отчаянно сдерживающая зевоту. Подождет. Он может долго ждать, а уж один день точно ничего не решит. Она объяснит, обязательно объяснит.
Кулемина уже застыла в ожидании его вопросов, как вдруг ощутила невесомое прикосновенное к волосам. Провел рукой по челке, чуть отодвинул ее и прошептал:
- Какая же ты уставшая…
Непонимающе нахмурилась.
- И больше ничего не хочешь сказать?!
Кивнул с улыбкой.
- Тебе поспать нужно.
- И все? – Удивленно посмотрела на него. – А больше тебя ничего не волнует?
- Нет, - ответил слишком резко и быстрым шагом прошел на кухню.
Она сразу же пошла за ним следом.
- Вить! – окликнула его.
Степнов остановился и напряженно вгляделся в девушку. Открыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут же передумал. Тяжело вздохнул. Лена подошла вплотную и тронула его за плечо, заставив посмотреть прямо в глаза.
Не хотелось верить, что ему все равно.
- Ты ничего не хочешь сказать? – с отчаянием спросила, в голове перебирая десятки вариантов причин его спокойствия, но ни на одном из них не останавливаясь.
- Лена, - он нежно взял ее за руку и потер большим пальцем тонкое запястье, - ты очень устала, я же вижу. Ты вымоталась, потому что никогда не жила так, как это было необходимо на гастролях. Не только жесткий график, но и полное выкладывание на сцене. И ты хочешь спать, у тебя глаза закрываются. Чего ты ждешь от меня? Пойдем в комнату.
Смешно наморщившись и подумав пару секунд, мысленно признала его правоту. Было обидно, что он никак не реагирует, но она понимала, что толком и не сможет ответить ничего, если он начнет спрашивать. Ленка действительно засыпала на ходу.
Устроив гудящую голову на подушке, нежно провела рукой от плеча Виктора до грубоватых пальцев, позволяя признаться хотя бы самой себе в том, что безумно скучала.
- Спасибо, - тихо проговорила и улыбнулась.
Буквально через минуту девушка уже крепко спала.

*********
Утро встретило ее пасмурной погодой и дразнящим запахом свежесваренного кофе. Как же давно она не пила настоящий кофе… Все, что они могли себе позволить на гастролях, - это кружка еле теплого переслащенного чая или пара пластиковых стаканчиков разбавленного дешевого растворимого кофе. Вот такие вот «походные» условия. Выспаться девушка не успела, но не встать ради чашечки такого ароматного напитка просто не могла. Внезапно какой-то неприятный факт больно резанул сознание. Но тут же забылся. Встряхнувшись, Ленка подошла к двери, как вдруг в голове снова что-то кольнуло. Вася. Ну конечно. По ее милости, по ее бездумному капризу, ее сейчас ожидает непростой разговор о влюбленном звуковике. И нужен ей этот разговор не больше, чем Степнову, который, она была уверена, сам не получает никакого удовольствия от его допросов с пристрастием. И зачем она? А так хотелось просто выпить кофе… И, может быть, словить пряный поцелуй.
Придя к логичному выводу о собственных невысоких умственных способностях, поморщилась и направилась на кухню.
Степнов размешивал сливки и о чем-то размышлял. Заметив Лену, пригласил ее к столу, поставив перед ней чашку, из которой шел не дающий ей покоя аромат.
- Как ты? Выглядишь получше. – С беспокойством посмотрел на девушку.
Нервно улыбнулась.
- Да, ничего вроде… Очень кофе вкусный! – Вкуса не ощущала.
- Ты, может, есть хочешь?
- А тебе не кажется, что нам нужно поговорить? – Устав от ожидания, отодвинула кофе и смело посмотрела нему в глаза.
Заметно напрягся и дернул плечами. Пару секунд неотрывно смотрел на нее. И убеждал себя в том, что все увиденное – домыслы.
- Есть о чем?
Сердце ухнуло, в голове застучало. Ему все равно, плевать.
- Не о чем?
- Лен…
- Тебе все равно, да?
Нахмурился, обдумывая ответ.
- Не думаю, что это имеет значение.
Удивленно распахнула глаза и стала чаще дышать. Почему-то все сразу стало ясно. Он и сам с кем-то был. И, видимо, не раз и не два. В самом деле, никакого значения!
- Дело привычное, да? – язвительно спросила, не замечая, как он побледнел.
Вскочила, схватила оставленную еще вчера на пороге сумку и выбежала из квартиры, оставив дверь открытой. Картинно хлопать не хотелось, а для того, чтобы спокойно закрыть, руки дрожали слишком сильно.
Прикрыл глаза, одновременно сжимая губы. Переживет. Он сможет.

