Не умеешь писать - НЕ БЕРИСЬ!

АвторСообщение





Сообщение: 582
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.11.16 20:07. Заголовок: Камень


Название: Камень
Автор: Стэлла
Рейтинг: R
Жанр: ООС, Angst, Romance
Статус: В процессе

Привет всем, девочки! Ностальгия замучила, надеюсь, что не только меня. Соскучилась по КВМ, по форуму, а сейчас поняла, что и по нашим смайликам тоже безумно соскучилась Волнение что-то, как в первый раз))
Наташа, спасибо за премодерацию

Спасибо: 23 
ПрофильЦитата Ответить
Ответов - 13 [только новые]







Сообщение: 584
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 01.11.16 20:09. Заголовок: Пролог - Ох уж эта..



Пролог
- Ох уж эта школа! Я будто сама учусь, а не мой оболтус, - устало усмехнулась миловидная женщина лет тридцати своей собеседнице.
- И не говори, Лид, и чем старше, тем труднее. Если в третьем классе за голову хватаемся, что же дальше будет?
- Я до сих пор в шоке от нашей Елены Григорьевны. Сын подошел после урока, сказал, что тему не понял, а она, представляешь, вместо того, чтобы объяснить, сказала, чтобы он к ней на репетиторство шел, если не понимает в классе. В мое время так не было, учителя душу вкладывали, получая копейки!
- Знаешь, современный учитель давно уже перестал быть образцом честности и порядочности. Я тут на страничку к англичанке зашла, она фотки с отдыха в Египте выложила. Фото, скажу я тебе, категории 18+. И подпись «Это не я, это ром». Нет, я все понимаю, но мне кажется, учитель не должен такое выкладывать на всеобщее обозрение.
- Да что англичанка, та хоть в Египте фестивалит, подальше от детских глаз, а возьми этого физрука Степнова?!
- Это красивый такой мужик, у старших классов ведет?
- Именно он. У меня племяшка у него училась. Ох и понаслушалась я про него… Ни одной юбки не пропускает, говорят, что он со всеми учительницами молоденькими… И даже с какой-то ученицей на выпускном, та напилась, и он ее прям за руку увел! Да еще хам, каких поискать.
- Кошмар какой! Неужели директор ничего не видит?
- Да может и видит, а замену где найти, если что? Сейчас все в фитнес-клубах работать хотят, а не в школе. Степнов, кстати, тоже еще в фитнес-центре работает тренером, и когда только успевает все…
- Да уж, есть индивидуумы…

***

Противный писк будильника нарушил тишину пасмурного осеннего утра. В комнате было еще темно, но очертания предметов уже четко просматривались на фоне серых стен. Степнов устало зевнул и потер глаза. Бессонные ночи даются уже не так легко, как раньше. Рядом на подушке сладко сопела женская голова. Черные волосы разметались по полосатой наволочке, вокруг припухших век размазанная тушь, губы пересохли и потрескались. Виктор знал, что девушку зовут Оля, и что у нее третий размер груди. Этим его познания ограничивались. Сколько Оле лет, замужем ли она, есть ли у нее дети, работа, деньги на такси, он не знал и узнавать не собирался. Денег на такси он ей в любом случае даст.
Оля оказалась не только безотказна в постели, но и чрезвычайно понятлива. Она быстро приняла душ, оделась в свое вчерашнее синее платье, кинула легкое «пока» и хлопнула дверью. Степнов любил такой расклад больше всего. Ни номеров телефона, ни повторных встреч. Девушка сразу поняла цель их знакомства и ее это тоже устраивало.
Виктор наскоро умылся, натянул спортивный костюм и отправился на пробежку. Какая бы не была ночь, спокойная или бессонная, он всегда бегал по утрам. Как спортсмен, он отлично знал, что стоит дать себе слабину, и потеряешь форму, глазом не моргнешь. Он, конечно, еще не старик, тридцать четыре года – это ерунда, но уже и не мальчик. В спорте дисциплина одна из ключевых составляющих.
Вернувшись с пробежки, Степнов долго стоял под душем, затем позавтракал, оделся и отправился в школу.
В учительской взял журнал 11А, мимоходом поймав смущенный взгляд новой химички, улыбнулся про себя и отправился на свое рабочее место.
В спортзале было тихо и довольно прохладно. Над головой привычно загудели лампы дневного света. Виктор открыл подсобку, скинул олимпийку, взял со стола свисток. Работу в школе он любил, несмотря ни на что. Подработка фитнес-инструктором была исключительно ради денег. А в школе его грело осознание того, что каждый хлюпик имеет шанс вырасти здоровым и сильным, и физкультура в его лице об этом позаботится.
За спиной раздалось деликатное покашливание. Мужчина обернулся и увидел переминающегося с ноги на ногу учителя литературы Милославского.
- О! Физкультпривет литературе! Вы, Мирослав Николаевич, решили к спорту приобщиться? Похвально!
- Да нет, Виктор Михалыч, что вы… Я не могу, то есть, мне нельзя… Я за другим пришел. Я спросить у вас хотел.
- Спрашивайте, Милославский, только быстрей, до урока пять минут, - он широко улыбнулся, и его хищное обаяние подействовало даже на учителя литературы.
- Вы… У вас… Вы такой… - блеял мужчина, не в силах подобрать нужные слова и сформулировать мысль.
- Ну! – рявкнул в нетерпении физрук, и Мирослав окончательно стушевался.
- У вас перекусить ничего нет? А то я не позавтракал, - ляпнул он вдруг, сам не зная, зачем.
На лице Виктора отразилось недоумение, он оглядел подсобку и кивнул за плечо.
- Вон, сырники на столе стоят, если не завоняли еще, хотя тут вроде холодно. Так что угощайтесь. Светочка вчера приносила.
- А что же вы сами не съели? – мужчина с интересом покосился на сырники, накрытые салфеткой.
- А я из чужих рук не ем, - весело проговорил Степнов. – Подсыплют какой-нибудь ебун-травы и все, поминай, как звали. А уж тем более от такой чокнутой прилипалы, как Светочка, можно чего угодно ожидать. Ты, Милославский, если с бабами хочешь не иметь проблем, то надо сразу давать понять, чего тебе от нее надо. Уж точно не пирогов. Каждая женщина мечтает не о стихах и томных вздохах, а о том, чтобы ей под юбку лезли как можно настойчивей. Можно конечно и со стихами совместить, это уж дело вкуса. А любовь - это сказки для неудачников. Не расплывайся перед ними, как кисель. Твердым надо быть. Во всех смыслах!
Вдруг Виктору захотелось обернуться, по спине будто холод прошел. Развернувшись, он столкнулся взглядом с Кулеминой. Степнов мысленно выругался. Черт его знает, сколько она там стояла и что слышала.
- Тебе чего? – сказал резче, чем собирался.
- Мячик дайте, мы поиграем пока, - Лена Кулемина избегала смотреть Степнову в глаза. Из этого он сделал вывод, что слышала она достаточно. Да и черт с ней. Не маленькая уже.
На уроках Виктор гонял старшеклассников с особым удовольствием. Считал, что это им только на пользу. И опять, как всегда, находились те, кто просился на скамейку, хлюздил и жаловался. И это физрука раздражало.
- Наумов, колени выше! Представь, что бежишь в столовую! А там тебя ждет Анжелина Джоли! Вот так! Раз-два! Нормативы мне на пятерку сдашь!
Звонок на большую перемену обрадовал не только уставших учеников, но и учителя.
- Все свободны! Следующий урок на улице, сдавать будем полосу препятствий.
Класс недовольно загудел, зная, что будет жесткач, а Степнов устремился в сторону столовой.
Запах котлет ударил в нос, Виктор уже направился к учительской раздатке, как на него со всего маха кто-то налетел, по футболке расплылось холодное и противное.
- Бб….лин! – заорал мужчина, впившись раздраженным взглядом в остолбеневшую ученицу. – Глаза разуй, Кулемина! Футболку теперь ты мне стирать будешь?!
- Извините, Виктор Михалыч, меня толкнули, я нечаянно, - она с ужасом смотрела на розовое пятно от компота на белой футболке учителя.
- За нечаянно бьют отчаянно, Лена, - уже спокойнее произнес Виктор, видя такое неподдельное раскаяние.
- Футболку я могу постирать, если надо.
- Я пошутил, балда! Хотя, искупить свою вину ты можешь.
- Как? – Лена насторожилась, и Виктор это заметил. Точно, думает, что он заставит ее мыть пол в спортзале. Любимое наказание Степнова.
- Познакомь с дедом. Он же писатель у тебя.
- С дедом? Вы серьезно? Вы его читали?
- Ну когда-то многие его читали. Я уже давно хотел тебя попросить, да забывал. Ну так что?
- Конечно, Виктор Михалыч! Я скажу деду, он будет рад. Его так редко вспоминают теперь… Когда вы придете?
- А давай сегодня! Я часов в шесть к вам приду, адрес смской скинь, номер знаешь?
- Да, - Ленка опустила глаза.

В подсобке Степнов скинул испорченную футболку, надел олимпийку. В кармане завибрировал телефон. Кулемина прислала адрес. Он давно хотел ее попросить о встрече с ее знаменитым дедом. Было интересно поговорить с писателем-фантастом, книгами которого он зачитывался в детстве. За спиной раздался тихий стук, Виктор обернулся. В дверях стояла молодая и до одури хорошенькая учительница химии Марина Юрьевна. Она пришла работать в школу только в этом году, и у Степнова еще не было возможности поближе познакомиться с ней.
- Я не вовремя, простите, - она вспыхнула и отвернулась.
Виктор понял, что так и стоит в расстегнутой олимпийке. Но застегиваться не стал. Его загорелое, в меру накачанное тело заставляло краснеть не одну дамочку. Он это знал и не видел причин этим не пользоваться.
- Марина, - он сделал шаг ближе. – Что-то случилось?
- Ничего, - она улыбнулась. – Я просто хотела вас попросить помочь перенести лабораторные материалы, мы переезжаем в новый кабинет.
- Да, конечно, только если позволите вас потом проводить до дома.
- Хорошо… Но я живу далеко очень.
- Трудности закаляют, Марина.


Спасибо: 26 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 588
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 02.11.16 18:41. Заголовок: Ленка пришла домой с..


Ленка пришла домой счастливая.
- Дед! – крикнула из прихожей. – Дед! У нас сегодня гости будут.
Старик, шаркая тапками, вышел в коридор.
- И кто это к нам пожалует?
- Учитель мой, Виктор Михалыч, очень хотел с тобой познакомиться, между прочим. Он твои романы с детства любит, - торжественно объявила Лена.
- Ой, Ленок, а чем же мы его угощать-то будем? Хоть бы предупредила, я бы в магазин сходил.
- Дед, не волнуйся, я сама в магазин зашла и все купила. Так что угостить будет чем.
- А я тогда наливку свою фирменную достану! – обрадовался старик.
- Дедуль, Виктор Михалыч не пьет, он же спортсмен!
- Да это ж как лекарство. Ты давай на стол готовь, а я пойду хоть оденусь поприличней, не каждый день с читателями встречаюсь. Во сколько он придет-то?
- В шесть.
Лена вошла в комнату, кинула сумку и счастливо зажмурилась. Степнов у нее дома! Об этом она даже мечтать не могла. Она сможет с ним даже поговорить о чем-то, смотреть на него прямо, а не украдкой. Лена восхищалась им, даже несмотря на слухи и сплетни, что ходили о нем по школе. И даже сегодня, когда он так говорил о Светлане Михайловне, она не могла на него злиться. Его обаяние буквально сносило ей голову. В присутствие Степнова она робела, как дура. А он никогда не обращал на нее внимание, как на некоторых девчонок, с которыми мог шутить, приобнимать за плечи, даже на ухо что-то шептать. И вроде бы все это было в шутливой форме, но смотреть на это Ленке было тяжело. И свою непривлекательность в его глазах тоже тяжело осознавать.
И вот он придет к ним домой. В это невозможно поверить, но это так. А может, они с дедом подружатся, и Степнов будет к ним часто приходить. Об этом можно только мечтать.
Кулемина приготовила шикарный по их с дедом меркам стол. Дед даже галстук надел и так разволновался, что Лене пришлось мерить ему давление и давать таблетки.
Они оба сидели, как на иголках. Стрелки на часах показывали одну минуту седьмого, Степнов мог позвонить в дверь в любой момент.

В половину седьмого Петр Никанорович распустил галстук.
- Что-то не пунктуальный у тебя учитель, - он грустно покачал головой, и у Ленки сжалось сердце от жалости к деду. Он так ждал, так готовился…
Прошло еще полчаса. А потом еще.
Она сама с ума сходила от беспокойства, со Степновым точно что-то случилось. Лена вышла из комнаты и набрала номер учителя. Абонент не отвечает. Хотелось плакать от обиды. Когда вернулась, дед лежал на диване, на щеках его горел нездоровый румянец, а бутылка наливки была наполовину пустой.
- Дедуль, наверное, что-то случилось, он поэтому не пришел.
- Да ничего не случилось, Ленок. Просто твой дед уже давно никому не нужен и не интересен. Выключи свет, я буду спать.
Выйдя из комнаты, Лена больше всего боялась, что услышит, как дед плачет. Она быстро ушла к себе, легла, не раздеваясь, и накрыла голову подушкой.

Всю ночь Лена то и дело просыпалась, ей казалось, что пришел Степнов, а она не услышала звонок в дверь.
Утром, проснувшись, она снова набрала номер Виктора. Все еще вне себя от беспокойства, услышала гудки, а потом сонное «Алло». Она откинула мобильник, будто он обжег ей ухо. Со Степновым ничего не случилось. Он спит. Он просто не пришел и все. Неужели он таким гадким способом решил наказать ее за компот? Но при чем тут дед? Он-то в чем виноват?! Ну пусть бы заставил спортзал мыть, футболку стирать, да что угодно. Но зачем же так изощренно издеваться?
Сначала Кулемина хотела прийти в школу, найти физрука и врезать ему как следует, удар у нее, что надо, не даром в секцию по кикбоксингу ходила. Он надолго запомнит. Вот только ее за это и из школы могут выгнать.
И тут из комнаты деда послышался хриплый стон. Ленка влетела в комнату и увидела деда, лежащего на полу и держащегося за сердце.
- Дед! Дедуль, плохо? Сердце? Я сейчас… Таблетки дам. И скорую вызову. Все хорошо будет.

Деда увезли в больницу с инфарктом. «Это уже второй» - мрачно подумала Ленка. И в этом виноват Степнов. Она плакала от бессилия, страха за деда, от злости на Степнова. Свою обиду она могла бы проглотить, но дед… Единственный близкий человек, который воспитал ее, роднее у нее никого не было. Как же ей хотелось ему отомстить, ударить побольнее. Но она не знала, как. Ну что она, девчонка, может сделать ему? В компот плюнуть если только, но это глупо.
Ничего она ему не сможет сделать. Ничего.

Марину не пришлось долго уламывать, и вечер Степнов провел весьма приятно. Химичка буквально в рот ему заглядывала, пока он ей плел всякую ерунду, как бы невзначай водя большим пальцем по нежной коже запястья. Пара комплиментов, пошлые глупости шепотом в ухо и настойчивость сделали свое дело. Единственное, чего немного не рассчитал Виктор, была реакция на быстрое завершение приятного вечера. Девушка, видимо, напридумывала себе лишнего и едва не плакала, когда он, наскоро пригладив взъерошенные волосы, шнуровал ботинки в коридоре. Он никогда не оставался на ночь, чтобы у женщины даже мысли не возникло о каких-то отношениях. Придя домой, Виктор вырубился, едва голова коснулась подушки.

