Не умеешь писать - НЕ БЕРИСЬ!

АвторСообщение
Юрвига





Сообщение: 2
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ
Репутация: 0
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.02.09 11:41. Заголовок: Автор: Юрвига

Спасибо: 20 
Профиль
Ответов - 78 , стр: 1 2 3 4 All [только новые]


Юрвига





Сообщение: 841
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ
Репутация: 75
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.03.10 15:10. Заголовок: День тянулся медленн..


День тянулся медленно. Иногда казалось, что июньское солнце намертво приклеено к небесному куполу в самом зените и вечер не наступит никогда. А вечера она ждала. Потому что вечером Степнов придет домой. Можно будет скоротать пару часов после ужина за попыткой посмотреть очередной дурацкий сериал, а потом, когда сумерки окончательно поглотят свет за окном, бесшумно прокрасться к нему в комнату. Ждать днем, жить ночью – привычка, стойко сформировавшаяся за последние две недели. Лена старалась не думать, почему это делает. То есть старалась с тех пор, как отговорка «мы делаем ребенка» превратилась в совершеннейшую нелепицу. «Подходящие» дни давно миновали, а она все не могла остановиться – ноги сами несли ее по длинному коридору к заветной двери. Виктор больше не позволял себе неуместных шуток, молча встречая ее долгим поцелуем и одним движением сдергивая комбинацию. А девушка просто запретила себе думать на эту тему, усердно отпихиваясь от копошившихся неприятных мыслей, и просто плыла по течению, мягко переносившему ее из ночи в ночь.
Только дни становились все длиннее, и переживать бесконечные часы ожидания становилось невыносимо сложно. Девушка взглянула на часы. Еще нет и двенадцати, а выносить это уже нет сил. Тело голодно ныло, словно требуя обезболивающего, а она ничего не могла поделать. Пыталась отвлечься: лупила боксерскую грушу в спортзале, включала на всю катушку любимый рок, орала песни, слопала шоколадку, но ожидаемого притока гормонов удовольствия так не почувствовала. Все, что совсем недавно было способно принести хоть какую-то радость, превратилось в рутину, в никчемность-ненужность.
Наспех натянула летнее плате, кое-как распрямила еще влажные после душа волосы и вылетела из своей комнаты. Оставался последний допинг – скорость. Когда давишь гашетку в пол, врубаешь музыку так, чтобы закладывало уши и несешься по шоссе, куда глаза глядят.
До боли в пальцах сжав баранку «Ауди ТТ», Лена выехала за ворота, стараясь не гнать по элитному поселку, вырвалась, наконец, на трассу, с удовольствием нажала на газ. Автомобиль мгновенно подчинился, на электронном спидометре быстро перевалило за сто пятьдесят километров в час. Девушка повеселела – ощущение, которое охватывало ее, когда этот мощный механизм слушался каждого движения, и, практически каждого вздоха, она не могла сравнить не с чем. Разве что… Лена разочаровано застонала: скрутившее при незваном воспоминании низ живота желание было сильнее, чем адреналин от скорости. Ненавидя себя за эту слабость, за жар и озноб, охватывающие ее тело каждый раз, когда она вспоминала о Степнове, девушка прибавила скорость. Ничего, она выбьет из себя эту дурь… Ничего… Только бы продержаться до вечера.
Она опомнилась только когда вокруг замелькали высотки. Москва. Еще через пять минут оказалась у здания компании. Машину главы корпорации издали заприметил охранник, кинулся к Лене.
- Здравствуйте, Елена Никитична! Припарковать машину?
Откуда только эта вездесущая служба безопасности все знает? Она молча кинула ему ключи, зашагала к офису, стараясь не думать о том, что сейчас скажет Степнову и о том, зачем вообще туда идет. Девушка считала мозаичную плитку под ногами и почти не отзывалась на приветствия незнакомых людей. Подымаясь в лифте, пустым взглядом смотрела на суетящуюся Москву. Пульс бился в висках миллионом крохотных молоточков. Она была в его кабинете всего раз, когда подписывала брачный контракт, и дорогу помнила смутно, но сейчас шагала безошибочно, как ведомый древним инстинктом зверь. Шагнула в приемную, равнодушно посмотрела на рыжую секретаршу. Почему-то подумала: «зачем ему рыжая? У всех блондинки, а этот …»
Девушка поднялась из-за стола и аккуратно преградила ей дорогу.
- Здравствуйте, Елена Никитична. У Виктора Михайловича совещание. Вы не могли подождать? Я принесу вам чаю или кофе…
Неожиданно для себя Лена прервала ее треп, подняв горящие глаза:
- Пошла вон. – потом ей будет стыдно. Очень стыдно.
Девушка опешила. В прошлую их встречу молодая жена хозяина показалась ей тихим, безобидным и каким-то отстраненным созданием, а теперь вот… «без году неделя жена олигарха, а все туда же». Решив не связаться, рыжеволосая Светочка сделала шаг в сторону. Лучше потом получить пистолей от шефа, чем навсегда испортить отношения с его женой.
Лена молча прошла мимо и толкнула дверь в кабинет Степнова. Люди, за секунду до этого, что-то бурно обсуждавшие, разом замолчали.
- Лена? – Степнов приподнялся из-за стола.
Она молчала, не в силах выдавить не слова, и смотрела ему в глаза.
- Все свободны. – Наконец обронил Виктор в замкнувшейся под зеркальным потолком тишине, - продолжим, - короткий взгляд на часы, - после обеда.
Собравшиеся с грохотом отодвигая стулья, покинули кабинет. Едва дверь закрылась за последним из них, Лена решительным шагом пересекла помещение, оказалась совсем близко, снова заглянула в глаза, надеясь, что мужчина все поймет сам. Но лицо его оставалось недвижимым, руки небрежно покоились в карманах брюк, он смотрел сверху вниз – невозмутимо и, казалось, равнодушно.
Отступать было поздно – она возьмет то, за чем пришла. Крепко зажмурившись, девушка обвила руками шею Виктора, прижалась губами к губам. Мужчина словно ждал этого первого шага, и, почувствовав ее прикосновение, тут же прижал девушку к себе, одним движением усадил на стол, смахнув на пол канцелярские мелочи и наверняка важные бумаги.
Лена дрожащими пальцами расстегивала бесконечный набор пуговиц ее наглухо застегнутого пиджака, тонкой рубашки. Он целовал ее, тяжело дыша, рвал на ней платье, белье до тех пор, пока девичье тело не обнажилось полностью.
Ее рука легла на пряжку ремня, но Виктор оказался быстрее – мгновенно щелкнул застежкой, потянул вниз молнию. Она почувствовала спиной холодную поверхность полированного стола и одновременно с этим его горячее вторжение. Застонала протяжно, вцепившись в дерево слабеющими пальцами, не в силах отвести разорвать с ним зрительный контакт. Глаза Степнова теперь смотрели по-другому, но разбираться с оттенками его эмоций девушка сейчас способна не была. Пытаясь удержать бедра под его твердым натиском, Лена хрипло шептала только одно слово. Ее жаркое «еще», ее молочно-белая кожа на поверхности темного дерева, приоткрытые влажные губы – все это сводило с ума, и, боясь прийти к финалу раньше времени, мужчина то и дело останавливался, наклонялся к ней, впиваясь губами в отвердевшие вершины сосков, покрывая поцелуями напряженный животик, обнаженную шею, алеющие скулы. Но Лена снова и снова твердила это свое «еще» уже почти срываясь на крик, и он снова двигался, отчего ее тело гнулось дугой, словно от электрического разряда. Минуты и волной наслаждения захлестнуло их обоих. Он тяжело дышал и все еще крепко сжимал девичьи бедра в своих руках, а она блаженно улыбалась.
Наверное, именно это чувствуют наркоманы, дорвавшись до вожделенной дозы: чистое наслаждение, без примеси других чувств, обнаженная радость не смешанная ни с чем. Эйфория.
Эйфория сменилась чувством вины. Наверное, это испытывают больные булимией, что после долгой диеты срываются и наедаются до отвала, а потом, мучаясь угрызением совести, засовывают два пальца глубоко в рот, чтобы освободить желудок. И Лена была готова даже на это, лишь бы вычистить из себя гнетущее ощущение своей слабости. Слабости, которую он видит. Слабости, которая делает ее «одной из…». Одной из тех, кто стал средством удовлетворения его страстей. Только испытанный булемиками метод ей не поможет. И от этого она чувствовала себя еще хуже.


Спасибо: 80 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 842
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ
Репутация: 75
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.03.10 15:10. Заголовок: Ох уж эта молодежь с..


Ох уж эта молодежь с ее вечной привычкой красить окружающий мир только в два цвета: безпроглядно черный и ослепительно белый! Мнят себя взрослыми и способными принимать серьезные решения, а сами словно пятилетние дети делят людей на «хороших» и «плохих». И невдомек им, что из любого «за» легко сделать «против».
Степнов давно отложил бумаги в сторону и в тишине опустевшего офисного здания, расстегнув давящую на горло пуговицу рубашки, неспешно глотал коллекционный арманьяк, глядя на вечернюю Москву, призывно мелькающую неоновыми вывесками за стеклянной стеной.
Домой, как в последние пару недель, не торопился: что-то у подсказывало Виктору, что жена дождется его, даже если он слегка задержится. А здесь, в мягкой тишине своего кабинета, расслабившись после наполненного суетой дня, можно было спокойно поразмышлять обо всем происходящем.
Как к этому относиться? Он сделал хороший глоток, сунул в рот дольку ароматного яблока. Степнов меньше всего ожидал, что дело примет вот такой вот оборот, хотя и не исключал такой возможности.
Но теперь нужно было решить, как поступить. Лена еще не влюблена. Она просто сходит с ума от страсти, захлестывающей все ее существо, наполняющей разум и чувства, поглощающей волю. Этот огонь с равными трудозатратами можно обратить и в любовь, и в полное равнодушие. Для второго, впрочем, требуется гораздо меньше усилий – нужно просто не добавлять в их отношения эмоциональной составляющей, и девушка сама со временем перегорит, если учитывать ее отношение к нему, как к человеку. Тогда все останется в рамках договора: рождение ребенка, деньги, ее скорый уход – ведь молодость возьмет свое и рано или поздно Лена влюбится, ей захочется свободы, другой жизни рядом с тем, кого она выберет.
Но есть и другой вариант. Можно попробовать перевести их отношения с чисто сексуального уровня на новый, наполненный другими эмоциями. Ему, прославившемуся в мире бизнеса не только акульей хваткой, но и бесподобной интуицией, не составит большого труда это сделать. И чем дольше он думал, тем все больше эта ситуация казалась Виктору выигрышной - мадам Степнова становится слабее, потому что любящий всегда слабее того, кто позволяет себя любить. Это даст возможность контролировать ее. А что получает он? Он получает семью при минимальных потерях – у ребенка будет реальная, а не приходящая мать, у него будет надежный тыл и постоянная сексуальная партнерша без риска, и при этом полное эмоциональное спокойствие. А Лена никогда не догадается, о том, что его любовь – сделка с жизнью. Выгодная, без сомнения, сделка. По его подсчетам все остаются в плюсе.
Мужчина довольно улыбнулся, одним махом опрокинул в себя ароматное золотисто-коричневое содержимое бокала и нажал кнопку селектора:
- Света, машину мне.


Спасибо: 82 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 843
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ
Репутация: 75
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.03.10 15:13. Заголовок: уж не знаю, жив ли в..


Скрытый текст


Теплый солнечный луч ласкал лицо, свежий аромат летнего утра будоражил обоняние, звук стрекочущей где-то газонокосилки рассыпал по телу щекочущие мурашки. Но разбудило Лену совсем не это. Чтобы понять, что именно выманило ее из нежных объятий Морфея, она медленно приоткрыла глаза и тут же зажмурилась. Снова открыла. Ведение не исчезало. Степнов, подперев голову ладонью, лежал рядом и смотрел на нее. В синих глазах приплясывали чертики. Мужчина улыбался.

Она привыкла к одинокому пробуждению и поспешному бегству из спальни Виктора так же, как и к жарким ночам в шелковом озере простыней его кровати. Каждое утро, просыпаясь, Лена обнаруживала, что в комнате одна и словно полуночный вор вновь и вновь кралась вдоль длинного коридора к себе. Это стало столь привычным – шептать ему нежности ночью и угрюмо помалкивать днем, что девушка растерялась. Как вести себя? Сейчас, когда он загадочно улыбается и смотрит на нее этими своими…..синими….. И с чего это он, несмотря поздний час, валяется в постели, да еще и пялится на нее… почем зря?

- У тебя не получается притворяться. – Насмешливый голос заставил вздрогнуть, открыть глаза и бросить на него вопросительный взгляд .
Степнов все так же продолжал смотреть на нее и нахально улыбаться.

- Я вижу, что ты не спишь, поэтому глаза можно открыть. Тем более, я принес тебе завтрак. Садись скорее, будем есть.

Лена, собиравшаяся было выплюнуть в него какую-то колкость, поперхнулась собственным голосом. Завтрак? В постель? От удивления ее глаза округлились, но мужчина, словно не заметив, приподнялся и потянул на себя прикроватный столик. Через секунду перед носом девушки оказался поднос. Апельсиново-оранжевый свежевыжатый сок, маленький кофейник, миниатюрные чашечки, пухлые, теплые оладьи и влажная от утренней росы бордовая роза. Лена нервно сглотнула и аккуратно села в постели.

- Налетай! – тонкая коричневая струйка ударилась о дно чашки, мгновенно наполнив комнату ароматом свежесваренного кофе.
Девушка, наконец, пришла в себя и встряхнулась. Чего это он о себе возомнил? Лыцарь, блин…. Задумываться о причинах такого поведения Степнова совсем не хотелось.

- Вообще-то я сначала предпочитаю душ. – она изо всех старалась, чтобы голос звучал невозмутимо, но связки предательски «дали петуха».

- Это потому что никто никогда не приносил тебе завтрак в постель! - Мягко улыбнулся Виктор, словно и не заметив ее бесплодных попыток дистанцироваться. – я ведь прав? – мужчина подвинул столик ближе. – тебе понравится, попробуй.

Устоять перед ароматом свежего кофе и теплых еще оладий было невозможно, тем более что минувшая ночь отняла приличное количество сил. Лена с аппетитом накинулась на еду.

Степнов – слава Богу!- ничего не говорил, только продолжал странно улыбаться и наблюдать за женой, а Лена старалась не думать, как выглядит в этот момент - растрепавшиеся волосы, обнаженное, едва прикрытое тонкой простыней тело…. Лохудра и только.

Удивляя саму себя количеством поглощенной еды, Лена прикончила последний оладий и, вытерев пальцы о льняную салфетку, откинулась на подушку.

- Хорошоооооо, - протяжно выдохнула она, на мгновение забыв о его присутствии в комнате.

- Так же хорошо, как было сегодня ночью? – напомнил о себе Степнов, откатив стеклянный столик в подножье кровати.

Лена покраснела как варенный в крутом кипятке рак и ничего не ответила, только беспомощно посмотрела на мужа. С этим, новым Виктором с насмешливой улыбкой и чертиками в глазах, она была совсем незнакома. Этого Степнова не трогали ни ее показное равнодушие, ни надуманная резкость. И она не знала как себя вести. А он похоже знал, потому что, избавившись от прикроватного столика, вернулся и склонился на ней. С минуту пристально смотрел в глаза, все еще слегка улыбаясь, потом коснулся губами ее губ, провел теплой гладкой ладонью по телу, отбрасывая шелк в сторону.

И снова низ живота стал тяжелым и почти болезненным, легкий стон вырвался из груди и пальцы зарылись в черный жесткие волосы. Но мужчина не спешил. Он легко покусывал ее губы, скользил пальцами по теплой гладкой коже живота, касался остроконечных вершин белоснежно-молочной груди. Мысли утекали прочь, оставляя в голове прозрачную легкую паутину ощущений и осязаний. Его ладонь легла между девичьих бедер, пальцы привычно нашли источник ее наслаждения.

- Ммммм, - голос Виктора стал хрипловатым и глаза потемнели почти до черна, - какая ты горячая и влажная…. Там…хочу тебя безумно.