*********
Неслышно зашла в Его квартиру и положила сумку рядом с дверью. Скинула куртку с кедами и забежала в гостиную, падая рядом со Степновым на диван. В телевизоре матч «Россия – Испания». Ленка заворожено уставилась на экран, пытаясь сориентироваться в игре. Толкнула живущего, видимо, уже на футбольном поле Виктора и, даже не повернув головы, спросила:
- Счет какой?!
- Два – один, испанцы ведут, - так же не отвлекаясь, пробормотал и, сжимая от напряжения кулаки, продолжил следить за игрой.
- Ну! Ну, давай!
- Да что ж такое?!
- Где судья? Где?!
- Ну кто так играет? Ну, веди, веди!
- Ай!
Выдохнули. Тайм-аут. Долго и бурное обсуждение каждого игрока, крики, споры, согласие. Степнов неожиданно остановился и пораженно посмотрел на Ленку. Футбольные впечатления переставали быть такими яркими. Две недели. Он не видел ее две недели, а она приходит, чтобы спросить счет?!
- Лен…
Отвела взгляд и тут же радостно вскрикнула:
- Игра!
- Кулемина! – возмущенное.
Зажмурилась и попыталась скрыть улыбку. Уголки губ предательски поползли вверх. Непроизвольно подскочила и стала активно подбадривать почти дошедшего до ворот нападающего. Штанга. Застонала и откинулась на спинку.
Три – один.
Степнов принес коньяка. Быстро выпили понемногу, и восклицания стали еще громче.
Ничья.
На порыве эмоций подхватил ее и долго кружил, пока она заливалась счастливым смехом. Внезапно остановился и помрачнел. Степнов чуть ли не силой вывел Ленку из комнаты за руку и подвел к входной двери. Увидел стоящую сумку.
- Это – что? – жестко, не оставляя даже маленькой надежды.
- Вещи, - невозмутимо ответила и уверенно посмотрела в глаза.
- Зачем? – мужчина прищурился и чуть оттеснил Кулемину к двери.
- Не зачем, а к кому, - усмехнулась и склонила голову набок. – Не пустишь?
- Ты ничего объяснить не хочешь?
- А зачем? – немного испуганно на него посмотрела и резко вдохнула.
- То есть тебе нечего сказать мне, да? – не сводил взгляда, гипнотизировал.
- Я… - как-то неловко улыбнулась и робко дотронулась пальчиками до его груди, - я люблю тебя. И мне плохо без тебя.
- Любишь?! Плохо?! – Виктор взорвался, не в силах и дальше спокойно разговаривать. – В чем проявляется твоя любовь? Ты так любишь, что запросто, ни капли не смущаясь, завела роман со своим звуковиком? Так любишь, что специально позировала рядом с ним журналистам?! – Лена поморщилась, вспоминая свою дурацкую выходку. – Так любишь, что, переспав с ним, преспокойно вернулась домой, не краснея и не предпринимая попыток извиниться? Кому она нужна, такая любовь?! Мне? – Девушку передернуло, в глазах появились отчаяние и слезы. НЕ НУЖНА. – Плохо тебе?! Так плохо, что сама же сбежала, ни слова не сказав и успев на что-то обидеться? Что?! Кофе был невкусный?! Или я слишком наивный, что решил забыть всю эту ерунду? – Слезы потекли по щекам, а она даже не заметила. Он просто решил простить. А она! – Так плохо, что пропала на две недели?! К кому ты побежала, к Васе?! А уж когда стало нестерпимо плохо, наверное, ты прибежала смотреть футбол в моей компании. С вещами! Не желая ничего разъяснять и говорить! Лена, я не верю тебе, - врал. Нагло врал. Еще как верил, потому что и сам любил. Но боялся снова подпустить.
Плечи подрагивали, а слезы постепенно перерастали в истерику.
- Я люблю тебя! – прохрипела. Волосы стали прилипать к лицу, говорить было сложно, из горла вырывались только всхлипы. – Люблю! Люблю тебя!
Заметалась, дрожащими руками попыталась одновременно вытереть лицо и пригладить волосы, получилось только выронить одну сережку и еще больше растрепаться.
- Ленка! Леночка! – нежно обнял и осторожно опустил на пол, целуя в макушку.
Кулемина вдруг вырвалась, вскочила, посмотрела на него горящим взглядом и выбежала из квартиры, даже не одеваясь.
Пробежала два пролета вниз и остановилась отдышаться у поцарапанных дверей лифта. Пару минут приходила в себя: руки переставали дрожать, всхлипы становились реже, слезы были заботливо вытерты сухим рукавом. Долго не думала.
Никто не знал, как же сложно ей было прийти к нему. Молилась, чтобы он смотрел этот матч. И тихо надеялась, что один. Ни о чем больше не размышляла, ни о словах, ни о действиях. Прийти, увидеть, прижаться, остаться. Veni, vidi, vici. Или почти.
А сейчас просто не имела права уйти. Делать снова больно ему, мучить себя, лишать личного времени и пространства Новикову, оставаться такой же глупой. Просто не могла. Она пришла сюда совсем не для того, чтобы уйти. Да еще и заплаканной и босой. Не имела права.
Быстро поднялась обратно. Распахнула дверь, оставшуюся незакрытой. Виктор стоял все там же, глядя каким-то пустым взглядом на выход. При ее появлении недоверчиво моргнул и нахмурился. Сделала полтора шага, обхватила ладонями его лицо и жадно поцеловала, впитывая в себя полузабытые ощущения. Не дождавшись ответа, отскочила на полметра и, лукаво улыбнувшись, проговорила:
- В этом проявляется любовь. А еще в том, что когда тебе больно, мне еще больнее, намного. А все остальное, что ты перечислил – просто эгоизм. И мое… неумение, что ли? Я просто… - объясняла Лена сбиваясь, путая слова и буквы, с неровным дыханием и абсолютно нелогичным порядком. Нужно было сказать так много, а времени выстраивать рассказ попросту не было, - просто захотела, чтобы ты приревновал. И еще бесилась, что Васе на меня плевать… Не было ничего и быть не могло, но так хотелось… хотелось твою реакцию увидеть, твое проявление любви. А ты обо мне позаботился. И я, дурочка, не поняла, что вот она – любовь, подумала, что и тебе все равно, потому что я у тебя не одна. Но я не могу без тебя, совсем не могу… И я хочу, чтобы ты мне просто поверил, необязательно простил, может быть, нужно время или еще что-то, ты мне поверь только! Я глупая, ошибаюсь, но тебя все равно люблю. – Сглотнула и выдохнула. Степнов смотрел совсем по-другому. Исчезли сухость и жесткость. Он был такой же, как раньше. – Ты это хотел услышать? Это? – Опять появились слезы, но Ленка пару секунд не отрываясь смотрела вверх, и они пропали.
С улыбкой покачал головой:
- Еще кое-что.
Кулемина непонимающе на него посмотрела, пытаясь вспомнить, что забыла. Пока она размышляла, Виктор притянул ее к себе и стал долго и нежно целовать, как будто удостоверяясь, что она – Его, только Его. Девушка полностью расслабилась и доверчиво прижалась к нему.
- Это, - прошептал. – Я тиран, да? – Только тихонько рассмеялась и обняла еще крепче. – Люблю я, Кулемина, тебя. А еще раз такое выкинешь – будешь на лестничной клетке ночевать! – Ленка только прищурилась и показала язык, выражая свое глубокое сомнение в его словах.
Степнов в одно мгновение подхватил девушку на руки и с улыбкой проговорил:
- А еще я очень, очень по тебе соскучился.
Лена поцеловала его в бьющуюся жилку на шее и что-то шепнула. Глухо зарычал и стал лихорадочно гладить то спину, то руки, покрывать поцелуями любимое лицо и хрипло смеяться.
А вот дальше им обоим не до слов было, совсем. Они еще успеют наговориться. И даже сказать лишнего. А может, и поссориться. Но обязательно помириться.


Спасибо: 107 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1850
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 127
Фото:

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.12.09 06:02. Заголовок: Автор: Аллочка Бета:..


Автор: Аллочка
Бета: Kristenka
Название: Куда уж проще
Рейтинг: PG-13
Жанр: Romance, RPF
Статус: Окончен

Предупреждение: Все события - плод моей фантазии, любые совпадения случайны.