О том, что вчера должен был встретиться с Кулеминым, Степнов вспомнил только в школе, увидев Ленку, подпирающую стену в коридоре. Она стояла, ссутулившись, опустив голову, и что-то читала в тетрадке. Длинная челка свесилась на глаза, губы беззвучно повторяли строчки из тетради.
- Физкультпривет, Кулемина! – бодро гаркнул над ухом физрук, упершись ладонью в стену чуть выше Ленкиного плеча.
Она оторвала взгляд от конспекта, медленно подняла голову и так глянула на учителя, что у него даже в горле запершило.
- Лен, я вчера не смог прийти к вам, дела нарисовались. Давай на другой день договоримся. Блин, неудобно перед дедом твоим получилось, конечно…
- Да все нормально, Виктор Михалыч, - произнесла Ленка ледяным тоном. – Вас и не ждал никто. Я деду сказала про вас, он ответил, что подумает. Так что не парьтесь.
- Да? – Виктор даже растерялся. – Ну ладно, я-то думал… Ну ты скажи, как он соберется.
- Непременно, - и она повернулась к нему спиной.
Степнов нахмурился. Такой агрессии от Кулеминой он еще не видел. А главное, что он ей сделал-то? Дед еще кривляется, подумает он, видите ли! Хорошо, что он к ним не пошел, выглядел бы, как дурак.
Вообще, с этого дня Ленку как подменили. Он замечал это мимоходом, не особо задумываясь о причинах. Просто отмечал, что она стала смотреть на него как-то иначе, бывало, даже огрызалась. Переходный возраст, что с этих подростков взять.

Сейчас Виктор собирался домой, и уже хотел выходить из подсобки, как туда решительным шагом вошел Милославский.
- О! Мирослав Николаевич! Чем обязан? – улыбнулся своей фирменной улыбкой физрук.
- Вы подлец! – выпалил Милославский, театрально вскинув голову.
- Что так? – изменившись в лице, ядовито усмехнулся Степнов, присаживаясь на край стола.
- Вы… Вы поступили с Мариной… То есть, с Мариной Юрьевной, как негодяй! Она плакала! Из-за вас!
- Ах вот оно что! Вы тоже на нее свой орлиный глаз положили? Ну тут уж кто успел, тот и съел. Надо было действовать, а не сопли жевать.
- Да как вы можете! Я даже не думал об этом, не судите всех по себе!
- Вот только не надо святошей прикидываться. На словах вы все Львы Толстые, - уже зло проговорил Степнов. – А на деле, просто не дает тебе никто. Вот ты и бесишься. Таких олухов, как ты, я всегда буду оставлять позади, а таких, как Марина... Нет такого закона, что после секса жениться надо, если она так решила, то она просто дура.
- Если бы мы жили в девятнадцатом веке, я бы вызвал вас на дуэль!
- Ну за чем же дело стало? В двадцать первом веке пока еще можно морду набить. Я жду! – Виктор встал со стола и сделал шаг к учителю литературы. – Ну? Будьте мужиком, Милославский, врежьте мне, отстаивайте честь дамы. Я даже защищаться не буду. Ну!
Несчастный Мирослав сжал кулаки и принял нелепую стойку, выпучив глаза. На что Степнов громко, от души расхохотался ему в лицо, и продолжал хохотать, глядя, как багровеет Милославский, как опускаются его руки, как трясутся губы.
- У вас камень вместо сердца! Я презираю вас, Степнов! Презираю! – тонко вскричал мужчина, развернулся и выбежал, хлопнув дверью.
- Ну и хер с тобой, даже врезать не смог, - процедил Степнов. – Красиво говорить вы все мастера.


Спасибо: 26 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 591
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 03.11.16 20:45. Заголовок: Сегодня у Степнова б..


Сегодня у Степнова была тренировка в фитнес-клубе. На улице лил холодный дождь, и Виктор мысленно похвалил себя за то, что утром решил ехать на работу на машине. Черный внедорожник, припаркованный у ворот, был заляпан грязью. Степнов нахмурил брови. Надо бы заехать на мойку. Он свернул налево и увидел бегущую под дождем, да к тому же, без зонта, Кулемину. Она была на другой стороне дороги, он посигналил, но Ленка не отреагировала. Тогда мужчина опустил окно и крикнул: «Кулемина!» Девушка обернулась.
- Прыгай в машину, довезу до дома!
- Спасибо, не надо, - она нахмурилась и пошла еще быстрее. Степнов отметил, что сейчас она была похожа на мокрого, злого воробья. Если воробьи вообще могут быть злыми.
- Заболеешь, дуреха! Садись, я сказал.
Но Ленка упрямо шла, не реагируя на учителя.
- Как хочешь! – разозлился Виктор и резко ударил по газам. – Уговаривать тебя еще, - ворчал себе под нос, - Заболеешь, будешь знать!
Но заболел на следующий день он сам. Может, проклятья Милославского сделали свое дело, а может просквозило ночью из окна, но проснулся утром Виктор с насморком и больным горлом. Температуры не было, но все тело ломало. Кое-как он собрался, о пробежке уже речи не шло, когда у тебя сопли текут ручьем, а горло будто наждаком натерли, как-то не до спорта становится.
По дороге до школы набрал колдрекса, одноразовых платков, и, чувствуя себя абсолютной развалиной, приступил к привычным делам. К обеду разболелась голова, и Степнов поплелся в медпункт. Когда-то давно у него была интрижка с медсестрой Альбиной, и они до сих пор изредка проводили время вместе, поэтому Виктор ждал от медсестры самого активного участия.
Но почему-то девушка встретила Виктора без должного сочувствия.
Сунула ледяной градусник подмышку, с неохотой глянула воспаленное горло, выдала таблетку парацетамола и объявила, что выходит замуж.
Если бы Степнову не было так плохо, он бы даже посмеялся. Замуж она выходит, с ума сойти. А не далее, как пару недель назад он с ней вот в этом самом кабинете... Ну да черт с ней. Через пару месяцев счастливый муж обретет красивые ветвистые рога, а Альбина вновь станет ласковой и приветливой.

Физкультура у Кулеминой была последним уроком. Полоса препятствий на улице. То, чего все боялись. Степнов обычно гонял их до тех пор, пока время прохождения не начинало его хоть немного устраивать.
Физрук вышел к ним из подсобки в ужасном состоянии. Нос покраснел, глаза налились кровью, на лбу выступила испарина.
- Так, 11А, - прохрипел учитель, - сейчас вы тихо, как мыши, идете в раздевалку, собираете свои вещи и уходите домой.
В зале раздалось громогласное "УРРАААА!!!" Степнов зажмурился и схватился за голову.
Ленкины одноклассники в пару секунд смылись из спортзала. Кулемина тоже ушла, но в душе остался неприятный осадок. Да, Степнов гад, но сейчас он выглядел таким несчастным, что ей почему-то стало его жалко. Только мысли о больном деде, который до сих пор лежал в больницу, свели всю жалость к физруку на нет.
Степнов болел настолько редко, что это совершенно выбило его из колеи. Хотелось женского внимания, чтобы кто-нибудь красивый и сексуальный поил его чаем с малиной, трогал губами лоб, да элементарно приготовил пожрать. Но приходилось справляться самому, потому что все его знакомые, едва услышав, что он заболел, оказывались чрезвычайно занятыми. И это его очень злило.
Больничный ему не дали, температуры нет – работай.
Коллеги от него шарахались, боялись заразиться. Одна лишь библиотекарь Светочка пыталась напоить Виктора какой-то целебной травой, но он категорически отказался. Милославский не скрывал своей радости от состояния Степнова. Он демонстративно проявлял галантность по отношению к Марине Юрьевне, пока Виктор вытирал сопли и размешивал в кружке вонючий колдрекс.

Третий урок был у 11 А, отпустить всех, как вчера, уже не получится. Проводить урок на улице было не вариант. Потому Виктор решил сегодня принять нормативы по лазанью по канату. В коридоре он выловил Кулемину, ловко ухватив за локоть.
- Кулемина, не в службу, а в дружбу, можешь в аптеку сгонять? В нашем медпункте ни черта нет, кроме градусников и пластырей.
- А чего сразу я?! – мигом насупилась Ленка.
- Блин, Кулемина, ты добить меня хочешь? У тебя у одной с канатом не лады, сечешь? На вот деньги, купи аспирин шипучий, противовирусное, от горла что-нибудь. Я тебе пятерку поставлю.
Он сунул недовольной Ленке в руку тысячную купюру и испарился так же мгновенно, как появился.
Кулемина разжала кулак. Ну и что теперь делать? Как будто больше не мог никого попросить… Придется тащиться в аптеку.
Она вышла на улицу. В лицо дунул холодный, влажный ветер. Ленка быстро рванула в сторону остановки, где находилась аптека. Но видимо, сегодня был не ее день.
Возле продуктового магазина на бордюре, уронив ветхую матерчатую сумку, сидел старик, держась за сердце. Кулемина тут же подошла к пожилому мужчине. Не могла она поступить иначе. А если бы это был ее дед?
Потом они ждали скорую, собрались люди, но все торопились, и осталась только Лена. Скорая приехала, деда посадили в машину. Телефона при себе у мужчины не было, и он слезно просил Лену сказать его дочери, что он в больнице. Продиктовал адрес, это оказалось на другом конце города. Лена добиралась с пересадками. Глянув на время, поняла, что пропустила уже не только физкультуру, но и еще один урок. Потом плутала по незнакомым кварталам минут двадцать прежде, чем нашла нужный дом. Ей открыла женщина лет сорока, Лена сообщила, что ее отец в больнице, сказала, куда его увезли. Та очень благодарила девушку, даже деньги предлагала, но Лена, конечно, не взяла. Нужно было скорее возвращаться в школу. Сумка еще оставалась в школьной раздевалке, да и лекарства Степнову купить все-таки было надо. Войдя в аптеку, Кулемина поняла, что потеряла деньги, которые ей давал Виктор Михалыч. Наверное, в суматохе, пока ждали скорую, они выпали из кармана. А она даже и не подумала проверить, на месте ли деньги.

В школе уроки уже заканчивались. Лена сразу пошла в спортзал, там уже не было учеников, а Степнов находился в подсобке. Она постучала по косяку, обращая на себя его внимание.
Физрук недобро улыбнулся.
- Ба! Какие люди! Кулемина! Вот не ожидал, что у тебя хватит наглости тут появиться. И где же мои лекарства?
- Я не купила. Но я могу все объяснить, у меня была уважительная причина…
- Что, бабушку через дорогу переводила? Можешь не утруждаться объяснениями. Деньги давай и иди уже с глаз моих, - раздраженно процедил Виктор.
Ленка поникла окончательно.
- Я их потеряла.
- А, ну да, я мог бы сам догадаться, - тон мужчины был пропитан ядом. – От тебя, Кулемина, не ожидал.
- Вы что, думаете, я себе их взяла?! – Ленка буквально задохнулась от обиды и несправедливости.
- Ты еще здесь? Я сказал, уматывай! Твоя пятерка в журнале! Спасибо за помощь! – и он бесцеремонно вытолкал ее за порог, а затем захлопнул дверь прямо перед носом.

Закрыв спортзал и сдав ключи на вахту, Степнов, злой, как черт, вышел из школы и направился в сторону магазина. Придется лечиться старым народным методом. Водка с перцем гадость редкая, но зато помогает. Больше он не доверит свое здоровье никаким соплячкам, типа Кулеминой.


Спасибо: 26 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 593
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 06.11.16 17:15. Заголовок: Лена прибежала домой..


Лена прибежала домой, сгорая от обиды и злости на Степнова. Даже не выслушал! Решил, что она его деньги себе взяла! Сволочь! Еще пятерка эта, как издевательство. Вроде он такой хороший и благородный, а она дрянь…
Кулемина залезла в свою копилку. Вытащила оттуда тысячную купюру, подаренную дедом на день рождения, и снова вышла из дома. Адрес Степнова она знала, он жил совсем недалеко от нее. На нужный этаж поднималась бегом, и чтобы не передумать, сразу же надавила на кнопку звонка.
Щелкнул замок, и из темноты прихожей на нее глянул хмурый Степнов.
И Кулемина сделала то, что собиралась. Швырнула смятую купюру прямо в лицо учителю со словами: «Вот вам ваши деньги, подавитесь!» Развернулась и уже собралась бежать, как ее ухватили за капюшон стальной хваткой и втянули в квартиру, захлопнув дверь.
Степнов резко развернул Ленку, прижав к двери. Под подошвой его тапка хрустнула купюра, он отпихнул ее ногой, и она скрылась под обувницей. Мужчина пристально всматривался в лицо своей ученицы, будто видел ее впервые.
Он приблизился так близко к лицу Кулеминой, что она сразу почувствовала резкий запах спиртного от него. От горящего взгляда разъяренного, нетрезвого мужчины подкосились колени.
- Ты совсем оборзела, шмакодявка? – прошипел ей в лицо. –Или ты головой двинулась?! Я тебя как букашку размажу за такие выходки!
- Вы пьяный, – Лена вжалась спиной в дверь, тяжело дыша от охватившего страха.
- Нет, Кулемина, я трезв, как стекло, - его глаза блестели в полумраке. - И пока ты мне не объяснишь, что это сейчас такое было, отсюда не выйдешь.
Он щелкнул выключателем на стене, и прихожую озарил желтый свет. Теперь, при свете лампы, Кулемина могла его хорошо рассмотреть. Он не был очень пьяным, но взгляд все же выдавал его не совсем трезвое состояние. На щеках проступила щетина, под глазами залегли тени. Виктор был в домашней растянутой футболке и светлых, вылинявших джинсах. Из коридора был виден кухонный стол, на котором стояла наполовину пустая бутылка водки.
- Я жду твоих объяснений, - повторил он, прищурившись и громко выдыхая через нос.
- Не буду я вам ничего объяснять, - Лена упорствовала, но ей стало совсем жутко. Они не в школе, где он не посмеет ее и пальцем тронуть, потому что это чревато последствиями. И где была ее голова, когда она решила идти к нему домой? Деньги она могла ему швырнуть и завтра в школе. Но нет же, не терпелось…
Степнов окончательно вышел из себя от такого упорства. Ему хотелось ее придушить. В последние два дня он и так чувствовал себя разваливающимся, никому нахрен не нужным старым пердуном с соплями до колен. Но Кулумина своей выходкой его добила. В голове шумело, кровь кипела, воздух будто наэлектризовался. Он сжал в ладонях куртку девушки и изо всех сил встряхнул, так, что Ленкина голова ударилась об дверь.
Она как-то слабо, придушенно вскрикнула, и в ее глазах отразилась паника.
- Вы псих… Отпустите меня, - прохрипела Кулемина. По бледным щекам покатились слезы.
Степнова бесили женские слезы, он сжал челюсти так, что на щеках задергались желваки. Молча крутанул замок и вытолкнул Ленку за дверь, выплюнув напоследок: «В другой раз головой подумаешь, а не задницей!»
Он слышал, как она быстро бежала по ступеням. Пусть знает, что с ним такие фокусы не прокатят. Нашла, кому в морду деньги швырять!
Степнов вошел на кухню, открыл начатую бутылку водки, плеснул в стакан и выпил одним махом без всякого перца.