Лена охнула и зажмурилась. Боль внизу живота становилась все сильней, и почему-то все меньше походила на квинтэссенцию страсти. А Степнов вдруг замер. Она открыла глаза. Мужчина еще не погасшим, мутноватым взором смотрел на свою руку, удивленно приподняв брови. Бывшие недавно в самом центре ее существа пальцы окрасились в багряно-красный цвет крови. Мысль – острая как стрела, возилась в пустевшее до этого сознание. Господи, как она могла забыть! Самое время!

Их взгляды встретились. Его – недоумевающий, ее – испуганный. Еще секунда и Лена, залившись краской до корней волос, шепнула «извини» и выскользнув из под тяжелого мужского тела пулей кинулась из комнаты.




Спасибо: 107 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 848
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ
Репутация: 80
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.03.10 14:06. Заголовок: А помните, как мы жд..


Скрытый текст


Когда в доме появилась молодая хозяйка, Соня была несколько напугана. Им, горничным, приходится несладко, когда у работодателя появляется женщина. В лучшем случае – новые правила, порядки, в худшем – о худшем даже задумываться не хотелось. Ревность, попытки подставить, обвинить в воровстве и прочие развлечения силиконовых блондинок стали притчей во языцах среди обслуживающего персонала вычурных домов нуворишей.

А Соня, двадцатитрехлетняя киевлянка с обворожительными миндалевидными глазами, дорожила своей работой и вовсе не хотела ее терять. Хозяин – добрейшей души человек, рук не распускает, ведет себя интеллигентно и не возражает, когда она иногда прихватывает на работу трехлетнего карапуза Владика, если сынишку совсем не с кем оставить, и к тому же терпит ее учебу в университете. Поэтому весть о женитьбе Степнова заставила девушку почти месяц засыпать в тревожном ожидании чего-то нехорошего. Но самые худшие опасения распались в прах, когда летним утром вместо расфуфыренной девицы Соня обнаружила в кухне подтянутую молодую девушку в спортивных брюках и мягких кедах, бурно возражающую, чтобы Клавдия Степановна накрывала завтрак в столовой.

-Что я вам, цаца какая? – бурчала она, усаживаясь за стол, - все равно … - запнулась об имя хозяина, - его нет дома. Я уж лучше тут, с вами.

Она жевала булку, запивая молоком, и выглядела такой потерянной, что Соне было даже немного жаль ее.

Молодая хозяйка оказалась еще более беспроблемной, чем выглядела на первый взгляд. Она строго-настрого запретила себя именовать Еленой Никитичной, объявив что для всех она просто Лена, под ногами не путалась, ценных указаний не раздавала и вообще была совершенно незаметной до тех пор пока солнце не закатывалось за горизонт. И только по ночам из приоткрытого окна спальни хозяина дома доносились ее хрипловатые стоны. Охрана улыбалась и полушепотом отпускала плоские шуточки.

Соня, иногда остававшаяся ночевать, чтобы не возвращаться затемно в город, брезгливо морщилась и, сидя с чашкой чая на скамье в опустевшем дворе, думала про себя, что для такой невероятной страсти юная мадам Степнова выглядит чересчур несчастной. Но, в конце концов, разве это ее дело? Раз девушка живет здесь, и очевидно, что добровольно, значит, это ее выбор. Да и по доносящимся из хозяйской спальни звукам было не похоже, что Лена тяготится своей участью. И, казалось бы, все хорошо, только Соня ничего не могла с собой поделать: юную жену Степнова ей отчего-то было ужасно жаль.

Особенно сейчас, когда она, скорчившись от болезненных спазмов внизу живота, лежит в своей спальне. Соня деликатно постучала в дверь и тихонько вошла. Мадам Степнова по-прежнему оставалась на кровати, и на звук шагов даже не обернулась.

- Я принесла молока. – Девушка поставила поднос на тумбу у кровати, - с печеньем. Нужно съесть хотя бы это, что же ты голодом себя моришь.

- Не хочу ничего, правда. – Лена приподнялась и, не отнимая руки от живота, поморщилась: - болит.

- Может, все-таки таблетку? – Соня опустилась на пуф . Весь день уговаривала девчонку облегчить свою участь с помощью обезболивающего, но та упрямо отказывалась. И теперь снова скривила губы в презрительной усмешке:

- Что от них толку?

- Мне помогают.- попыталась заступиться за фармацевтическую продукцию Соня.

- А моей маме – не помогли. – резковато выдохнула Лена и прикрыла глаза. Больно. Но уже не внизу живота, а там, под сердцем.

Горничная закусила губу, сообразив, что от души бухнула соли в кровоточащую рану.

- Извини, я наверное что-то не то брякнула. Я пойду.

- Да все в порядке, это ты меня извини, - Лена удержала попытавшуюся подняться девушку. – сама понимаешь, не в духе.

- Ну ничего, - облегченно засмеялась Соня и снова уселась на пуф, - одно утешение – это все временно. Вот родишь Виктору Михайловичу ребеночка и все пройдет, Больно уже не будет. У меня так было с Владиком. Раньше ужас как мучилась, а сейчас все, как бабка отшептала.

Лена снова прикрыла глаза, поморщившись от спазма боли. Слушая в пол-уха щебетанье Сонечки, она вдруг почувствовала, как отчаяньем сводит горло. «Родишь ребеночка и все пройдет». Все. А ведь и правда, как только выяснится, что она беременна, необходимость ежевечерних визитов в спальню мужа отпадет. Паника удушливой волной прокатилась по телу. Даже боль отступила перед желанием вскочить и бежать… бежать по длинному коридору, прижаться к его спине, заснуть в его руках… ни думать ни о чем.

- Лена тебе так нехорошо? Может, позвать Виктора Михайловича? – Соня тревожно заглянула в лицо хозяйки дома.

- Нет – девушка через силу улыбнулась - мне уже лучше, правда. Я, наверное, лягу спать, уже почти девять, заодно завтра пораньше встану. И молоко я выпью, не переживай.

- Вот и хорошо, - горничная улыбнулась и поднялась, - тогда я пойду, отдыхай.

Лена кивнула и снова прикрыла глаза. Как за Соней закрылась дверь, она уже не слышала. Она думала о том, что, во что бы то ни стало, нужно предотвратить эту беременность. Или оттянуть. Оттянуть хотя бы на месяц. Или на два. Или на полгода. В общем на такой срок, который не вызовет подозрений у Степнова и за который она успеет… успеет перестать быть зависимой от этих жарких, наполненных горячей негой ночей. Когда то же ей надоест? Как пресыщаются самым изысканным блюдом, так и она рано или поздно пресытится этим безумством!

Она словно в лихорадке металась по кровати. Слишком много сделок с совестью для одной Лены Кулеминой. Только выхода нет, нет, нет… И жить без этого сейчас она не может, как наркоман без очередной дозы. От одной мысли, что все прекратится, ее трясло как в предэкзаменационном мандраже. Очнулась девушка легкого скрипа двери. Она обернулась. На пороге стоял Степнов.

- Не спишь? – он встревожено смотрел на жену – прости за вторжение, я хотел убедиться лично, что у тебя все в порядке. Как ты?

- Ничего. – облизнула вмиг пересохшие губы. Голос предательски дрожал. – Мне уже лучше.

- Можно мне немного побыть с тобой? Знаешь ли, привык засыпать в твоем обществе. – он сделал еще несколько шагов к кровати и, словно в нерешительности, остановился. Еще раз повторил вопрос: – можно?

Лена в ответ смогла только кивнуть, судорожно сглотнув. Виктор опустился с нею рядом, притянул к себе. Девушка осторожно положила голову на мужское плечо и, выдохнув, прикрыла глаза. Оказывается, лежать с ним вот так, в закатных сумерках, без слов, без ласк и поцелуев, почти без дыхания и уж точно – без всяких там мыслей - необыкновенно хорошо. И даже боль отступила, перестав, наконец, терзать ее измученное тело. Она не заметила, как село солнце.


Спасибо: 122 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 862
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ
Репутация: 81
ссылка на сообщение  Отправлено: 31.03.10 13:00. Заголовок: В тот год, когда не ..


Скрытый текст


В тот год, когда не стало мамы, Лена перестала бывать в поликлиниках, больницах и даже аптеки старалась обходить стороной. Медосмотры в школе стали настоящей пыткой, а визиты к стоматологу с «легкой» папиной руки – сущим проклятьем. От вида людей в белых халатах, от специфического запаха лечебных учреждений девушку неумолимо начинало мутить. Слава богу, здоровье ей досталось крепкое, и даже в стоматологическом кресле она проводила не дольше пяти минут, положенных для осмотра.

Но не только поэтому придти сегодня в аптеку было невыносимо трудно. Да, прозрачные витрины, заставленные коробочками, пузырьками, блеск и холод стекла раздражали ее сегодня не самим своим существованием, а тем фактом, что здесь, среди отвратительной аптечной стерильности, она снова наступает на горло Лене Кулеминой. Прежняя Ленка никогда не позволила бы себе поддаться слабости, а эта, новая, ей совсем незнакомая, словно размазня, идет на поводу у своих желаний. Надоедливый внутренний голос все шептал разные мерзости, отчего хотелось выть волком на луну которой, ввиду светлого времени суток, и на небе то не было видно. Но она все решила и, буркнув «заткнись» своему глубинному «я», направилась к скучающему за прилавком фармацевту и уже через минуту выбежала на улицу, унося с собой коробочку с почти стопроцентной гарантией от обещанной мужу, но такой нежеланной сейчас беременности.
По дороге домой заехала в парфюмерный магазин – возвращаться из города с пустыми руками, если уехала «за покупками» , совсем нелепо. Уже загружая в машину покупки, Лена почувствовала, что в воздухе что-то изменилось. Легкий летний ветерок неожиданно усилился и вот уже мощные порывы несут по улицам мелкий мусор, полуденное солнце скрылось за иссиня-черной тучей, а потемневший горизонт то и дело разрезали голубые стрелы молний. Где-то громыхало. Девушка глубоко вдохнула. Пахло грозой.
До дома полчаса как минимум, и это если гашетку в пол. Значит, дождь застанет ее в пути и придется бороться со скользкой трассой или пережидать где-нибудь на обочине. Поколебавшись еще мгновенье, девушка села за руль. «Успею» - заверила себя она и решительно повернула ключ в замке зажигания.

Накрапывать стало в десяти минутах езды от поселка. В пяти начался дождь. А когда Лена въезжала во двор через автоматические металлические ворота, то, что творилась вокруг, даже ливнем нельзя было назвать. Словно кто-то наверху перевернул бездонное гипотетическое ведро над землей. Вода лилась, и лилась, и лилась, и казалось, не будет этому ни конца, ни края.

Охранник на остекленной террасе дома беспомощно смотрел на въехавший во двор автомобиль. Внезапно обрушившаяся на поселок стихия застала его врасплох и он никак не мог решиться выбежать на улицу, чтобы забрать у хозяйки ключи и загнать автомобиль в гараж. Неизвестно зачем набрав полную грудь воздуха, словно собираясь нырнуть, парень распахнул двери на улицу и увидел, как девушка отчаянно машет ему через лобовое стекло и что-то показывает рукой.

- Да стой ты, дурак, куда лезешь! – выругалась Лена, - пережду я в машине, ничего со мной не случится.

Охранник на террасе, кажется, верно истолковал ее жесты и с видимым облегчением вернулся в свое надежное укрытие. Девушка с облегчением откинулась на спинку сиденья и слегка приоткрыла окно – так, чтобы от косых струй спасал козырек над стеклом, но свежий влажный воздух проникал внутрь. Да, не хотелось бы сейчас оказаться там… А может наоборот, распахнуть дверь и выйти над улицу, под эти колючие, словно под напором, струи? Пробежаться босиком по ухоженному газону, подставить лицо дождю, напиться этой летней грозой вдоволь, досыта, промокнуть до нитки, до черных дорожек туши по щекам… Только в доме куча народу, и парнишка-охранник таращится через стекло, и с ним еще кто-то… Лена прищурилась.

На террасе стоял Степнов.
Судя по тому, как виновато разводил руками парень и отчаянно жестикулировал, повторяя Ленины пассы, хозяин дома появился мгновенье назад и явно был недоволен, что его жена до сих пор на улице. Выслушав охранника, Виктор спокойно отправился к двери и даже не вздрогнул, выйдя из под навеса. Десяток метров да машины он преодолел в несколько секунд, но когда, наконец, дернул на себя дверь «ауди», тонкий джемпер на нем и джинсы можно было выжимать.
- Вот черт. – он плюхнулся на сиденье. – Ну надо же. Не помню когда в последний раз попадал под такой дождь.
Он развернулся к девушке всем корпусом и Лена отчего-то едва не задохнулась. Синие глаза казались темными, как июльская ночь, и глубокими как горное озеро, с волос, мгновенно скрутившихся в черные упрямые пружинки, капала вода, стекала по лицу, скатывалась прозрачными, сладкими на вид каплями по смуглой от загара шее. Эти капли до ужаса захотелось собрать губами, скользнув по теплой коже, задержавшись вот в той симпатичной впадинке. Стоп! Лена поспешно спрятала глаза. Сейчас, под его пристальным, смеющимся взглядом, эти мысли явно некстати. Склонилась, выдернула пачку бумажных платков из карманчика под приборной панелью.

- Держи вот. Мокрый весь, простынешь.

-Какая забота.. – ни нотки иронии в голосе и словно смущенный взгляд, – спасибо.

Лена смотрела, как ее муж неловко вскрывает пластиковый пакет, как пытается вытянуть на свет божий тонкую бумажную ткань, неподатливо рвущуюся в мужских пальцах. Не вытерпела, отняла упаковку, одним движением выхватила платок, быстро, стараясь не смотреть в глаза мужчине, стала промакивать блестящие капли. Высокий лоб, выступающие скулы…Перехватил ее ладонь с зажатой салфеткой, прижался щекой к тонким пальцам. Влажный, смятый кусочек бумаги упал куда-то под сиденье, но она этого уже не заметила. Не в силах противиться безумству, потянулась к нему всем телом. Его губы были прохладными и влажными от дождя, ее – горячими и сладковатыми на вкус. Он целовал ее словно в первый раз – аккуратно, едва касаясь, так нежно, почти невинно, словно и не было у них этих сумасшедших ночей, наполненных опьяняющим ароматом разгоряченных любовью тел. Иногда на мгновение Виктор отстранялся , заглядывал в помутневшие зеленые глаза, шептал что-то нежное, отчего у нее болезненно-сладко щемило где-то в районе лопаток, и снова перехватывало дыхание.
Дождь все еще отчаянно хлестал по автомобилю, а Лена, десять минут назад проклинавшая разбушевавшуюся стихию, теперь была безумно благодарна стене воды, окружившей ее персональный, так внезапно родившийся рай.


Спасибо: 119 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 865
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ
Репутация: 83
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.04.10 12:23. Заголовок: - Это очень странно,..


- Это очень странно, Дэвиду не свойственно опаздывать. – Степнов кажется уже в сотый раз посмотрел на часы. - Обычно он крайне пунктуален.

Лена пожала плечами.

-Может, пробки? Ты же знаешь как это бывает…

- И телефон недоступен. Вчера прилетел, из гостиницы звонил, - мужчина прищурился, вспоминая детали, - и сегодня утром созванивались. Может, что-то случилось?

- Не нервничай, всякое бывает. – Лена слегка коснулась рукой плеча мужа. – давай пообедаем и ты вернешься в офис, а я поеду домой. Когда все выяснится, позвонишь мне – я попрошу Клавдию Степановну приготовить ужин на троих. Пригласишь своего Дэвида, обсудите все у нас.

- Мысль. – Степнов бросил на девушку короткий взгляд и кивнул – так и сделаем.

Через полчаса Лена уже мчалась за городом. То есть пыталась мчаться, потому что сегодня ее «Ауди» отчаянно сопротивлялась. Она вжимала педаль газа в пол, но автомобиль упрямо не набирал скорость. Под капотом что-то шелестело. Лена свернула на обочину. Вышла из машины, открыла капот. Заядлой автомобилисткой она не была и в начинке под капотом разбиралась с трудом. Так что вот так, с ходу, поставить диагноз у нее не вышло. Мимо со свистом пролетали железные кони, иногда притормаживая, чтобы их пассажиры могли полюбоваться очаровательным зрелищем: очередная блондинка на шпильках и в платье, явно не подходящем для работы автомеханика, с любопытством заглядывала под капот.