20 км/ч. Дура! Идиотка! Один черт знает, что на уме у этого взбалмошного ребенка!
40 км/ч. Плевать! Пусть катится к своим поклонникам и иже с ними! Но – без меня, хватит. Наигралась, и я тоже вдоволь «повеселился».
60 км/ч. Тоже мне, звезда нашлась. Рано еще звездиться, не доросла. Вот откуда только берется эта снисходительная улыбка, где научилась?!
70 км/ч. А я что? Всегда все терпеть должен? Как ей плохо, так «Виталя», а как гастроли – так «и почему ты не рад за меня?».
75 км/ч. Я еще и радоваться, оказывается, должен! Собственник я? Эгоист? А она Мария Тереза собственной персоной?
80 км/ч. Видимо, так нагло улыбаясь и сообщая мне, что уезжает на полгода, она ожидала, что я тут же упаду на колени и челом бить буду… Делать мне больше нечего!
85 км/ч. Реакция моя ей не понравилась! Мне тоже много чего не понравилось. И что? Истерить же не стал.
90 км/ч. У меня же с головой пока все в порядке! Вот с чего она взяла, что я против ее отъезда?! Да хоть в Австралию!
100 км/ч. Твердила же, что любит, сколько раз твердила. И как твердила…
105 км/ч. А я верил, верил! А теперь что? Когда любят, из-за расставания хоть как-то переживают.
110 км/ч. Нельзя об этом так сообщать! Счастлива она от меня избавиться на шесть месяцев – ну хоть бы изобразила подобие грусти. Актриса же, у нее бы получилось, я знаю…
115 км/ч. А что я делаю? Уезжаю, убегаю? Как она потом скажет? А дальше что?
125 км/ч. Глупо как-то получилось. Да?
130 км/ч. Закончился… кордебалет. Все же кончается, и это тоже. Была любимая девушка, а стала…
135 км/ч. А кем она стала? Чужой?
145 км/ч. Бред какой.
150 км/ч. Съемки эти проклятые, совсем с катушек слетаю… Чего я так взъелся?! Не в первый раз же уезжает.
160 км/ч. Нет, ну идиотизм – так все заканчивать. Так с полпинка и причину расставания не назовешь!
165 км/ч. Расставания?!
170 км/ч. Завязывать надо… Только с чем – не понятно, не пью, не курю, травку не жую и даже не нюхаю. А думаю о такой…
175 км/ч. Куда уж проще: я люблю, она…
160 км/ч. Любит!
150 км/ч. Нужно обратно, домой.

Звуковое сопровождение было на уровне очень неплохо снятого фильма. Визг тормозов, раздирание мокрого асфальта летними, несмененными шинами, случайное скольжение чуть в сторону – и тут же грохот и отвратительный для слуха лязг металла.

Раскалывалась голова. А еще ныла грудь, причем на вопрос, острая боль или тупая, заданный одним из врачей, я ответить не смог – она была и острая, и тупая, она просто была, хотя обезболивающее и спасало немного.
Обшарпанная дверь грязного белого цвета распахнулась, и я тут же прикрыл глаза. Мне не нужно было ни видеть, ни слышать. Только она могла ворваться так резко, с таким апломбом и умудриться разбить что-то стеклянное на ходу. Медсестры входили тихо, предварительно стучась.
Ленка залетела в палату – я даже не могу сказать, что забежала, - и, пройдясь всем своим запасом цензурной, но от этого не более приятной лексики по врачам, всему медперсоналу, уборщицам, вахтершам и даже ремонтникам больницы, повернулась наконец ко мне и, нисколько не смущаясь, села на край кровати, отодвинув меня немного назад.
- Ну, и?! – Скрестила руки на груди. Важная такая, прямо как… жена. В роль вживается.
- Что? – Не удержался и улыбнулся, тут же пожалел – взглядом прожгла насквозь.
- Совсем сдурел, да? – просипела не своим голосом, сжимая губы.
Ко мне пришло понимание, что сейчас, наверное, лучше не шутить.
- Лен, ну кто знал… - прозвучало глупо и по-детски, но в голову больше ничего не пришло, а все ее взгляд.
- Ты!..
Я и понять ничего не успел, как Третьякова заколотила своими руками по моей груди, выговаривая сквозь зубы все, что она обо мне думает. А мне не было больно, я смотрел на нее и думал, что всего полшага, всего пара километров в час – и я мог уехать навсегда. Мог не подумать, мог, наоборот, подумать, но не то, мог сделать неправильные выводы, мог не успеть вспомнить самое важное. И машина унеслась бы вместе со мной, нет, не в аварию и не в какой-то обрыв, по самой обычной дороге, но уже от нее, а не к ней.
А сейчас она была близко, очень близко. Я ее слышал, видел и – чувствовал.
Ленину истерику пора было прекращать, я, чуть дернувшись от резкой боли, быстро схватил и сжал об ее руки, а саму ее просто прижал к себе, не давая свободы движений.
Легко поцеловал в висок, Ленка затихла и приподняла голову, пытаясь заглянуть мне в глаза.
- Ну чего распереживалась так, совсем недавно прощалась со мной с удовольствием. – Хитро сощурил глаза и попытался уследить за ее эмоциями.
Лена резко выпрямилась и преувеличенно громко фыркнула. Актриса, я же говорил…
- Дурак какой! Думаешь, мертвым ты мне больше будешь нужен, чем живым?! – Она прикусила губу, а мне было так хорошо, как не было давно. И что эти врачи понимают, какое уж там обезболивающее!
- Ленка… - я протянул медленно и с видимым удовольствием, Третьякова даже немного покраснела от такой интонации.
Цокнула и подняла глаза к потолку, смущаясь, но в то же время пытаясь держаться как можно более гордо.
- Ну что – Ленка? Ты хоть представляешь себе, сколько я успокоительных тогда выпила перед тем, как сказать тебе?! Я и сама была тогда не в восторге, полгода и так далеко – это не просто! А уж представить твою реакцию – так этого новопассита с валерьянкой тогда ушло больше, чем надо было… Ты когда ушел, я даже осознать не успела ничего – присела на диван и тут же заснула. – Смешная. Шмыгнула носом и даже обиженно отвернулась. Любимая.
- Лен, все хорошо. – Вроде уже и не ребенок, а трогательно так. Посмотрела на меня, а глаза на мокром месте, из зеленых превратились в сероватые.
А я в каких-то трубочках тонких, тут и не встанешь толком.
Неуверенно потянул Ленку за локоть, и она покорно легла мне на грудь, положив голову на плечо. Светлые волосы пахли прошедшим летом, она всегда пахла летом, удивительное свойство.
- Виталь, ты же не сердишься уже? – Облизала губы. Третьякова.
- А ты пропустишь первые пару недель гастролей? – Улыбнулся ей – а вдруг?
- Ага… - протянула Ленка сонным голосом. Ну конечно, накачалась всякой ерундой успокоительной, так и не поспала толком. – Вот уйду из «Ранеток» – все гастроли пропускать буду.
- Уйдешь из «Ранеток»? – Я непроизвольно нахмурился. С одной стороны, мне-то надо бы и радоваться. А с другой – эта детская группа всегда приносила ей столько счастья, что было бы очень жестоко лишать ее этого.
- Уйду, конечно… - голос совсем затихал. – Лет через пять-шесть. Ну, через семь точно! – Улыбнулась чему-то своему и неуловимо провела губами по моей шее.
Мне бы, может, вспылить надо от такого явного издевательства. Но почему-то совсем не хотелось, наоборот, моя улыбка становилась все шире. И тихое дыхание в районе ключицы очень грело. Люблю. Тепло.