Ленку трясло до самого утра. От одного только воспоминания о взгляде Степнова, о его словах у девушки ныли колени. Она-то думала, что почувствует моральное удовлетворение после визита к нему. Почувствовала, называется. Больше не было смысла себя обманывать. Если что-то воняет, как дерьмо, выглядит, как дерьмо, то это и есть дерьмо.
На следующий день в школе Лена не боялась встретить Степнова. Тут он ей уже точно ничего не сделает. Физкультуры не было, и Кулемина увидела его только раз в коридоре, когда он вышел из учительской. Выглядел он уже намного лучше, видимо, лечение оказалось успешным, но лицо его было хмурым и злым. Они ничего не сказали друг другу, но мужчина задержал на Ленке долгий, какой-то непонятный ей взгляд, и пошел дальше.
Кулемина зашла в учительскую за журналом. Там как раз обсуждали Степнова. Пожилая Агнесса Юрьевна слабым голосом поинтересовалась у библиотекарши Светочки:
- Светлана Михална, вы не знаете, какая муха нашего Виктора укусила?
Ленкины пальцы замерли на корешке журнала.
- Ох, хотела бы я знать, Агнесса Юрьевна, - драматично вздохнула Уткина. – Вроде бы выздоровел, а как с цепи сорвался. Я сегодня пирожков с капустой напекла. Как думаете, может угостить его?
- Не знаю, Светочка… Я бы к нему такому лучше не подходила.
- А мне кажется, ему приятно будет, - упорствовала библиотекарь.
Ленка схватила журнал и быстро вышла, недовольно сжав губы. Степнов никогда без женского внимания не останется. Если бы они знали, каким он может быть психопатом, точно держались бы подальше, а не пирожками кормили.

Виктор отсиживался в подсобке с бутылкой минералки. На обед не пошел, кусок в горло не лез. Ну и дал он вчера в бубен, давно так не напивался. Подлечился, называется! Кулемину чуть не прибил, будто бес вселился. И чего он так на нее взъелся? Да потому что ждал ее с этими долбанными лекарствами, как, наверное, ни одну бабу не ждал. А она явилась через три с лишним часа, да еще с пустыми руками. Конечно, вызверился… А уж у него дома она номер отмочила вообще за гранью добра и зла. И все же резковато он с ней. И деньги надо вернуть. Ясно, как белый день, что она свои притащила, оскорбилась на его подозрения. Гордая.
Неожиданно резко распахнулась дверь подсобки, расслабившийся Степнов подскочил, как ужаленный. На пороге стояла Светочка с дебильной улыбкой и тарелкой в руках.
- А я вам пирожков принесла, Виктор Михалыч! С капустой! Попробуйте!
Она быстро протанцевала, махнув юбкой, к столу, поставив на него тарелку.
Виктор поморщился.
- Светочка, милая, я не ем такое. Вообще, - произнес он страдальческим тоном. Но настырная библиотекарь не унималась.
- Да вы только откусите кусочек, сразу влюбитесь в мои пирожки, - она тарахтера прямо ему в ухо что-то про бабушкин рецепт, про начинку, тесто и дрожжи.
- Светулик, - процедил сквозь зубы обманчиво сладким тоном, зверея с каждой секундой. В голове стучало молотом, хотелось заткнуть Уткину ее же пирогами, - Я вам в последний раз повторяю, не ем я ни пироги, ни сырники, ни любое другое жареное дерьмо, которое вы таскаете сюда с завидным упорством. Меня воротит от вас и вашей стряпни.
Светлана будто застыла, улыбка намертво приклеилась к ее лицу и никак не хотела отклеиваться, хотя глаза уже наполнялись слезами. Степнов мысленно застонал. Опять чертовы слезы…
- Не ревите только. Меня это не трогает, а бесит. Плачьте Милославскому, он у нас защитник всех униженных и оскорбленных.
Уткина крутанулась на каблуках, стремясь к выходу.
- Стряпню свою заберите! – крикнул вдогонку физрук, но его уже не слышали. Библиотекарша неслась прочь из спортзала, чуть не сбив с ног Игоря Ильича Рассказова.

- Сознавайся, скотина, что со Светочкой сделал, - историк пожал руку физруку, все еще озабоченно оглядываясь туда, где мгновение назад раненой птицей летела Уткина.
- Да достала она меня своей кулинарией. Пристала как банный лист к заднице «попробуй» да «отведай». А мне даже смотреть на нее и на ее пирожки тошно. Полечился вчера водкой с перцем и без перца, до сих пор в себя прийти не могу.
- И что? Послал ты ее что ли?
- Ну а что еще оставалось? Я и так сдерживался столько времени. Брезгую я есть, что она там готовит. Мало ли чего она туда наложила. Была у меня одна «медиум», так я понаслушался, знаешь ли… Женщины на такое способны, волосы дыбом. А уж у Светочки нашей в голове манная каша вместо мозгов, от нее можно чего угодно ожидать.
- Ну ты же мог галантно принять ее стряпню, но не есть. И все были бы довольны.
- Да зачем я буду что-то изображать? Чтобы ей приятное сделать? Чтобы она там напридумывала себе бог весть что, а я потом опять негодяй и урод. Нет, спасибо.
- Ты для нее все равно теперь негодяй и урод, Степнов. И вообще, ты уже становишься в школе персоной нон грата.
- Да и плевать. У тебя, кстати, сейчас случайно не у 11А урок?
- Да, у них, а что?
- Пришли ко мне Кулемину. Я надолго ее не задержу. Если не захочет, скажи, что по поводу соревнований.
- А у вас соревнования намечаются?
- Да нет, какие соревнования, зима на носу… Дело у меня к ней.
- Ладно, только не задерживай, я ее сегодня спрашивать собирался.


Спасибо: 26 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 597
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 09.11.16 19:15. Заголовок: Лена шла в спортзал,..


Лена шла в спортзал, гадая, что от нее могло понадобиться Степнову. Она была уверена, он ее не хочет видеть так же, как и она его после той безобразной сцены у него дома. Соревнования еще какие-то, будь они не ладны.
Дверь была приоткрыта, в зале тишина, видимо, у физрука было окно в расписании. Лена отметила про себя, что предпочла бы не оставаться со Степновым наедине, но сбежать из-за собственных страхов показалось ей глупым. Хватило и того, что она позволила себе заплакать при нем, как последняя трусиха.
Девушка вошла и остановилась. Виктор Михалыч подтягивался на перекладине лицом к стене, в тишине зала отчетливо слышались громкие, ритмичные выдохи мужчины. На широкой спине бугрились мышцы, напряженные, жилистые руки оплетали вздувшиеся вены. Физрук подтягивался легко, будто играючи. Лена в очередной раз поразилась. Почему такая сволочь, как Степнов, обладает такой притягательностью? Она изо всех сил старается его ненавидеть, хотя бы не замечать, но от одного только его наглого взгляда у нее подгибаются колени, а сердце падает камнем вниз.
- Виктор Михалыч, - она окликнула его севшим голосом, мысленно приказывая себе собраться и не мямлить в случае чего.
Мужчина закончил упражнение, спрыгнул на пол и повернулся лицом к Ленке.
- А ты не торопишься, Кулемина. Я тебя всего на десять минут отпросил, - как ни в чем не бывало, проговорил физрук и махнул рукой в сторону подсобки, - Идем.
Девушка нехотя поплелась следом за учителем и остановилась в дверях, наблюдая, как Степнов по-королевски разваливается в потрепанном кресле. Будто и не он вовсе вчера вечером тряс ее, как грушу, и напугал до смерти.
- Что еще за соревнования? Я не буду нигде участвовать! – сразу обозначила свою позицию девушка, исподлобья глядя на самодовольного физрука.
- Да нет никаких соревнований, расслабься. Разговор есть небольшой. Ты вчера перегнула палку, я тоже погорячился. Думаю, нам надо забыть этот инцидент. Вот, держи деньги свои, - он потянулся к карману ветровки, доставая оттуда портмоне.
Лена даже опешила сначала от такой наглости.
- Вы издеваетесь, Виктор Михалыч?! Деньги мне суете, унизить хотите? Никогда в жизни я у вас ничего не возьму. Вы фактически назвали меня воровкой, не будь вы учителем, я бы вам по морде дала за это.
Степнова вдруг посетило чувство дежавю. Он встал с кресла и сделал шаг к девушке, одарив колючим взглядом.
- Сюда, Кулемина, не ты первая пришла мне морду бить. И до сих пор все героями остались только на словах, а на деле пшик. Главное же себя в грудь ударить, что если бы не то, да не се, так я бы врезал. Как вы мне все противны, борцы за справедливость… А у самих просто кишка тонка…
Он не успел договорить. Не выдержав его издевательского тона, презрительного взгляда, Ленка врезала учителю в челюсть так, что голова его откинулась назад, а костяшки пальцев девушки невыносимо заныли. Степнов прижал ладонь к рассеченной губе и зажмурился. Лена смотрела на него, на свою руку и не верила, что она это сделала. Ударила учителя. В голове зазвенело от этой мысли. За такое из школы выпрут. Дед не переживет…
- Ну и удар у тебя, Кулемина, - прогнусавил Виктор, глядя на окровавленную ладонь. – Больно, между прочим.
- Мне показалось, что вы именно этого и хотели. Простите меня, я не думала, что так сильно получится, - Лена не знала, куда себя деть, лишь бы не смотреть на изумленного, раненого Степнова.
- Аптечку дай, там перекись должна быть. Об зубы губу рассек, надо же, - он выглядел совершенно спокойным и даже более миролюбивым, чем был минуту назад, до того, как Лена ему вписала со всей дури.
Лена кинулась к полке, где лежала аптечка. Достала оттуда бутылку перекиси и обильно смочила вату. Подошла к Степнову.
- Давайте я, тут зеркала нет, - Лена чувствовала свою вину и боялась даже думать, чего теперь можно ожидать от Степнова. Возможно, если она окажет ему первую помощь, последствия будут не столь плачевны.
Мужчина спорить не стал, сел в кресло и откинул голову. Лена подошла близко, наклонилась, осторожно прижимая вату к окровавленной губе учителя.
- И чего руки дрожат? – ухмыльнулся Степнов, глядя на вмиг ставшую пунцовой Ленку. Девушка отпрянула.
- Все, можете вставать.
- Нихрена не все, подуй хотя бы, тогда будет все.
От одной мысли о том, чтобы приблизиться к учителю и подуть на его губы, Ленку бросило в жар.
- Не буду, - голос дрогнул. Что сейчас было написано на ее лице, Лена даже представить боялась.
- Фиговый из тебя медик, Кулемина, - весело сказал мужчина, ни капли не расстроившись от Ленкиного отказа. – Топай на урок, иначе меня Рассказов порвет.
Лена на мгновение остановилась в дверях.
- Вы расскажете про то, что я вас ударила?
Степнов усмехнулся.
- Нет, Кулемина, мне моя репутация дороже, чем справедливость.
Лена еще ненадолго задержала на нем недоверчивый взгляд и ушла. Степнов снова упал в кресло, тронул болезненную челюсть. «Ну Кулемина, ну удивила!». А потом громко расхохотался.

В учительской Милославский не скрывал своего восторга от вида побитого Степнова.
- И кто это вас так разукрасил, Виктор Михалыч? Наверное, чей-то ревнивый муж? – радовался за коллегу литератор, красуясь перед химичкой.
- Если я вам скажу, кто мне врезал, то вам будет стыдно за себя, Милославский, так что лучше молчите.
Мирослав Николаевич пренебрежительно фыркнул и уткнулся в книгу, которой был увлечен, когда вошел физрук.
Степнов сел на диван, откинул голову и снова вспомнил Кулемину. Она была такая забавная в своем гневе, но то, что она ударит его, не ожидал. Ему, конечно, доставалось от женщин иногда, что уж греха таить. Но то были истеричные пощечины с выпусканием когтей. А Лена зарядила по-мужски, со знанием дела, отстаивая свою честь. А потом, когда он ей сказал подуть на рану, покраснела, как помидор, ну и умора! Давно уже он не видел такого искреннего, глубокого, до пунцовых щек смущения. И почему он раньше ее особо никогда не замечал, эта девчонка с каждым днем удивляет его все больше.
Деньги он ей все-таки отдаст, на телефон кинет, и ничего она не сделает.

С этого дня Виктор стал обращать внимание на Лену. Не то, чтобы он специально за ней следил, но если она появлялась где-то в поле зрения, он обязательно заострял свое внимание на ее высокой, немного нескладной фигуре. Девушка его будто избегала, здоровалась сквозь зубы, глаза за челкой прятала.
Он снова пытался ее уговорить познакомить с дедом, но Кулемина стояла на своем. Степнов уже голову сломал, почему девушка так упорствует. А может, она просто не хочет, чтобы он появлялся у нее дома, а деду ни слова. Ну в таком случае, их с дедом ждет небольшой сюрприз.


Спасибо: 25 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 600
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 10.11.16 20:32. Заголовок: В четверг вечером, у..


В четверг вечером, уверенный, что старик Кулемин будет дома, как и его внучка, Виктор купил торт, решив, что алкоголь будет не уместен, отыскал смс от Кулеминой с адресом и отправился в гости.
По дороге совсем некстати наткнулся на Светочку, она жила, как оказалось, в соседнем с Кулеминой подъезде. Библиотекарь шарахнулась от Виктора, как от чумы, когда он вырос перед ней из темноты, но торт в руках физрука рассмотрела четко. Степнов выматерился про себя и направился к Кулеминым.
Сказать, что Ленка была удивлена его визиту, значит, ничего не сказать. Она стояла, уставившись на него, как на приведение. Степнов ощутил себя неуютно под ее взглядом, скользящим от носков начищенных туфлей до кончиков влажных от мороси волос.
- Зачем вы пришли? – она даже попыталась закрыть дверь, но мужчина быстро прошел в квартиру, не дав себя выставить.
Он вдруг почувствовал себя идиотом, весь такой торжественный, с тортом перед лохматой ученицей в пижаме.
- Я к деду твоему, - решил пояснить, хотя и так было ясно, что не свататься.
- Я же сказала, не надо! Вас вообще желания других людей не волнуют? Только ваши?
- Лен, я не понимаю, почему ты так не хочешь, чтобы я с твоим дедом познакомился? Я ж ничего плохого не хочу. Где он?
Кулемина нервничала, и это состояние передалось Степнову. Он ясно ощутил, что оказался не в то время и не в том месте, но уйти, ничего не выяснив, уже не мог.
- Нет его, - хрипло произнесла девушка, и Виктору показалось, что она готова заплакать. К горлу поднималось раздражение.
- Кулемина, хватит мне тут шарады загадывать, говори, куда деда дела? – мужчина сунул торт Ленке в руки и бесцеремонно пошел по коридору, заглядывая в комнаты. – Петр Никанорович! – крикнул громко, но ответом была тишина, - Петр Никанорович, ау!
- Дед в больнице, - надломленным голосом сказала Лена, и только тогда Степнов замолчал и остановился.
Повернулся к девушке.
- Почему ты раньше не сказала? – он непонимающе нахмурился, а Лена отвернулась. – Я тут, как идиот, к деду твоему набиваюсь, а дед, оказывается, в больнице! Кулемина, я тебе вопрос задал, смотри на меня, когда я с тобой разговариваю!
Девушка повернулась, зло сузив глаза.
- Потому что он в больнице из-за вас. Вы должны были прийти месяц назад. Но у вас дела нарисовались. А дед мой может и подождать, невелика птица, да, Виктор Михалыч?!
Степнов ошеломленно молчал. Сказать было нечего, он еще не переварил сказанного Ленкой, но уже почувствовал себя гадко. Кулемина еще что-то говорила о том, как дед его ждал, какой галстук надел, какой они для него приготовили стол, а Виктор только молча глотал горькие слова, невидящим взглядом уставившись в потрепанные обои на стене. Почему она ему ничего не сказала? Ведь он все это время был уверен, что Кулемин просто ломается, цену себе набивает. Гордая слишком, вот и не сказала. Не хотела лишний раз унижать ни себя, ни деда. Проще сделать вид, что его никто не ждал, чем признаться, как для деда был важен этот визит.
Виктор не знал, что надо сказать. Извинения тут неуместны, нелепы. И назад уже ничего не вернешь.
Он развернулся и взялся за ручку двери. Когда ничего умного сказать не можешь, лучше не говорить вообще ничего. В спину донеслось: «Заберите торт».
Виктор машинально наклонился и взял тяжелую коробку, которая стояла на полу. Уже когда вышел из подъезда, понял, что держит в руках этот проклятый торт, как издевательство. Кинул коробку в мусорку и пошел прочь.