- Ндаааааа, - Лена озадачено терла затылок и шестым чувством пыталась определить причину неполадок. Интуиция молчала, словно красный партизан. – Что ж делать то?

Рука потянулась за телефоном, но девушка остановила себя. У Степнова и так весь день вверх дном, добавлять ему забот не хотелось. Внезапно автомобиль заглох.

- Вот черт, - зло ругнулась девушка и достала из кармана связку ключей. Бесполезно. "Ауди" не отзывалась.

Придется звонить в дорожную «скорую» и торчать тут пару часов, не меньше. Лена потянулась к сумке за телефоном.

- Hello. Can i help you, beautiful lady?

Лена вздрогнула и обернулась. У машины стоял молодой мужчина и приветливо улыбался. На обочине противоположной полосы стоял припаркованный «Мерседес». «Иностранец»- мелькнула мысль. Не то чтобы этот факт ее удивил, к общению с европейскими и американскими партнерами Степнова она давно привыкла. Просто встретить неместного, так храбро разгуливающего вдоль дороги тут, за пределами МКАД, было как-то странно.

- Do you speak English? – прервал затянувшуюся паузу мужчина и улыбнулся еще шире.

- Yes, i do. – поспешила отозваться Лена, пока единственный вызвавшийся помочь человек не испарился, махнув на нее рукой., - not good.

- Ok. Я говорю немного по-русски. –медленно, с заметным акцентом выговорил мужчина и склонился над капотом, не боясь выпачкать белоснежной рубашки, - что случилось?

- Я не знаю. – Лена беспомощно развела руками. Она просто … не набирала скорость. А потом заглохла.

- Заглохла? – повторил мужчина и поднял на нее выразительные глаза светло-орехового цвета, - sorry?

- Не заводится. – и девушка демонстративно ткнула пальцам в брелок. Автомобиль по-прежнему молчал в ответ.

- Все хорошо тут, - мужчина захлопнул крышку капота.– как это…на взгляд.

- На первый взгляд. – Лена невольно улыбнулась в ответ

- Да. На первый взгляд. – Повторил мужчина, с интересом поглядывая на нее. Потом неожиданно спросил – топливо есть?

-Конечно, все…- начала было Лена и вдруг осеклась, хлопнула себя по лбу и засмеялась. Суета с ожиданием в ресторане чертова степновского бизнес-партнера выбила из колеи настолько, что из головы вылетело - стрелка бензобака почти на нуле.

- Женщины… – покачал головой мужчина, а Лена неожиданно заметила, как ее собеседник хорош собой: светло-карие глаза, обаятельная, теплая улыбка, легкая небритость. Воротник белой рубашки небрежно расстегнут, брюки слаксы сидят безупречно, дорогие туфли сияют чистотой– этакий лондонский денди на современный лад.Скрытый текст


- Сейчас все исправим.- Молодой человек весело подмигнул ей, словно и не заметив этого беглого, но внимательного взгляда, - Но с вас кофе.

- Хорошо. – неожиданно для себя согласилась Лена и оставила ему номер телефона.

«Это только кофе» - уговаривала она себя, несясь к дому от автозаправки – «кофе и ничего больше. К тому же Степнову все равно. Да и может этот денди и не позвонит вовсе.» Уже въезжая во двор девушка сообразила, что не спросила имени незнакомца.

Сотовый зазвонил, когда Лена отпустила Соню, сервировавшую стол.

- Будем через двадцать минут, - сообщил Степнов, - ты готова?

- Конечно.- девушка, зажав трубку плечом, вытирала мокрые руки и пыталась разглядеть себя в зеркало – джинсы, кеды, футболка.
Нда, этому снобу из Лондона она наверняка покажется уличной оборванкой. Отправляясь переодеваться, Лена пыталась мысленно нарисовать себе гостя - получался безликий портрет мужчины в строгом костюме и почему-то туго затянутом галстуке. Скукотища.

На улице уже лязгали ворота, впускающие машину хозяина во двор, когда Лена удовлетворенно разглядывала себя в зеркало: темно-синее платье-футляр, атласные туфли-лодочки, аккуратно зачесанные назад волосы. Теперь тонкий вкус гостя в полной безопасности.

Быстро спустилась вниз, но в гостиной еще никого не было. Последний взгляд на комнату. Фигурки над камином показались стоящими неровно, и девушка принялась их поправлять.

- Лена, а вот и мы, - дверь за спиной хлопнула, - позволь тебе представить. Дэвид Доусон. Глава компании «Доусон&Доусон». Мой партнер и хороший друг.

Она обернулась, заготовив на лице приветливую кукольную улыбку, и оторопела от неожиданности. Руку для приветствия ей тянул молодой мужчина, в чьем мобильном хранился теперь ее номер телефона.

- Здравствуйте, Елена. Рад знакомству.

Девушка с трудом взяла себя в руки и под чуть удивленным взглядом Степнова ответила на рукопожатие.

-И я. Рада. Знакомству.


Спасибо: 100 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 870
Настроение: обожаю красный цвет!
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ
Репутация: 83
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.04.10 17:05. Заголовок: Она и сама себе не м..


Она и сама себе не могла объяснить, почему не рассказала Степнову, что познакомилась с Дэвидом несколькими часами ранее. И уж тем паче никак не могла понять – отчего промолчал он? Может, просто не узнал? Лена бросила короткий взгляд на мистера Доусона, который, удобно устроившись в кресле, потягивал бренди из пузатого бокала. Нет, днем она конечно выглядела несколько иначе, но не настолько же… Девушка снова опустила невидящий взор на журнальную страницу, изо всех сил пытаясь уловить боковым зрением ореховый взгляд Дэвида. Но мужчина что-то рассказывал Степнову и словно не замечал его супруги, взволнованно листающей журнал. В конце концов, Лена начала успокаиваться. В самом деле, что такого? Он помог ей, она оставила номер телефона – нужно же было как-то отблагодарить человека. В любом случае, Степнов к ней равнодушен и ему должно быть наплевать, кому его жена оставляет номер своего мобильного – лишь бы это не стало достоянием общественности. От этой мысли неприятно защемило под ложечкой и отчего-то захотелось ударить мужа, а лучше – себя. По голове. Дурной голове.

- Слышишь, Лена? – Степнов повернулся к жене - Дэвид планирует покупать квартиру в Москве.

- Не люблю гостиницы, - улыбнулся мужчина, невозмутимо глядя на девушку, - а провожу в них половину жизни. Sad.

- Прекрасная мысль. – старательно улыбнулась Лена и поспешно спрятала глаза в журнальную страницу.

- Дорогая, может, ты поможешь с выбором? – Голос Степнова заставил ее слегка вздрогнуть, - ты же понимаешь, женский взгляд в таком деле незаменим.

- К сожалению, я не женат. – будто бы виновато развел руками молодой англичанин, - и завидую Виктору, у него очаровательная супруга.

- Спасибо. – Лениной выдержки едва хватало на то, чтобы изображать вежливость, а этот чертов денди невозмутим и спокоен, как море в полный штиль. – Но, может, мистеру Доусону лучше обратиться к специалисту? У меня совсем нет опыта. – она почти умоляюще смотрела на мужа. Но тот словно не заметил просьбы в глазах девушки.

- Лена, опыт тут ни к чему. На ушлых русских риэлторов никакой надежды. Ты бы могла помочь как хозяйка дома, которая знает, что и как должно быть в семейном гнезде. Дэвид давно ищет спутницу жизни.

- Кто-нибудь есть на примете? – брякнула Лена и тут же пожалела об этом, потому что молодой мужчина посмотрел ей прямо в глаза и ответил:
- Знаете, сегодня днем, опаздывая на встречу с Виктором, я встретил одну очаровательную девушку. Возможно, меня ждет удача.

Лена похолодела. Она не знала, что ответить. Этот самоуверенный лондонский денди просто издевается над ней.

- Очаровательные девушки часто бывают замужем. Не боитесь? В России еще встречаются горячие мужчины, умеющие постоять за своих женщин.

- oh no…. - засмеялся в ответ Дэвид, - если у той прекрасной девушки и есть муж, она совсем его не любит. Иначе не оставила бы свой номер совершенно незнакомому мужчине, даже не спросив его имени. Не так ли?

Лена снова не нашлась, что ответить и только беспомощно посмотрела на Степнова, с некоторым удивлением следившего за этой короткой словесной перепалкой.

- Так что скажешь, дорогая? - Виктор вопросительно приподнял брови, и в синих глазах явно читалось требование подчиниться.

- Хорошо, я помогу мистеру Доусону. Тем более я все равно свободна. – Она поднялась с кресла, - а сейчас если не возражаете, я вас оставлю. Что-то голова разболелась.

- Конечно, Лена. Попроси только Соню приготовить комнату для гостей, Дэвид останется сегодня у нас.

- Я передам. – девушка поспешила покинуть комнату, старясь не смотреть на собеседника мужа.
__
Теплая июльская ночь щедро усыпала звездами иссиня-черный небосвод, словно бархат блестящими стразами. Казалось – протяни руку и легко сковырнешь пару-тройку блестящих точек, соберешь в ладонь и можно любоваться сколько душе угодно. Но звезды так обманчивы – они далеки и холодны, и только красный огонек зажженной сигареты освещал ее лицо. Лена сидела на заднем крыльце дома и курила. В последнее время она, сама не зная отчего, стала меньше курить. Например, эта пустая пачка, которую девушка сейчас задумчиво мяла в руке продержалась почти неделю – невиданный для прежних времен срок. Правда, последние три сигареты выкурились буквально «залпом» за последние полтора часа – с тех пор как она покинула гостиную, где Степнов и мистер денди-лондонский-зануда обсуждали дела. Минут сорок она металась по комнате, потом скинула дурацкое платье и, с удовольствием натянув любимые джинсы, натянула капюшон на голову и спустилась во двор, где курила одну за другой, с перерывами не больше пяти минут. И у последней красноватый обжигающий огонек все ближе к фильтру, а идти спать так не хочется. Хочется отправиться в его спальню и ждать, когда он на краткий срок поцелуями заставит ее забыть свое имя. А тут этот…. Дэвид, черти б его взяли. Сидят там битый час, толкуют ни о чем и нет им обоим никакого дела до нее. Впрочем, ей тоже нет дела до этого лондонского болвана.

Дверь за спиной скрипнула и Лена, отчего-то испугавшись, быстро спрятала сигарету.

На крыльце за ее спиной стоял Дэвид.

- Не возражаешь? – он чиркнул зажигалкой и прикурил. Не дождавшись ответа, присел рядом с Леной на ступеньку. Помолчали.

- I’m sorry. – выпустил дым из легких куда-то в сторону, - я… неправильный.

- Я неправильно поступил, - механически поправила Лена и, с сожалением затянувшись в последний раз, щелчком отбросила окурок на идеально подстриженный газон, как когда то в своем дворе. – я тоже неправильно поступила. Надо было сказать ему, что мы встретились днем. Вот и все.

- Почему не сказала? – блеснули его глаза в свете тусклого огня сигареты.

- Не знаю. А ты почему?

- Нехорошо. – Дэвид покачал головой, - он спросит тебя – почему не сказала? Что ты ответишь?

- Неважно, - Лена махнула рукой. – теперь уже поздно. Дело сделано.

- I just wanna be friends. Дружить, понимаешь?

- Понимаю. – Лена вдруг сообразила, что раз этот пижон сидит здесь, Степнов теперь свободен и совершенно доступен и резко подскочила на ноги, бросив на ходу. – ну френдс так френдс. Мне без разницы. Good night. Приятных снов.

- Ты его не любишь, я был прав!

Брошенная вслед фраза поймала ее за почти закрытой дверью. Пришлось высунуться обратно.

- Эх, да что ты понимаешь… в колбасных обрезках, френд. – и исчезла в дверном проеме, оставив недоумевающего гостя искать в своей памяти подходящий перевод для странной фразы.

Скрытый текст


Спасибо: 106 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 880
Настроение: happy end
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ
Репутация: 87
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.04.10 13:56. Заголовок: Знаю шо мало. http:/..


Скрытый текст

Степнов с нескрываемым удивлением смотрел на жену. Первый раз он видел Лену в таком состоянии. Всегда спокойная, нарушающая собственную невозмутимость лишь изредка прорывающейся язвительностью, сейчас она, похоже, была готова рвать и метать.

- Зачем, зачем ты это сделал? Объясни мне, зачем?

Виктор непонимающе пожал плечами.

- Да что тут такого то? Дэвид не просто мой партнер - его компания является нашим крупнейшим поставщиком - он мой друг. Зная его отношение к гостиницам, было бы свинством с моей стороны не предложить ему остановиться в этот раз у нас. Дом большой, всем места хватит. А к следующему приезду у него уже будет своя квартира в Москве. Если ты так против его общества, у тебя есть лишний повод постараться ему помочь. А почему, собственно, ты против? Чем тебе не угодил Дэвид?

Степнов приподнялся на локте и внимательно посмотрел на Лену, ожесточенно терзавшую край простыни.

Девушка молчала. Что ответить мужу? Что она боится находиться в такой непосредственной близости от мужчины, которому нравится и который, кажется, не собирается этого скрывать? Что тепло, светящееся в светло-ореховых глазах ее смущает и пугает? Что она до дрожи боится проводить с ним много времени, потому что ее мирок и так слишком хрупок, чтобы подвергать его такой опасности… Сказать этого она не могла и потому, тяжело вздохнув, буквально выдавила из себя:

- Не знаю, не нравится он мне.

И тут же вздрогнула от его горячего шепота прямо над ухом:

- А может, наоборот?

Сказал и разозлился. Чушь собачья. Как такое может быть? Она дрожит от одного его прикосновения, сходит с ума от самых невинных ласк, плавится как воск под тяжестью его тела. И этот смазливый мальчишка не может просто так, в один момент все изменить.

Словно пытаясь найти этому подтверждение, мужчина впился губами в чувствительную впадинку на шее жены. Лена охнула и обмякла в его руках. Увлек за собой на широкую супружескую кровать, уронил на спину, жадно блуждая губами по ее молочно-белой коже, рвал тонкую ткань, сдирая шелковую комбинацию, торжествовал, чувствуя, как отзывается ее тело, наслаждался стонами, срывающимися с ее губ, владел ею как своей собственностью. Потом он лежал рядом, смотрел на жену, скулы которой все еще пылали румянцем, касался едва подрагивающих пальцев ее руки и чувствовал, как тонкий, невесомый эфир блаженства заполняет все его существо и выплескивается вместе с ровным дыханием наружу.


Спасибо: 112 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 894
Настроение: nostalgie
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ, Москва
Репутация: 95
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.03.12 14:03. Заголовок: Как я уже говорила н..