Спасибо: 96 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1889
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 127
Фото:

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.01.10 16:14. Заголовок: Автор: Аллочка Бета:..


Автор: Аллочка
Бета: Kristenka
Название: Беготня
Рейтинг: PG
Жанр: Continuation, Romance
Статус: В процессе
От автора: Две части всего


Ленка бежала. Быстро – она, спортсменка, умела прекрасно – и не позволяя себе остановиться даже на секунду. Бежала не от опасности, не от соблазнов и не от людей – бежала от мыслей. На последнем вздохе с колющей болью в боку, с заплетающимися ногами и отвратительно бьющей в виски головной болью. Пока мысли удавалось обгонять, они не успевали долететь до затуманенного мозга и тормозились еще на вдохе-выдохе. Сил и хватало только на вдох-выдох. Не оглядываясь, не соображая в каком направлении бежит и не желая даже пытаться что-то осмыслить.
Дыхания у спортсменов хватает надолго, порой на рекордно длинные сроки. Но в конце концов оно имеет обыкновение сбиваться, а потом и вовсе заканчиваться. Лена, к тому же, была еще и обладательницей бешеного сердцебиения из-за пережитого волнения, а потому в итоге ей пришлось признать свое поражение и остановиться. Оглядевшись, девушка заметила знакомые пейзажи парка и мимолетно похвалила свою моторную память. Как раз в нескольких метрах стояла скамейка. Не то чтобы она была очень уютной или слишком чистой, но для Ленки она в тот момент была идеальной. Едва Кулемина успела откинуться на спинку, как на нее тут же, словно обозленные недостатком людей комары, налетели десятки самых разных мысли. Все как одна были не самыми приятными. От стаи комаров можно долго отмахиваться, дергаясь от каждого писка над ухом, но все равно хотя бы пять успеют укусить, а чаще и больше. Жалили Ленку и собственноручно быстро состряпанные выводы.
Нравишься ты мне… Что значит «нравится»?! Боже, какая пошлость: физрук и ученица…
Нравишься ты мне… Это все выдумка, такого не бывает.
Нравишься ты мне… Как же можно так все испортить! А дружба? Не было ее? Никогда не было. Все эти провожания, взгляды, улыбки, внимание, его помощь… Все только потому, что она ему, видите ли, нравится! Она ведь верила ему, доверилась на свою голову, никому так не верила. А он – «нравишься»…
Нравишься ты мне… А он ей?
Нравишься ты мне…
Нравишься…
Нравишься ты мне, понимаешь?.. Нет. Не понимает. Так легче, поверьте.
Кулемина активно потрясла головой, слабо надеясь, что его голос перестанет так настойчиво повторять в ее голове давно заученные слова. Помогло не очень. Зато как-то неожиданно вспомнилось, что уроки в школе никто не отменял, ее ждут если не учителя, то девчонки точно. На какой-то миг поддалась слабости и хотела сказаться больной, но тут же представила спектакль с ее оправданиями и обеспокоенными лицами «Ранеток» с малиновым вареньем на пороге ее квартиры и отказалась от затеи.
Приходилось признать, что до школы топать надо. Причем желательно топать во вполне вменяемом и на вид абсолютно нормальном состоянии. С сожалением погладив деревянную скамейку, девушка поднялась и, засунув плеер в карман, а наушники – в уши, зашагала в знакомом направлении. Учебный день начинался совершенно удивительно.
Прямо перед физкультурой в голову пришло глупейшее решение – прогулять. А попросту убежать - на ближайший подоконник в коридоре. Миновав стадию обдумывания, Лена предупредила девчонок и быстро отошла подальше от спортивного зала. Урок тянулся долго. Времени хватило даже на то, чтобы как-то понять, что делать дальше. Собственно, основная идея пришла абсолютно спонтанно. За углом послышались ноющие интонации голоса какого-то пятиклассника:
- Людмила Федоровна, ну пожалуйста, оставьте все как было! Не нужно мне тройку на двойку переправлять! Я правда-правда вас Терминатором не называл…
Дальше Ленка уже не слушала. Мысль показалась такой простой и очевидной, что хотелось даже танцевать. Ну конечно! Оставить, как было. Как будто ничего не было, не произошло. Подумаешь, задача – стереть из человеческой памяти пару предложений. Никакой сверхсложности. И все тут же станет проще, исчезнут все беспокойства, и жизнь войдет в нормальный ритм! Все гениальное – просто.
Лицо Кулеминой озарилось счастливой улыбкой, от переизбытка эмоций она даже чуточку подпрыгнула, но взяла себя в руки и стала с нетерпением дожидаться конца урока, чтобы поделиться своей идеей со Степновым. Звонок прозвенел особенно громко.
Едва дождавшись, пока школьники разбредутся по раздевалкам, Лена вбежала в спортзал, закрыв за собой дверь. Физрук собирал мячи по залу, но вошедшая девушка заставила его отвлечься от своего занятия.
- Лена, - одними губами, словно боялся никогда больше не увидеть.
- Виктор Михайлович, у меня к вам разговор, - безо всяких предисловий начала Лена и приблизилась к мужчине. Тот молча кивнул. – Вернее, даже предложение. Давайте забудем то, что вы мне сказали? Вы и сами потом поймете, что были неправы. Давайте оставим все так, как было!
Степнов как-то странно усмехнулся и бросил быстрый взгляд на Ленку, после чего отвернулся и, приподняв еще один мяч, отправил его точно под скамейку.
- Лен, не получится, - он наконец заговорил, вернувшись туда же, где и стоял.
- Что не получится? – непонимающе переспросила девушка.
- Забыть не получится и вернуть не получится. Лен, я люблю тебя. Так понятнее? – Виктор пару секунд неотрывно смотрел ей в глаза, но, заметив первые проблески испуга, опустил голову и пошел за следующим мячом.
- Вы… Вы что? – еле слышно проговорила Кулемина. – Вы же все портите, как вы не понимаете! – Ее теория рушилась прямо на глазах, делая Ленку все более беззащитной. – Не говорите так! Виктор Михайлович! – Степнов послушно подошел к ней и шепотом выдавил:
- Что?
- Вы меня слышите? Не смейте так говорить больше никогда! Ни-ко-гда! Не говорите! – В голове не было ни единой здравой мысли, зато паника от чего-то совершенно незнакомого и уж точно никак не жданного нарастала с каждой секундой. Еле удерживалась от того, чтобы не сделать по-быстрому ноги из опостылевшего спортивного зала.
- Хорошо, Лен, - Степнов устало вздохнул. Он уже достаточно намучился. И с этими чувствами, и с их осознанием, и с признанием. Для него, тридцатилетнего мужика, это было гораздо тяжелее пятикилометрового кросса. Теперь осталась только усталость. – Я не буду тебе ничего говорить и ни о чем напоминать, пока ты сама не попросишь.
- Я попрошу? – Ленка так и замерла с открытым ртом, даже не зная, что ответить. – Виктор Михайлович, я пойду. До свидания! – Так и не поднимая глаз, Кулемина вылетела из спортзала, заранее посылая куда подальше все оставшиеся уроки.
Виктор как-то отрешенно взъерошил себе волосы и продолжил бездумно раскладывать оставшиеся мячи.