В субботу Виктор, как обычно, отправился в свой любимый клуб в компании коллеги по фитнес-центру. Но, как назло, вокруг не было ни одного хоть мало-мальски приятного лица. Степнов сидел за барной стойкой, лениво поглядывая на танцпол. Коллега уже вовсю зажигал с блондинкой в мини-юбке, играя литыми мышцами в открытой майке на радость публике. Виктор такими приемами пользоваться не любил и одевался обычно сдержанно. Он уже второй час тянул один стакан давно выдохшегося пива и откровенно скучал. Выбрался, называется, развеяться. Хотелось домой, завалиться спать и не думать ни о чем. Нельзя сказать, что он прям убивался из-за старика Кулемина, но в груди поселилось что-то противное, ноющее. Уходить оно не торопилось, погружая мужчину в мрачное настроение.
И он, наивный, решил, что клубная тусовка вылечит его. Но на деле стало совсем тошно. Настроение на нуле. Последняя попытка. Если та брюнетка с короткой стрижкой отошьет его, то он едет домой.
Его не отшили, и домой Виктор вернулся не один. Забыться удалось на короткие мгновения, когда он отдавался слабо тлеющей страсти. А утром смурное настроение снова вернулось, и недовольное лицо брюнетки, имя которой он даже не помнил, не добавляло позитива. Она молча натягивала джинсы, обиженно сжав губы. Виктор решил, что, возможно, был как-то излишне груб с ней ночью.
- Деньги на такси в коридоре на полке, - прохрипел в спину девушке и снова закрыл глаза. В ответ прозвучало «мудак», но Степнову было совершенно плевать.

Видимо, высказавшись, Кулемина решила, что отныне нет смысла делать хорошую мину при плохой игре, и стала полностью игнорировать Степнова, что его раздражало неимоверно. Лена не здоровалась, не смотрела в его сторону и вообще, делала вид, что он пустое место. Раньше Виктора абсолютно не волновало отношение окружающих к нему. Не нравится – дело хозяйское, чем меньше народу засоряет его личное пространство, тем лучше. А теперь же он ревниво за ее реакцией на него, что было уже само по себе унизительно.

После урока физкультуры мужчина ждал Лену возле женской раздевалки. Хотел задержать ее в спортзале, но она как-то незаметно ускользнула самая первая. Этот урок был последним в расписании, но Кулемина выходить не торопилась, уже ушли последние капуши, а Лены все не было. Виктор даже подумал, что проглядел ее, и решил проверить раздевалку. Прошел вдоль рядов металлических шкафчиков, завернул за угол. У стены стояла Лена, низко склонив голову и что-то бормотала под нос.
- Кулемина, а ты чего еще тут? – физрук сделал вид, что вовсе не по ее душу пришел, надеясь, что прозвучало убедительно.
Степнов заметил, как она вздрогнула, когда услышала его голос.
- А вам-то что? – не оборачиваясь, огрызнулась в ответ.
- Закрывать раздевалки надо, последний урок закончился. Что у тебя там случилось? – направился к Ленке.
- Замок на джинсах сломался.
- Давай помогу, - Степнов уже готов был опуститься перед ней на колени и посмотреть, что там случилось с молнией, но Лена его резко оборвала.
- Не надо помогать, выйдите, я переоденусь в спортивки.
Мужчина сначала хотел поспорить, но потом решил, что лучше действительно выйти, никуда она не денется, не в окно же выпрыгнет.
Через пару минут Лена вышла из раздевалки, чуть не прибив дверью физрука, и прямиком направилась к гардеробу, не сбавляя шага.
- Кулемина стой! – кинулся за ученицей мужчина. – Лена!
Он догнал ее у гардероба, рванул за руку.
- Ты чего бегаешь от меня?
- Что вам надо, я не пойму?
Степнов подумал, что он и сам не знает, что ему от нее надо. Ради чего-то же он полчаса ждал ее у двери раздевалки, как пес, аж самому противно.
- Поговорить надо, только не здесь.
Гардеробщица тетя Галя смотрела на них с явным интересом. Не часто такое увидишь, чтобы физрук за ученицей так бегал.
- Не о чем нам говорить, Виктор Михалыч, - девушка надела куртку, закинула сумку на плечо и двинула к выходу.
Виктор смотрел ей в след, сжав до боли зубы. Ни перед кем он не пресмыкался, ни за кем не бегал. И впредь не будет. Эта ненормальная тяга к малолетке, которую он даже красивой не считал, его достала в край.
Какое ему дело, злится на него Кулемина или нет, здоровается она или нет, замечает его или нет. Есть она или нет. Он о ней и на работе, и дома думает, даже не замечая этого... И в раздевалке даже будто расстроился, что она не дала возможности к ней приблизиться. А она от него, как от прокаженного шарахается. Степнов твердо решил больше не думать о Ленке и даже не смотреть в ее сторону. А ночью она ему приснилась.
Во сне она была в его подсобке, стояла, склонившись над ним и осторожно дула на рану на нижней губе. А потом поцеловала его очень нежно, целомудренно, как его никто не целовал. У него сердце чуть не остановилось, поплыл, как пацан. Он очень хотел дать волю рукам, но не мог, будто каменный сидел и не мог пошевелиться, а внутри все горело огнем. Проснулся в холодном поту и болезненном возбуждении.
И наутро отправился к школьному психологу.

Постучал для порядка и тут же вошел. Яна сидела за столом и перебирала какие-то бумаги. При его появлении она сняла очки и посмотрела на него отнюдь не приветливым взглядом.
- Степнов? Ты дверью ошибся?
- Нет, я к тебе, как к психологу, по прямому назначению.
- Только ближе, чем на два метра, не подходи.
- Боишься не устоять перед моим обаянием? – оскалился физрук, и женщина зло скривила ярко накрашенный рот.
- Кому ты нужен! У меня муж есть. А с тобой мне просто противно на одном квадратном метре находиться.
- Не будь сукой, ты же психолог, - Степнов давно уже не реагировал на подобные выпады, и тон его остался ровным и спокойным.
- Думаю, что психолог, которого ты когда-то выставил из своей квартиры в пять утра, как дешевку, имеет полное право быть сукой. Ладно, Степнов, что у тебя?
Виктор сел на стул. Потом встал, прошелся по кабинету. Снова сел.
- Как выкинуть человека из головы? Вот чтобы напрочь, будто никогда его и не существовало. Есть какие-то же методы?
- А что, часто думаешь о человеке? – Яна продолжала перебирать бумаги, не глядя на Виктора.
- Да постоянно.
- А она?
- А она думает, что я мудак.
- Ну это вообще ни для кого не новость. У вас был секс? – Яна отложила дела и внимательно посмотрела на мужчину.
- Нет, не было, - зло процедил Степнов.
- Ну вот и весь ответ. Просто ты хочешь эту женщину.
Виктор промолчал. Знала бы Яна, что это за «женщина», она бы его тут же в педофилы записала. Хотя, Кулеминой через неделю уже восемнадцать. Но кого это волнует, когда она твоя ученица.
- Зная тебя, могу дать только один совет, переспи с ней, и как рукой снимет. Мог бы ко мне и не приходить.
- А что-то более гуманное? Гипноз там…
- Вить, какой к черту гипноз? Тебе если не дают, у тебя интерес, а как переспал – все. Как со мной было.
- Не всегда.
- Что не всегда?
- Интерес, когда не дают. В основном мне плевать.
- Ну опиши мне ее.
- Описать? Черт, я даже не знаю… Ну она молодая, симпатичная, высокая. Гордая до дурости иногда. Добрая. Удар у нее, что надо. Краснеть умеет. Мда, - Степнов явно чувствовал себя не в своей тарелке.
- Если бы я тебя так хорошо не знала, то решила бы, что ты влюбился.
- Боже сохрани! – вскочил Степнов, будто его кипятком ошпарили.
- Это кто-то из учителей? – в голосе психолога послышался металл.
- Нет, конечно, - мужчина снова сел.
- Ну у меня ответ все тот же. Соблазни, покори, брось. Это у тебя отлично получается.
- Ян, вот ты же женщина, я поражаюсь. Бабы баб загрызть готовы.
- Не она первая, не она последняя, - жестко отрезала Яна.
- Ну хорошо. Но я даже не представляю, как действовать… Она меня и знать не желает, шарахается, как от чумного.
- Попробуй с другой стороны зайти. Познакомься с ее друзьями, окажи какую-то услугу, помощь. Пусть она изменит о тебе мнение. А дальше уже сам. Не мне тебя учить.


Спасибо: 25 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 609
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 18.11.16 20:50. Заголовок: Разговор с Яной нако..


Разговор с Яной наконец-то развязал Виктору руки. То, что он лишь смутно представил, когда над ним склонялась Ленка, прижимая к его лицу вату с перекисью, теперь обрело реальные черты и шансы. Психология конечно наука, и Яна права, самый легкий способ достучаться до Кулеминой – действовать через ее близких, то есть деда. Но Степнов никогда не искал легких путей. Он не хотел стать в ее глазах этаким раскаявшимся грешником. Она считает его мудаком? Да пожалуйста! Лезть из кожи вон, чтобы переубедить ее Виктор посчитал лишним. Он всегда старался быть с женщинами максимально честным, чтобы не создавать себе ненужных проблем. Кулемина сама к нему придет. К нему, Степнову Виктору, а не архангелу в сверкающих доспехах. И потом, когда у них все закончится, она не сможет сказать, он врал ей, пытаясь казаться тем, кем не является.
Обыватели назвали бы его подонком, ведь Лена его ученица. Он же считал, что ничего ужасного в этом нет, ей вот-вот исполнится восемнадцать. А то, что Кулемина крепкий орешек, только подстегивало его азарт.

Фантаста Кулемина Виктор все же навестил. Грех не использовать возможность познакомиться с любимым писателем детства, тем более, что скорей всего, старик сейчас нуждался во внимании. Тот сначала вообще не понял, кто к нему пришел. Конечно, пришлось наврать с три короба про заболевшего друга, из-за которого он не смог прийти, когда они договаривались о встрече. Степнов даже не поленился найти потрепанный роман «Пик Всеренной» авторства знаменитого фантаста. С этой книгой пришел и не прогадал. Старик чуть не прослезился, увидев первое издание с синей обложкой, с радостью подписал, а потом они как-то незаметно проговорили больше часа. Дед очень воодушевился, даже вроде как новый роман решил начать. Единственное, о чем попросил Виктор Петра Никаноровича – не говорить своей внучке о его визите. Кулемин согласился, а Степнов пообещал еще навестить писателя.

Год назад, в десятом классе Лена отмечала свой день рождения весело, большой компанией. Она позвала к себе домой весь класс. Конечно, пришли не все, но их комната была битком набита шумными подростками. Они играли на гитаре, пели, парни пронесли вино мимо бдительного деда. Было очень здорово.
Этот день рождения будет совсем другой. Дед в больнице, какие могут быть праздники. Лена не собиралась никого звать, ничего готовить и как-то отмечать. А чтобы не травить себе душу, за пару дней удалила дату рождения из всех соцсетей, и, как она и думала, никто ее не поздравлял. Она со всеми хорошо общалась, они ходили большой компанией в кафе, кино, просто гулять, но настоящих друзей не может быть много. И у Лены не было никого, с кем бы она могла и хотела поделиться всем на свете, кто бы знал дату ее рождения без уведомлений в контакте.
Был воскресный вечер, небо за окном окрасилось в бледно-лиловый цвет, предвещая скорые сумерки. Свет в комнате включать не хотелось. В этот день она особенно остро чувствовала одиночество. Вдруг раздался резкий звонок в дверь, и Лена вздрогнула. Кого могло принести? Не хотелось видеть чужих людей. Звонок повторился. Девушка встала с дивана, отложила книгу, и тихо, чтобы не было слышно ни звука, подошла к двери и посмотрела в глазок. Спину мгновенно обдало жаром. За дверью стоял Степнов, она четко видела его лицо, искаженное линзой дверного глазка. Девушка будто остолбенела, не в силах сделать ни одного движения. Умом она понимала, что надо так же тихо вернуться в комнату и сделать вид, что ее нет. А сердце стучало в горле от накатившего волнения. Она снова прильнула к глазку.