Скрытый текст


- Мне определенно нравится. – Лена измерила шагами комнату. Из всех просмотренных вариантов, этот, несомненно, был лучшим. Большая светлая гостиная с панорамным остеклением, совмещенная на европейский манер с кухней, одна спальня и шикарная ванная в голубых тонах. Вид из огромных окон захватывающий – на освещенную набережную, за которой терялась сочная зелень старого московского парка. Мебели в квартире не было, отчего она казалась немыслимо просторной и наполненной светом и воздухом.
Дэвид, подняв подбородок, задумчиво разглядывал потолок, все-таки нанятый им риэлтор беззвучно топтался у двери –за минувшие две недели работы с новыми клиентами он привык к тому, что лучше не отягощать эту странную парочку пространными разговорами о достоинствах очередной квартиры.
- Думаешь, это то, что нужно? – Мужчина пересек комнату и остановился рядом с Леной.
- Главное, что думаешь ты. – Улыбнулась девушка и слегка подтолкнула плечом друга. Очень странно, но за этот ничтожно малый срок деловой партнер мужа стал ей очень близок. Рядом с ним было так легко, что вся ее безумная жизнь словно терялась и растворялась в этой замечательной невесомости. Она ничего не была должна, она могла быть собой: не играть в равнодушие, не прятать мыслей, не искать подвоха в диалогах и не бояться - каждую секунду – выдать свою слабость. С Дэвидом было так же легко днем, как со Степновым по ночам и от этого ее жизнь, едва успев принять четкие, пусть и несколько причудливые очертания, снова превратилась в размытое пятно.
- Не могу себе представить, что получится. – Дэвид неопределенно махнул рукой в сторону комнаты за спиной. – Как мы…как я сделаю тут...
Лена помедлила с ответом – ей вдруг показалось, что он ждет от нее предложения оказать помощь в этом вопросе, но совсем не была уверенна в том, что это действительно хорошая идея. Она и так болталась с этим холеным европейцем у всех на виду последние пару недель и чувствовала – вот-вот пойдут разговоры. Да и что если Виктор будет против? Эта мысль неожиданно разозлила ее. Какая к черту разница? Ее муженек наверняка не отказывает себе в удовольствиях, а она просто хочет помочь другу, что в этом предосудительного? Тем более, Степнов ее сам об этом просил.
Стряхнув подступившее к горлу раздражение, Лена снова улыбнулась мужчине:
- Можешь на меня рассчитывать.
-Ра… рассчитывать? – Дэвид вопросительно приподнял бровь, у него это получалось весьма забавно – одна оставалась слегка изогнутой полосой, а другая словно подрыгивала над ореховым взглядом.
Лена хихикнула, не сдержавшись:
- Это значит, что я тебе помогу. Помогу тут все обустроить.
Мужчина с улыбкой приобнял ее за плечо:
- It’s nice. really nice. so…- сообразил, что сбился на родной язык – прости, просто я рад, что у меня есть ты.
Девушка напряглась под его рукой – кажется, это немного чересчур. И рука, и радость, и формулировка. Благодарности было бы вполне достаточно. Мужчина, видимо почувствовав ее напряжение, легко отвел руку и обернулся к маявшемуся позади агенту
- Well, I’ll buy it. Make a deal.
Даже через комнату ей было слышно, как у риэлтора вырвался облегченный вздох.
В сумке у девушки заволновался мобильный.
-Степнов. – кивнула она на трубку, поймав вопросительный взгляд Дэвида, и тронула пальцем сенсорный экран.
- Да, дорогой. – В голосе ее звучал едва уловимый сарказм, к которому всегда был так чуток ее муж. Девушка не без удовольствия представила, как он досадливо морщится. – У тебя все в порядке? – и снова тонкий намек – Виктор никогда не звонил без особого повода.
- Конечно. Ты дома?
- Нет. – Она и не подумала вдаваться в подробности, еще не хватало – отчитываться.
- Может, поужинаем в городе? – голос мужа был ровным и ничего не выражающим, впрочем как и всегда, если разговор происходил в светлое время суток.
Настала Ленина очередь морщиться. Она не очень-то любила эти его деловые ужины – невыносимо пустоголовые дамочки, или, напротив, язвительные, с языками острыми, как лезвие бритвы, мужчины с жестким и цепким взглядом. Но отказаться не было причины.
- Как скажешь. Куда нам подъехать?
- Нам? – легкое удивление слегка оживило его голос.
- Я с Дэвидом. Разве ты имел в виду не … - она сбилась, на мгновенье растерявшись.
-Нет, но неважно. Приезжайте, скажи Дэвиду, что это то же место, где мы обедали в среду. Он знает дорогу.
Голос в трубке сменился на короткий сигнал отбоя.


********************************************************************************************
Виктор приехал в ресторан первым - жена и друг опаздывали. В ожидании он пытался просматривать меню, но мысли растекались как подогретый студень. И какого черта они так задерживаются? Он привык, что Лена в его распоряжении по первому требованию, но в последние дни все неуловимо изменилось - пропущенные встречи, опоздания, и ее почти не бывало дома. И хотя вечерами она все также торопилась в его спальню, ему казалось, что зависимость эта теряет былую силу. Казалось ли? Мужчина раздраженно захлопнул кожаную папку и откинувшись на спинку стула, посмотрел в окно. Оценивая события последних дней, Виктор пришел к выводу, что в отношения с женой не мешало бы добавить романтики - так любимой всей прекрасной половиной человечества.
Именно поэтому этот вечер он планировал провести наедине с Леной. И конечно, глупо было злиться на то обстоятельство, что она проводит так много времени с его деловым партнером и добрым другом - ведь это была его личная просьба, а госпожа Степнова никогда не отказывала мужу. Но Виктор ничего не мог с собой поделать: ускользающий из рук контроль над женой ужасно его раздражал.
-Привет. - голос над самым его ухом прозвучал так неожиданно, что Степнов вздрогнул, оборачиваясь. Лена склонилась над ним чтобы легко коснуться губами гладко выбритой скулы. - Прости, мы опоздали.
- Все в порядке. - он поднялся, протянул руку для приветствия Дэвиду. - Я сам едва вошел.
Виктор усилием воли прогнал неприятные ощущения от этого ее "мы".
- Прошу - мужчина взялся за спинку стула, чтобы привычным жестом помочь девушке, но, оказалось, что на этот раз он не был единственным джентльменом в компании - рука Дэвида коснулась стула в тот же момент и явно с тем же намерением. Встретив удивленный взгляд Степнова, он поспешил отдернуть ее, но неловкая пауза успела зависнуть в воздухе. Лена, усаживаясь поудобней, с усилием прятала усмешку, Дэйв, кажется был слегка смущен, Виктор в очередной раз подавил приступ раздражения.
- Я чудовищно голодна. - Она наконец позволила себе улыбнуться, принимая меню из рук безупречно вежливого официанта, - и, кстати, есть повод выпить шампанского, правда, Дэйв?
- Oh yeees. - мужчина с большим удовольствием ухватился за спасительную нить разговора. - Виктор, мы наконец нашли то, что нужно. Тебе обязательно надо будет взглянуть на мое холостяцкое...как это по-русски...
Степнов улыбнулся - на этот раз искренне - от нахлынувшего неизвестно по какой причине чувства облегчения
- Логово. Поздравляю, это хорошие новости. Надеюсь, теперь ты вернешь мне мою жену, а не то я начну подозревать, что ты планируешь ее увести, коварный обольститель.
Дэвид рассмеялся в ответ, но Лена почти физически ощутила, как напрягся деловой партнер ее мужа, как уловил эти нервно звенящие ноты Виктор. Ей неудержимо захотелось спрятаться от очередной неловкости - невозмутимого и равнодушного к ней Степнова это тронуть не могло, но именно в этот момент она вдруг остро почувствовала, что оброненная им шутка, подчиняясь общему правилу, прячет в себе какую-то долю правды и от того так смущает и Дэвида, и ее саму. Хвала всевышнему, ее муж был превосходным дипломатом и легко сменил тему разговора. Лена отмалчивалась, в пол уха слушая разговор мужчин и размышляла, над тем, что Дэйв не упомянул о ее обещании помочь ему с обустройством новой квартиры. Счел ли он неуместным оглашать эту новость именно сейчас, или им надлежит скрыть это обстоятельство от Виктора ? Размышления ее прервал поданный официантом заказ. Беседа плавно перетекла в деловое русло, что ничуть не расстраивало Лену - любая личная тема могла сейчас быть весьма некстати. Ужин был прерван звонком на мобильный Степнова и ему пришлось, извинившись, отлучился.
Возвращаясь к столу спустя несколько минут мужчина застал жену и друга за оживленной беседой и невольно замедлил шаг, чтобы понаблюдать за этой картиной. Лена улыбалась, слушая Дэвида и глаза ее сияли. В них горел огонь - совсем не тот, что пылал по ночам, когда в призрачном свете ночников он покрывал поцелуями ее тело. Это было ровное, теплое пламя, освещавшее ее лицо словно десяток улыбок сразу. Лена выглядела такой расслабленной и естественной, что он почувствовал острый укол самолюбия - несмотря на его несомненное обаяние, девушка почти всегда оставалась почти такой же, как в их первую встречу - кошкой, сгруппировавшейся перед прыжком. Степнов знал только один способ заставить ее смягчиться, но слова там были не при чем. Дэвид мог заставить ее улыбаться без тени ехидства одной своей болтовней. Мысль об этом вызывала неприятно-щемящее чувство, от которого, впрочем, мужчина поспешил отмахнуться, словно от назойливого насекомого.
- Еще раз прошу прощения, - Степнов опустился на стул и ему показалось, что только в этот момент они его и заметили, - необходимо было ответить.

Когда вечер, наконец, подошел к концу, Лена чувствовала явное облегчение - необходимость постоянно быть готовой к очередной неловкости отпала. Девушка смотрела через темное стекло как прощаются, обмениваясь рукопожатиями и последними фразами мужчины и не могла не думать о том, какие эмоции вызывает в ней каждый. Отношения со Степновым походили на наркотическую зависимость: она не понимала, что находит во всем этом, но пожертвовать ради чего бы то ни было даже одной минутой, проведенной с ним наедине, не могла. Шло время, а ее существо продолжало загораться с немыслимой скоростью, стоило ему лишь едва коснуться ее губ. Дэвид был другим. Лена могла поклясться чем угодно, что ничего подобного к нему не испытывает, но при этом никак не могла отделаться от мысли что его общество днем несоизмеримо комфортней, чем общество мужа. С ним было так же легко и невесомо, как дышать.
Размышления прервал Степнов, захлопнувший за собой дверь в салон. Едва автомобиль тронулся он нашел в темноте ее талию и, притянув к себе, требовательно и даже зло впился в ее губы.
-Соскучилась? - выдохнул он через минуту, в темноте пытаясь разглядеть что-то в глубине ее глаз. Лена ответила поцелуем, не желая тратить время на его издёвки. Виктор больше не задавал вопросов до самого дома, впрочем - и дома тоже не задавал и, кажется, это устраивало обоих.


Спасибо: 47 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 897
Настроение: nostalgie
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ, Москва
Репутация: 95
ссылка на сообщение  Отправлено: 13.03.12 14:27. Заголовок: Пока дело идет, вот ..


Скрытый текст

Ни в какие ворота. Степнов нервно крутил в руках бокал с бренди и смотрел на красноватые отблески пламени в камине.
На часах четверть одиннадцатого, но ее все еще нет дома и телефон дружелюбно-имбицильным голосом системы твердил одно и тоже: «аппарат абонента выключен или находится вне зоны действия сети. Надеемся на ваше понимание»
Надежда была напрасной – он понимать не желал и злился. Когда Лена пропадала с Дэйвом, помогая ему подыскать квартиру, это несколько раздражало, но с этим можно было мириться. Но теперь, когда их общие дела должны быть закончены, Виктор буквально приходил в ярость от изменений в их жизненном укладе. Его жена была свободным человеком, с этим он и не думал спорить, но должны же быть границы? Приходит, когда захочет, уходит – куда захочет. На ненавязчивые вопросы невзначай о том, где же пропадает госпожа Степнова, реагирует вяло или отшучивается. А прямо Виктор спросить не мог – все не мог отделаться от ощущения, что их сделка с Леной морального права задавать такие вопросы не дает. И начистоту – какая ему разница, где пропадает Лена, пока молчат таблоиды. Формальных оснований придраться к жене он не находил, но злость, казавшаяся беспричинной, все чаще наступала на горло тяжелым кованным сапогом. Вот если бы их брак был настоящим….
Додумать мысль Степнову не дала хлопнувшая за спиной дверь. Он обернулся – в гостиную вошла Лена, небрежно бросила ключи от машины на журнальный столик, на лице ее блуждала легкая рассеянная улыбка.
- Ты поздно. – бросил он через плечо, невольно потянувшись рукой к собственной шее, будто пытаясь удержать в горле приступ клокочущей ярости.
- Да, извини. – девушка кивнула и упала в большое кресло, - так вышло.
Так вышло? Она что, издевается? В глазах темнеет и кажется в этот раз взрыв неминуем. До боли в пальцах сжав стекло бокала, мужчина швырнул в глотку остатки алкоголя – пожар разгорелся еще ярче.
- И твой телефон недоступен.- Виктор старался не смотреть на жену.
- О, да неужели мистер «мне на всех накласть» волновался? – его тон не нравился Лене и она постаралась вложить в свой голос весь сарказм, на который была способна, чтобы слегка его позлить. Но «слегка» не получилось – Виктор всем корпусом развернулся в кресле по направлению к ней и по его сжатым в тонкую линию губам, по потемневшим до черноты глазам девушка поняла – момент для издевки она выбрала неудачный. Девушка нервно сглотнула и почувствовала себя пустой изнутри, будто все внутренности внезапно исчезли.
-Что. Ты. Себе. Позволяешь. – разделяя слова жесткими точками прорычал Степнов
Показать ему свой страх? Да ни за что!
Лена подалась вперед всем телом и с трудом выдерживая его тяжелый взгляд, прошипела:
- Думаешь, купил меня? Думаешь, я твоя собственность? Так ты решетки на окна поставь и охрану у дверей, а можно еще меня на цепь…
Договорить она не успела – мимо головы пролетел стеклянный снаряд. Бокал, который мгновенье назад сжимали мужские пальцы, врезался в стену и с острым звоном осыпался на паркет.
Девушка широко раскрытыми глазами смотрела на мужа, который вполголоса выругался, и одним резким движением выдернув тело из кресла, ушел к себе, даже не оглянувшись.
***************************************************************************************************Не спалось. Немногие ночи из проведенных в новом доме Лена спала в своей кровати, но эта определенно была худшей. Приоткрыв окно и призрев все правила, она курила одну за одной, вглядываясь в мрак, изредка нарушаемый светом в окнах соседних домов. И чего Степнов так взбесился? Встречи с Дэйвом она не афишировала, да и теперь , когда основная часть квартирного вопроса была для него решена, они тратили на совместное времяпрепровождение гораздо меньше времени. Наверное от того часы, проведенные с новым другом, казались еще ценнее, и Лене ни разу не пришло в голову от них оказаться. Вот и сегодня, когда он позвонил после шести, попросил помочь выбрать цвет стен для гостиной и спальни, девушка ни минуты не задумываясь, плюхнулась в свою Audi и помчалась по трассе.
Среди строительного мусора в квартире, пахнущей ремонтом, они сидели на барной стойке, отделявшую кухню от гостиной и ели пиццу, запивая апельсиновым соком. Лена перебирала в руках образцы с оттенками, время от время рассматривала их, отведя в сторону на вытянутой руке и прищурив глаз, смеялась, настойчиво предлагая покрасить комнату в цвет детской неожиданности и потом объясняя Дэвиду истинное значение этого выражения. Неудивительно, что опомнилась она когда почти стемнело, наскоро попрощавшись и клятвенно заверив приятеля, что непременно найдет время, чтобы помочь ему с покупкой мебели, рванула назад. мысли о возвращении домой вовсе не была ей неприятна – скорее напротив, что-то сладко ныло внутри от предвкушения скорой встречи с мужем. А этот чудак, как разъяренный бык накинулся и что самое обидное – без существенных на то причин. Сам вчера явился почти к полуночи и она ничего, дождалась. Был вымотан, молчалив, но дело свое делал не хуже обычного. А сегодня словно не в себе.
Лена снова и снова прокручивала в голове сцену их размолвки и все больше убеждалась, что Виктор вел себя крайне странно. Ведь если рассудить – никаких установленных им правил она не нарушила, вернулась в общем-то не так и поздно - не под утро же - и человека, которому она, что называется, по барабану, это никак не могло довести до белого каления, если только… ему действительно по барабану. Лена поперхнулась затяжкой от собственной бредовой мысли и глухо рассмеялась. Подозревать наличие человеческих чувств в этой ледяной глыбе – что может быть глупее? Просто взыграли у Степнова собственнические замашки, а может в делах что-то не ладится, вот и сорвался на ней. Лена решительно потушила сигарету и посмотрела на часы. Четвертый час.
Девушка решительно направилась к кровати. Спать – и никаких разговоров. Устроилась поудобнее в жемчужно-шелковых простынях и зажмурилась. Сон не шел. В ночной тишине дома было слышно, как тонко отсчитывает секундная стрелка тягучие мгновения, как шелестит почти беззвучно телевизор – или может радио - в комнате дежурного охранника, капает плохо закрытый кран в ее ванной и где-то скрипит дверь. Дверь. Лена продолжала лежать с плотно закрытыми глазами, но всей кожей вдруг почувствовала его присутствие в комнате. Неужели и ему не спится? Толстый ковер прятал его шаги, но все ее тело напряглось под тонкой простыней в предвкушении. однако шли секунды, а девушка оставалась на кровати одна. На короткое мгновенье в голову закралась почти паническая мысль - «показалось?!» - и она метнулась на простынях, ища его глазами в темноте. Степнов замер у изголовья, в темноте его полуобнаженный силуэт казался почти черным.
- Иди ко мне. – Лена протянула ему руку, мысленно ругая себя за запах табака, все еще витавший в комнате.
- Зачем? – голос его казался глухим и отстраненным и девушка тут же пожалела, что не продолжила притворяться спящей.
-Я…ты знаешь. – говорить об этом вслух было тяжелее, чем ей казалось.
- Скажи.
Хочет унизить ее? Почувствовать на ее слабость? И пусть.
- Пожалуйста… Хочу тебя.
Он в один миг оказался рядом, зарылся ладонями в ее волосы, прижался губами к ее губам, хрипло шепнул:
- Может, этого недостаточно…
Эти его слова Лена обдумать не успела, вдруг потерявшись в восхитительной череде требовательных поцелуев и ласк.