Лена была уверена в том, что она сделала и сказала. Нет, абсолютно уверена. Нет, не так, она вообще не знала, что наделала. Ей в жизни никто никогда в любви не признавался, да что там – она целовалась-то всего раз со знакомым пацаном лет в двенадцать на заднем дворе из любопытства, после чего долго отплевывалась. А тут – любовь. Не просто «нравишься», которое при наличии хорошего воображения можно принять за ошибку, а – «люблю». Сознание настолько отрицало даже возможность таких слов, что Кулеминой то и дело хотелось проснуться. Не выходило.
Бежать-бежать-бежать.
Ленка помчалась домой, отчаянно обещая себе подумать обо всем завтра, надеясь, что у нее это сработает так же, как и у Скарлетт. Но, видимо, жизненного опыта все-таки не хватало. Паника никуда не уходила.
Деда дома не было, видимо, сидел у Василия Даниловича. Кулемина успела обдумать сотни возможных вариантов поведения, но одни казались чересчур сухими, другие – слишком фамильярными, третьи – излишне театральными, и так до бесконечности.
Сон пришел рано и как-то лениво, постоянно прерывался и не приносил ощущения долгожданного отдыха.

В школу Лена шла уверенно. Понять успела одно – действий от нее никаких не требуется, как и решений. Это успокоило.
В коридоре столкнулась со Степновым, с опаской подняла глаза и пролепетала:
- Здравствуйте, Виктор Михайлович.
- Здравствуй. – И прошел мимо.
Ничего. Безразличие, даже никакого проблеска чувств. «Зря боялась», - как-то неуверенно успокоила себя Кулемина.
С «Ранетками» не заладилось сразу: у Ани очередные проблемы с парнями, Лера что-то пообещала отцу, а Женька осталась помогать с математикой какому-то отстающему ученику – Борзова попросила. Естественно, никакой репетиции.
По такому же сценарию прошли еще три дня, правда, Виктора Михайловича Лена даже не встречала.
На четвертый день девчонки наконец смогли собраться, и началась долгожданная репетиция. Спортзал «Ранеткам» открывал Рассказов, он же с ними и сидел первую половину репетиции. Лене казалось, что счастье приблизилось на максимальное расстояние, ничто не могло сравниться с удовольствием перебирать пальцами жесткие струны, вслушиваясь в мелодию и попадая в ритм. Не надоедало даже одну и ту же песню проигрывать по пятому кругу из-за огрехов кого-то из участниц группы, гитара отзывалась на малейшее движение, приятно вибрируя. С закрытыми глазами Кулемина представляла себе освещенную сцену, толпы фанатов, подпевающих и размахивающих плакатами, игры светотени и качественно настроенную хорошим звуковиком музыку.
Спустя полчаса пальцы начали болеть из-за длительного перерыва, однако Ленку это нисколько не напрягло.
Вспышка – музыка оборвалась. Вспышка – какой-то лепет девчонок. Вспышка – хлопок двери. Вспышка – громкое приветствие. Знакомое. Идеальная часть репетиции явно подходила к концу. Ленка нехотя открыла глаза и хмуро взглянула на вошедшего второго руководителя группы. «Ранетки» незамедлительно поздоровались в ответ, Кулемина же только кивнула, мысленно прощаясь с инструментом. Ну да, так и есть.
- Так, все, репетиция окончена! У нас соревнования на носу, так что у ребят внеплановая тренировка. Кулемина, ты остаешься, тебя соревнования тоже стороной не обойдут!
Прокопьева попыталась разжалобить физрука, но Лера быстро на нее шикнула и успокоила всех тем, что завтра они смогут собраться пораньше и поиграть подольше. Лена поджала губы и закатила глаза, но гитару сняла. Тренировки, в конце концов, тоже приносили ей удовольствие. Раньше. Когда на тренера она смотрела распахнутыми в восхищении глазами, а не так, будто ближайший же пас обязательно заденет его голову или хотя бы бок.
Еще один упрек в адрес Степнова. Из-за его внезапно возникших чувств спорт перестал приносить ей прежнее моральное и физическое удовлетворение. Подло, очень подло. Почему-то обвинять было гораздо проще, чем слушать.
Тренировки были выматывающими, но приятного покалывания в пальцах не ощущалось, да и адреналина от предстоящей игры тоже не было. Пропало то чувство, от которого хотелось носиться по полю и раз за разом забивать мячи.
Зато проснулась любовь к музыке, к их репетициям, к собственной бас-гитаре. А хотелось снова кайфовать от ощущения шершавости новенькой резины под ладонью, слушающейся любого движения.
Игра начиналась как-то вяло, несмотря на то, что физрук припряг все старшие классы болеть за команду как полагается – с кричалками и транспарантами.
Соперник был не слишком сильный, ребята расслабились, Ленка и вовсе могла позволить себе остановиться посреди поля, чтобы перевести дух. Азарт пришел после перерыва, когда состав команды немного поменяли, взяв несколько запасных. Тогда уже было с кем играть и зачем играть. С растущим волнением Лена ощущала, как любовь к игре, к полю, к соперничеству, к ведению мяча и пасам постепенно возвращается. Возвращался блеск в глазах, возвращался и профессионализм. Матч они выиграли.
Победа всегда пьянит лучше любого алкоголя или энергетика, она затуманивает мозг и заставляет делать самые неожиданные поступки. Ленка, подпрыгнув от радости, с визгом помчалась к Виктору Михайловичу, который уже поздравлял ребят, и с разбегу бросилась ему на шею. Степнов же только мягко улыбнулся, сказал свое коронное «Молодец, Кулемина!» и аккуратно отстранил девушку от себя, не удостоив даже намеком на объятия. Не отшил, конечно. Но стало паршиво.
На следующий день порепетировать снова не получилось, все девчонки разбежались, одна Лена из школы выходить не торопилась. После вчерашней игры почему-то хотелось доказать самой себе, что она лучшая, что ее есть за что хвалить и ей есть чем гордиться. Что навыки свои она не утратила. Хотелось играть, бегать по полю, ведя мяч, подпрыгивать у кольца, отбегать и – снова. Но была и проблема, которая появилась у нее относительно недавно. Степнов Виктор Михайлович. Она знала, что у нескольких классов сегодня физкультура была, а значит, учитель в спортзале присутствует, а это обстоятельство значительно портило ее радужные планы.
В конце концов, Лена обругала сама себя за излишнюю трусливость и, старательно копя в себе уверенность, направилась в зал. Удивительно, но Степнова там не было. Мячи были разложены по местам, пол был чуть влажный от швабры, недавно побывавшей здесь в руках тети Лиды, пахло хлоркой, потом и резиной. А еще сигаретами – было открыто окно. Свет был выключен, и после недолгого размышления Кулемина решила его и не включать. Полумрака не было из-за яркого света солнца на улице, но определенная атмосфера все равно ощущалась. Было приятно ощущать себя хозяйкой, на тот момент единственной.