Виктор и не ждал, что Кулемина сразу ему откроет и дверь, и объятия. Он даже предполагал, что она попытается его выставить, но того, что она затаится, как трусиха, он не ожидал.
Выбрать ненавязчивый подарок оказалось делом непростым. С Кулеминой быть банальным не хотелось, эту девчонку не купишь букетом роз и плюшевым медведем. Пошло это как-то, хотя в основном всегда срабатывает. Он слышал, что кто-то даже, пытаясь быть оригинальным, дарит букеты ромашек. Виктор считал это не признаком оригинальности, а обычным жлобством. На женщинах нельзя экономить. С тортом тоже была уже одна неудачная попытка. Так же не хотелось отпугнуть девчонку слишком взрослым подарком. Поэтому, зная ее любовь к баскетболу, Виктор купил ей баскетбольный мяч. Он был черный, стильный, фирменный. Такому подарку он и сам был бы рад.
И вот теперь он стоял и гипнотизировал дверь своей ученицы с мячом подмышкой. Он прекрасно видел, как потемнела линза дверного глазка – верный признак, что к двери кто-то подошел. Кольнула досада. Он был о Кулеминой лучшего мнения. Что за трусиха?! Врезать ему не побоялась, а дверь открыть боится.
Нажал на звонок еще раз.
Наконец, щелкнул замок, и дверь открылась. На Виктора смотрела хмурая Ленка в надетой наизнанку футболке. Степнов уже второй раз почувствовал себя перед ней дураком в своем кашемировом пальто. Кулемина могла бы тоже как-то соответствовать, принарядиться хотя бы в свой день рождения.
- Что вам надо? – произнесла грубо вместо приветствия.
Приглашения войти от Ленки можно до седых волос ждать и не дождаться, поэтому Виктор вошел в квартиру без него. Быстро кинул мяч девушке, спортивная реакция сработала, Кулемина поймала мяч.
- С днем рождения, – выдал без всякой торжественности, будто просил передать хлеб за столом.
Ленка посмотрела сначала на свои руки, а потом резанула взглядом Степнова. И через секунду не успевшему сориентироваться мужчине в живот прилетел тяжелый мяч.
- Вот это благодарность! – прохрипел Виктор, согнувшись. Мяч ударился об пол и отлетел в угол.
- Больно? – уже без злости в голосе спросила Лена.
- Нет, блин, приятно. Ты меня, Кулемина, убить решила?
- Нет. Просто я не понимаю, зачем вам это надо. Зачем вы пришли?
- Поздравить тебя пришел, что не понятного. И судя по твоему праздничному виду, я такой единственный.
- Да вам-то какое дело?
- Никакого. Просто как-то странно в день рождения сидеть одной в темноте.
- Ну со мной мог бы быть дед, но он в больнице. И это еще одна причина, почему вам тут не рады.
- Мне много где не рады, Кулемина, но я никогда не был трусом, чтобы кого-то обходить стороной из-за этого. Ты думаешь, тебя всегда и везде будут встречать с распростертыми объятиями? Нихрена подобного. Везде найдется тот, кому ты будешь, как кость в горле. И что же? Спрятаться, забиться в угол, не ходить на работу, в институт, школу?
- Это не тот случай. Туда люди ходить обязаны. А вы ко мне нет.
- У человека всегда есть выбор. Можно стать бомжом или сидеть на шее у жены и не работать. Или не поздравить свою ученицу с днем рождения, несмотря на то, что тебе этого хочется.
Лена отвела взгляд в сторону, испугавшись его откровенности, и быстро сменила тему.
- А вы как день рождения отмечаете?
Степнов на миг задумался. Он никак не отмечает. Просто мысленно добавляет к возрасту еще один год. Для него эти дни не несут никакой радости, лишь сожаление о бешено летящих годах.
- Я не праздную дни рождения. Но и в темноте не сижу, - Виктор едва заметно улыбнулся, хотя взгляд остался серьезным, - Лен, ты мяч все же возьми. Я тебе его купил и назад не заберу.
- Тогда уж пожелайте что-нибудь.
Лена явно смутилась. Мужчина подумал, что у нее, наверное, даже кончики ушей пылают, и тут же захотелось это проверить, откинув ее волосы назад, обхватить ладонями ее лицо и почувствовать, какое оно горячее.
Они так и стояли в коридоре, и Степнов понял, что приглашать к столу его никто не собирается. Что ж, пусть так.
- Желаю тебе быть счастливой, - он не стал рассыпаться в куче банальностей, ограничившись одной.
- Спасибо, Виктор Михалыч, - хрипло отозвалась Ленка, пряча взгляд за челкой.
Это ее смущение, неловкость приводили мужчину в совершенно бессовестный восторг. Ему ужасно хотелось смутить ее еще сильнее, чтобы она умирала от волнения, чтобы остро ощутила свою неопытность перед ним.
Он притянул ее к себе за руку, и Лена резко испуганно вдохнула, как перед погружением в воду. Мужчина втянул носом аромат ее волос, коснулся губами щеки. Как он и думал, кожа горячая, как огонь.
Девушка замерла перед ним, как кролик перед удавом. Степнов шумно выдохнул. На сегодня, пожалуй, хватит. Что-то подсказывало, что вот именно сейчас надо остановиться. Иначе он все испортит.
Виктор отстранился от Ленки и внимательно всмотрелся в ее лицо. Глаза у нее были шальные, как у пьяной, щеки горели, волосы растрепанные, еще и футболка надета черти как. И это все сносило ему голову.
- Еще раз с днем рождения, - он сам не узнал свой севший голос.
Вышел и закрыл за собой дверь. Первый шаг сделан.


Спасибо: 25 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 618
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 21.11.16 20:32. Заголовок: В школу после визита..


В школу после визита Степнова Ленка шла со странным чувством. Она всю ночь не спала, прокручивая в памяти каждую секунду, проведенную рядом с ним. Ответа на вопрос, что ему от нее нужно, так и не появилось. Как себя с ним теперь вести, девушка не знала. Злости на Степнова уже почти не осталось, игнорировать тоже будет нелегко, когда от одного его взгляда будто током бьет.
Лена шла на урок химии, когда в конце коридора показалась высокая фигура физрука. Пульс застучал в ушах, ладони вспотели. К тому моменту, как Виктор Михайлович поравнялся с ней, сердце ее уже прыгало у горла. А он просто скользнул по ней равнодушным взглядом и коротко кивнул. На этом все. Кулемина и не ожидала, что он закружит ее в объятиях и встанет на колени, но он вообще смотрел мимо нее, от вчерашнего интереса не осталось и следа. Чувство разочарования затопило по самую макушку.
Два урока прошли, как в тумане. В груди противно ныло, не давая ни на чем сосредоточиться. В итоге она нахамила учительнице химии, от чего стало совсем тошно.
Последним был урок МХК у Агнессы Юрьевны, пожилая преподаватель всегда была пунктуальна, но сегодня почему-то задерживалась. Обещанная контрольная могла не состояться, что не могло не радовать Кулемину. Мало того, что она не готовилась, даже то, что знала, сейчас не смогла бы вспомнить и под дулом пистолета.
Вдруг в класс вошел Степнов. Ленка быстро опустила глаза, чтобы не дай бог не встретиться с ним взглядом. Мало ли, что там у нее на лице написано, не хотелось смотреть на него побитой собакой.
- Физкультпривет, 11А! – как всегда бодро поздоровался физрук, - Начинаем урок Мировой художественной культуры!
- А где бабуля? – съязвил Комаров.
- Я за нее, - тут же парировал Степнов без тени улыбки. – Агнесса Юрьевна заболела. Но за вас, оболтусов, переживает. Поэтому контрольную писать вы будете под моим чутким контролем. Комаров, раздай листы с вариантами. На все про все у вас полчаса. Со звонком сдаем работы мне. Кто будет пытаться списать, получает двойку автоматом. Я вам не Агнесса Юрьевна, церемониться ни с кем не буду.
Класс недовольно загудел. Такой подставы в виде физрука от милой старушки никто не ожидал.
- Так, на старт, внимание, марш! Время пошло! – Виктор включил секундомер и уселся на хлипкий стул.
Ленка закусила кончик карандаша от досады. Что за невезение!
Степнов на нее не обращал ни малейшего внимания, и в этот раз Ленка была рада этому. К тому же сидела она за предпоследней партой, а учитель, по всей видимости, не собирался ходить по классу. Девушка осторожно достала учебник из сумки, положила на колени и раскрыла оглавление, ища нужную страницу.
- Кулемина, первое и последнее предупреждение! Учебник мне на стол! – от резкого голоса Степнова Ленка вздрогнула. – Семенов, тебя тоже касается.
Лена, проклиная глазастого физрука, поплелась к учительскому столу. Семенов с кислой миной положил свой учебник и вернулся на место. Кулемина пристраивала свой учебник поверх Семеновского, когда услышала обращенный к ней тихий голос Степнова:
- После урока никуда не уходи.
Она посмотрела на мужчину, но он сидел, как ни в чем не бывало, что-то листая в телефоне и даже на нее не смотрел.
Ленка вернулась за свою парту. Попытки написать контрольную она даже не сделала. В конце урока Степнову на стол лег ее чистый листок.
Все как-то быстро разбежались, Лена тоже хотела уйти как можно скорей. Если ей не послышалось, и Виктор Михалыч действительно просил ее остаться после урока, то тем более надо было делать ноги. Она быстро собрала сумку и, спрятавшись за Семенова, двинула к выходу.
- Кулемина! – донеслось в спину. Ленка замерла, понимая, что ее маневры не остались незамеченными. – А учебник ты мне на память оставила?
Пришлось вернуться, подойти к учительскому столу. Ее учебник держал в руках Степнов и отдавать явно не торопился. К этому времени в классе остался только Комаров, аккуратно складывающий что-то в рюкзак.
- Комаров! – рявкнул учитель. – В коридоре свой багаж упаковывай.
- Как говорил мой дед, хорошая упаковка – стопроцентный вынос! – оскалился парень.
- Пошути мне еще! Через секунду чтобы духу твоего тут не было, иначе я тебе твою тщательность на физкультуре припомню! – вышел из терпения физрук.
Через мгновение дверь кабинета хлопнула, оставляя Лену наедине со Степновым.
- Зачем вы просили меня остаться? – тут же начала Ленка.
- Садись вот сюда, - мужчина кивнул на первую парту.
- Зачем? – она не двинулась с места.
- Садись, я сказал.
Кулемина села. Степнов положил перед ней ее пустой лист, который она сдала ему минуту назад. А затем рядом шлепнулся ее учебник.
- Пиши.
- Что писать?
- Контрольную пиши, - он смотрел на нее каким-то непонятным взглядом, разгадать который Ленке никогда не удавалось. То ли он зол, то ли смеется над ней.
- Вы предлагаете мне списать? Вы же учитель! Это как-то странно.
- Да плевать я хотел… Тебе пятерка нужна, иначе за четверть трояк выйдет, так что пиши.
- Виктор Михалыч, а почему вы мне на уроке тогда списать не дали? Зачем это все?
- Тогда я еще в журнал не смотрел. А у тебя там тройка двойку погоняет. Ты у нас, оказывается, только по моему предмету отличница.
- Там не только у меня плохие оценки, - хмуро промямлила девушка.
- Я на других не смотрел.
От его слов Ленку, уже в который раз, окатило жаром.
- А для чего сказали мне остаться? Вы же тогда еще, как вы говорите, в журнал не смотрели.
- Напишешь, скажу. Пяти минут хватит тебе?
Он вернулся за свой стол и снова уткнулся в телефон, иногда отвлекаясь и сверля Ленку долгим взглядом.
От его пристального внимания Кулеминой даже с учебника списывать было тяжело. Она уже думала, что надо было его просто послать, учитель называется, сам списывать дал. Что ж Семенову такой чести не было оказано? Но эти мысли возникли только сейчас, когда немного прошла растерянность. А после драки, как известно, кулаками не машут.
Наделав кучу ошибок из-за невнимательности и развезя грязь, Ленка все же закончила писать контрольную. Встала и положила свой листок в общую стопку.
- Теперь скажете?
- Что тебе сказать?
От самодовольного вида физрука Лена разозлилась. Он сидел и ухмылялся, скрестив руки на груди, откинувшись на спинку скрипучего стула.
- Зачем остаться мне сказали, - с раздражением в который уже раз повторила Ленка свой вопрос.
- Да не зачем. Просто хотел тебя до дома подвезти.
Кулемина даже отшатнулась. Ощущение чего-то неправильного, практически преступного накрыло, будто куполом. Сердце упало в желудок.
- Не надо. Я недалеко живу. И… И вообще, - она вдруг схватила свой листок с многострадальной контрольной и порвала его. – Не надо мне таких пятерок. До свидания.
Степнов смотрел на ее светловолосую голову, исчезающую в дверном проеме, сжав челюсть так, что заныли зубы. От его довольного вида не осталось и следа. Разочарование было подобно тому, которое испытывает рыбак, снявший редкую рыбу с крючка и уронивший ее обратно в воду.
Пока он закрыл кабинет, сдал ключи и сел в машину, Ленки уже и след простыл. Он догнал ее почти у самого дома, затормозил, преградив дорогу, и опустил стекло.
- Хотел у тебя поинтересоваться, Кулемина, тебе твоя честность нигде не жмет, не давит? – ядовито задал вопрос испуганной его неожиданным появлением Ленке.
- Мне нет, а вам?
- А мне уже поперек горла, Лена, твои выходки. Что ты как не от мира сего?!
- Так и не трогайте меня, раз я вам поперек горла! Что вы до меня докопались?
- Это я докопался?! Да я тебя пальцем не тронул, только помочь хотел. А ты нос воротишь!
- Я вас не просила ни о чем.
- Лен, сядь в машину, давай нормально поговорим.
- О чем нам говорить, вы мой учитель, какие у нас с вами могут быть дела?
Все выстроенные планы и стратегии Степнова разлетелись вдребезги. Эмоции брали верх. И хотя умом он понимал, что лучше не упорствовать, на деле не мог оставить Лену в покое.
- Виктор Михалыч, уезжайте, - взмолилась девушка, беспокойно глядя куда-то вдаль. – Там Светлана Михална идет, что она подумает?
- Что подумает Уткина, меня не волнует, а если ты переживаешь, садись в машину, и она не увидит нас. А если решишь сбежать, я сам выйду.
Виктор видел, что Ленка сомневается, оглядывается на эту несчастную Светочку, и ждал, что она все же сядет к нему в машину. Он глянул в зеркало заднего вида. Библиотекарь приближалась, размахивая пакетом. Наконец, Кулемина дернула ручку двери и запрыгнула в автомобиль.
- Сейчас она пройдет, и я тоже пойду.
- Сначала поговорим.
Лена напряженно смотрела на приближающуюся к машине Уткину. Светочка, судя по всему, никуда не торопилась, и медленно проплывая мимо Степновского авто, с интересом заглянула внутрь. Ленка молнией нырнула вниз.
Светлые волосы взметнулись и приземлились на темные брюки Виктора. Эти легкие, невесомые волосы будто придавили его к сиденью, жгли через ткань брюк. Захотелось запустить в них руку, узнать, какие они на ощупь. Степнов медленно сглотнул. Надо держать себя в руках. Спокойно. Вдох-выдох.
- Она прошла уже или нет? – донеслось из-под сидений.
- Нет, пялится еще. Вставай, машина тонированная, нихрена она не увидит.
Кулемина медленно подняла голову. Прямо рядом с водительской дверью стояла библиотекарь и корчила рожи в окно, изображая диалог с невидимым собеседником. Потом игриво подмигнула, поправила шапку, отправила Виктору с Ленкой воздушный поцелуй и пошла дальше.
Пару секунд Степнов и Кулемина сидели в гробовом молчании, первой не сдержалась и прыснула Ленка, за ней Виктор, а затем грянул дружный громкий хохот. Они утирали слезы и держались за животы, сгибаясь пополам, издавая нечленораздельные звуки.
- Я давно уже так не смеялся, - прохрипел Виктор, глядя на Ленку слезящимися от смеха глазами.
- Я тоже, Виктор Михалыч, - девушка искренне улыбалась.
- Ладно, Ленка, у меня весь настрой на разговор пропал. Топай домой.
Кулемина мысленно выдохнула. Пронесло. Она боялась, что он скажет ей что-то такое, после чего она уже не будет прежней Леной Кулеминой, и вообще ничего уже не будет, как раньше. Сегодня, когда он сказал, что хочет отвезти ее домой, она впервые почувствовала от него эту опасность, перед ней был не учитель, а мужчина. И не смотря на то, что она теряла голову от одного звука его голоса, ее пугал его интерес.
Утром, когда она вышла из дома, у подъезда стоял черный внедорожник Степнова, будто никуда и не уезжал.


Спасибо: 26 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 627
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 28.11.16 19:20. Заголовок: *продолжение крошеч..