Спасибо: 52 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 902
Настроение: nostalgie
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ, Москва
Репутация: 98
ссылка на сообщение  Отправлено: 14.03.12 16:21. Заголовок: Она проснула..


Она проснулась и сразу почувствовала, что все еще не одна. Не спеша поднимать сладко-тяжелые со сна веки, девушка лениво потянулась, улыбнулась утреннему солнцу, лучи которого тепло скользили по коже, и открыла глаза. Степнов лежал рядом и, подперев голову ладонью, смотрел на нее с легкой, блуждающей улыбкой.
- Ты не на работе?
- Сегодня суббота. – Виктор протянул руку и аккуратно убрал за ухо светлые пряди, падавшие на лицо. Лену этот жест отчего-то смутил и она спрятала глаза, бестолково разглаживая нежные складки простыни. Шелк снова складывался в непослушные упругие волны, стоило ей разорвать прикосновение.
- Будто это обстоятельство когда-то тебе мешало. – девушка недоверчиво покосилась на мужа. Что-то странное отражалась в глазах Виктора, что именно - она не понимала, но лицо мужчины неожиданно смягчилось, и практически исчезла эта жесткая, напряженная складка у губ, которую, ей казалось, нельзя уничтожить даже самыми нежными поцелуями.
- Я теперь семейный человек, - Степнов все еще продолжал пристально вглядываться в лицо жены, - мне положено больше времени проводить дома. И, кроме прочего, если у тебя нет особенных планов, – на мгновенье его глаза снова сделались ледяными, - они есть у меня.
- Планов нет, - быстро ответила Лена, не без дрожи вспоминая, как вчера звенел разбитый в крошку бокал. И хотя, уверенная в том, что Степнова как обычно не будет дома все выходные, накануне она пообещала Дэвиду полистать вместе каталоги итальянской мебели, это можно было отменить простой смс. Он поймет, а вот Виктору отказывать что-то не хотелось.
- Вот и хорошо, - холодная тень все еще мелькала в глубине его темно-синих глаз, но улыбка снова тронула губы, - тогда нам нужно собраться, есть всего пару часов.
- Пару часов? Что у тебя за планы такие? - Лена старалась сосредоточиться на предмете разговора, но взгляд ее так и соскальзывал ниже, на его губы, которые вопреки обыкновению теперь не выглядели упрямо-жесткими. Ей хотелось потрогать их пальцами, а лучше – не пальцами.
- А мои планы – это сюрприз. Но действительно нужно поторопиться. Так что подъем и бегом в ванную, иначе не успеешь собрать сумку.
Лена с сожалением выдохнула и села в кровати. Похоже, Степнов был настроен решительно, и девушка знала, что в такие моменты спорить с ним бесперспективно. В последний раз искоса посмотрев на его лицо, она усилием воли вытянула себя из кровати и потащилась в душ, провожаемая синим взглядом. Но уже переступив порог ванной, она снова выглянула в комнату. Виктор все еще смотрел ей вслед
- А ты со мной… не хочешь? – она приподняла брови, пряча за кокетством смущение
- Я уж думал, что не предложишь. Иди, я догоню.
Лена поспешила скрыться, наконец, в ванной. Наспех почистила зубы, поглядывая в зеркало над раковиной на свое зарумянившееся по неизвестной причине лицо, и шмыгнула в душевую кабинку. Едва успела настроить идеальную температуру упругих водяных струй, бьющих по обнаженному телу, как дверца кабины мягко скользнула влево, и в облако теплого пара шагнул Степнов. Лена отставила было взятый в руки флакон с шампунем, но, заметив это движение, его тут же подхватил мужчина
- А давай я помогу тебе, - и не дожидаясь ответа, выдавил немного пахучей массы в ладонь.
И хотя Лене не терпелось попробовать каковы на вкус его губы, когда он вот так, как сейчас, умиротворен и расслаблен, а не сжат, как обычно, наподобие жесткой стальной пружины, возражать она не стала.
Степнов пальцами взбил шампунь в мягкую, белоснежную пену и принялся аккуратно втирать ее в волосы девушки. Лена крепко зажмурилась, но всей кожей чувствовала. что он смотрит на нее, ласкает взглядом обнаженное тело.
- открой глаза, - вдруг опросил мужчина, - я хочу, чтобы ты смотрела на меня.
Лена, не задумываясь, подчинилась и по телу ее пробежала дрожь – столько разного и незнакомого было сейчас в его глазах, провожающих хлопья пены, падающие с волос на шею, скользящих по груди и животу. Пальцы мужчины продолжали мягко массировать ее голову и от этого какая-то мягкая, невесомая нега растекалась по телу. Покончив с головой, он добавил в руку гель для душа и продолжил намыливать ее тело – сначала шею и плечи, потом грудь, живот, спустился к бедрам и, не пропустив ни одного сантиметра, дошел до кончиков пальцев ног. В движениях рук Виктора было что-то такое, что девушка даже сквозь разливающееся по животу тепло чувствовала, что делает он это не только и не столько с целью разбудить в ней страсть. Но обстоятельств это не меняло, и когда муж подвинул ее прямо под одну из водяных струй, чтобы смыть остатки пены, девушка была практически не в себе и Степнов сжалился. Прижав к прохладной стене душевой кабины и даря вожделенные поцелуи, он приподнял жену над полом и наконец дал ей то, чего она так хотела. Остатки мыльной пены на телах обоих заставляли выскальзывать из объятий друг друга, но от этого возбуждение росло все больше, и скоро ее хриплые стоны почти заглушали шум воды. Лена больше не чувствовала тела – она была упругими каплями, воздушной мыльной пеной, невесомым эфиром, наполнившим каждый кубический сантиметр этого маленького мирка. Взрыв, вскоре потрясший их тела, отнял остатки разума. Не в силах удерживаться на дрожащих ногах, Лена, едва почувствовав гладки пол под ступнями, тут же опустилась вниз. Когда к ней медленно стало возвращаться ощущение времени и пространства, голос Виктора над самым ухом шепнул:
- Я бы с удовольствием остался тут на все выходные, но в 12 нас будет ждать самолет…и еще нужно добраться до Шереметьево.
Лена с трудом открыла глаза, и, глядя на Степнова через еще не отступившую пелену наслаждения, попыталась собрать вместе кусочки мозаики.
- Самолет… Шереметьево…С каким пор самолеты ждут пассажиров?
- С тех пор как они частные, - засмеялся Виктор и, выскользнув из кабины, протянул ей руку.
Лена в ответ округлила глаза:
- У тебя что, свой самолет?
- Нет пока, арендованный. – мужчина протянул ей полотенце, - но я подумываю над этим приобретением.
Девушка только покачала головой и принялась выжимать волосы, вода с которых все еще стекала по телу. Вопрос, куда же полетит ожидающий их самолет, отчего-то не заботил ее совершенно.


Спасибо: 47 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 920
Настроение: nostalgie
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ, Москва
Репутация: 100
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.03.12 08:29. Заголовок: Предупреждаю всех о ..


Скрытый текст


Океан был живым. Волны-жабры вздымались  в предзакатном зареве,   и, разбрызгивая белоснежную пену, жадно трогали кроваво-красное солнце, низко скатившееся  по ванильно-облачному куполу небосвода. Ей казалось, что  прохладные брызги шипят, встречаясь с его огненным  телом, и если прислушаться, можно услышать этот звук испаряющейся воды. Но солнце погружалось все глубже, а слух улавливал лишь мягкий шепот волн да мерное дыхание Степнова, развалившегося на подушках шатра. Лена, сложив ноги по-турецки, сидела в метре от него, чувствовала его взгляд, но не могла заставить себя обернуться, чтобы встретиться с ним глазами. Вместо этого девушка, не сводя глаз с багряного горизонта, перебирала в голове детали дня, по капле вытекавшего из красно-огненного глаза в волнующийся океан.
Когда комфортабельный самолет приземлился и выпустил своих пассажиров в дипломатическом терминале, девушка решила было, что они прибыли на какой-то из европейских курортов. Но едва поданный им автомобиль выехал за территорию аэропорта, сразу поняла - это место не имеет ничего общего с тем, где она бывала раньше. Город петлял узкими улочками, с затаенной гордостью демонстрировал древние постройки, удивлял женщинами в длинных черных одеждах и мужчинами - в белых. Он не открывался сразу, как шумные европейские города, а будто бы присматривался к своим гостям и - одно за одним - вытаскивал чудеса из широких рукавов восточного одеяния.
- Касабланка - ответил Степнов на ее вопросительный взгляд и, подумав, добавил - Марокко.
Лена, хмыкнув, снова отвернулась к окну. Будто бы она не знает, где находится Касабланка. Но, если честно, знания ее этим и ограничивались. Она напряженно морщила лоб, чтобы вспомнить хоть что-нибудь из уроков географии, но в голове путались только какие-то невнятные обрывки - Кулемина не была прилежной ученицей. В конце концов она сдалась и еще раз посмотрела на мужа.
Он улыбнулся и стал рассказывать ей про старый город. Это было похоже на удивительную сказку: Касабланка, родившаяся как Анфа больше пятисот лет назад, то взлетала на вершины, то падала в руинах к ногам завоевателей. Великие правители, дворцовые интриги, берберы и арабы. Восток. Дело тонкое. Лена вздохнула, когда Степнов замолчал. Тонкой девушкой она никогда не была. Все в ее жизни как-то прямо, без хитростей и выкрутасов - если радость, то полной грудью, если тоска - то без предела, если дружба - то в огонь и в воду, если любовь...Она вновь встретилась глазами с мужем и тут же поспешно отвела взгляд, гоня от себя глупые мысли.
Потом была раскаленная краснокаменная медина - центр старого города, с бесконечными лавочками, полными специй, тканей, украшений и прочего, неведомого ей ранее. Лена накупила всего и много, только непонятно зачем: готовить ей не приходилось, длинные юбки и тонкие платки не вписывались в ее привычный стиль, впрочем, как и разноцветные бусы. Но остановиться было невозможно - восток поглотил ее, не верившую прежде в его магию, затянул словно пустынными песками в свои объятия и не отпускал. Виктор смеялся, глядя как она чихает, нюхая специи, как кутается в цветные невесомые ткани, как зачарованно трогает пальцами посуду ручной работы и вешает на шею длинные нитки, унизанные теплыми кусками благородного камня. Он и не думал, что прямую и острую, как стекло, госпожу Степнову могут так захватить чисто женские страсти и от души наслаждался это картиной.
Потом был настоящий марокканский обед в доме его хорошего друга Хассана - по-восточному щедрый, обильно сдобренный специями и не похожий ни что, что ей когда-либо приходилось пробовать.
А потом, попрощавшись с хозяевами дома, они покинули город и спустя час оказались в загородном доме, любезно предоставленным в их распоряжение Хассаном. Дом больше походил на настоящий дворец - с прислугой, садами, огромной террасой, собственным пляжем и шатром на берегу, в котором им и накрыли ужин. Лена почти не ела, все ее внимание захватил океан. Она помнила путешествия к морю с родителями - мама любила юг и они часто бывали там. Изъездили все побережье Черного моря в стране, были в Крыму - девушка до сих пор помнила его сладкий розовый воздух, были за границей, но никогда до этого дня Лена не видела океана. Ирина, новая жена отца, предпочитала "активный" отдых и Никита Кулемин вдруг стал разделять ее желания. Лена летала одна - в год, когда ей исполнилось восемнадцать и.... ничего не запомнила - Ибица словно проглотила все, что было. А океан был прекрасен и ей казалось, что ничего лучше случиться не могло. Можно сидеть так вечно: слушать его дыхание, шепот волн, смотреть на солнце, почти скрывшееся за горизонтом и ни о чем не думать. Впервые за тысячи дней она вдруг почувствовала, как душа ее обретает покой. Наконец обернулась, встретилась глазами с мужем, все еще наблюдавшим за ней из-под опущенных ресниц. Он, заметив ее пристальный взгляд, мягко улыбнулся:
- Не замерзла?
Лена вдруг почувствовала, что ветер с моря сменил характер с мягкого и нежного на требовательный и пронизывающий. Солнце село.
- Наверное. - зябко поежилась.
Степнов приглашающе раскрыл объятия и девушка скользнула в уютное кольцо его рук.
-Может, пойдем в дом? Темнеет... - пробормотал мужчина, зарывшись лицом в светлую макушку и еще крепче сжимая жену в объятиях.
Лена бросила еще один взгляд на воду. Сумерки над океаном сгущались, значит в Москве уже за полночь - в это время они давно в постели.... не спят. Легкая дрожь охватила ее тело от этой мысли и она поспешила подняться, чтобы скрыть свое волнение от мужа.
- Конечно.
Виктор встал с подушек, и, взяв девушку за руку, твердо повел к дому. На террасе их встречал паренек, закутанный в шаровары и широкую рубашку - это он накрывал им ужин в шатре, вспомнила Лена. У парня были темные, миндалевидные глаза и широкая улыбка. Девушка вдруг подумала, что он напоминает ей мультяшного Алладина и невольно оглянулась, ища взглядом симпатичного Абу и неправдоподобно- зубастого попугая Яго.
Степнов что-то сказал парнишке по-арабски и потянул Лену дальше. Она шла за ним босыми ногами по теплому и гладкому мрамору и вдруг подумала, что совсем не знает своего мужа. Вот он - так хорошо изученный римский профиль, твердая горячая рука, сжимающая ее ладонь - такой известный и такой незнакомый. Говорит по-арабски, дружит с бородатыми Хассаном и делает сюрпризы, трогающие самые нежные струны ее души, сам того не подозревая. А что если.. Лена нервно сглотнула - об этом нельзя было и подумать, чтоб не разорвать так тщательно тканную ею материю мироздания. Но от мысли этой невозможно было просто отмахнуться - она въедалась в сознание, словно кислота. Что если Степнов - совсем другой человек? Не такой, каким его описывали в желтой и даже не в желтой прессе. Не такой, каким она, Лена Кулемина, представила его несколько месяцев назад, еще до знакомства. За этот образ она держалась, как за спасательный круг, так бережно лелея, дополняя все новыми деталями - очередной жесткий взгляд, вытянутые в твердую, упрямую линию красивые губы. Мужчина - ледяная глыба, сердце которого, как в старой песне "Агаты кристи" "сверху мягкой травой набито, а снизу - каменное, каменное дно". Такого легко ненавидеть, как и весь остальной мир. А что - если?
Лена, охваченная сразу тысячей мыслей, не заметила, как они дошли до спальни, точнее, одной из спален восточного дворца и очнулась уже внутри.
- Тебе нехорошо? - Виктор сжимал ее плечи, встревоженно глядя в глаза. И она вдруг увидела - увидела все сразу. Щемящую, невероятную заботу, тень страха - страха за нее, легкую, как топленое молоко, нежность и что-то еще, такое далекое, теплое, но настолько глубокое, что опасно туда заглядывать без риска захлебнуться. Эмоции, накопленные за день, старый город, арабские скакуны, марокканская кухня, длинные, летящие одежды, пылающий закат, последние месяцы рядом со Степновым, и вся-вся-вся ее дурацкая жизнь вдруг посыпались с полочек в голове, мешаясь,путаясь и наваливаясь на нее неподъемным, чудовищным грузом. Горло сдавил невыносимый спазм и девушка поняла, что сейчас расплачется. Слезы хлынули в тот же момент - легкие, освежающие, освобождающие.
- Леночка, да что с тобой? - Виктор испуганно сжимал ее в объятиях, а девушка совсем по-детски пыталась вытереть соленую воду с лица и судорожно всхлипывала, пытаясь объяснить ему почему плачет: про благодарность, внезапно охватившую все ее существо, про чувства, в мгновение ока снесшие тонкую карточную постройку - целую жизнь, а это почти двадцать лет, не так уж много, но и совсем не мало
- Ты.... ты... - цеплялась за его плечи и пыталась улыбаться, глядя в испуганные глаза - ты так.... спасибо тебе... мне ...хорошо. Не помню, когда так было... Понимаешь? вся моя жизнь... как все это случилось? И что было до тебя? ты так... я так...
Мужчина, опомнившись, стал покрывать легкими, короткими поцелуями ее мокрое лицо, собирая губами солоноватую воду, снова и снова твердил ее имя и еще какие-то правильные, нужные слова, стягивал широкую рубашку с себя, разрывал руками податливую ткань на ее теле, обжигая прикосновениями обнажающиеся сантиметры кожи. Они упали кровать и ее рыдания кончились, сменившись легкими всхлипываниями, но с губ все продолжали срываться слова - прерывисто, невнятно, путанно:
- Ты так мне нужен... я так...так тебя лю....
Мужчина не дал ей договорить - накрыл глубоким поцелуем, прижимая к кровати. Чувствуя тяжесть его тела, его огонь, его нежные, настойчивые губы, Лена забыла все слова, крутившиеся на языке и мысли - мысли тоже забыла. Растворившись в тишине, она падала, словно Алиса, в бездонную кроличью нору.