Глухие удары мяча о пол отдавались в голове, и довольно скоро началась сильная головная боль. Ленка недовольно застонала, перестав играть. Броски уже не приносили никакого удовольствия, а все из-за чего? Из-за того, что она, как дура, дергалась от каждого шороха, ожидая появления Степнова. Вот и голова разболелась – что уж удивительного. Точным движением отправила мяч обратно на место и уже пошла к выходу из спортзала, как вдруг дверь подсобки распахнулась, и оттуда вышел уставший и злой Степнов в сопровождении какой-то дамы весьма среднего возраста. Женщина напоследок взмахнула руками и визгливым голосом проговорила:
- А я пожалуюсь, не сомневайтесь, пожалуюсь! – Виктор шумно выдохнул, когда за ней наконец закрылась дверь.
Кулемина стояла в ступоре, до нее начинало доходить, что все это время она была вовсе не одна, просто не услышала голоса из-за хорошей звукоизоляции.
- Лена? – Степнов явно удивился тому, что остался совсем не в одиночестве.
- Я… - Девушка внезапно замерла, поражаясь собственному голосу. Да она никогда так тихо не говорила! Еще и слова куда-то подевались. – Да поиграть тут зашла, после игры, ну, сыграли же… - бессвязность собственной речи несколько смутила, и она тут же исправилась: - Поиграла я, нельзя? Уже ухожу. А это что тут было? – поспешила она сменить тему на разгневанную дамочку.
- Да, - Степнов махнул рукой в воздухе, выражая отчаяние. – Умелец тут один попытался волейбольным мячом в баскетбол сыграть, ему и попало из корзины по голове. Мамаша возмущенная приходила. – Виктор поморщился от неприятного воспоминания.
Ленка невольно улыбнулась, на душе от его ворчания стало как-то теплее. Такой знакомый… Решила немножко проверить, заранее зная результат. Он всегда провожал ее после тренировок.
- Ну, я домой пойду… - протянула с самой невинной улыбкой.
- Ага, иди, дед, наверное, заждался. – Виктор только кивнул и собрался возвращаться в подсобку.
- Виктор Михайлович! – Лена нахмурилась, ничего не понимая. – А… А вы… Вы не проводите? – Глупо покраснела.
- Так ведь еще светло даже. – Степнов подмигнул ей.
- Ну да… - еле слышно проговорила Ленка и как можно быстрее вышла из зала, ругая себя всеми известными словами.
А потом в голову пришла совершенно неожиданная, хоть и правильная, мысль. С Ним ей было гораздо лучше, чем без него. И уже было не так важно, признался он в любви или нет, важно было то, что общения с ним катастрофически не хватало. Совсем не так представляла она себе последствия предложения оставить все, как было. Было ведь совсем не так! Тепло было… А сейчас?
То ли она обидела Степнова, то ли он счел за лучшее вообще к ней не приближаться – этого Ленка пока толком не поняла. Но она должна была во что бы то ни стало заставить его обратить на нее внимание, хотя бы немного, чтобы хватило на небольшой диалог. Но нормальный, человеческий диалог, а не эти «кошки-мышки» по принципу «Лена появилась – Виктор исчез».
Первым делом Лена собрала всех девчонок на репетицию. У каждой опять были свои дела, но тогда, когда это было нужно, Кулемина умела проявлять удивительную твердость характера. Репетировали долго. Опять же, по настоянию Лены. В песнях ей не нравилось то одно, то другое, то третье, партии по нескольку раз видоизменялись, и все только для того, чтобы потянуть время. Ленка постоянно поглядывала в окно и, как только заметила первые признаки сумерек, тут же обрадовала всех сообщением, что, пожалуй, хватит.
Как только девчонки разошлись, Лена поправила свою сумку на плече и уверенно подошла к подсобке. Теперь уже не боялась.
- Виктор Михайлович! – Постучалась.
Степнов вышел в зал и с интересом посмотрел на девушку.
- А… репетиция уже кончилась. Мы доиграли!
- Да, я услышал, - улыбнулся.
- И уже поздно… - Недвусмысленно посмотрела в сторону окна.
Да, провоцировала. И он видел.
- Ты хочешь, чтобы я тебя проводил? – уточнил Виктор.
- Я?! – Ленка непроизвольно округлила глаза от постановки вопроса. – Ну допустим. – Нерешительно мотнула головой.
- Пойдем! – И снова улыбка.
Не было даже времени засомневаться в своих действиях.
До дома шли практически молча, Лена периодически пыталась завязать хоть какой-нибудь разговор, но Степнов был не слишком общительным собеседником. У подъезда попрощались как-то скомкано. Ленка только убедилась в том, что Виктора Михайловича надо как-то возвращать в ее жизнь.
Последующие несколько недель она старательно, с истинным упорством шла к своей цели. Но каждый раз только разочаровывалась и еще больше злилась. Создавалось впечатление, что Степнов не хотел иметь с ней вообще никаких контактов, ничего общего – он отказывался от любых ее предложений, избегал встреч с нею, разговоров.
Как-то Ленка подбежала к нему в коридоре и стала тараторить про новую идею для романа деда и про то, как тот нуждается в соавторе. На что Степнов невозмутимо и даже с некоторым удивлением ответил:
- Странно, что Петр Никанорович тебе сказал это. Мы с ним уже давно в кафе «Под мухой» встречаемся и все обсуждаем, выходит даже продуктивнее, чем дома.
Кулемина, не найдя, что ответить, - никакой дед ей ни о чем не говорил, конечно же, - только дернула плечами и удалилась. Попытки терпели провал, раз за разом. Было совсем не смешно.
В какой-то момент ее стали одолевать подозрения, что он ее вообще не слушает. Позвав Степнова пообедать с ней в столовой, она села напротив и принялась взахлеб рассказывать:
- Виктор Михайлович, а мне по алгебре четверку поставили. А по литературе тройка в четверти выходит. Родители звонили, они в Швейцарии, у них все в порядке. Сережка растет. Вчера в метро, представляете, столкнулась со Светланой Михайловной! А в группе у нас песня новая, Анька написала, только-только начинаем репетировать… - Виктор практически никак на рассказ не реагировал, только иногда кивал, внимательно заглядывая девушке в глаза.
Ленка набрала в легкие побольше воздуха и выдала, сама не зная, как решилась:
- Виктор Михайлович, и еще я беременна.
Степнов тут же побелел и громко рыкнул:
- Что?! Лен, ты серьезно?!
Кулемина покачала головой.
- Да шучу я, успокойтесь. Просто мне показалось, что вы меня вообще не слушаете.
- Кулемина! – Виктор, казалось, действительно испугался. – Ты… - слова находиться не желали, поэтому он просто махнул рукой и выскочил из-за стола, практически бегом устремившись к выходу.
- Да уж, - буркнула себе под нос Ленка. – Любит он, тоже мне. Заметно…