*продолжение крошечное, но лучше так, чем никак

Чувствуя себя озабоченным маньяком, Степнов все же прикатил с утра пораньше к подъезду Кулеминой. Эта шизанутая библиотекарша накануне спутала ему все карты своими выходками. Ей надо было в цирк идти работать, так бездарно растрачивать свой талант в библиотеке просто преступление. Все, что он мог, это гоготать, как псих, но уж никак не разговоры серьезные говорить. Все у него с Кулеминой выходило через одно место. Самоуверенность сослужила ему плохую службу, а деликатность вообще не его конек. По-хорошему, надо бы плюнуть на все и оставить девчонку в покое. Но Виктор не хотел ее оставлять. Был уверен, что если он остановится на данном незавершенном этапе, так и будет маяться, глядя на нее, как кот на сметану.

За Ленкиным подъездом Степнов наблюдал из машины, припарковавшись прямо напротив. Кулемина, наконец, соизволила выйти, увидела его и чуть не повернула обратно. Такое удивление было у нее на лице, что мужчина даже улыбнулся. Он в одну секунду вышел из автомобиля, и, не давая Ленке шанс на раздумья, по-хозяйски взял за локоть, приказав: "Садись в машину!"
Девушка начала было сопротивляться, но, видимо, сообразила, что поднимать шум - себе дороже выйдет.
До начала уроков было еще двадцать минут, и Степнов просто свернул в другой квартал, припарковавшись в арке. Лена, смотрела прямо перед собой в одну точку, вся, как натянутая струна. Того и гляди лопнет, резанув до крови. Медленно проговаривая слова, процедила:
- Я надеюсь, вы мне объясните, что это было сейчас.
- А ты не понимаешь? - Виктор тоже не смотрел на Лену, ему хватило одного мимолетного взгляда, и то, что он видел, и бесило, и манило одновременно.
- Нет, не понимаю. Это все выглядит как-то... ненормально, - последнее слово произнесла почти по буквам. Голос заметно дрожал, хотя девушка очень старалась выглядеть уверенной.
- Ненормально? А что вообще для тебя нормально, Кулемина? - он повернулся к ней, подаваясь вперед, сверля свою ученицу пытливым взглядом. Ленка растерянно молчала. Хотела его к стенке прижать? Не доросла еще. - Ну?! Я повторю свой вопрос. Что для тебя нормально?
- Отстаньте от меня. Я не понимаю вас, не знаю, что вам от меня надо. Учитель не должен так себя вести... с ученицей.
- Я тебя понял, - сухо произнес Виктор, снова отвернувшись от Ленки. - А теперь ты меня послушай. Все эти правила, нормы, морали... Это все относительно, а порой является обыкновенным ханжеством. Что для одного лекарство, для другого смерть. Меня к тебе тянет. Очень сильно. Я думаю, ты не могла этого не заметить. Решать тебе, я не насильник, несмотря на то, что у нас в школе кое-кто считает меня чуть ли не людоедом.
Он взглянул на Лену. Она, казалось, даже не дышала.
- Кулемина, ответь что-нибудь.
- Что вам ответить? - едва слышно прошептала девушка, терзая в пальцах ремень от сумки.
- Правду. Какой бы она ни была. Не нужны мне глупые отмазки и виноватые взгляды. Можешь прямо сказать - отвали от меня, старый козел, знать тебя не желаю. Поверь, сердце ты мне не разобьешь. А если я тебе тоже не безразличен, я хочу это знать. Потому что это нам обоим нужно. Лен, посмотри на меня, - тон Степнова был серьезен, как никогда.
Девушка упрямо не поворачивалась.
- Не все, такие, как вы, Виктор Михалыч. Не всегда надо говорить правду. Вы сказали, что вас "тянет". А вы меня спросили, хочу я это знать? Как я теперь на вас в школе смотреть буду, зная об этом?!
- Да не будь ты такой ханжой! Я к тебе пристаю, что ли?! - в голосе учителя появилось раздражение. - Я тебя еще пальцем не тронул.
- Еще? Значит, потом тронете? – Ленкин голос зазвенел, выдавая нервное напряжение.
- От тебя зависит. Скажи да или нет, и все. Это проще простого.
- Зачем вы меня мучаете? – девушка опустила голову, наблюдая за собственными пальцами, ковыряющими отставшую от старого ремня кожу, - Я не верю, что могу вам нравится. С чего вдруг? Вы меня никогда не замечали.
- Сам не знаю, с чего. Да и разве это так важно? Ты думаешь, если мужчине понравилась женщина, он тут же расплывется перед ней киселем, в ноги упадет? Ни черта подобного! Это сидит настолько глубоко, что ты можешь даже больно человеку делать, при этом сходя от него с ума. Лен, - он взял ее за руку, разворачивая к себе. Она была такая растерянная, напуганная, зеленые глаза старательно избегали его прямого, пристального взгляда. - Я допускаю, что мои слова тебя шокировали. Поэтому даю тебе время собраться с мыслями. Если нет, то я никогда тебе этого не припомню, все будет, как раньше. Ты ученица, я учитель. Если да, - на этих слова Лена быстро на него посмотрела и снова опустила глаза, но Степнову и этого секундного ошалевшего взгляда хватило, чтобы в области живота кольнуло разрядом тока, - то ты сделаешь меня очень счастливым.
Он играл не по правилам, впервые изменял себе, давая человеку ложные надежды. Но слова сами слетали с языка, будто кто-то управлял им. Внутри него определенно творилось что-то странное. Но Виктор не желал копаться в этом, его захватила охота на Кулемину. Больше он не мог ни о чем думать.
- Виктор Михалыч, я пойду... Не приезжайте больше к моему дому, мало ли кто увидит.
Степнова раздражала в Ленке эта боязнь чужого мнения, но, тем не менее, он согласился.
- Хорошо, не буду.
Лена пошла в школу пешком, едва успев на урок, а Степнов, довольный, как слон, прикатил в школу за пять минут до звонка.


Спасибо: 23 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 629
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 29.11.16 19:18. Заголовок: После разговора со С..


Скрытый текст


После разговора со Степновым Ленку колотило весь оставшийся день. Она передвигалась от класса до класса мелкими перебежками, до дрожи боясь столкнуться с физруком. Как теперь видеть его в школе после того, что он ей говорил и как смотрел? Все это казалось каким-то нереальным, будто приснилось в бредовом сне.
Последним уроком была физкультура, но Кулемина решила не ходить. Раньше ее не пугал ни гнев Виктора Михайловича, ни его поступки, она старалась прямо держать голову, смотреть в глаза проблемам и препятствиям. А сейчас на это просто не было сил. Выходя из ворот школы, Лена чувствовала, как немеет спина, будто Степнов мог бы сейчас наблюдать за ней из окна.
Никогда она себя не жалела, а теперь вдруг стало невыносимо от собственного одиночества.
Каждый день она живет по одной и той же схеме. Утром в школу, после домой, в пустую квартиру, готовить ужин в полной тишине, потом к деду в больницу, снова домой, там уроки и бессмысленная переписка в соцсетях. Лена устала ждать, когда деда выпишут, а врач все тянул, перестраховывался.
Тиканье любимых дедовых часов доводило до тихого бешенства, а тишина давила на мозг. А теперь еще и Степнов… Раньше она четко знала, как ей жить со своим чувством к нему. Смотреть издалека, не приближаться, запереть глубоко внутрь. А сейчас что? Он своими словами разворошил осиное гнездо внутри нее, и теперь повсюду будто впиваются острые жала. Этого не возможно не замечать, и так сразу жить с этим не научишься. Вдруг до боли захотелось, чтобы кто-то обнял, утешил, сказал, что все будет хорошо. Кто-то, кому бы она могла доверять, как самой себе. Но Степнова никак нельзя было назвать таким человеком. Ей с ним, напротив, неуютно и нервно. Разве можно ему довериться? Нет. Никогда.

Виктор смотрел в окно на сбегающую в прямом смысле Ленку, чувствуя, как от досады вздувается вена на лбу. Ну что за трусиха?! Он никогда не обладал железным терпением, а в случае с Кулеминой ожидание превысило все допустимые пределы.
Он рассчитывал, что она даст положительный ответ, какая-то необъяснимая интуиция подсказывала, что он ей не безразличен. Но она выбрала вариант глухой обороны. Так и быть, он оставит ее в покое на время, хоть это и противоречит его желаниям.
До конца недели Кулемина шифровалась не хуже секретного агента. Но от Степнова не убежишь. Он попадался ей то в столовой, то на лестнице, то в учительской. И от его выжидающего взгляда у Ленки ноги подкашивались. Хорошо, что он не требовал от нее никаких ответов, ей одного его вида было достаточно, чтобы потом с трудом прийти в себя. Но мнимое затишье длилось недолго.

Они столкнулись, кто бы мог подумать, в больничной палате Ленкиного деда! Петр Никанорович сделал невинные глаза, заявив, что Виктор уже давно его навещает, - "А я разве не говорил? Наверное, забыл, старость не радость". Кулемина послала учителю уничтожающий взгляд, в который она вложила всю степень своего негодования. Но физрук и бровью не повел, тепло попрощался с дедом и был таков.
Ленка отчитала деда за забывчивость, оставила контейнеры с едой, немного поболтала со стариком, но мысли ее были не в этой палате, а за ее пределами, там, где находился Степнов. Она была уверена, что никуда он не ушел, а дожидается ее. И от этого сердце билось, как пойманный зверь. Даже дед заметил, что она сама не своя.
- Ленок, ты чего вся, как на иголках? – обеспокоенно поинтересовался Кулемин. – Загонял я тебя совсем. Ничего, доктор обещал, что на следующей неделе домой отпустит. А то уже сил нет эти больничные стены видеть, и ты разрываешься, ходишь ко мне каждый день.
- Дедуль, не говори ерунды, мне не трудно к тебе ходить. Но ты выписывайся уже скорее, дома тебя не хватает.
- Вид у тебя совсем измотанный, Лен, иди домой,а я вздремну, пожалуй.
- Хорошо, - сердце в груди застучало еще сильней. Сейчас придется выходить из палаты. – Отдыхай дед. Завтра приду.
Лена встала со стула и на ватных ногах направилась к двери. Как она и думала, Степнов ждал ее в коридоре, изучая плакаты на стенах. Он дождался, пока девушка с ним поравняется, и совершенно спокойно сказал:
- Дед твой огурцом, на поправку идет.
Ленка поморщилась.
- Я даже спрашивать не буду, что это за история с посещениями за моей спиной. Дед выздоравливает, остальное неважно.
- Поехали, я тебя домой отвезу, - Виктор шел рядом с Леной по направлению к выходу.
- Я сама доеду, - отмахнулась девушка, невольно ускоряя шаг, будто так можно было убежать от Степнова.
- Нам уже пора поговорить, Кулемина. Или ты от меня до конца учебного года бегать собираешься?
- Ни от кого я не бегаю.
- Я заметил.
Они вышли на улицу, промозглые сумерки накрыли мрачной пеленой. Стало неуютно и холодно. Степнов хотел побыстрее сесть в теплую машину, припаркованную на стоянке возле больницы. Но Кулемина даже не думала ехать с ним, уверенно шуруя в сторону станции метро. Что ж, метро, так метро. Мужчина зашагал рядом, приноравливаясь к Ленкиному шагу. Они шли молча, в таком темпе не поговорить нормально, а Виктор хотел видеть глаза Лены.
В час пик, когда все ехали с работы, в метро была жуткая давка. Виктор втиснулся в вагон и втянул за руку Ленку, расталкивая наваливающихся пассажиров и освобождая место девушке. Они оказались так близко друг к другу, что было сложно даже дышать. Степнов развернул Кулемину спиной к себе, обняв одной рукой, а второй держась за поручень. Ленка стояла ни жива ни мертва, он это хорошо чувствовал по ее напряженной спине. Виктор склонился к уху девушки, задал вопрос, от которого Лена даже на какой-то миг перестала дышать:
- Так что ты решила?
В вагоне до них никому не было дела, и хоть это не место для важного разговора, Виктор получал истинное наслаждение от всей ситуации.
- Почему вы спрашиваете именно сейчас? Другого времени не нашли?
Степнову пришлось приблизиться вплотную к щеке Кулеминой, чтобы слышать девушку, и чтобы она слышала его. В какофонии запахов Ленкин цветочный аромат шампуня был, как глоток свежего воздуха.
- А чем тебе не нравится именно этот момент? Ты никогда не была ко мне так близко. Мне кажется, так тебе будет труднее соврать. И бежать некуда. Скажи да, Лена.
- Нет.
- Уверена?
Ленку пробирала стая мурашек по всему телу от жара его губ возле уха, от уверенных объятий, от такой невероятной близости. Как будто она уже принадлежит ему. В ушах звенело, все звуки вокруг превратились в неясный гул. Ну что он еще от нее хочет? Сказала же…
- Уверена, - голос хрипел, никакой уверенности в нем и в помине не было.
И Степнов, почувствовав это, развернул Лену лицом к себе.
- В глаза мне посмотри. А потом скажи – иди в задницу, Степнов, знать тебя не желаю.
- Я так не могу, это грубо, - Ленка уставилась в воротник его пальто.
- Лена, меня не грубость обижает, а вранье.
- Я не вру, - подняла взгляд почерневших глаз, стойко встретив внимательный взгляд учителя.
Виктор сцепил зубы, чтобы не наорать на нее сейчас. Ну ведь врет же! В глаза врет!
- Хорошо, - процедил медленно, взгляд стал ледяной, отстраненный. – Считай, что никакого разговора не было. Я только зайду к вам, твой дед просил меня ему печатную машинку занести.
Лена снова повернулась спиной к Виктору. Всю оставшуюся дорогу они ехали в напряженном молчании. Больше Степнов ее не обнимал, просто держался двумя руками за поручни, будто взяв Кулемину в кольцо, не давая напирать на нее толпе. В горле у девушки стоял комок от непролитых слез. Ощущение пустоты, потери чего-то очень важного терзало душу.
А вдруг он и правда… Вдруг не врал? А теперь все. Ничего и никогда не будет.
Степнов злился на Кулемину, на себя, идиота. С ней каши не сваришь, и чего он прицепился к ней? Неужели баб мало, что он за малолеткой бегает? Да вон, куда ни плюнь, одинокая, жаждущая мужской ласки женщина. Даже усилий никаких прикладывать не надо, не то, что какие-то непонятные паутины вокруг жертвы сплетать. Теперь еще и за машиной тащиться придется. Завтра заберет, когда понесет Петру Никаноровичу его печатную машинку.

До дома Кулеминой шли в гробовом молчании. Заводить беседу, чтобы сгладить неловкость, не было в правилах Степнова. Внутри него все кипело, но внешне он оставался спокойным и равнодушным. Вошел в уже знакомую прихожую. Лена включила свет. Начала медленно снимать куртку.
- Кулемина, я тороплюсь. Неси дедову машинку, сумку какую-нибудь и я пойду, - тон его был сухим, но недовольство слышалось отчетливо.
Лена только невнятно кивнула и скрылась в комнате. Виктор слышал, что хлопали дверцы шкафов, видимо, девушка искала во что положить печатную машинку . Потом она вышла, таща тяжелую спортивную сумку. Степнов тут же выхватил ее у Ленки из рук.
- Сказала бы, что она весит сто килограмм, я бы сам взял. Все, пока, Кулемина.
Он уже собрался выходить, как в спину донеслось слабое:
- Виктор Михалыч, подождите.
Степнов на миг замер. Развернулся обратно.
- Хочешь мне что-то сказать? - его голос чуть не сорвался. Кажется, она сейчас сдастся. Мужчина затаил дыхание.
Ленка молчала, видимо, подбирая слова, нервно кусала губы.
- Я боюсь вас, вернее, отношений с вами. Вы мой учитель, - начала она. Это было не то, что Степнов хотел услышать, но он не перебивал и не останавливал ее. - Я даже не представляла, что вы можете ко мне что-то чувствовать. И я... Я...
Вдруг лампочка в люстре мигнула и погасла. Лена испуганно вздрогнула, и в эту же секунду ее рот накрыли горячие мужские губы.