Спасибо: 46 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 921
Настроение: nostalgie
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ, Москва
Репутация: 100
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.03.12 11:14. Заголовок: Она проснулась внеза..


Она проснулась внезапно, будто кто-то влажной, липкой ладонью выдернул ее из объятий Морфея. Провела рукой по лбу, стерла испарину, часто поморгала глазами, чтобы согнать сонную пелену и села в кровати. Рядом, раскинувшись и отшвырнув в сторону простыню, мирно спал Степнов. Аккуратно, чтобы не разбудить его, Лена соскользнула с постели и, не утруждая себя одеждой, подошла к стеклянной стене, отделявшей их комнату от террасы. С легким усилием толкнула в сторону ее часть и глубоко вдохнула прохладный ночной воздух. Липкое, мутное ощущение глубоко в груди не прошло. Где-то совсем рядом шумел океан, а еще ближе кто-то позвякивал посудой - наверное, им готовили завтрак. От мыслей о еде девушку замутило еще сильней. В темноте она нашла сумку, извлекла из нее мобильный - в Москве девять двадцать, а значит здесь только шестой час. Что же разбудило ее в столь раннее время? Пальцы нащупали пачку сигарет и зажигалку. Ступая на цыпочках, Лена подхватила с пола какую-то ткань, на поверку оказавшуюся рубашкой Степнова, натянула ее прямо на голое тело и, игнорируя дверь в коридор, вышла на террасу. Где-то там, в темноте, прятались ступени, ведущие прямо на пляж и Лена не без труда нашла их. Прошлась, кутаясь в хлопчатобумажную ткань, по остывшему за ночь песку, миновала шатер, где ужинала накануне с Виктором и дошла до самой кромки воды.

Щелкнув зажигалкой, закурила, глубоко вдыхая дым, стараясь заполнить его клубами каждую клетку своего тела, изгнать им это противное, липкое, непрошенно-незванное ощущение. Океан по прежнему волновался и резко, отрывисто швырял волны к ее ногам. Вода была на удивление теплой - гораздо теплее предрассветного заряженного воздуха. Искупаться бы, вчера так и не сложилось, а сегодня улетать... Лена вдруг почувствовала, что горьковатый дым не помогает - тошнота только усиливалась - и, с отвращением отбросив сигарету, присела на корточки. Погрузила пальцы в подступавшую к ногам воду и снова остро почувствовала - океан был живым, цельным организмом, удивительным, диким, неведомым зверем. Сейчас он мягко, как кошка, ластился к девушке, звал ее с собой: "Иди ко мне.... побудь со мной..... узнай, какой я на самом деле".

Безотчетно повинуясь этому призыву, Лена сдернула с себя рубашку, швырнула на песок вместе с сигаретами и мобильным и рванулась в его объятия. Вода действительно была очень теплой. Нежно трогая обнаженное тело девушки, она руками-щупальцами затягивала ее все глубже, мгновенье - и Лена потеряла дно под ногами, но это почему-то не пугало. Океан подхватил ее и понес над волнами. Ей казалось, она слышит его хохочущий голос: "Видишь? Видишь, какой я сильный? Я все могу! Хочешь, заберу твою боль?"
- Забери, - вслух прошептала Лена и в ответ получила порцию соленой воды прямо в открытый рот. Кашляя и захлебываясь, девушка нащупала ногами скользкое, далекое дно. Спазмы сотрясали ее тело: вместе с горько-соленой водой организм избавлялся от отягощавшего ее чувства. Волны накрывали ее с головой, рот снова и снова наполнялся кровью океана, которая тут же вырывалась наружу вместе с содержимым желудка. А потом все вдруг закончилось: ее тело, ставшее невесомым, с силой отбросило в сторону, утянуло глубже и Лена снова потеряла тонкую связь с дном, но теперь связь эта не была нужна, теперь океан безраздельно владел ею и она с благодарностью ему отдавалась, слушая его торжествующий шепот: "Видишь? Теперь ты знаешь,как со мной хорошо. Я могу унести тебя далеко-далеко, я могу показать тебе неведомые глубины, я могу сделать тебя своей... своей... своей навсегда.."

Последнее слово напугало Лену и она встрепенулась, закрутила беспомощно головой, борясь руками с волной, пытаясь найти опору для ног. Но дна не было. Не было берега. Не было абсолютно ничего вокруг, только океан, только его дыхание и шепот: "Куда же ты? ты теперь моя... моя..." Лена испугалась, отчаянно загребла руками, как ей казалось, в направлении берега и океан в один момент из ласкового, нежного зверя превратился в разъяренное чудовище: "Не пущууууууууууу..... никуда не пущуууу.... моя....". Девушка упорно плыла, но монстр швырял ее, как тряпичную куклу, накрывал с головой хлесткими волнами, пытался пробраться сквозь крепко сжатые губы и трепещущие от страха ноздри. " Не посмеешь... никто... никто... никто от меня не уходит" - ревел глубинный зверь, хватая ее за лодыжки, утягивая с собой в вязкую глубину.
Она знала, она чувствовала, что чудовище не лжет, что оно не отпустит ее на берег, что отнимет последние силы, вымотает и поглотит, алчно причмокивая волной. Она знала, но продолжала бороться, рваться по волнам и под ними, рваться до тех пор, пока совсем не ослабла. Внезапно болезненно остро поняла: все кончено с ней, Леной Кулеминой...или.... Степновой? Какая теперь разница. Больше ничего не имело значения. Не имела значения ее глупая жизнь, ее забытое детство и испорченная никому не нужной борьбой с собственным отцом юность. Она станет одной из его волн, она будет пеной морской, пусть и не Марина, а вовсе даже Елена...Только что-то одно крутилось в голове, пока остатки сил покидали ее тело и она никак не могла найти, что именно. А океан зловеще хохотал: "Видишь, глупая? У тебя больше никого нет, кроме меня. Никого, даже этого, синеглазого..."
Лена вдруг поняла, что заставляет ее держаться, болтаясь у поверхности и жадно хватая воздух между волнами - эти глубокие голубые глаза, которые, она теперь знала, могут быть не только невозмутимыми и жесткими. Будет ли ему жаль молодой жены, сгинувшей, растворившейся в Атлантическом океане? Этого Лена не знала, но чувствовала, что ей жаль, бесконечно жаль, что она больше никогда не посмотрит ему в глаза. Мысль заставила ее рвануться из последних сил, вынырнуть и открыть глаза.
- Витя.... Витя!!!!! - беспомощно крикнула девушка, напряженно вглядываясь в темноту.
Но океан тут же заткнул ей рот, яростно швырнув в горло горькую воду, и, накрыв с головой, потащил ко дну. Перед тем, как поверхность плотно сомкнулись над ней, Лене показалось, что она увидела какие-то синеватые проблески совсем рядом, но это уже было все равно. Океан поглотил ее, легкие наполнились его горько-соленой кровью и она была даже немного рада, что все наконец кончилось. Мгновенье - и сознание покинуло ее тело. Рук, резко выдернувших ее из цепких объятий зверя, Лена уже не почувствовала.
*******************************************************************************
- Лена, Леночка..очнись, пожалуйста... - этот голос совсем не был похож на торжествующий вопль океанского чудовища, он звал ее с тревогой, с ужасом, звал ее оттуда, откуда, казалось, обратно дороги нет. Ей не хотелось возвращаться - там, где она находилась сейчас, было спокойно и уютно. Там не было ничего, а это значит, что не нужно было бороться, рваться через волны, глотать соленую воду. Не было чувств, ощущений, боли, слабости, страха - только покой. Так зачем же она идет за этим дрожащим голосом в полной темноте, чтобы почувствовать это, чтобы снова отдать все свое существо тому, что уже осталось далеко позади. Лена не знала ответа, но шла на этот голос, шла за этой болью в груди - резкой, давящей, болью, от которой трещали ребра и наполнявшая ее легкие вода толчками выплескивалась через рот.
- Я очень тебя прошу, давай, милая, давай же... Дыши!
И она вдохнула - легкие обожгло огнем. Закашлялась, открыла глаза, увидела склонившегося над ней Степнова, его перекошенное от ужаса лицо.
- О Господи, Лена!- мужчина облегченно выдохнул и страх на его лице сменился на какую-то другую эмоцию, какую именно, Лена не пыталась разглядеть - не было сил. Его руки все еще давили на ее грудь, хотя нужды в этом уже не было - девушка откашлялась, выплевывая остатки воды.
- Ты делаешь мне больно, - поморщилась она и вдруг поняла, что эмоция в его глазах - злость. И даже больше, чем злость - бешеная ярость.
- Больно? Это я делаю тебе больно? - заорал Степнов, вскакивая на ноги, - да ты понимаешь, что чуть не утонула? Что я тебя совершенно случайно нашел, чудом просто?
- Не кричи, пожалуйста. - Лена села на песке и поморщилась. Вот и чудесное спасение - не так она себе его представляла, барахтаясь в когтистых лапах глубинного монстра.
- Да о чем ты вообще думала? Как можно пойти в океан затемно, одной, да еще и не предупредив никого. Когда ты перестанешь думать только о себе, тебе уже не тринадцать лет, разве можно быть такой... - Виктор задохнулся, подбирая слова, но в голову, видимо, не пришло ничего стоящего, - Я же.... я...
Он хотел было добавить что-то еще, но, наткнувшись на удивленный взгляд жены, только с досадой махнул рукой и, круто развернувшись, ушел по направлению к дому. Над их восточным дворцом уже забрезжила розовое зарево рассвета и в комнатах зажигались огни - в них просыпалась жизнь. Лена, обернувшись через плечо, проводила мужа долгим взглядом, пока он не растворился во мгле, и горько усмехнулась. Все показалось: показалось, что он другой человек, показалось, что возможно что-то "кроме", померещилось все, как мираж в пустыне, которая отсюда не так и далеко. Девушка поднялась, нашла на песке его рубашку, укутала мокрое и покрытое песком тело и на дрожащих ногах вернулась к воде. Океан снова казался ласковым и нежным, нашептывал свои песни, манил и увлекал, но теперь она знала - ему нельзя верить. Никому нельзя.

Спасибо: 48 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 947
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ, Москва
Репутация: 104
ссылка на сообщение  Отправлено: 20.03.12 11:07. Заголовок: Проходная http://jp..


Скрытый текст


Ни терпкий вкус сигарет, ни теплый аромат кофе не избавлял от сладковато-приторного чувства в груди, привезенного Леной из жаркого Марокко. Домой девушка вернулась бледной, отказалась от ужина и даже не выпила привычный стакан молока на ночь. Соня напрасно стучалась в дверь молодой хозяйки с полным подносом снеди: Елена Никитична, выглядевшая усталой, отослала ее вниз, сославшись на легкое недомогание после отравления в субботу - видимо, восточная кухня не пришлась по вкусу ее организму. От лекарств отказалась тоже, приняв после легкого колебания только несколько таблеток белого угля и, поблагодарив Соню, снова заперлась в своей спальне.
Дом слушал тишину по ночам уже третьи сутки: хозяин возвращался поздно и сразу уходил в свою комнату, его молодая жена тоже не спешила покидать будуар. Сегодня утром Клавдия Степановна принесла ей поднос с кофейником и горячими оладьями и джемом, но Лена не притронулась к еде. Она, сидя на подоконнике у приоткрытого окна, курила одну за одной и запивала никотин уже остывающим кофе - это не спасало. Зря отказалась от лекарств - может, это помогло бы придти в себя хоть немного быстрей. Недомогание было некстати: через пару часов у нее была назначена встреча с Дэвидом, хорошо бы отвлечься. От мысли о том, от чего ей требуется отвлечься, Лене снова стало дурно. В голове, как навязший в зубах рекламный ролик, который раз крутилась одна и та же картина: его бешенный взгляд на перекошенном лице, его силуэт, растворившийся в предрассветной мгле, злое коварство океана. Лена ожесточенно вдавила остатки сигареты в пепельницу: Степнову даже не было жаль ее, распластавшуюся обнаженной на холодном песке. Она могла утонуть, она почти исчезла с лица земли, а его волновало только то, что жена посмела уйти, не предупредив. Конечно, такие инвестиции в госпожу Степнову не должны были пропасть. И как ей только пришло в голову искать в нем…чувства. Вспоминая минуты своей слабости, Лена невольно поморщилась и закрыла глаза ладонью – стыдно, мучительно стыдно было за слезы, за глупую болтовню, за почти сорвавшееся с губ признание. Степнов этого признания, может, и не услышал, но в ее сознании несказанные слова запечатлелись намертво, словно высеченные на куске мрамора. Лена, пряча внутренний взор, пыталась не смотреть на этот нелепый памятник, запихивая его в самые отдаленные уголки подсознания, закрывая крышкой, заколачивая гвоздями, засыпая потоком несвязанных мыслей, но он упрямо, словно пенопласт в воде, всплывал и раз за разом приводил девушку в недоумение. Этого не может быть, просто потому что не может быть. Она же не настолько дура, чтобы…испытывать к Степнову хоть что-нибудь, хоть самую малость. Но ее кусок мрамора с тремя выгравированными на нем никем нежданными, никому не нужными словами, упрямо болтался на поверхности сознания и отчего ее мерзко, непередаваемо мутило каждую секунду существования. От этого ощущения невозможно было ни спрятаться, ни скрыться.
Мягко завибрировал телефон на белой ладони подоконника, Лена опустила глаза: «Степнов» - гласила бесстрастная надпись на экране. Волнение удушливой волной сжало горло: они не говорили и не виделись три дня, а теперь он звонит, как ни в чем не бывало, наверное, чтобы позвать на очередной дурацкий ужин. Девушка продолжала смотреть на оживший мобильный и не шевелилась. Нет, она не может говорить с ним, не может слышать и видеть его, не сегодня… Телефон затих.

Виктор нажал на отбой и раздраженно оттолкнул мобильный по полированной поверхности стола. Не берет трубку… черт бы побрал упрямую девчонку! Раздраженно прошелся по просторному кабинету. Третий день подряд Степнов мерил шагами дорогой паркет, раз за разом прокручивая в голове один и тот же сюжет: как он проснулся там, в Марокко, когда еще не расцвело, как сквозь дрему следил за женой, ускользающей через террасу с зажатой в пальцах пачкой сигарет, как ждал ее возвращения, Лена все не шла. Как потом бежал по ускользающему из под ног песку, набирая ее номер и стараясь услышать сквозь шум волн звук мобильного, но не слышал, и от этого пересохло в горле и сердце бешено колотилось в груди. Крик – ее крик, разрезал предрассветную тишину и пропал. Успел. Чудом успел.