Спасибо: 92 
Профиль
Аллочка





Сообщение: 1900
Зарегистрирован: 01.04.09
Откуда: Россия, Москва
Репутация: 127
Фото:

Награды: Участник фестиваля "КВМ Парад Талантов"
ссылка на сообщение  Отправлено: 21.01.10 16:43. Заголовок: Мысль, пришедшая ей ..


Мысль, пришедшая ей в голову несколько позже, показалась гениальной. Ну, или почти, но попробовать все равно стоило. Дед с утра уехал в издательство встретиться со старым другом, вернуться обещал только к вечеру, а скорее всего, к утру. А вчера из-за обилия школьной учебной макулатуры у нее рухнула полка, причем чуть не задела саму девушку, Ленка просто успела вовремя отскочить.
Два и два складывались очень просто.
- Виктор Михайлович! – Когда все пятиклассники высыпали из зала, Ленка протиснулась в дверь и направилась прямиком к учителю физкультуры. – Здравствуйте. У меня вчера полка случайно отлетела, я сама привинчивать не умею, а деда до вечера не будет, да и ему это делать тоже нелегко. Не могли бы вы помочь? – Ленка чуть отвернулась и скривилась от собственного слащавого голоса.
Использовать Светочкины методы было противно и как-то… неправильно. Но все ее методы закончились еще в тот день в столовой, необходимы были более радикальные средства. Библиотекарша на звание самой умной женщины явно не претендовала, но кое-что, видимо, знала, потому что Степнов после некоторых раздумий и сомнений помочь согласился.
До конца учебного дня Ленка буквально порхала, сияя, словно случилось что-то необыкновенное. Конечно, ни на что из ряда вон выходящее Виктор не соглашался, но избегать ее, будучи наедине в небольшой квартире, будет крайне сложно, а при применении с ее стороны некоторых усилий – и вовсе невозможно. Может, хоть тогда удастся поговорить. Собственно, о чем именно им так нужно поговорить, Кулемина пока не сообразила, но то, что в разговоре есть потребность, усвоить успела.
Из школы они с Виктором шли вместе, снова молча. Но в этот раз Лену сие обстоятельство нисколько не напрягало – она предвкушала тот момент, когда они наконец останутся вдвоем и ему некуда будет бежать.
Сняв верхнюю одежду, Ленка провела Степнова сначала на кухню, предложив чаю, но тот тактично напомнил о полке, и Кулемина настаивать не стала – она знала, что просто не будет.
- Виктор Михайлович! – ее тихий голос остановил Степнова прямо в дверном проёме, мужчина развернулся. – Вам не надоело? Я… - договорить Лена не успела, кто-то настойчиво затрезвонил в дверь.
Распахнув ее, она с удивлением обнаружила на пороге Рассказова с пакетом гвоздей в руках.
- А… Вы… - дар речи пропал напрочь.
Кулемина молча пропустила гостя и с мрачным выражением лица прошествовала за ним в комнату.
- О, Игорь! – радостно и слишком явно облегченно воскликнул Степнов. – Лен, я Игоря Ильича помочь попросил, ну, все-таки мало ли…
- Да уж, мало ли! – язвительно передразнила она учителя. – Втроем полку прибивать будем! Один держит гвоздь, другой – молоток, третий – табуретку. Хотя… - зеленые глаза блестели то ли от возмущения, то ли от внезапно подступивших слез обиды, а может, и просто от яркого освещения, - хотя, знаете, я, пожалуй, пойду, справитесь и без меня! У нас табуретки устойчивые!
Кулемина накинула куртку и, с чувством хлопнув дверью, выбежала из квартиры.
Глупость, какая же глупость! Как же глупо они себя ведут!