Спасибо: 24 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 638
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 08.12.16 16:56. Заголовок: Пардон за долгое ожи..


Скрытый текст



Даже если бы Степнов ударил Лену по голове со всей силы, она и тогда удивилась бы меньше. Ошеломленная, она ощущала его сильные руки на своем теле, твердые, но нежные губы на губах. Он буквально за секунду будто выпил из нее все силы, и Лена даже сопротивляться толком не могла. Все ее жалкие попытки оттолкнуть мужчину разбились об его настойчивость.
Густая темнота только добавляла остроты ощущениям. Кулеминой казалось, что она лишилась рассудка, ведь это сейчас Виктор Михалыч, ее учитель физкультуры страстно целует ее в шею, тяжело дыша и крепко держа за талию.
- Перестаньте, - пыталась возражать Ленка.
- Не перестану, - послышался твердый ответ мужчины, - я слишком долго ждал.
Его руки жгли ее под шерстяной кофтой, губы с голодной жадностью впивались в губы, терзая до боли. И только когда Лена сдалась окончательно, почувствовав, что просто нет сил ему сопротивляться, Виктор ослабил хватку. Кулемина дрожала в его руках, когда их языки сплетались в нежном, пьянящем поцелуе. Ноги уже не держали, она впилась пальцами в твердые мужские плечи, боясь рухнуть к ногам своего учителя.
Темнота стала Ленке другом, иначе она сгорела бы со стыда, вспыхни сейчас свет.
Степнов осторожно проверял, как далеко можно с ней зайти. Когда ладонь накрыла пряжку ее ремня, девушка испуганно вцепилась в мужскую руку.
Значит, надо подождать. Совсем немного. Дорогое вино только идиоты пьют залпом. Виктор ясно ощущал тяжелые, глухие удары пульса по всему телу, он давно уже не испытывал таких сильных эмоций. От неопытности и искренности Кулеминой сносило крышу, ему так приелась показная скромность, которая по факту являлась ничем иным, как набиванием цены и дешевым кокетством. Он будто пил воду из родника после грязной лужи и не мог остановиться. И это опасно, чревато. Он слишком начал зависеть от этой девочки.
- Лен, у вас лампочки запасные в доме есть? – он сам не узнал свой прерывающийся от тяжелого дыхания голос.
- Зачем? – голос Лены был не лучше. Степнов почувствовал, как разжимаются ее пальцы на его плечах. Он был одурманен ею, он не мог думать ни о чем, кроме как об этих тонких, с короткими ногтями пальцах, которые с такой же силой будут впиваться в его голую спину и плечи. Но сейчас надо как-то прийти в себя. Сбросить это наваждение. Вернуть холодный рассудок.
- Я сгоревшую заменю, - ровно ответил Виктор, мысленно похвалив себя за то, как быстро он возвращается с небес на землю.
Кулемина на автомате кивнула, едва заметно прохрипев в ответ, что лампочки на кухне в верхнем ящике у окна.

Когда Степнов отошел от нее, в тот же миг стало холодно и пусто. Ощущение, что она натворила что-то ужасное и непоправимое, накрыло с головой. Лена съехала по стене вниз, не в силах больше держаться на ногах, обхватила колени руками и уткнулась в них лицом. Где-то рядом что-то противно заскрипело, а потом вспыхнул резанувший по глазам свет.
- Мать моя! – донеслось сверху, и в следующую секунду ее плечи накрыли тяжелые, горячие ладони. Но теплее не стало. Наоборот, затрясло еще сильней. - Лена, посмотри на меня.
Тон Степнова был резким, и девушка невольно подчинилась, подняв горящее от стыла лицо.
- Мы не сделали сейчас ничего плохого, запомни это, - Виктор даже слегка встряхнул Кулемину. - Ты поняла? Еще не хватало голову пеплом посыпать из-за того, что двум людям хорошо друг с другом. Ты уже не ребенок, стыдиться нечего. Лена, - он сделал паузу, пристально глядя в ее потемневшие глаза, - как ты ко мне относишься? Я хочу знать. Я свои карты тебе раскрыл. Твоя очередь.
- Это обязательно? - едва слышно выдохнула девушка, пытаясь отвернуться от пронзающего до самого нутра взгляда.
- Да. Только я больше не хочу слышать про то, что ты меня боишься. Скажи, что ты чувствуешь на самом деле, - он знал, что это безжалостно по отношению к ней. Нечестно. Но не мог остановиться, сейчас все дошло до стадии "гори оно все огнем", что потом будет с ее чувствами и его совестью, Виктора больше не волновало. Он будто продал душу какому-то сидящему внутри дьяволу, который взамен забрал все его прежние принципы.
- Я… - Лена выдохнула и отвернулась, - люблю вас.
Степнову показалось, что его сердце лопнуло, и кровь кипятком заструилась в живот, заполняя все внутренности жаром. Он не ожидал. Даже представить не мог. Сладкий яд ее признания проник в вены, заполнил его до краев, дав ощущение полной власти и какого-то необъяснимого мгновенного счастья.
- Кулемина, - он прижался лбом к ее горячему лбу. Слов не было. Хотелось просто молчать, слушать тишину, обнимать эту наивную девочку. – Хочешь, я останусь?
- Нет, - она отрицательно затрясла головой, пытаясь отстраниться, но мужчина не дал ей этого сделать.
- Почему? - Виктор зашептал ей в ухо, будто их мог кто-то слышать, - Ты же тут одна с ума сходишь в этих четырех стенах. Я просто в соседней комнате буду. Не хочу тебя оставлять.
- Нет, Виктор Михалыч. Мне одной побыть надо, пожалуйста.
Ленка была такая растерянная, смущенная. Степнов был уверен, что одиночество ей сейчас не на пользу, но не решился настаивать. В этот вечер и правда слишком много произошло. Даже для него.
Он вышел на улицу, с удивлением заметив, что пошел снег. Виктор поднял лицо к черному небу. Ощущение, будто летишь в космос, а навстречу тебе звезды. Снежинки быстро таяли на его горячем лице. "Я люблю вас", - до сих пор эхом звучал в голове хриплый Ленкин голос.

Утром в школу Виктор пришел в самом прекрасном расположении духа. Он замечательно выспался впервые за два месяца, и утренний променад до школы по пушистому снегу доставил неподдельное удовольствие. Он хотел увидеть Лену, но намеренно встречи не искал. Теперь нет смысла бегать за ней. Она его любит. Сама придет. Это грело душу до приятного жара.
Перед уроком в учительской Степнов потрепался о зимней резине с Рассказовым, даже журнал заполнил, игнорируя раздраженную Уткину, которая недобро косилась на него, расставляя на полке методички для преподавателей.
- Вить, ты бы не светил так откровенно своей счастливой физиономией, наши дамы в панике, - историк Рассказов скосил глаза в сторону Светочки. - Еще решат, что ты влюбился, а это как-никак удар по твоей репутации.
- Не пори чушь, Игорь, - отмахнулся мужчина. - Просто хорошее настроение. Видел, снега сколько навалило, надоела уже эта грязь. А теперь и на лыжах можно будет моих оболтусов погонять.
- То-то я вижу, ты из-за лыж так сияешь! - хохотнул Рассказов слишком громко, и библиотекарь метнула в их сторону уничтожающий взгляд.
Степнову было явно до лампочки настроение нервной библиотекарши, он достал телефон и набрал смс Кулеминой «После пятого урока приходи в спортзал». Потом добавил «Я соскучился». Все стер. «После пятого урока у меня в подсобке». Отправить.


Спасибо: 23 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 641
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 21.12.16 21:53. Заголовок: :sm116: Весь день..




Весь день, наблюдая за монотонными телодвижениями школьников, Степнов предвкушал, как останется с Леной наедине. Наконец-то сложное стало простым. Он даже физически ощущал, как его отпускает напряжение последних дней, как жгучий интерес к этой девчонке начинает приобретать форму более привычную, обтекаемую, без острых углов и зазубрин. Виктор даже накидал в уме примерный план дальнейших действий. Правда, где-то на задворках сознания крутилось легкое разочарование, что все оказалось настолько просто. Он ожидал долгой, непримиримой осады. Но так даже лучше. Сама в любви призналась. Он крутил ее слова в голове весь день и так, и сяк, и к концу уроков они уже не казались ему такими же сладкими, как произнесенные впервые. Обычные три слова. Он не раз это слышал. Женщины их говорят, как «здрасьте», тем самым обесценивая.
Прозвенел звонок с пятого урока. Степнов неспешно выставил оценки в журнал, собрал мячи. Скоро придет Кулемина.
Но вместо Лены в его дверь вошла библиотекарь Светочка, и Виктор поморщился, как от зубной боли. Эта женщина была последним человеком, которого он сейчас хотел бы видеть.
Он никогда не воспринимал чудаковатую Уткину всерьез с ее простым, безо всякой изюминки лицом, старомодными косами и колхозными шарфиками на шее. Но как выяснилось, внешность бывает весьма обманчивой. И даже кажущийся тебе идиотом человек может черной тучей изгадить твой солнечный, морозный день.
- Здравствуйте, Витенька! – фамильярно поздоровалась женщина, продефилировав мимо него к стеллажу с кубками. Провела пальчиком по тонкому слою пыли.
Степнов одарил библиотекаря высокомерным взглядом.
- Какой я вам Витенька?! Меня так даже мать родная не называла. У вас дело ко мне? Говорите, что хотели, только быстрее, я занят, - Виктор демонстративно отложил телефон с включенной на нем игрой на стол. Еще не хватало, чтобы Ленку спугнуло это недоразумение в косах.
- Я все знаю про вас с Кулеминой, - голос Уткиной поменялся, в нем зазвучал металл.
Виктор не подал вида, как его резанули ее слова, глядя на Светочку с тем же каменным выражением, что и обычно. Но сердце в груди забилось тяжело и болезненно.
- Что же вы можете знать, Светлана Михайловна? – поинтересовался ледяным тоном, будто это могло остудить пыл женщины.
- Лена живет со мной в соседнем подъезде. Мои окна на первом этаже, и я прекрасно вижу все ваши похождения!
- Похождения… Как интересно! А вы не пробовали своими делами заниматься, а не торчать у окна, как в доме престарелых? Я с Петром Никаноровичем в приятельских отношениях, при чем тут Лена?
- Я ожидала от вас подобного ответа, - нервно засмеялась Светлана, - Да только дед ее в больнице лежит, пока вы к ней таскаетесь то с тортами, то с мячиками… И вместе я вчера вас видела, и как в школе вы на нее похотливо смотрите! Это же отвратительно!
- Сходите к психиатру, мой вам совет, - Виктор с трудом удерживал себя в руках, с каждой секундой все больше зверея от слов Уткиной.
- Вы знаете, что я права! И скоро об этом узнают остальные.
- Что вам от меня надо? – рявкнул, не сдержавшись.
- Я хочу, чтобы вы оставили Лену и женились на мне. Тогда никто ничего не узнает.
- Что?! – Виктор замер на секунду, задохнувшись от ее наглости. – Чтобы я женился? На ВАС?!
- Да. Я знаю, что вы меня не любите, но вы никого не любите. А мне нужен муж. И ребенок. Можете потом со мной не жить, мне все равно.
- Пошла вон отсюда, - тихо процедил Степнов, стиснув зубы до скрипа. – Если ты хоть кому-нибудь расскажешь этот бред, я тебя удавлю. Мне духу хватит.
Уткина пару раз открыла и закрыла рот, как рыба, выброшенная на берег.
- Вы пожалеете об этом, - ее голос вонзался в Виктора, как осиные жала. – Вас обвинят в педофилии, выгонят из школы, Кулемину вашу ждет позор…
- Скорее дерьмо динозавра расцветет майскими розами, чем я прикоснусь к тебе, - резко оборвал Виктор ее пламенную речь.
Сузив наполненные слезами глаза, Светлана Михайловна крутанулась на каблуках и выбежала из подсобки.
Степнов огляделся в поисках того что не жалко было разбить, в итоге ограничился тем, что впечатал со всей силы кулак в стену несколько раз. Да как она посмела! Шантажировать его вздумала! Ничего она не предъявит, кроме своих бредовых фантазий. Жениться! Ага, щас!
Глянул на часы. Пятый урок закончился еще полчаса назад, а Лена так и не пришла.
Чувствуя неприятное волнение, Виктор набрал номер Кулеминой. Лена долго не брала трубку, доведя мужчину до тихого бешенства. И когда послышалось такое долгожданное «Алло», Степнов, не сдержавшись, зло рявкнул:
- Где тебя черти носят?!
Ответом стало напряженное молчание, Виктор быстро сообразил сменить тон.
- Лен, я тебя жду, ты где?
- Я не приду, Виктор Михалыч.
- Почему? – голос сквозь комок в горле прозвучал неестественно и сдавленно.
- К деду надо.
- Давай я с тобой поеду.
- Я уже в метро.
- А мне можно было сказать? Я ему еще печатную машинку бы отвез…
- Виктор Михалыч, извините, я не могу говорить. Руки мерзнут.
И она отключилась. Степнов чувствовал, что закипает, и остановить этот процесс он не в силах. Сначала Уткина, теперь Ленка.
Он, наплевав на печатную машинку, рванул сразу в больницу к Кулемину. Хотелось гнать так, чтобы машина ревела от высоких оборотов. Но на деле он тащился медленнее черепахи. Пробки, мать их… Надо было, как Ленка, на метро.

Как Виктор и ожидал, Кулеминой у деда уже не было, когда он, наконец, добрался. Старик очень удивился его визиту, но Виктор от досады и двух слов связать нормально не мог, только дергался каждую секунду да на часы смотрел.
Потом поехал к ней домой. Дверь никто не открыл, и света в окнах не было. Стало совсем гадко на душе. На телефон Лена упорно не отвечала. Степнову стало казаться, что он ее вообще больше никогда не увидит, и от этого захотелось заорать со всей дури. Ну что, она его с ума свести хочет?! Так уже… А, может, ему все приснилось? Не было никакой Лены, никаких признаний, его ненормального увлечения собственной ученицей. Только ноющая боль в груди говорила обратное – все было. И деньги в лицо, и кулак в челюсть, и поцелуи с ее признанием…
Виктор отчетливо понял, что не хочет терять Ленку. Она должна быть рядом.