Степнов сжал кулаки. Страх всегда рождал в нем злость, и от нее было избавиться гораздо труднее, чем от ужаса, холодной рукой стиснувшего сердце под рубашкой. Миновало три дня после их возвращения из этой поездки, но все еще не мог успокоиться, и это было странно: многолетняя закалка диким миром российского бизнеса всегда помогала быстро брать себя в руки. Но что-то волновало его до сих пор, не позволяя заниматься делами, не позволяя отпустить, и Виктор который день мерил нервными шагами кабинет, безуспешно пытаясь разложить на привычные полочки вдруг изменившуюся картину мира.
***********************************************************************************************

Лена расслабленно перебирала увесистые итальянские журналы и слушала путанную русско-английскую болтовню Дэвида. Как всегда, в его обществе было необыкновенно спокойно, и это радовало: хватит с нее потрясений и переживаний. Мужчина напротив действовал на нее умиротворяющее и ненавистный кусок мрамора наконец перестал болтаться перед глазами. Можно было спокойно курить вместе, рассматривать коллекцию мебели в каталогах и ни о чем не думать. Расслабленно щурясь под мягким сентябрьским солнцем, врывающимся в окно кофейни, девушка выдыхала дым и улыбалась сквозь его сизоватый туман Дэвиду. Жаль, что она не встретила его раньше. Раньше, чем случилась вся эта сумасшедшая история, раньше, чем появился Степнов, давно, в той, другой жизни, когда она была просто Леной Кулеминой, свободной и почти счастливой. Он, наверное, мог бы ей понравиться: открытая улыбка, медово-ореховый взгляд и, при определенной доле везения, из этого могло бы получиться что-то хорошее. Лена попыталась представить, каково это – прикосновения его ухоженных рук, наверное, нежных губ, шепот над ухом…. но картинка никак не складывалась: на ум шли поцелуи совсем другого мужчины и в голове снова закопошились воспоминания. Лена недовольно поморщилась и поспешила затушить сигарету – ее вкус вдруг стал неприятным.
- Лена? – Дэвид, уловив выражение ее лица, в удивлении приподнял бровь, - ты сегодня …как сама не в себе.
- Сама не своя, – машинально поправила девушка и снова щелкнула зажигалкой. Рукам нужно было хоть какое-то занятие, а дым неплохо заполнял пустоту внутри, хоть от него и слегка мутило в последние дни.
-Много куришь, - уловил мужчина ее мысли, - почти ничего не ешь. Ты здорова?
Заботливый. Не то, что … Лена крутила в пальцах сигарету, стряхивая частицы пепла и стараясь отогнать всплывший в памяти образ: его дикие, злые глаза.
- Все хорошо, Дэйв. – наконец покачала головой, - просто мне не по себе. На выходных съела что-то не то, мутит до сих пор.
- Четверг. – мужчина заметно волновался все больше. – Слишком долго. Тебе надо к врачу.
Она почему-то была уверенна что врач ей не поможет.
- Глупости все это. – Лена через силу улыбнулась, - ты прав, я слишком много курю.
Так и не сделав ни одной затяжки, она решительно потушила подкуренную сигарету.
- Дай-ка мне вот этот каталог, я его еще не видела.
Дэвид, все еще обеспокоенно хмурясь, толкнул к ней толстый глянцевый журнал.
Лена бросила быстрый взгляд на первую страницу и открыла на издание на середине. Снова захлопнула, растерянно уставилась на обложку и вдруг посерела, как лист писчей бумаги.

- Лена, - Дэвид тронул ее руку, пытаясь привлечь ее внимание, – тебе нехорошо?

Девушка побледнела еще сильней, подняла на друга невидящие глаза:
- Дэйв, ты извини, мне надо уйти. Увидимся.
Схватив сумку, Лена стремглав вылетела на улицу. Мужчина в растерянности смотрел ей вслед.


Спасибо: 49 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 955
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ, Москва
Репутация: 105
ссылка на сообщение  Отправлено: 21.03.12 20:13. Заголовок: Раз-два-три-четыре-п..


Раз-два-три-четыре-пять. Считать - это легко. Шесть-семь-восемь. Считать - это не то, что думать. Девять-десять-одиннадцать-двенадцать. Например, полотенец в ванной ровно пять. Тринадцать-четырнадцать. А флаконов с гелями-шампунями восемь. Пятнадцать-шестнадцать-семнадцать. Два зеркала. Восемнадцать. Восемнадцать кусочков кафельной мозаики на стене.

Лена могла бы делать это бесконечно, сидя на гладком теплом полу, но в ванной было не так много предметов, и все она уже сосчитала: и полотенца, и флаконы, и зеркала. И небольшие красные черточки на тонкой полоске, что лежала рядом. И желтенькие капсулы в небольшой коробочке, которую девушка крутила в руках. Полосок было две, а таблеток... таблеток гораздо больше, чем нужно. Потому что нужно было, чтобы упаковка была пустой, а в ней... Лена заглянула внутрь еще раз и еще раз не поверила самой себе - едва ли не половина. Пересчитывать таблетки не имело смысла, так как вопреки законам математики сумма их сводилась к двум. Двум черточкам на тестовой полоске.

Девушка отбросила уже не нужную упаковку и, уткнувшись лбом в колени, закрыла глаза. Мысли разбегались в разные стороны, путались и от этого в голове мучительно звенело. Лене казалось, что пока она остается на полу своей ванной, пока не думает о том, о чем думать не хотелось, пока не сказала это вслух – жизнь будет течь в привычном русле. И секунды текли, превращаясь в минуты, минуты медленно копились в часы, а она оставалась все там же и только легко вздрагивающие плечи отличали ее от недвижимой статуи. Это могло, наверное, продолжаться бесконечно, но вдруг где-то внизу тонко зарычали отъезжающие, чтобы впустить автомобиль, ворота и коротко, видимо, для порядка, пролаяла немецкая овчарка Лиза. Девушка нехотя подняла голову и бросила взгляд на часы – почти восемь, значит, Степнов вернулся домой.

Лена, скривившись, размяла затекшие ноги и нехотя поднялась с пола. В одну секунду мысли, которые она гнала от себя последние несколько часов, настигли ее, но, вопреки ожиданиям, стало только легче. Чтобы правильно задать вопрос, нужно знать большую часть ответа. Эта самая часть выражалась всего в двух словах - «я беременна» и оставалось только сформулировать тот самый вопрос, а это не так уж сложно. Лена быстро собрала разбросанные по полу вещи и спрятала в сумку: не дай Бог увидит Соня - этой задаче не нужны были дополнительные условия. Быстро поправив макияж и убедившись, что не выглядит болезненно, она отправилась поздороваться с мужем – молчание пора было прервать.
*******************************************************************************************************

- Я хочу спросить. – она лежала на его плече, прикрыв глаза, восстанавливая дыхание после бурного «примирения», и казалась абсолютно спокойной.
- Спрашивай. – Степнову не очень хотелось говорить прямо сейчас, но Лена не так часто пыталась вести с ним диалог, чтобы игнорировать это обстоятельство.
- У нас все…. все по-прежнему?
Спрашивает, не злится ли он... Степнов улыбнулся краешком губ с внутренним чувством победителя. Значит, поняла. Поняла, что он волновался. Поняла, что ему не все равно, что с ней будет.
- Конечно. Почему ты спрашиваешь?
Потому что хочу знать что ты чувствуешь - если ты на это способен.
- Просто мне показалось. Показалось, что что-то изменилось.
Изменилось. Может, даже больше, чем мне хотелось.
-Изменилось? Нет, все по-прежнему. Тебе не о чем волноваться.
Не о чем? Это ты так думаешь.
- Значит... наш договор в силе?
Договор. Значит, ее волнует этот договор. Неприятно.
- Конечно, я всегда держу слово.
Держать слово легко. Удержишь ли ты меня?
- Играем в семью? Думаешь, это может продолжаться бесконечно? И все будет так, как ты задумал?
Какая разница теперь, что я когда-то задумал? Разве ты не видишь?
- Все будет так, как мы уже обсуждали...и не раз.
И больше не о чем говорить.
-А если я...я так не смогу?- Лена слегка повернула голову и вопросительно приподняла бровь.
Не сможешь? Уже успела кем-то увлечься и подумываешь, как сбежать?
- Тогда родишь мне наследника и...свободна.

Свободна. Лена нервно сглотнула и отвернулась к окну, за которым совсем уже стемнело. Как холоден его голос. Как прост и как невыносимо мучителен ответ на ее вопросы: свободна. Степнов по-прежнему ничего не ждет от нее и ему все также ничего не нужно, кроме репродуктивных функций ее тела. И не обязательно быть семи пядей во лбу, чтобы понять: все бессмысленно . И не к чему быть экстрасенсом, чтобы почувствовать - для нее, Лены Кулеминой, это ничего не меняет и она, вопреки этому пониманию, будет ждать, ждать когда станет для него чем-то бОльшим. Но этого не случится - не случится никогда, и ожидание превратится в бесконечную муку. И есть только один способ не потерять жизнь - свою и ту, другую, что едва успела проснуться где-то там, в глубине.

Девушка закрыла глаза и прерывисто, как ребенок вздохнула.
-Лена...-.прервал затянувшуюся паузу Степнов.
Она выгнулась кошкой назад и, не давая ему опомнится, на ощупь, не открывая глаз, нашла поцелуем мужские губы. Все решено и выход один. Но он подождет до утра.

Спасибо: 48 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 964
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ, Москва
Репутация: 105
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.03.12 11:00. Заголовок: Лена любила скорость..


Лена любила скорость. Любила мчаться по шоссе под оглушительную музыку, рвущуюся из мощных динамиков, вдавливая педаль в пол и наслаждаясь полетом автомобиля, так редко возможным в условиях московского трафика. Но сегодня – сегодня был не тот случай. Она ехала медленно, старательно объезжая редкие выбоины на качественной дороге элитного поселка и поглядывая в зеркало заднего вида на все удаляющийся особняк Степнова. Дом, который больше не будет ее домом – потому что так надо. Лена стиснула зубы и прибавила скорость, но тут же отпустила гашетку. Это было почти невозможно – уехать. Будто бы огромный резиновый трос натягивался между ее «Ауди» и тем местом, где она жила последние несколько месяцев, и Лена никак не могла разорвать эту тугую, звенящую как струна связь. Казалось: отпусти газ - натянутая резина отыграет назад, швырнув автомобиль в ухоженный двор. Нечеловечески трудно было бороться с этой силой. Лена глубоко вдохнула и усилием воли отвела взгляд от зеркала.
- Хватит, Кулемина. Поехали.
Через пять минут красно-белая стрела шлагбаума плавным взмахом рассекла ее жизнь на две части, удержав одну в пределах коттеджного поселка и отпуская другую. Вот она, ее новая жизнь: Ауди, подарок отца на день свадьбы, сумка с личными вещами и документами да несколько купюр разного достоинства на скромную сумму в бумажнике. Там, в доме, который больше не был домом, остались украшения, подаренные Виктором, кредитки и все, что не принадлежало ей до свадьбы. Чужого брать нельзя – это правило Лена усвоила с детства и никогда не нарушала. Если не считать - девушка невольно положила руку на живот – если не считать кражи его права быть отцом. Но с этим своим преступлением девушка вполне могла смириться.
Прозрачное сентябрьское утро радовало чистым высоким небом и ярким солнцем с теплыми не по-осеннему лучами. Торча в пробке перед выездом на МКАД, Лена набрала номер Новиковой и чертыхнулась, выслушав сообщение автоответчика : «Привет, это Лера. Если ты звонишь на мой московский номер, вспомни, что на дворе осень и у меня начался семестр. Жду звонка в туманном Альбионе. By-by»
Как она могла забыть? Девушка раздраженно тряхнула светлой челкой и, нервно похлопывая пальцами гладкую кожу на руле, задумалась. Если Лерка, у которой она планировала перекантоваться, пока что-нибудь не придумает, уже в Лондоне, пойти вроде как и некуда. К отцу нельзя – он тут же оформит ее посылкой Степнову. В старую компанию … Девушка улыбнулась, представив, как бы удивились пацаны, узнав, что она, Лена Кулемина, находится в «интересном положении». Нет, туда тоже нельзя, возвращаться – плохая примета.
Ей стало вдруг невыносимо страшно и смешно одновременно: одна, беременная, без денег и работы… как могло так случиться? Это больше походило на глупый сериал, на бульварный нелепый роман, но вопреки всей логике и здравому смыслу не было ни тем, ни другим. Не какая-нибудь выдуманная героиня оказалась в таком положении, а она, она сама сидела сейчас в машине и не знала, что делать дальше и куда идти.
Телефонный звонок оторвал девушку от невеселых мыслей.
Быстрый взгляд на экран – Дэвид. С души словно свалился огромный камень. Дэвид! Ну конечно же, как она раньше не подумала! Лена счастливо улыбнулась и сняла трубку.

Дэвид стоял у окна своей новой квартиры, смотрел на набережную и слушал Лену, которая сидела на единственном пока предмете мебели в свежеотремонтированной комнате – большом кожаном диване. Странная штука все-таки жизнь: еще вчера он даже думать не мог о том, что такое может случиться. Что она появится на пороге с этой нелепой спортивной сумкой наперевес, скажет: «Мне нужно…остаться... пожалуйста…» и со странным отчаянием посмотрит в глаза. Нет, Дэвид всегда знал, что в отношениях Степновых есть что-то неправильное, неестественное, но при этом чувствовал – эти двое связанны какой-то прочной, невидимой связью. Видел эту связь в коротких, напряженных взглядах Лены на мужа, в ее настороженных движениях в моменты, когда Степнов был рядом. Он даже, помнится, несмотря на европейскую сдержанность, обмолвился об этом в разговоре со своим партнером, выразив легкое беспокойство по поводу госпожи Степновой, но в ответ получил только странную усмешку и прозвучавшую резко, почти грубо, просьбу не беспокоиться.
И вот она сидит, поджав под себя ноги и устало склонив голову на обтянутую дорогой кожей спинку дивана и говорит-говорит-говорит. Говорит, что устала и хочет покоя. Говорит, что муж ее не любит и никогда не любил, что все это только сделка - с ней и с самим собой, и что у нее больше нет сил играть по его правилам.
Лена потерла переносицу и посмотрела в спину застывшего у окна Дэвида. Не очень правильно, наверное, отягощать его всем этим, но разве есть другой выход?
Мужчина продолжал молчать, и девушка уже начинала думать, что все-таки зря приехала к нему. Лучше бы уж к ребятам на первое время, а там… придумала бы.
- Дэвид, ты не волнуйся, Степнов не узнает, мне просто нужно немного времени и я исчезну. – и снова эти умоляющие нотки в голосе.
Дэвид глубоко вздохнул и повернулся к девушке, буравящей взглядом его спину.
- Лена, не надо. Оставайся сколько хочешь.
- О, спасибо, - она соскользнула с дивана и кинулась через комнату к мужчине. Порывисто обхватила его руками за шею.
- Дэйв, ты настоящий друг.
Мужчина аккуратно подхватил за талию трепещущую девушку. Сейчас или никогда.
- А если я …не друг?
Лена замерла. Не друг? А как же… Почти не дыша, отстранилась , с недоумением заглянула ему в глаза и свалившаяся было с сердца тяжесть вновь упала на грудь невообразимым грузом. В его глазах было все: нежность, тоска, желание и что-то большее, гораздо большее, чем ей доводилось когда-либо видеть в мужском взгляде.
- Лена…- он от волнения перешел на родной язык. - Don't be scared. I just want you to know. I’ll be waiting as long as you need. But I don’t want be just a friend, do you get it?
И за что ей это? Безумная любовь к мужчине, которому она не нужна, и нежное, трепетное, настоящее чувство от человека, к которому почти равнодушна. Дэвид вызывал в ней какие-то эмоции, но эмоции эти были больше похожи на те, что она испытывала, например, к Лере: рядом с ним было тепло, уютно и можно было ни о чем не волноваться. Можно было быть собой и говорить, то, что думаешь.
- so much time as you need... a month… year… I just wanna be with you.
Лена все смотрела ему в глаза и молчала. А может, так и надо? Так, чтобы не чувствовать себя 24 часа в сутки как на раскаленной сковородке? Может, его мягкое тепло больше ей подходит, чем огонь Степнова, может, пройдет время, и она будет смеяться, вспоминая, как мучилась от этой странной жажды. Лене вдруг мучительно захотелось, чтобы все так и было, чтобы никогда к ней больше не возвращалось это неказистое, неуместное чувство необходимости дышать одним воздухом с мужчиной. Повинуясь вечной женской привычке, она вдруг представила, какой могла бы ее жизнь рядом с Дэвидом и пазлы неожиданно сложились в гармоничную картинку. Вот дом, вот он, вот она, вот дети… Лена вздрогнула, опустила глаза и уткнулась носом в его широкую грудь. Дети. И как сказать ему, что у нее будет ребенок, ребенок от другого, ребенок, у которого будут небесно-синие глаза и черные, как смоль волосы, и который каждый миг будет напоминать им обоим, что все, что есть – компромисс. Если только… если только этот ребенок будет…
От пришедшей в голову мысли не зашлось сердце, не задрожали губы и глаза не наполнились слезами. Лена просто продолжала стоять в объятиях мужчины и думать о том, что так возможно было бы лучше… для всех и ей стоит принять это решение.