Около часа побродив по вечереющему парку, Лена решила вернуться все-таки домой. Может быть, и зря она, конечно, так перенервничала, но и причины этого были более чем ясны. Стремление Степнова не мозолить ей глаза понять можно, но не до такой же степени!
Дверь открыла своим ключом, включила в прихожей свет и тут же наткнулась на пронизывающий взгляд синих глаз. Степнов стоял прямо напротив двери, прислонившись к косяку, и комплименты ей говорить явно не собирался. Ленка нервно сглотнула, но тут же расправила плечи.
- А где Игорь Ильич?
- Смылся сразу после твоего выступления. Решил, что будет мешать. – Усмехнулся. – Лен, что ты устроила? – Шаг вперед.
Кулемина вжалась в стенку.
- Ч-что? – пискнула, не узнавая свой голос.
- Что за скандал закатила? Из-за чего? Из-за полки?! – Еще один шаг.
Ленка молчала, глядя прямо в глаза. Сердце бешено билось, но сил отвести взгляд тоже не было.
- Не из-за полки, - шепотом.
- Лен, тебе не надоело? – Испуганно моргнула. – Не надоело в салки эти играть, или казаков-разбойников, как это называется? Я даже понять не могу, чего ты хочешь, хотя с тем, чего хочу я, определился уже давно! Ты то одна, то другая – как прикажешь это воспринимать? – Остановился, выдохнул. – Не надоело? – Обжег своим дыханием скулу.
- Надоело, - призналась Ленка. – Я… - Чуть отвернула лицо, чтобы не чувствовать его так близко.
- Что ты? Что ты, Лена? – почти касаясь губами кожи.
- Люблю тебя? – выпалила не думая, спрашивая непонятно у кого.
И тут же испугалась. Глотнула воздуха и дернулась в сторону, пытаясь отойти от Степнова подальше. Оправдываться было бессмысленно, говорить – тоже.
Виктор же, как только ее полувопрос дошел до его сознания, с силой сжал тонкие плечи и поцеловал. Коротко, жадно и грубовато. Не дав ни вырваться, ни запротестовать – Лена и почувствовать-то успела только вспышкой.
Со страхом заглянула ему в глаза и, нащупав за спиной ручку от двери, быстро дернула за нее. Оказавшись на лестничной клетке, как-то неуверенно пролепетала:
- Вы… вы меня не ждите больше так у меня в квартире. – И унеслась вниз по ступеням, услышав в спину только глухое проклятие.

Гуляла Кулемина дольше. По парку, по улицам. Забрела в кофейню, потом – снова по улицам. Пару станций на метро, пару – на автобусе, потом обратно, но другим маршрутом. И все время думала. Так как толковые и конструктивные мысли встречаются вообще редко, то думала она большей частью о том, какая же она идиотка. Не что сказала. Что убежала. Потому что рядом с ним было очень страшно. Но вот так одной – еще страшнее, гораздо.
Когда улицы стали медленно превращаться в крайне опасные для здоровья места, Лена уже шла домой. Поднимаясь по лестнице, от нечего делать считала ступени. Зачем – непонятно, может быть, так было проще оттянуть момент встречи с пустой темной квартирой. Повернула в двери ключ два раза, дернула за ручку – дверь не открылась. Внизу была видна полоска света. Значит, дед решил не отмечать встречу двух друзей…
Коря себя за невнимательность и представляя, как он, наверное, переволновался, долго держала палец на звонке.
За распахнутой дверью показался Степнов. Девушка внимательно осмотрела его, убеждаясь в его реальности и вопросительно на него посмотрела.
- Ну вот, - улыбнулся, - а ты говорила не ждать. Лен, - уже более серьезно, - где ты ходила так поздно? Темно ведь на улице…
Кулемина вошла в квартиру, повернулась к Виктору лицом и выпалила:
- Простите меня! Про… прости меня, - попробовала новое обращение на вкус, долго думая, насколько оно уместно. На вкус понравилось. – Прости, - повторила. – Я такая дура… - Развела руками, а потом сделала несколько шагов к нему и осторожно прижалась к широкой груди, боясь смотреть в глаза. – Я люблю тебя. Пожалуйста, скажи, что тоже меня любишь, - тихо-тихо, приподняв голову и глядя в упор.
- Ленка, - расплылся в улыбке, - я ждал, очень ждал. Я люблю тебя, - смакуя каждое слово.
- Правда? – От напряжения прикусила губу.
- Ленок, ну а ты как думаешь? – Зарылся в ее волосы, целуя то в макушку, то в висок. – Конечно, правда.
Ленка сцепила свои руки за его спиной в замке и прижала еще крепче. И совсем не страшно.

Спустя неделю

- Вить, - Кулемина начала прямо с порога, - я тут много думала, и знаешь… Любовь – она иногда проходит, а часто ее бывает просто недостаточно. Все-таки ты учитель, я твоя ученица, ты старше меня в два раза… Это как-то… неправильно, что ли? Я люблю тебя, но я думаю, что нам нужно расстаться.
Виктор и рта не успел открыть. Пробормотав что-то, быстро развернулся и ушел.
Вернулся через час, уверенно позвонил в дверь.
Ленка выглядела смущенной и немного запутавшейся.
- Лен, не знаю, каким таким «нам» нужно расстаться. Мне вот точно расставаться не надо.
Увидев ее улыбку, с готовностью увлек в свои объятия и мягко поцеловал.
Кулемина подняла на него свои влажные глаза и виновато пролепетала:
- Я больше так не буду…
Степнов только улыбнулся, мысленно готовясь терпеть такое хоть каждый день, главное, чтобы и заканчивалось всегда так же.

Вроде эпилога

Ленка бежала. Бежала, задыхаясь от жары, от усталости, от боли в ногах. Но бежала быстро, не сбавляя темпа. Она спортсменка, она могла. Уже на относительно близком расстоянии виднелся финиш, а рядом – любимый мужчина. Ее мужчина.
Трехкилометровый кросс всегда был выматывающим, но никогда еще у Ленки не было такого хорошего результата. После пересечения белой черты постепенно остановилась и сверкнула довольной, гордой улыбкой.
- Ну, как?!
- Молодец, Кулемина! – Улыбнулся в ответ. – Норматив сдала, даже с запасом. – Послышался сдавленный смешок.
- Так это ничего, что я прогуляла урок физической культуры? – Насмешливо выгнула бровь.
- Ну, мы ведь вместе его прогуляли. – Степнов подмигнул ей, но взгляда не отвел. Любовался ее растрепавшимися волосами, ее лицом, потрескавшимися от длительного бега губами…
Ленка стояла напротив тренера, а тот своей грудью закрывал ей весь обзор. Чуть отодвинувшись, увидела остальных ребят. Им бежать нужно было еще долго и много, некоторые, особенно «спортивные», еще и половины не пробежали. И каждый был занят только оставшимся расстоянием и собственным самочувствием. На стоящего вдалеке Степнова им, в общем-то, было наплевать.
Кивнув своим мыслям, Лена приподнялась на цыпочки и запечатлела на губах Виктора быстрый поцелуй, будто украденный. Как только почувствовала его ответ – сразу отстранилась, боясь увлечься.
И снова воровато посмотрела на одноклассников. Никто и внимания не обратил – выдохнула.
Да, побегать им еще придется. Только, знаете, вдвоём бегать гораздо интереснее.

Спасибо: 80 
Профиль
Ответов - 39 , стр: 1 2 All [только новые]
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  3 час. Хитов сегодня: 261
Права: смайлы да, картинки да, шрифты нет, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет



Создай свой форум на сервисе Borda.ru
Форум находится на 74 месте в рейтинге
Текстовая версия