А на следующий день в учительской состоялся неприятный разговор.
Марина Юрьевна с возмущенным лицом заявила, что в школе творится черти что и старшеклассницы совсем стыд потеряли.
- Вы кого-то конкретно имеете в виду? – вяло отозвался Рассказов. Слабое отопление в этом году всех ввергало в меланхоличное настроение, в учительской все кутались кто во что мог и практически засыпали, пригревшись.
- Кулемину, кого же еще! С вашего класса, кстати, Игорь Ильич. Вот уж воистину, в тихом омуте черти водятся!
Степнов тут же проснулся, прислушиваясь к каждому слову.
- А чего она? – историк начал проявлять слабую заинтересованность. – Лена, насколько я знаю, порядочная девушка.
- Со взрослым мужиком спит ваша порядочная, никого не стесняясь. Говорят, пока ее дед в больнице лежит, она там бордель устраивает. Скоро у них осмотр гинеколога будет, выведут тогда ее на чистую воду.
- Что за бред вы несете?! – не в силах больше молчать, вскочил Виктор. – Тот, кто эти сплетни разносит, просто не в своем уме! Какое вы имеете право лезть в личную жизнь человека? Поливать грязью за глаза, зная, что она не может вам сейчас ответить?! Или зависть заела?
- Что, Виктор Михалыч, защищаете Кулемину? Ну да, рыбак рыбака видит издалека, - язвительно заметила учитель химии.
- А я считаю, что наше дело – дать знания, об остальном родители пусть пекутся, - беззаботно включился Милославский.
- Да как же, Мирослав Николаевич! – всплеснула руками Агнесса Юрьевна. – Это же наше будущее, нравственность – это первое, что должен привить педагог! Иначе он и не педагог вовсе, а так…
- Ну у нас некоторым педагогам самим не помешает нравственности поучиться, - Марина Юрьевна скосила глаза в сторону Степнова.
- И то верно, - желчно процедил физрук, - нравственность - это вам не в койку к первому встречному мужику прыгать. Приятно было пообщаться, коллеги!
Он вышел, громко хлопнув дверью.



Спасибо: 18 
ПрофильЦитата Ответить





Сообщение: 642
Настроение: Я человек творческий, хочу творю, хочу вытворяю (с)
Зарегистрирован: 01.02.10
Репутация: 127

Награды:  :ms14: За участие в конкурсе "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки" :ms32: За помощь в проведении конкурса "Новогодняя ностальгия, или КВМ-ремейки"
ссылка на сообщение  Отправлено: 12.02.17 19:39. Заголовок: http://jpe.ru/gif/s..


Скрытый текст

Стыд накатывал на Лену душными волнами, стоило только вспомнить мгновения этого вечера со Степновым. Она целовалась с ним так жадно и так жарко, что даже от одних воспоминаний лихорадило. А уж о признании в любви и вовсе вспоминать было невыносимо. Для чего она так разоткровенничалась? Кому это было нужно? Просто соврать не смогла, не придумала ничего, все, что она могла бы сказать, он раскусил бы на раз.

Всю ночь она проклинала себя за несдержанность, но, когда утром вышла на улицу, поняла, что мир не рухнул, и ей даже как будто стало легче. С этим всем можно жить. Виктор Михайлович прав – она уже не ребенок. Она может любить, целовать, кого хочет, даже сексом заниматься имеет полное право, правда, об этом и думать было страшно, учитывая то, что рядом она представляла только одного мужчину - своего учителя физкультуры, и никого больше.
Лена миллион раз прокрутила в голове их предстоящую встречу в школе. Все думала, как себя вести, что говорить или не говорить…

Степнова она увидела возле учительской в компании Рассказова. И вдруг будто посмотрела на все со стороны. Вот он – Степнов Виктор Михайлович, ее учитель физкультуры, намного старше, циничный, прямой, хамоватый и невыносимо обаятельный. Он одним взглядом ставит на место зарвавшихся школьников, да и не только их. О его отношениях с женщинами ходят чуть ли не легенды. Вполне возможно, что и эту ночь Степнов провел не один. А еще он может без лишней показухи проявить заботу о совершенно чужом человеке. И вот она – Лена Кулемина, ученица выпускного класса, влюбленная и наивная, не умеющая врать и притворяться, неопытная и нескладная. Они со Степновым будто с разных планет. Уж точно не пара друг другу. Это ей не мешает его любить, но он… Как она вообще могла вообразить, что он может ответить на ее чувства? Он совершенно далекий и чужой, чужой до такой степени, что в его присутствии у Лены иной раз будто мороз по коже проходит. Когда она его не видит, наедине со своими мечтами и фантазиями еще можно поверить, что что-то возможно. И она, еще выходя из дома, в это верила. А теперь вдруг перестала, и девушку охватил необъяснимый страх.

Ничего она не сможет из себя сейчас выдавить, даже обычное «здрасьте». И даже то, что Виктор Михайлович улыбался, что само по себе было небывалой редкостью, не прибавило девушке моральных сил. Поэтому она скрылась в классе, обойдя учительскую через второй этаж. А через пару минут на телефон пришло сообщение. У Лены молотом застучало сердце, когда она увидела имя Степнова на дисплее. «После пятого урока у меня в подсобке». Он ее позвал. После вчерашнего. Хочет увидеть. Она должна радоваться, наверное? Тогда от чего так муторно стало на душе? Лена не могла этого объяснить. Хотя, на уровне подсознания крутилась мысль, что Степнов решил с ней не связываться, все обдумав как следует. И позвал ее для того, чтобы сказать, что надеяться ей не на что. Теперь Ленка была почти уверена в этом, и твердо решила никуда не ходить. Ей нужен хотя бы еще один день, чтобы ничего не знать, надеясь на какое-то чудо.
Степнов звонил ей весь вечер, пока она бестолково бродила по темным коробкам кварталов, пиная тающий снег. Говорить ни с кем не хотелось. Она пыталась думать про деда, про выпускной, но все мысли возвращались снова и снова к физруку.

После разговора в учительской Степнов рванул прямиком в библиотеку. Он никогда не бил женщин, но сейчас с огромным удовольствием вмазал бы этой ненормальной Уткиной за идиотские сплетни. Однако, уголовка в планы Виктора не входила, и пришлось взять себя в руки, медленно считая до десяти, и только после этого открыть дверь библиотеки.
Светлана Михайловна восседала за стойкой с царственным видом, а осознав, кто вошел в помещение, задрала подбородок еще выше.
- Подпись вот тут, - ткнула пальчиком в формуляр перед взлохмаченным пятиклашкой.
Пацан старательно вывел автограф, испытывая терпение скрипящего зубами физрука. Наконец, сунув подмышку том Пушкина, ученик удалился, и Степнов метнулся к Уткиной.
- Что вам угодно, Виктор Михалыч? – отвернув лицо, женщина скосила глаза в сторону Виктора.
- Убивать тебя пришел, гнида, как и обещал, - безо всякого выражения ответил Степнов, хрустнув фалангами пальцев.
- Мамочки! Помогите! – взвизгнула Светочка, мгновенно растеряв всю свою надменность, вскочила со стула и рванула за стеллажи с книгами.
Виктор запер дверь на ключ и медленно двинулся следом. Мужчине не составило никакого труда нагнать мечущуюся Уткину. Обхватив двумя руками мягкие плечи, он притиснул женщину спиной к книжной полке.

- Говори, что тебе от Ленки надо, что ты про нее сплетни распускать вздумала? – угрожающе тихо прорычал Степнов, - Только не вздумай врать, что это не ты!
- А что, я не права? Не она со взрослым мужиком романы крутит? – всхлипнула перепуганная библиотекарь. – От горшка два вершка, что ей, сверстников мало? Вы даже не представляете, что это такое – быть одной. Всегда и везде одной! А за кем-то с самой школы все бегают. Ненавижу таких!
- Да вы же с Леной в одном доме живете! Неужели не видно, что она за человек?!
- В тихом омуте черти водятся! И что это вы так за нее заступаетесь? Никогда и ни за кого не заступались, а за Кулемину разорвать готовы человека. Чем она хороша? Я столько лет пыталась внимание ваше обратить на себя! Знаете, Витя, унизительно, когда на тебя смотрят как на кусок мяса такие, как вы. Но еще унизительнее, когда вы не смотрите... Даже, как на кусок мяса. Зато бегаете за какой-то соплячкой!
- Ни за кем я не бегаю, что за чушь?! Вам никто не поверит, что у нас с Леной что-то есть. Все ваши попытки выглядят жалко и смешно.
- А вы что-то не смеетесь! Мне уже поверили, что ваша Кулемина та еще штучка, и это только начало. И даже если вы никогда не будете со мной, то и Лене я жизнь испорчу. А вы проколитесь рано или поздно. У вас на лбу все написано, просто еще никто кроме меня не присматривался.
- Что ж вы за гадина такая, а, Светлана Михална? – устало выдохнул Степнов, понимая, что Уткина права. Если у них с Леной будут отношения, рано или поздно они выдадут себя. Ему-то ладно, а вот Кулемина… Выдержит она всю эту грязь и пересуды за спиной? Вряд ли… Разговор про гинеколога вызвал у Виктора лишь омерзение, но Лена вполне может принять близко к сердцу подобную гадость.
- Ну ладно, у вас ко мне претензии, я вас не замечал, не хотел, не ел вашу стряпню. Но это не вина Кулеминой. Не будь ее, ничего бы не изменилось. Я уволюсь из школы и дело с концом. Так вам легче будет?
- Да увольняйтесь! Уж я позабочусь о том, чтобы все узнали истинную причину вашего увольнения. Спал с ученицей, а тут правда вылезла наружу, и сразу сбежал, поджав хвост!
Руки у Виктора опустились сами собой. Светочка все еще жалась спиной к стеллажу, но страх во взгляде уже исчез.
- Уходите отсюда, - произнесла окрепшим голосом. – Вы свой шанс упустили, мне от вас больше ничего не надо. Я буду делать так, как считаю нужным, и вы меня пальцем не тронете.
- Смотрите, не заиграйтесь, - выплюнул Виктор и тряхнул стеллаж так, что книги повалились на пол, шелестя страницами.

Он закрылся в подсобке, даже не обратив внимание на бесившихся восьмиклашек. Надо было принять какое-то решение. Виктор разрывался между желанием быть с Леной и желанием ее защитить. Можно уволиться, начать с ней встречаться. В конце концов, кому какое дело, что у них было или не было? Ленка совершеннолетняя, слава богу. И то, что он был ее учителем, не делает его педофилом или преступником. Но крови ей попортят немало. Не зря Степнов всегда люто ненавидел сплетни и ханжество, эта лжемораль делала из нормальных, вменяемых людей закомплексованных чмошников, таких, как Уткина. И Ленка… Она еще пока неиспорченная, честная, гордая, именно такая она ему и нравилась. Но в таком возрасте очень легко сломаться, озлобиться, очерстветь под влиянием общества, а Виктор не был уверен, что у Кулеминой хватит сил противостоять. Как бы ему не хотелось Лену, он не хотел портить ей жизнь. Не стоило оно того.

Лучше всего будет послать к черту всю эту историю с Ленкой ради ее же блага. Если он к ней и близко не подойдет, никто не посмеет ничего вякнуть в ее адрес. Любая сплетня отвалится, как глина, если ей не найдется даже малейшего подтверждения. Вот только как ей это все объяснить? Меньше всего на свете он хотел сделать ей больно. Но иначе никак.

Виктор нашел Лену после уроков, когда она уже одевалась в гардеробе. Он легко тронул ее за локоть, девушка обернулась. Чистая зелень глаз сверкнула из-под челки, но взгляд ее был грустным и каким-то потухшим.
- Лен, на пару слов, - сказал сухо, чтобы никто даже не подумал, что у него может быть к ней личный вопрос.
- Да, я слушаю, - она занервничала, пряча взгляд и комкая в руках ремень от сумки.
- Идем в спортзал, я надолго не задержу.
Пока они шли, Степнов с трудом заставлял себя не оборачиваться на Лену, проверяя, идет ли она следом или сбежала. Только слушал шаги, и сердце стучало тяжело и болезненно. В спортзале он запер дверь на ключ. Кивнул Кулеминой на скамью у шведской стенки.
- Садись.
Она села, чуть помедлив. Он чувствовал в ней какое-то внутреннее напряжение, похожее на страх. Мысль о том, что она его боится после того, что было между ними, неприятно царапнула. Все же он не маньяк.
Сел рядом.
- Почему ты вчера сбежала?
От этого вопроса у Ленка покрылась мурашками с головы до ног. Будто он напомнил ей о чем-то интимном.
- Дела были, я же говорила.
- А вечером? Я заходил к тебе домой, тебя не было.
- Гуляла.
- Не поздновато для прогулок?
- В самый раз.
Разговор не клеился, и они оба это чувствовали. Степнов явно к чему-то вел, не делая попыток приблизиться, не делая намеков, был слишком серьезен и сосредоточен на чем-то своем. И Лена уже была готова к тому, что он ей скажет. Даже ответ мысленно подготовила, только не была уверена, что сможет произнести вслух.
- Лен, я хотел поговорить о нас с тобой. Поиграли и хватит. Я перешел границы, признаю. Слишком увлекся. Я такой, как ты не заслуживаю. Ты мне в любви призналась, но я ответить тебе тем же вряд ли смогу.
- Да не парьтесь, я соврала, - дрожащим от подступивших к горлу слез голосом отозвалась Лена, пытаясь не зареветь.
- В смысле соврала? – нахмурился Виктор.
- Ну просто взяла и соврала.
- То есть ты меня не любишь?
- Нет, конечно. А вы что, поверили?
- Лен, я не понимаю, для чего? Зачем ты это сказала?
- Я… Ну… Мне девочки посоветовали. Когда парень очень достал, надо ему в любви признаться, он сразу и отвалит. Вот, помогло, как видите.
- Девочки, значит, - белея от злости, вскочил Степнов, запуская пятерню в жесткие кудри. – Девочки тебе посоветовали?! – перешел на крик, который буквально сотряс стены. – Так. Я устал от тебя и твоих выкрутасов. Выметайся отсюда и на глаза мне лучше не попадайся!
Ленка тормозила, будто окаменев от их разговора. Надо было встать и уйти, но сил не было. Тогда Степнов бесцеремонно схватил ее за капюшон кофты , рывком поднял, второй рукой хватая сумку, дотащил до двери и буквально вышвырнул.
Затем с грохотом захлопнул дверь, тяжело дыша, будто после выматывающего кросса.
- Будешь ты еще эксперименты на мне ставить, дрянь! Девочки, твою мать, посоветовали…
Он еще, идиот, хотел как можно мягче с ней поговорить, чтобы больно не сделать. А в итоге самому сдохнуть хочется. Отвязаться от него хотела… Одного не мог понять, как он в этой Кулеминой стерву не разглядел? Надо было ее трахнуть без лишних заморочек и не париться. Да что теперь об этом…


Спасибо: 14 
ПрофильЦитата Ответить
Ответ:
1 2 3 4 5 6 7 8 9
видео с youtube.com картинка из интернета картинка с компьютера ссылка файл с компьютера русская клавиатура транслитератор  цитата  кавычки оффтопик свернутый текст

показывать это сообщение только модераторам
не делать ссылки активными
Имя, пароль:      зарегистрироваться    
Тему читают:
- участник сейчас на форуме
- участник вне форума
Все даты в формате GMT  3 час. Хитов сегодня: 554
Права: смайлы да, картинки да, шрифты нет, голосования нет
аватары да, автозамена ссылок вкл, премодерация вкл, правка нет



Создай свой форум на сервисе Borda.ru
Форум находится на 97 месте в рейтинге
Текстовая версия