Спасибо: 47 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 966
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ, Москва
Репутация: 105
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.03.12 18:35. Заголовок: “London is the capit..


“London is the capital of Great Britain” – фразочка, заученная еще в средней школе неожиданно всплыла в голове и неотступно преследовала Лену последние несколько дней, словно незатейливый мотив попсовой песенки. Неделю назад они решили улететь в Лондон. Точнее, решил Дэвид, а у нее не было ни душевных сил, ни повода сопротивляться. Что ей Москва? Тут каждый метр напоминает о том, что когда-то она была Леной Кулеминой и даже, больно подумать, Леной Степновой. Что когда-то она просто БЫЛА…. а теперь… теперь есть какая-то другая, незнакомая ей молодая женщина и, может быть, этой женщине станет хоть немного легче в столице соединенного королевства. Может быть, она, наконец, перестанет искать Его среди прохожих, чужих и странных, непохожих…
Лена встряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли, и продолжила методично упаковывать вещи. Нет смысла думать о том, чего нет. Прошло две недели, и телефон ее молчал. Она ушла, оставив на столе записку, а Степнов даже не позвонил, не потребовал объяснений, не пытался искать ее, хотя наверняка знал, что она не у отца: Никита Кулемин позвонил через два дня после ее ухода из дома. Странный вышел разговор – вялый и скомканный. Отец говорил каким-то испуганно-извиняющимся тоном, она все больше молчала и слушала, стоя у панорамного окна, прислонившись лбом к холодному стеклу. Зачем слова, когда все решено, и ничего уже не исправить? Еще раз они разговаривали вчера, когда Лена, сделав над собой усилие, набрала его номер чтобы сообщить об отъезде.
«Ясно»- ответил Кулемин и, помолчав, добавил: «Прости меня». Девушка буркнула «угу» и положила трубку. Не за что ей его прощать. Это она, она дура, изводила отца столько лет, мучила его Иру, которая, если посудить, была вовсе не плохой теткой. Когда-нибудь, наверное, нескоро, она вернется в Москву, придет к ним в дом и сама попросит прощения по-настоящему… когда-нибудь. А пока нужно собрать вещи, потому что рейс рано утром, а до аэропорта в плотных московских пробках еще доберись….

Задергался в виброприпадке мобильный , вырвав ее из очередного потока однообразных безвкусных мыслей.
Дэвид. Лена ткнула пальцем в экран и переключилась в режим кромкой связи.
- Дэйв? Ты скоро будешь?
- Лена, я … задержусь. Ненадолго. Не волнуйся.
- Как скажешь.

Сигнал отбоя. Девушка присела на диван. Уже привычная сонливость давила на веки, хотелось зевать. Утренняя тошнота навещала как прежде, но теперь, когда все было решено, не казалась такой изматывающей. Там, в Лондоне ее ждет Лера и хороший, очень хороший врач. Новикова, конечно, не одобрила, но и переубеждать не стала, пообещала помощь. Так что через три дня и один наркоз все это перестанет ее волновать, и, хотелось надеяться, вместе с этим перестанет тревожить ее мысли и сам Степнов.
***************************************************************************************************************
Дэвид положил телефонную трубку на стол и поднял глаза на собеседника. Виктор казался бы обычно невозмутимым, если бы не глубокие синие тени, залегшие под глазами и нервное постукивание пальцами по полированной поверхности стола.

- Ты знаешь, что я знаю. Так к чему ходить вокруг да около. Говори, зачем пришел. -отрывисто бросил Степнов и потянул петлю галстука, будто бы на шее его был затянут не элегантный шелковый узел, а грубая веревочная удавка.
- Мне жаль, что нам приходится об этом говорить. – Дэвиду было некомфортно под жестким взглядом партнера. – Но я честный человек. Я не хочу, чтобы между было … непонимание.
- Да какое уж тут непонимание. – Степнов неожиданно горько усмехнулся и на секунду прикрыл глаза ладонью. – Ты увел мою жену.
- Не я. Она пришла сама. Пришла как к другу, потому что ей больше некуда было идти. И ты виноват. Ты и сам это знаешь.
- В чем это я виноват? – вскинулся резко, почти злобно, - в том, что моя жена обманывала меня с моим партнером, с моим другом и сделала выбор не в мою пользу?
- Виктор. – Дэвид почти брезгливо сморщился. – Вы русские, все время бросаетесь… как это… в край.
- В крайности, - механически поправил мужчина.
- В крайности, - послушно повторил Дэвид. – Ты можешь думать, что ты хочешь, только все не так. Я влюблен в Лену. Не отрицаю. И я ей тоже нравлюсь, только есть что-то, что мешает ей любить меня. Или кто-то?
Степнов молчал, глядя на него неживыми, недвижимыми глазами.
- Я не могу судить. Я не знаю, что было с вами и что будет с нами и будет ли... Я просто пришел сказать, что увожу ее в Лондон. Рейс завтра утром.
Степнов оставался неподвижным и молчаливым и Дэвид, вздохнув, закончил:
- Виктор, если у тебя есть что-то…. больше, чем договор, останови ее. Если нет, мы пришлем адвоката, чтобы оформить развод, и я сделаю все, чтобы ты ее больше никогда не увидел. Решай.
Так и не дождавшись ответа, Дэвид поднялся и протянул руку для прощания, но Степнов не заметил этого жеста, продолжая сидеть, уставившись в одну точку.
Очнулся он, только когда где-то в приемной хлопнула дверь. Поднялся, тяжелыми, усталыми шагами прошелся по кабинету. В голове стояла звенящая, оглушительная тишина, тишина терзавшая его который день, не оставлявшая его ни на одну бессонную ночь с того момента, когда он вернулся домой и увидел эту записку на столике в ее опустевшей комнате: «Прости, я так не умею. Будь счастлив».
Он, конечно, нашел ее сразу: служба безопасности отследила сигнал установленной в Ауди охранной системы. Увидев адрес Дэвида в отчете безопасников, Виктор почему-то не удивился. Наверное, это карма – дорогая ему женщина и близкий друг. Он сидел на ее кровати и перебирал беспорядочно разбросанные банковские карты, высыпанные из шкатулки украшения, и чувствовал, как ускользают одна за другой мысли, а голову заполняет неестественная пустота. Вместе с мыслями ушел сон, аппетит и интерес к чему бы то ни было. Каждое утро мужчина поднимался с кровати, на которой всю ночь лежал без сна и без мыслей, приезжал в офис и, отослав Светочку, сидел в своем кабинете в полной тишине, уставившись в окно. Но суетящийся внизу город не оставлял никакого следа в его сознании: просто люди, просто машины, просто…
И так неожиданно ворвавшийся в его кабинет Дэвид тоже не вызвал в нем никаких эмоций, до тех пор, пока не заговорил. Пока не сказал, что увозит ее, увозит далеко и, возможно, навсегда, а ему, Степнову, предлагается смириться. И вот сейчас, когда за мистером Доусоном, наконец, закрылась дверь, он почувствовал, как его мысли возвращаются. Лена уезжает. Также как та, другая, память о которой давно растворилась в суете повседневности. Также, но иначе. Он напряженно сморщил лоб, пытаясь вспомнить слова Дэвида, которые слушал, словно находясь в анабиозе: «останови ее». Степнов усмехнулся. Как много он решал за нее, не спрашивая, не предлагая, а просто ставя очередную точку в очередном случае до тех пор, пока она не решила сама. За себя и за него. И теперь настала его очередь принять ее решения так, как она принимала его. Принять и понять, как же это невыносимо – не иметь выбора и возможности сказать свое слово.



Спасибо: 42 
Профиль
Юрвига





Сообщение: 968
Зарегистрирован: 08.02.09
Откуда: РФ, Москва
Репутация: 105
ссылка на сообщение  Отправлено: 24.03.12 20:17. Заголовок: Ну, собственно, все,..


Скрытый текст

Аэропорт традиционно шумел. Суетились грузчики, торопились пассажиры, таксисты выхватывали клиентов из плотной толпы прибывших, сонно кивала на стойке информации девушка в красно-синем форменном галстуке и чей-то радостный голос сообщал об очередной посадке.
Лена не любила аэропорты, но сегодня ее даже радовала эта суета, не дававшая ни на секунду задуматься о том, что произойдет меньше чем через час. Она миллион раз прокрутила в голове свое решение, и нет, не боялась теперь передумать. Глядя на уверенно улыбающегося Дэвида девушка чувствовала, как спокойствие, чем-то похожее на легкую анестезию, охватывало все ее существо и, признаться, даже радовалась этому ощущению. Покой – это то, в чем она сейчас нуждается. На рейс они зарегистрировались и теперь ждали приглашения на посадку в комфортабельном VIP-зале. Хотелось курить – впервые за долгое время. Лена повернула голову к Дэвиду, заинтересованно разглядывавшему какое-то цветастое издание.
- Дэйв, я отойду на минутку?
- Конечно. – Мужчина коротко кивнул и улыбнулся, но в глазах его мелькнула тень беспокойства.

Она не обратила внимания. Спустилась вниз, к залу прилета, курить в здании терминала запрещалось. Похлопала себя по карманам на эскалаторе – черт, открытая пару недель назад пачка осталась в сумке, наверху. Придется тащиться в киоск. Веселая девушка протянула ей сигареты и насыпала полную ладонь монет в качестве сдачи. Лена недовольно поморщилась, хотела было оставить мелочь на прилавке, но продавщица неожиданно бурно запротестовала и она, пожав плечами, попыталась впихнуть монеты в карман узких джинсов. Но тесный карман не пожелал принимать всю пригоршню и деньги со звоном брызнули о твердый пол. Лена выругалась сквозь зубы и присела собрать разбросанную по полу мелочь, но чьи-то ловкие пальцы опередили ее и уже протягивали собранные деньги. Девушка приняла монеты и подняла глаза, чтобы поблагодарить пришедшего на помощь, но осеклась: перед ней стоял Степнов. И в глазах потемнело и преграды, так долго укрывавшие ее от всех чувств, включая боль, вдруг испарилась. Она поняла – ни эта местная анестезия, ни общий, самый глубокий наркоз, ни даже, наверное, кома не заставят ее перестать чувствовать все, что она чувствовала к нему. Стало невыносимо трудно дышать, стало невыносимо трудно смотреть, даже стоять без опоры – и то, невыносимо.
- Ты? – наконец не выговорила – прохрипела Лена. – Как ты? Зачем ты…
- Я приехал за тобой, – мужчина казался бы спокойным, если бы не сквозившее в глазах отчаянье. – поехали домой.
- Зачем? – Дыхание возвращалось. Он снова пришел решать за нее. Мелькнувшая на короткий миг надежда испарилась. Ничего не изменится – никогда. Нужно подняться к Дэвиду, улететь с ним в Лондон и не возвращаться. Никогда не возвращаться в город, где живет этот бесчувственный до жестокости голубоглазый мужчина.
- Ты хочешь знать причину?
Она лишь коротко кивнула. Давай уже, скажи про свой договор и дай мне силы послать тебя куда подальше и уйти.
Степнов смотрел на нее как-то иначе: беспомощно и беспокойно. Но она не видела – глаза застилала тусклая пелена.
- Ты нужна мне. Очень.
Неожиданно. Лена так ожидала упоминания об их сделке, что не сразу поняла, что он сказал. Нужна. Нужна – зачем? «Нужна» – это лучше чем «договор», но все равно – недостаточно.
- Нет. – собравшись с остатками духа, покачала головой Лена и, словно не поверив себе, повторила еще раз, громче – Нет.
- Ты можешь улететь с ним. – Степнов продолжал стоять напротив, даже не делая попытки прикоснуться. – И, может быть, будешь счастлива. Но не так….не так как со мной. Я клянусь, я сделаю тебя невероятно, неописуемо счастливой.
- Как? – казалось, дыхание остановилось, сердце перестало биться, и кровь замерла в венах, пока она ждала ответа.
Степнов шагнул к ней, стиснул ладонями плечи, заглянул в глаза и она вдруг снова увидела в его взгляде все то, чем когда-то, казалось, очень-очень давно, наслаждалась на берегу Атлантического океана.
- Я буду любить тебя. Я буду любить твоих детей. Я буду любить все, что ты делаешь и все, чего ты хочешь. Я буду любить тебя днем и ночью, утром и вечером, в будни и по выходным. Я буду любить тебя. И я люблю тебя, сейчас. И если этого недостаточно…
Лена не дала ему договорить. Шагнула вперед, уткнулась в широкую грудь, замерла в его объятиях. Они стояли почти в самом центре зала прилета, и текущей толпой омывало их со всех сторон словно морем, но ни Степнов, ни его молодая жена не замечали этих спешащих людей, громких объявлений об очередной посадке очередного рейса, не обращали внимания на таксистов и персонал аэропорта. Впрочем, справедливости ради, можно отметить, что и этой бурлящей вокруг них жизни было плевать и на него, зрелого, успешного человека, и на нее, молодую, неопытную, страстную девушку, и, черт побери, на их так неожиданно удачно сложившийся МЕЗАЛЬЯНС.

Эпилог.
Скрытый текст

- Ленка, ну наконец-то! – Блондинка за соседним столиком оторвала его от размышлений. Казалось бы, прошел почти год с тех, пор как он сел в самолет один и улетел в Лондон, но русская речь до сих пор выбивала его из колеи, особенно вот так, в самом центре Лондона. Дэвид перевел ореховый взгляд с чашки остывающего кофе на девушку. Девушка была красавицей. Впрочем, для русских это неудивительно. Ох уж эти русские – они обладают какой-то невероятной, сумасшедшей энергией, которая сметает все на своем пути. Наверное, эта энергия находится где-то за пределами его понимания.
Девушка за соседним столом радостно залилась:
- Поздравляю, поздравляю вас обоих! Как муж? Счастлив?
Дэвид смотрел на блондинку. Она так искренне, неподдельно радовалась чужому счастью – так, наверное, умеют только они, эти странные люди из суровой северной страны.
- И как назвали? Валерия? Леночка, ты прелесть, это просто…просто опупеть!
Дэвид не знал что значит «опупеть», но вдруг почувствовал, что ему невыносимо, нетерпимо хочется узнать и это слово, и эту хохочущую девчонку за соседним столиком и больше того – ему вдруг отчего-то показалось, что он очень давно и очень хорошо знает эту совершенно незнакомую русскую девушку.
- Ну все, я рада за вас. Целуй от меня и муженька своего любимого и красавицу-дочку, обязательно прилечу, как только вырвусь. Пока-пока.
Лера положила трубку и, все еще задумчиво улыбаясь, встретилась глазами с симпатичным мужчиной за соседним столиком. Он смотрел на нее как на старого друга и улыбался. Девушка решительно поднялась со своего места и плюхнулась на стул рядом с ним.
- Я знаю, что ты не бельмеса не понимаешь, но у меня такая радость, а поделиться не с кем! Подруга у меня родила девочку, дочку! Понимаешь? У нас теперь есть маленькая Ленка! То есть, наоборот, Лерка! С ума сойти!
Мужчина вдруг кивнул в ответ и, чуть заколебавшись, на неплохом русском ответил:
- Понимаю. Мои поздравления.
Лера удивленно вскинула брови, потом счастливо расхохоталась и, потянувшись через столик, расцеловала его в обе щеки. Дэвид улыбнулся. А может – чем черт не шутит - и у него есть шанс познать эту загадочную русскую душу.

а вот теперь КОНЕЦ!





Спасибо: 47 
Профиль
Ответов - 78 , стр: 1 2 3 4 All [только новые]
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  3 час. Хитов сегодня: 199
Права: смайлы да, картинки да, шрифты нет, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет



Создай свой форум на сервисе Borda.ru
Форум находится на 97 месте в рейтинге
Текстовая версия